Нажмите "Enter", чтобы перейти к содержанию

Подавление кронштадтского восстания участники – Кронштадтский мятеж 1921 года.: picturehistory — LiveJournal

Кронштадтский мятеж - ХРОНИКИ ПОСЛЕДНЕГО РУБЕЖА — LiveJournal

1921 год, конец кровопролитной гражданской войны. Армии белогвардейцев и интервентов почти полностью разгромлены, молодое Советское государство рабочих и крестьян постепенно укрепляется и восстанавливается от аграрного наследия царской власти и военной разрухи. Но не оставляют страну и внутренние противоречия, разжигаемые контрреволюционными силами. И одним из наиболее часто припоминаемых итогов таких противоречий, пришедшихся на период установления советской власти на всей территории России является контрреволюционный кронштадтский мятеж в марте 1921 года.

Для начала, рассмотрим основные причины и характер произошедшего мятежа. В буржуазной среде кронштадцев принято выставлять своего рода героями борьбы с «диктатурой большевиков», а с подачки буржуазии этот героический ореол матросов Балтийского флота подхватывают и всевозможные «левые» движения антисоветской направленности, в особенности, анархисты, выставляя это едва ли не новой революцией, носящей антигосударственный характер. Но как же дело обстояло в действительности?

С началом гражданской войны, рабоче-крестьянское правительство было вынуждено перейти на чрезвычайную политику так называемого «военного коммунизма», частью которой стали проходившие в деревнях продразверстки. Изначально крестьянство терпело это, принимая как временное зло, но по мере того, как Гражданская война затянулась на долгие три года, противоречия между городом и мелкобуржуазной деревней, противоречия между (в данном случае) потребителями-рабочими и производителями-крестьянами все больше нарастало, что приводило к появлению всевозможного рода крестьянских бандформирований контрреволюционного характера: махновские банды, «зеленые повстанцы» и прочие.  Это была не борьба «за», а борьба исключительно «против» пролетарской диктатуры. Разъяренное мелкое собственничество, недовольное экспроприацией ее собственности на нужды военного времени, набросилось на Рабоче-крестьянское правительство как на источник всех бед в их представлении, маскируя свою откровенно контрреволюционную суть под красивыми лозунгами. И можно бы ещё было оправдать восстание тем голодом, что последовал за продразверсткой, но разбивая эти голословные домыслы, процитируем Л.Д. Троцкого, который оставил заметку по этому вопросу:

Деморализация на почве голода и спекуляции вообще страшно усилилась к концу гражданской войны. Так называемое "мешочничество" приняло характер социального бедствия, угрожавшего задушить революцию. Именно в Кронштадте, гарнизон которого ничего не делал и жил на всем готовом, деморализация достигла особенно больших размеров. Когда голодному Питеру приходилось особенно туго, в Политбюро не раз обсуждали вопрос, не сделать ли "внутренний заем" у Кронштадта, где оставались еще старые запасы всяких благ. Но делегаты питерских рабочих отвечали: "Добром от них ничего не возьмешь. Они спекулируют сукном, углем, хлебом. В Кронштадте теперь голову подняла всякая сволочь".

Такова была реальная обстановка, без слащавых идеализаций задним числом.

Надо прибавить еще, что в Балтийском флоте устраивались, на правах "добровольцев", те из латышских и эстонских моряков, которые боялись попасть на фронт и собирались перебраться в свои новые буржуазные отечества: Латвию и Эстонию. Эти элементы были в корне враждебны советской власти и полностью проявили свою контрреволюционную сущность в дни кронштадтского мятежа. Наряду с этим, многие тысячи рабочих-латышей, главным образом, бывших батраков, проявляли беспримерный героизм на всех фронтах гражданской войны. Нельзя, следовательно, ни латышей, ни "кронштадтцев" красить в один и тот же цвет. Нужно уметь делать социальные и политические различия.

Таким образом, восставшие на протяжении голодных лет сами не оказывали помощь голодному Питеру, а когда накопленного показалось мало – ощерились, еще и требуя от рабоче-крестьянской власти «разоружить и расформировать политотделы», тем самым вообще открыто проявляя свою контрреволюционную суть. Да и сам лозунг восставших «власть Советам, а не партиям» не может оставлять сомнений в подлинной, враждебной диктатуре пролетариата сути мятежа, поскольку сложно было не понимать, что ликвидирование руководства большевиков над Советами очень быстро уничтожило бы и сами Советы. Как и требование разрешения свободной торговли восставшими, это угрожало основным принципам диктатуры пролетариата, и, как следствие, сам мятеж грозил задушить её в зародыше.

Итак, причины и контрреволюционный характер мятежа нам стали ясны. Не романтический дух анархической борьбы с государством и не голод были причинами недовольства мятежников политикой военного коммунизма, а лишь угроза того, что накопленное от них "утечет".

В конце февраля, по Кронштадту прокатилась волна забастовок и мятежных настроений, поставившие работу заводов и фабрик. Предприняв решительные действия, согласно сообщению заместителя председателя Петроградской губчека Озолина, упомянутом в переговорах с Петроградом, ЧК удалось арестовать «всю головку эсеров и меньшевиков». Также, Озолин сообщает Ягоде: «Всего арестованных до 300 человек, остальные 200 активные рабочие и из интеллигенции. По данным следствия видную роль в происходящих событиях играют меньшевики». Роль последних в разжигании протестных настроений в принципе не вызывает никакого сомнения. Стоит подчеркнуть, что в годы Гражданской войны, меньшевики едва ли не открыто выступали за реставрацию капитализма, отчего их участие в Кронштадтском мятеже еще больше придаёт последнему ярко-выраженный контрреволюционный оттенок, невзирая ни на какие лозунги мятежников.

Дредноут "Петропавловск"

В последующие дни ситуация стала накаляться всё более. Начинались брожения и разброд в некоторых запасных полках, которые пока еще удавалось успокоить. 28 февраля 1921 года состоялось собрание команд линкоров «Севастополь» и «Петропавловск» на котором мятежниками была принята резолюция с требованиями, достойным эсеров и меньшевиков: провести перевыборы Советов без коммунистов, упразднить комиссаров и политотделы, предоставить свободу деятельности всем социалистическим партиям и разрешить свободную торговлю. А уже 1 марта на Якорной площади Кронштадта состоялся 15-тысячный митинг под лозунгами «Власть Советам, а не партиям!». Все ожидали прибытия на митинг председателя ВЦИК Михаила Ивановича Калинина, прибывшего по подтаявшему льду залива. Долуцкий в «Материалах к изучению истории СССР (1921 - 1941 гг.)» пишет: «Братва встретила Михаила Ивановича аплодисментами - не побоялся, приехал. Знал всероссийский староста, куда прибыл – вчера на общем собрании команды линкора «Петропавловск» приняли резолюцию за перевыборы в Советы, но без коммунистов, за свободу торговли. Резолюцию поддержала команда второго линкора –  «Севастополь» –  и весь гарнизон крепости. И вот Калинин в бурлящем Кронштадте. Один - без охраны, проводников, взял только жену!»

Но вот договорить Михаилу Ивановичу матросы (которые еще совсем недавно требовали свободы слова) не дали, также как не предоставили возможность высказаться комиссару Балтфлота Кузьмину, который прибыл с выступлением на митинг. «Кончай старые песни, хлеба давай!» – кричали восставшие, не давая Калинину продолжать. Здесь, однако, следует заметить, что хлеба-то как раз кронштадтцам хватало, краснофлотский паек за зиму 1921 года (данные приведены в том же источнике Долуцкого) составлял в день:  1,5 – 2 фунта хлеба (1 фунт = 400 г.), четверть фунта мяса, четверть фунта рыбы, четверть - крупы, 60 – 80 гр. сахара. Питерский рабочий довольствовался в два раза меньшим пайком, а в Москве за самый тяжелый физический труд рабочие получали в день 225 гр. хлеба, 7 гр. мяса или рыбы и 10 гр. сахара, что еще раз подтверждает тезис об исключительно антисоветском и контрреволюционном характере мятежа.

Калинин попытался вразумить толпу: "Ваши сыновья будут стыдиться вас! Они никогда не простят вам сегодняшний день, этот час, когда вы по собственной воле предали рабочий класс!". Но председателя ВЦИК уже не слушали. Калинин уехал, а в ночь с 1 на 2 марта восставшими были арестованы руководители Кронштадтского совета и около 600 коммунистов, в том числе и комиссар Балтфлота Кузьмин. Первоклассная крепость, прикрывавшая подступы к Петрограду, оказалась в руках восставших. 2 марта восставшими была предпринята попытка начать переговоры с властями, однако позиция последних по поводу происходящего была проста: прежде, чем начнутся какие-либо переговоры восставшие должны сложить оружие. Без выполнения этих требований всех парламентеров, направляемых большевикам от восставших арестовывали. 3 марта в кронштадтской крепости был создан штаб обороны, возглавляемый бывшим капитаном Соловьяниным. Военными специалистами штаба были назначены бывший генерал РККА Козловский, контр-адмирал Дмитриев и офицер генштаба царской армии Арканников.

Тянуть дальше большевики не стали и 4 марта восставшим был выдвинут ультиматум с требованием немедленно сложить оружие. В тот же день в крепости состоялось заседание делегатского собрания, на котором присутствовали 202 человека, на котором был поставлен данный вопрос. Было принято решение защищаться. По предложению Петриченко, руководителя мятежа (совсем не Козловского, как тогда полагали большевики и как сейчас упоминают некоторые источники) состав ВРК – Временного революционного комитета, созданного восставшими 2 марта, был увеличен с 5 до 15 человек. Общее число гарнизона Кронштадтской крепости составляло 26 тыс. человек, однако, далеко не весь личный состав принял участие в контрреволюционном выступлении, в частности, 450 человек, что отказались примкнуть к мятежу, были арестованы и заперты в трюме линкора «Петропавловск». Помимо них, с оружием в руках на берег в полном составе ушла партийная школа и часть матросов-коммунистов, имелись и перебежчики (всего, до начала штурма, крепость покинули более 400 человек).

Семанов пишет: «При первых же известиях о начале кронштадтского вооруженного мятежа Центральный Комитет партии и Советское правительство приняли самые решительные меры для его скорейшей ликвидации".

Деятельное участие в их разработке и проведении в жизнь принимал В. И. Ленин. 2 марта 1921 г. Совет Труда и Обороны РСФСР принял в связи с мятежом специальное постановление. На следующий день за подписью Ленина оно было опубликовано. Постановление предписывало:

«1) Бывшего генерала Козловского и его сподвижников объявить вне закона.

2) Город Петроград и Петроградскую губернию объявить на осадном положении.

3) Всю полноту власти в Петроградском укрепленном районе передать Комитету обороны Петрограда».

Но понятно, что военные действия против восставших ограничиться одними только силами петроградского гарнизона не могли, требуя переброски военных частей из других концов страны.

«Предвидя возможность несогласованности действий между местным петроградским руководством и армейским командованием», пишет Семанов далее, «СТО РСФСР под председательством Ленина постановил 3 марта: «Петроградский комитет обороны в области всех мероприятий и действий, связанных с ликвидацией эсеровско-белогвардейского вооруженного мятежа, всецело подчиняется Реввоенсовету Республики, который осуществляет свое руководство в установленном порядке».

Итак, на протяжении всей борьбы с восставшими правительство оказывало поддержку питерским рабочим, большевикам и Комитету Обороны Петрограда. На помощь защитникам города от мятежников были брошены имеющиеся в распоряжении военные и материальные силы.

Немалые усилия партии пришлось прикладывать и для контрпропагандистских мер. Дело осложнялось также и тем, что Кронштадт традиционно считался «столицей» Балтийского флота. А особенно авторитет старейшей морской крепости России возрос после Октября, когда основная часть моряков Балтфлота стала авангардом социалистической революции. И разумеется, в своей пропаганде мятежный самозваный ревком всячески стремился использовать этот факт, выставляя себя продолжателем дел революционных матросов-балтийцев, поэтому, еще до начала вооруженного подавления мятежа, партийные организации начали крупную разъяснительную кампанию среди моряков Балтийского флота. На кораблях и в военных частях проходили собрания и митинги, ветераны флота выступали с обращениями к простым матросам и солдатам, призывая одуматься и переходить на сторону рабоче-крестьянской советской власти.

Также принимались меры контрпропагандистского воздействия на моряков, вовлеченных в мятеж случайно кронштадтскими главарями. Семанов пишет: «В пропагандистских материалах всячески подчеркивалась контрреволюционная сущность «ревкома», доказывалось, что фактическими его руководителями являются бывшие офицеры, закамуфлированные белогвардейцы. 4 марта было опубликовано воззвание Комитета обороны Петрограда «Достукались. К обманутым кронштадтцам». В нем говорилось:

«Теперь вы видите, куда вели нас негодяи. Достукались. Из-за спины эсеров и меньшевиков уже выглянули оскаленные зубы бывших царских генералов... Все эти генералы Козловские, Бурскеры, все эти негодяи Петриченки и Тукины в последнюю минуту, конечно, убегут к белогвардейцам в Финляндию. А вы, обманутые рядовые моряки и красноармейцы, куда денетесь вы? Если вам обещают, что в Финляндии будут кормить – вас обманывают. Разве вы не слышали, как бывших врангелевцев увезли в Константинополь и как они там тысячами умирали, как мухи, от голода и болезней? Такая же участь ожидает и вас, если вы не опомнитесь тотчас же... Кто сдастся немедленно – тому будет прощена его вина. Сдавайтесь немедленно!»

По свидетельству того же Семанова, в первых числах марта была проведена всеобщая мобилизация всеобуча. К 4 марта в подразделениях такого рода насчитывалось 1376 коммунистов и 572 комсомольца. Не остались в стороне и профсоюзы, сформировав свой отряд численностью 400 человек. Эти силы использовались пока лишь для внутренней обороны города, но одновременно становились резервом регулярных красноармейских частей, окружавших мятежный Кронштадт. Партийные, профсоюзные, комсомольские мобилизации, а также призыв всеобуча были проведены организованно и быстро, продемонстрировав полную готовность петроградских коммунистов дать отпор восставшим.

Свою и немалую роль в деле мобилизации рабочих масс Петрограда сыграли профессиональные союзы. Профсоюзы, как свидетельствует Пухов, представляли собой большую силу: в их рядах насчитывалось 269 тыс. членов в городе и еще порядка 37 тыс. в губернии.

4 марта, Совет профсоюзов обратился с воззванием к населению города. «Снова у подступов Красного Петрограда появились золотые погоны». Именно так начался призыв совета, подразумевавший генерала Козловского и иных руководителей мятежа с «царским» прошлым. Далее воззвание напоминало о тревожных днях 1919 г., когда белогвардейцы стояли буквально под стенами города. «Что спасло Красный Петроград от Юденича? Тесная сплоченность питерских рабочих и всех честных трудящихся». Воззвание напоминало о решающих событиях гражданской войны, ответить тесным сплочением на провокации антисоветских сил.

Во всех районах Петрограда создавались вооруженные отряды комсомольцев. И лозунг ревтроек: «Ни один коммунист не должен остаться дома» оказался выполнен на все сто процентов.

5 марта 1921 года приказом Реввоенсовета № 28 была восстановлена 7-ая армия под командованием Тухачевского, которому предписывалось подготовить оперативный план штурма и «в кратчайший срок подавить восстание в Кронштадте». Штурм крепости был назначен на 8 марта. Именно в этот день после нескольких переносов должен был открыться Х съезд РКП(б). Но это было не простое совпадение, а продуманный, предпринятый с определенным политическим расчётом шаг.

Сжатые сроки подготовки операции также обуславливались и тем, что вскрытие Финского залива могло сильно осложнить штурм и взятие крепости. 7 марта силы 7-й армии насчитывали почти 18 тыс. красноармейцев: почти 4 тыс. бойцов в Северной группе, около десяти в Южной и еще 4 тыс. в резерве. Основной ударной силой являлась сводная дивизия под командованием Дыбенко, в состав которой вошли 32-я, 167-я и 187-я бригады РККА. Одновременно началось выдвижение к Кронштадту и 27-й омской стрелковой дивизии.

В 18:00 7 марта начался обстрел кронштадтских фортов курсовыми батареями. На рассвете 8-ого числа, в день открытия X съезда ЦК РКП(б) солдаты Красной Армии пошли на штурм Кронштадта по льду Финского залива. Однако, взять крепость не удалось: штурм был отбит и войска с потерями вернулись на исходные позиции.

Неудачный бой, как позже вспоминал Ворошилов, подорвал моральных дух некоторых частей армии: «политико-моральное состояние отдельных частей вызывало тревогу»,  результате чего два полка 27-й Омской стрелковой дивизии (235-й Минский и 237-й Невельский) отказались участвовать в сражении и были разоружены.

По данным Советской военной энциклопедии, по состоянию на 12 марта, силы восставших насчитывали 18 тыс. солдат и матросов, более сотни орудий и свыше сотни пулеметов, в следствие чего число войск, готовившийся ко второму штурму крепости было так же увеличено до 24 тыс. штыков, 159 орудий  и 433 пулеметов, а сами подразделения разделили на два оперативных соединения: южную группу,  под командованием Сидякина, наступавшую с юга, из района Ораниенбаума и северную, под руководством Казанского, наступавшую на Кронштадт с севера по льду залива, с участка побережья от Сестрорецка до мыса Лисий нос.

Подготовка была проведена тщательно: в действующие части для усиления направили отряд сотрудников Петроградской губернской милиции (из них, в штурме приняли участие 182 бойца – сотрудники Ленинградского уголовного розыска), около 300 делегатов X съезда партии, 1114 коммунистов и три полка курсантов нескольких военных училищ. Была проведена разведка, подготовлены белые маскхалаты, доски и решётчатые мостки для преодоления ненадёжных участков ледяной поверхности.

Штурм крепости был начат в ночь на 16 марта 1921 года, до начала боя силы РККА сумели незаметно занять форт №7, оказавшийся пустым, однако форт №6 оказал продолжительное и ожесточённое сопротивление. Форт №5 сдался сразу после начала артиллерийского обстрела, но до того, как к нему подошла штурмовая группа. Сам гарнизон, стоит отметить, не оказал никакого сопротивления, курсантов из штурмовой группы встретили возгласами «Товарищи, не стреляйте, мы тоже за Советскую власть», из чего можно сделать вывод, что далеко не все участники мятежа горели желанием и далее в нём участвовать.

А вот  соседний форт № 4 держался несколько часов и во время штурма атакующие понесли тяжёлые потери. В ходе тяжелых боёв удалось также овладеть фортами № 1 и № 2, «Милютин» и «Павел», однако, как впоследствии вспоминал Ворошилов, батарею «Риф» и батарею «Шанец» защитники покинули до начала штурма и по льду залива ушли в Финляндию, охотно их принявшую.

После захвата всех фортов, красноармейцы ворвались в крепость, где начались ожесточённые уличные бои с повстанцами, однако к 5 часам утра 18 марта сопротивление кронштадтцев было сломлено, после чего штаб восставших, находившийся в одной из орудийных башен «Петропавловска», принял решение уничтожить линкоры вместе с пленными, находившимися в трюмах и прорываться в Финляндию. Они приказали заложить несколько пудов взрывчатки под орудийные башни, однако это распоряжение вызвало возмущение. На «Севастополе» старые матросы разоружили и арестовали восставших, после чего выпустили из трюма коммунистов и радировали, что на корабле восстановлена Советская власть. Некоторое время спустя, после начала артиллерийского обстрела сдался и «Петропавловск», который уже покинули большинство мятежников.

На палубе линкора "Петропавловск" после подавления мятежа. На переднем плане – пробоина от крупнокалиберного снаряда.

По данным советской военной энциклопедии, штурмующие потеряли 527 человек убитыми и 3285 ранеными. При штурме было убито свыше тысячи мятежников, свыше 2 тыс. было «ранено и захвачено в плен с оружием в руках», более двух тысяч – сдались в плен и около восьми тысяч – ушли в Финляндию.

Контрреволюционный мятеж в Кронштадте был подавлен. Жизнь в городе постепенно налаживалась, но жертвы были немалыми.

Повреждения получили кронштадтские форты, порт и сооружения города-крепости, линкоры «Петропавловск» и «Севастополь». Были затрачены большие материальные ресурсы. Такова  цена за бессмысленный мятеж, поднятый кучкой контрреволюционеров, сумевших демагогией и ложью увлечь за собой матросов и солдат, полуголодных и усталых. Среди пленных мятежников были трое членов так называемого временного ревкома. Некоторые из непосредственных руководителей мятежа, не успевших сбежать в Финляндию, были переданы суду и по его приговору расстреляны.

Жизнь в Петрограде возвращалась на круги своя довольно быстро. Уже 21 марта В. И. Ленин направил телефонограмму Петросовету о немедленной отмене осадного положения в городе, а еще ранее был отозван в Москву  Тухачевский, а командующим войсками Петроградского военного округа вновь стал Д. Н. Авров. По его приказанию Северная и Южная группы войск расформировывались. 10 апреля 1921 г. 27-я Омская стрелковая дивизия, столь много сделавшая для разгрома мятежа, по указанию Реввоенсовета Республики была переброшена в Заволжский военный округ. 22 марта в Москве?Владимир Ильич принял делегатов X съезда, вернувшихся после боев под Кронштадтом. Он рассказал им об итогах работы съезда, беседовал с ними о боях с мятежниками, а затем, по просьбе делегатов, сфотографировался с ними.

Что касается судьбы мятежников, бежавших в Финляндию – встретили их довольно холодно. Корреспондент «Последних новостей» в выпуске за 20 марта 1921 года бесстрастно описывал следующую выразительную сцену: «Финляндская пограничная стража разоружает матросов и солдат, предварительно заставляя их возвращаться и подбирать на льду брошенные пулеметы и ружья. Больше 10 тыс. ружей подобрано» . Руководителей  мятежа разместили в бывшей русской крепости Ино, а остальных распределили по лагерям под Выборгом и в Териоках. Вокруг лидеров мятежа первое время разгорелся ажиотаж, у них брали интервью, ими интересовались и, пусть и второстепенные, но деятели русской эмиграции. Однако, вскоре забыли и про них, а ответственность за их существование возложили на Красный Крест.

Все это как нельзя более точно подчеркивает мысль В. И. Ленина о том, что в период ожесточения классовой борьбы нет и не может быть третьей силы, она либо сливается с одной из борющихся между собой противоположных группировок, либо распыляется и гибнет.

Сам Ленин к урокам Кронштадта возвращался в своих заметках еще не раз,  а в письме к петроградским рабочим сформулировал один из важнейших выводов «кронштадтского урока»:

«Рабочие и крестьяне стали понимать после кронштадтских событий лучше, чем прежде, что всякая передвижка власти в России [от большевиков к «беспартийным»] идет на пользу белогвардейцам; недаром Милюков и все умные вожди буржуазии приветствовали кронштадтский лозунг «Советы без большевиков».

А окончательную точку под этой печальной историей он поставил спустя месяц, написав следующее:

«Массе рабочих и крестьян нужно немедленное улучшение их положения. Поставив на полезную работу новые силы, в том числе беспартийных, мы этого достигнем. Продналог и ряд связанных с ним мероприятий этому помогут. Экономический корень неизбежных колебаний мелкого производителя мы этим подрежем. А с политическими колебаниями, полезными только Милюкову, мы будем бороться беспощадно. Колеблющихся много. Нас мало. Колеблющиеся разъединены. Мы объединены. Колеблющиеся экономически несамостоятельны. Пролетариат экономически самостоятелен. Колеблющиеся не знают, чего они хотят: и хочется, и колется, и Милюков не велит. А мы знаем, чего мы хотим.

И потому мы победим».


Литература:

1) Ворошилов К.Е: Из истории подавления кронштадтского мятежа, «Военно исторический журнал.1961. №3.С. 15—35.

2) Пухов А.С: Кронштадтский мятеж в 1921 г. Гражданская война в очерках. [Л.], 1931, стр. 93.

3) Семанов С.Н: Ликвидация антисоветского кронштадтского мятежа.

4)Троцкий Л.Д: «Шумиха вокруг Кронштадта»

Кронштадтский мятеж

aloban75.livejournal.com

Подавление Кронштадтского восстания: antisovetsky — LiveJournal

18 марта 1921 года был подавлен Кронштадтский мятеж, начавшийся под лозунгом «За Советы без коммунистов!». Это было первое после окончания Гражданской войны антибольшевистское восстание. Команды линкоров «Севастополь» и «Петропавловск» потребовали провести перевыборы Советов, упразднить комиссаров, предоставить свободу деятельности социалистическим партиям и разрешить свободную торговлю.



Однако нужно понимать, что под большевистский террор попали и те, кто был участником восстания марта 1917 г. Впоследствии Кронштадт превратился в мрачный советский застенок и местом мученической кончины тысяч петербуржцев всех сословий. Сюда в 1918-1920 гг. доставлялись на баржах арестованные офицеры, духовенство. Содержали их в кронштадтских тюрьмах, в одной из которых при большевиках разместилось местное ГПУ. Есть свидетельства о казнях офицеров и духовенства в Кронштадте, 400-500 человек были расстреляны и погребены во дворе бывшей гражданской тюрьмы, многие затоплены на баржах за Толбухиным маяком.


Кронштадтская матросня была авангардом и ударной силой большевиков: они участвовали в Октябрьском перевороте, подавляли восстание юнкеров военных училищ Петрограда, штурмовали Московский Кремль и устанавливали Советскую власть в самых разных городах России.


И именно эти люди возмутились тем что большевики (которым они верили) довели страну на грань национальной катастрофы, в стране разруха, 20% населения страны голодало, в отдельных регионах даже наблюдалось людоедство.


В конце 1920 – начале 1921 вооруженные восстания крестьян охватили Западную Сибирь, Тамбовскую, Воронежскую губернии, Среднее Поволжье, Дон, Кубань, Украину, Среднюю Азию. Все более взрывоопасной становилась ситуация в городах. Не хватало продовольствия, многие заводы и фабрики закрывались из-за нехватки топлива и сырья, рабочие оказывались на улице. Особенно тяжелое положение в начале 1921 сложилось в крупных промышленных центрах, прежде всего в Москве и Петрограде. Все это накаляло социальную атмосферу.


Люди реально увидели, что жизненный уровень, который им дала Советская власть, куда хуже чем уровень жизни домашнего скота при прежней власти... Происходил массовый выход из партии, начинался бунт.


Поводом к волнениям в Кронштадте стали выступления рабочих в Петрограде. 24 февраля 1921 рабочие Трубочного завода вышли на улицу. К ним примкнули рабочие других предприятий. Вскоре среди демонстрантов появились матросы и солдаты. Толпа освободила рабочих, арестованных за невыход на работу (на остановившихся предприятиях).


Сообщение о волнениях в столице достигло Кронштадта. 1 марта моряки и красноармейцы военной крепости Кронштадт (гарнизон 26 тысяч человек) под лозунгом «Власть Советам, а не партиям!» вынесли резолюцию о поддержке рабочих Петрограда.



Матросы, солдаты и жителей Кронштадта провели на Якорной площади митинг, на котором потребовали от большевиков: освободить всех политзаключённых, упразднить комиссаров, дать полную свободу левым партиям, разрешить кустарное производство, разрешить крестьянам пользоваться своей землёй, разрешить свободу торговли. В этот же день в крепости был создан Временный революционный комитет (ВРК), не подчинявшийся большевикам.


Кронштадтцы добивались открытых и гласных переговоров с властями, однако Совнаркомом было принято решение: в переговоры не вступать, а мятеж подавить любыми средствами. Восставшие были объявлены «вне закона». Последовали репрессии в отношении родственников руководителей восстания. Их брали в качестве заложников.


2 марта Петроград и Петроградская губерния были объявлены на осадном положении.


3 марта 1921 года в крепости был образован «штаб обороны», который возглавил бывший капитан Е. Н. Соловьянинов, в состав штаба вошли «военные специалисты»: командующий артиллерией крепости, бывший генерал А. Р. Козловский, контр-адмирал С. Н. Дмитриев, офицер генерального штаба царской армии Б. А. Арканников.


4 марта Комитет обороны Петрограда предъявил Кронштадту ультиматум. Было решено защищаться. Гарнизон крепости Кронштадт насчитывал 26 тысяч военнослужащих, однако следует отметить, что в восстании участвовал не весь личный состав — в частности, 450 человек, отказавшиеся примкнуть к восстанию, были арестованы и заперты в трюме линкора «Петропавловск»; с оружием в руках на берег в полном составе ушла партийная школа и часть матросов-коммунистов, имелись и перебежчики (всего, до начала штурма, крепость покинули более 400 человек).


Мало кто из коммунистов желал проливать кровь матросов, которые подарили власть Ленину и Троцкому. И вот тогда партия посылает на подавление своих полководцев. Тут и Троцкий, и Тухачевский, и Якир, и Федько, и Ворошилов с Хмельницким, Седякин, Казанский, Путна, Фабрициус. Такое впечатление, что в тот момент никто молодой Советской республике не угрожал. Кроме народов России. Уже забастовал Питер. Тамбовские мужики сажали на вилы озверевших комиссаров. Поэтому Кронштадт надо было давить. Срочно. Но одних командиров мало. И тогда партия посылает делегатов своего X съезда и крупных партийцев. Тут и Калинин, и Бубнов, и Затонский. Формируется Сводная дивизия... Она еще именовалась Сбродной. Собрали тех коммунистов, кто провинился, проворовался, пропился, продался. Во главе Сводной дивизии был назначен бежавший с поля боя, изгнанный из партии за трусость, бывший председатель Центробалта товарищ Дыбенко (его именем в Петербурге до сих пор названы метро и улица).


5 марта 1921 года приказом Реввоенсовета № 28 была восстановлена 7-я армия под командованием М. Н. Тухачевского, которому предписывалось подготовить оперативный план штурма и «в кратчайший срок подавить восстание в Кронштадте». Штурм крепости был назначен на 8 марта.


В 18:00 7 марта начался артобстрел Кронштадта. На рассвете 8 марта 1921 года солдаты Красной армии пошли на штурм Кронштадта. Но штурм был отбит гарнизоном из 8 тысяч матросов, и войска с огромными потерями отступили на исходные рубежи. Как отмечал К. Е. Ворошилов, после неудачного штурма «политико-моральное состояние отдельных частей вызывало тревогу», два полка 27-й Омской стрелковой дивизии (235-й Минский и 237-й Невельский) отказались участвовать в сражении и были разоружены. А после того как стало известно, что отдельные солдаты переходят на сторону мятежников, была объявлена мобилизация коммунистов по всей стране.


Красная армия атакует Кронштадт в марте 1921 года


Отличилась и Сводная дивизия. О храбрости Дыбенко докладывал заместитель начальника особого отделения Юдин: «561 полк, отойдя полторы версты на Кронштадт, дальше идти в наступление отказался. Причина неизвестна. Тов. Дыбенко приказал развернуть вторую цепь и стрелять по возвращающимся. Комполка 561 принимает репрессивные меры против своих красноармейцев, дабы дальше заставить идти в наступление».


Самые сознательные коммунисты отправились на подавление мятежа, среди этих активистов были писатель Фадеев, будущий маршал Конев..


По состоянию на 12 марта 1921 года силы мятежников насчитывали 18 тыс. солдат и матросов, 100 орудий береговой обороны (с учётом корабельных орудий линкоров «Севастополь» и «Петропавловск» — 140 орудий), но орудия фортов были стационарными и к сожалению большей частью направлены в противоположную сторону от атакующих.


При подготовке ко второму штурму численность группы войск была доведена до 24 тыс. штыков (по некоторым данным до 40 тыс.), в том числе из штрафников.


Естественно поставлены пять заград-отрядов для расстрела "трусов и дезертиров"...


Штурм начался в ночь на 17 марта 1921 года, атакующие были в белых масхалатах и были замечены лишь в километре от крепости, поэтому огонь артиллерии был малоэфективен, тем более снаряды подавались в ручную, линкоры вмерзли в лед и перекрывали друг другу зоны обстрела, и плюс еще и снаряды которыми велся огонь были бронебойными, с донными взрывателями... пробивая лунку уходил под воду и взрывался глубоко под водой. А многие не взрывались вовсе потому что врыватели были поставлены неправильно. Все это из-за низкой выучки личного состава, который лишился кадровых офицеров, которых эти-же самые матросы расстреливали массово по классовому признаку годами ранее.


С 17 на 18 марта 1921 года около 8 тысяч мятежников в том числе и генерал Козловский ушли в Финляндию. Их отход по жребию прикрывали несколько сотен человек.


18 марта 1921 года штаб восставших (который находился в одной из орудийных башен «Петропавловска») принял решение уничтожить линкоры (вместе с пленными, находившимися в трюмах) и прорываться в Финляндию. Они приказали заложить несколько пудов взрывчатки под орудийные башни, однако это распоряжение вызвало возмущение. На «Севастополе» старые матросы разоружили и арестовали восставших, после чего выпустили из трюма коммунистов и радировали, что на корабле восстановлена Советская власть. Некоторое время спустя, после начала артиллерийского обстрела сдался и «Петропавловск» (который уже покинули большинство мятежников).


Захваченных матросов судят. Разбирали каждое дело индивидуально и вынесли 2103 смертных приговора (ВИЖ. 1991. № 7. С. 64). Расстреляли заодно священника и старосту Морского собора. Также к различным срокам наказания было приговорено 6459 человек


По данным советских источников, штурмующие потеряли 527 человек убитыми и 3285 ранеными. При штурме было убито 1 тыс. мятежников, свыше 2 тыс. было «ранено и захвачено в плен с оружием в руках», более 2 тыс. — сдались в плен.


Началась жестокая расправа не только над теми, кто держал в руках оружие, но и над населением. С весны 1922 началось массовое выселение жителей Кронштадта с острова. В течение последующих лет оставшиеся в живых участники кронштадтских событий позднее неоднократно вновь были репрессированы.


Допрос участника восстания


Судьба 8 тыс. спасшихся мятежников в Финляндии тоже была не очень завидной: правительство Финляндии чрезвычайно опасалась коммунистической заразы из России и держала их за колючей проволокой. Пропитанием повстанцев занялся американский Красный крест, русские эмигрантские организации собирали им одежду, бельё.


После объявленной амнистии половина беженцев вернулась в СССР, где сгинула в тюрьмах.


Оставшиеся в эмиграции влачили жалкое существование, а после нападения Советского Союза на Финляндию подвергались травле и гонениям, меняли русские имена на финские, скрывая своё происхождение, пытались ассимилироваться в Финляндии, поэтому потомки мятежников не говорят по-русски, но раз в год собираются в Православном Покровском Храме город Лаппеенранта, где в 1993 году был отпет последний Кронштадский повстанец.

antisovetsky.livejournal.com

1921. Расстрел матросов Кронштадского мятежа в Детском Селе

Краткая справка о расстреле кронштадцев около Казанского кладбища в Детском Селе в 1921 году.

 

История г. Пушкина и окрестностей Казанского кладбища хранит малоизвестные страницы, связанные с последствиями подавления Крон­штадтского восстания матросов в феврале-марте 1921 г. Без знания и понимания событий этого мятежа, понять и оценить объективно последующие события террора невозможно.

 

 

8 марта 2016 года исполнилось 95 лет со дня начала восстания балтийских моряков в Кронштадте. Долгое время выступление кронштадтского гарнизона в марте 1921 г освещалось предельно кратко и односторонне, только с точки зрения по­бедителей, без глубокого анализа причин. Что известно о последствиях мятежа и судьбах кронштадтцев, связан­ных с историей Детского Села весны-осени 1921 г.? К сожалению, очень мало.

После подавления мятежа в Кронштадте начались аресты как акти­вистов восстания, так и тех, кто вообще не брал в свои руки оружие. Репрессии в разных формах продолжались вплоть до 1922 г. Признанные виновными кронштадтцы предавались суду военного трибунала по законам осадного положения.

 

 

Известна информация (с 1999 г.) о том, что: «19 марта 1921 года 5-й заградотряд повел в Гатчино и в Детское Село 2300 пленных».

Телеграмма:

«Кронштадт из Детского Села

От завразведотделом Зенеца принято матросов шестьсот тридцать два, рабочих и служащих — триста семьдесят один. Всего одна тысяча че тыреста двадцать пять человек. 29 марта 1921 года.

Зам. пред, уездкомдезертир И. Федин».

 

Воспоминания Замского Арона Самсоновича, старожила г. Пушки­на:3

"В марте (1991 года — прим. ред.) отмечалось 70-летие кронштадтского восстания матросов. Многие годы он квалифицировался как вооруженное выступление эсеро­меньшевистских контрреволюционных сил против молодой республики Советов. Но история восстановила истину. Восстание в крепости явилось следствием вспышки недовольства моряков — крестьянских сыновей, по­литикой так называемого военного коммунизма, репрессиями против сельского населения в ответ на сопротивление продразверстке.

Кронштадтский мятеж, как известно, был жестоко подавлен. Эхо «красного террора» прозвучало и в нашем городе. Об этом — в публикуе­мых сегодня воспоминаниях. Как рассказал мне отец, на Казанском кладби­ще он как-то повстречался с одним из старейших жителей нашего города — бывшим, как его называли, «царским кондитером».

Этот старик поведал моему отцу о расстрелах участников крон­штадтского мятежа, которые происходили в то время около кладбища. Мои неоднократные попытки войти в контакт с этим замкнутым стариком ничего не дали. Он, видимо, избегал бесед со случайными людьми, не доверял им. Но вот судьба свела нас в одной многонаселенной палате больницы имени Семашко. Это уже было в 1958 году. Я решил воспользоваться больничным соседством и войти к нему в доверие. Вскоре выпал удобный случай помочь соседу. Вот тут-то и наступил подходящий момент распо­ложить его к себе для разговора...

После подавления кронштадтского мятежа в 1921 году его участников-матросов развезли по разным пригородам Петрограда. Значительная часть была заключена в военную тюрьму Царского Села. По ночам груп­пами по 20-30 человек под усиленным конвоем в сопровождении конной повозки моряков приводили к Казанскому кладбищу. Здесь, с левой сто­роны перед воротами погоста их раздевали, оставляли лишь в нижнем белье и расстреливали. Снятое обмундирование грузилось на телегу и возвращалось обратно. Так продолжалось длительное время.

Сейчас на месте расстрелов выросли деревья.

Много лет спустя после встречи со стариком-кондитером другой царскосел, ныне покойный А.М. Ионов, рассказал мне про то же самое о судьбе матросов из Кронштадта. Он вспоминал, что будучи подростком, заранее пробирался на кладбище и из укрытий наблюдал за тем, что про­исходило на этом роковом месте. По его словам, на этой же земле и до революции производились расстрелы военных и уголовных преступ­ников. Ведь такому люду негоже почивать среди благопристойных обы­вателей Царского Села."

 

Фрагмент карты Царского Села 1911 года Вильчковского, с указнием мест, указанных ниже очевидцами: Казанское кладбище, дер. Комиссаровка (Новосёлки), Красная слободка и т.д.

 

Известны, находящиеся с 1991 г. в Историко-литературном музее г. Пушкина и в Санкт-Петербургском отделении правозащитного общества «Мемо­риал», воспоминания о Кронштадтской трагедии 1921 г. свидетелей тех событий, их родственников и знакомых, а также других лиц, которые пуб­ликуются ниже.

 

Алексеев Юрий Васильевич, директор кинотеатра «Авангард», рассказал 25 октября 1990 г. нижеследующее:

Примерно полгода назад в Музей истории г. Пушкина приходили люди и говорили, что в 1921 г. на Казанском кладбище проводились без суда и следствия массовые расстрелы пленных участников кронштадтско­го мятежа. Их воспоминания не фиксировались.

Давыдова Наталия Алексеевна, директор Историко-литературно­го музея г. Пушкина, рассказала 18 июня 1990 г. нижеследующее:

Известно со слов жителя деревни Новоселки Ионова Александра Михайловича, что в течение нескольких месяцев 1921 г. в районе Гусар­ской ул. в Детском Селе находились под охраной в бараках примерно 300 участников кронштадтского мятежа, у которых были проблемы с пи­танием. Иногда по вечерам их группы по 2-3 человека свободно ходили по деревне Новоселки и просили у крестьян продукты питания. Позднее их всех расстреляли на территории современного Казанского кладбища.

Смирнов Юрий Николаевич, 1932 г. рожд., житель г. Пушкина, рассказал 16 мая 1990 г. нижеследующее.

По словам матери (умерла в 1980 г.), ей рассказывала ее подруга Ступина Агриппина Васильевна (1898 г. рожд.), что в 1921 г., летом, в течение примерно одной недели, расстреляно и захоронено в рвах около пяти тысяч участников кронштадтского мятежа. В тюрьме Детского Села (недалеко от Казанского кладбища) были забиты арестованными моряками камеры, дворы, подвалы. 

В то время говорили, что большие их группы гнали под конвоем от тюрьмы по проселочной дороге через деревню Большое Катлино, затем их расстреливали где-то за деревней. Днем рыли рвы, а ночью мятежни­ков расстреливали. В то время говорили, что среди расстрелянных кронштадтских мо­ряков был сын жителя деревни Большое Катлино. По ночам его отец раз­рывал могилы в поисках сына.

Захарова Екатерина Васильевна, 1906 г. рожд., жительница г. Пуш­кина, рассказала 22 мая 1990 г. нижеследующее.

Помнит со слов отца, что в 1921 г. часть участников кронштадтско­го мятежа была в тюрьме Детского Села. Впоследствии их вели за Казан­ское кладбище, где и расстреляли.

Некрасова Мария Михайловна, 1919 г. рожд., жительница г. Пуш­кина рассказала 22 мая 1990 г. нижеследующее:

Помнит слова отца о том, что в тюрьме из красного кирпича в Дет­ском Селе («Красная Тюрьма»), в 1921 г. находились моряки кронштадт­ского мятежа, которые впоследствии были расстреляны. Захоронение «братушёк» (как говорил дядя Ваня) находится за Ка­занским кладбищем (в границах тех лет) в конце Катлинской дорожки за луговым участком.

Тоскин Борис Иванович, 1915 г. рожд., житель г. Пушкина, рас­сказал 13 июня 1990 г. нижеследующее:

Проживал в 1921 г. в деревне Новоселки, находящейся примерно в 1,5 км к востоку от Казанского кладбища в Детском Селе.

Помнит, что осенью 1921 г., когда было еще тепло, но сумерки на­ступали рано, вместе с братом, родителями, а также дедушкой и бабуш­кой слышали звуки выстрелов (залповые) в вечернее время в течение примерно недели, к югу от Казанского кладбища в старых его границах. Помнит слова деда: «Каких добрых молодцев повели», «Моряков расстреливали китайцы».

Может показать примерное место расстрела и захоронения участ­ников кронштадтского мятежа, на котором в настоящее время имеются другие захоронения. Слышал в более позднее время, что участников кронштадтского мя­тежа расстреливали также в Ораниенбауме и Стрельне.

Тоскин Павел Иванович, 1913 г. рожд., житель г. Пушкина, рас­сказал 13 июня 1990 г. нижеследующее:

Житель бывшей деревни Новоселки, находящейся примерно в 1,5 км к востоку от Казанского кладбища. 

Помнит, что осенью, когда рано наступали сумерки, наблюдал вместе с родителями с чердака дома деда по вечерам, примерно в течение недели, залповые вспышки и звуки выстрелов с интервалами примерно в одну минуту. Были слышны стоны и крики расстреливаемых людей. В то время говорили, что это были участники кронштадтского мятежа.

В этот же период времени, в дневные часы, видел, как по Саперной ул. в Детском Селе везли на грузовой автомашине по направлению к тюрьме моряков под охраной красноармейцев.

В то же время говорили, что моряков расстреливали в низине, к юго- востоку от могилы литовского поэта и революционного деятеля Ю. Янониса. 

Позднее, в 1932 г., слышал от жены сторожа Казанского кладбища, что моряки сами рыли себе могилы, затем их расстреливали в нижнем белье. Также помнит слова жены сторожа кладбища, что в их доме военные занавешивали простынями окна, чтобы жители не видели, как расстрели­вали моряков. Помнит, что жену сторожа кладбища звали Викентьевной, а фамилия ее — Конопацких.

Быков Александр Павлович, 1904 г. рожд., житель поселка Алек­сандровская, рассказал 24 июня 1990 г. нижеследующее:

В 1921 г. проживал в деревне Перелесино (к юго-западу от Казан­ского кладбища).

Помнит, что на территории современного Казанского кладбища, слева от дорожки на деревню Большое Катлино (в его южной части, за границей старого кладбища) находятся два захоронения расстрелянных в 1921 г. уча­стников кронштадтского мятежа. Свежую землю на данных захоронениях видел своими глазами. В первом захоронении, ближе к южной границе старого кладбища, находятся примерно 500 расстрелянных, в другом за­хоронении, в двадцати метрах южнее первого захоронения — примерно 200-300 расстрелянных участников кронштадтского мятежа.

Помнит также, что мятежники, преимущественно в гражданской одежде, в течение полугода (примерно с апреля по сентябрь) находились ​в тюрьме в Детском Селе, а также в близлежащих бараках под охраной военных.

В этот период времени их судила тройка военного трибунала, кото­рая приезжала из Петрограда в Детское Село примерно один раз в неделю. Трибунал заседал на территории дислокации бывшего Его Императорско­го Величества 2-го стрелкового полка (около Орловских ворот).

Однажды был невольным свидетелем заседания военного трибунала (слышал через стенку с плохой звукоизоляцией слова, сказанные по-русски с акцентом: «Всех стричь надо»). Работал в то время извозчиком с лошадью, принадлежавшей семье. Слышал, что большую партию мятежников, приговоренных к расстрелу, конвойные вели на Казанское кладбище с руками, прикрепленными к общей проволоке. Слышал, что некоторых участников кронштадтского мятежа рас­стреливал работник «Огородничества Курицына» — зять садовника Кури­цына. В то время говорили, что он впоследствии сошел с ума.

Помнит также, что приговоренных к расстрелу мятежников рас­стреливали в Аракчеевском лесу (к юго-востоку от деревни Красная Сло­бодка). Лес занимал площадь примерно четыре гектара и был разделен про­секой на две неравные части (просека проходила примерно с севера на юг, при этом большая часть леса — ближе к Казанскому кладбищу). Мятежники сами рыли себе могилы, затем их расстреливали из вин­товок. В 1922-1923 гг. лес был вырублен на дрова и строительные нужды Детского Села.

Помнит также, что находящихся под стражей мятежников, живу­щих в бараках, конвойные по вечерам отпускали малыми группами в де­ревни просить милостыню.

Кулигин Николай Иванович, 1913 г. рожд., житель г. Пушкина, рассказал 27 июня 1990 г. нижеследующее:

Помнит, что летом 1921 г. слышал вместе с родителями, примерно в течение двух вечеров, залповые звуки выстрелов в южной части Казан­ского кладбища Детского Села (из деревни Красная Слободка, примерно в одном километре к западу от кладбища). В то время говорили, что расстреливали участников кронштадтско­го мятежа.

Помнит также, что участников мятежа расстреливали в «Аракчеев­ском» лесу, на его единственной просеке (к юго-востоку от деревни Крас­ная Слободка). Этот лес был вырублен на дрова и для строительных нужд Детского Села примерно в 1922-1923 гг. Видел своими глазам участников кронштадтского мятежа в районе тира, находящегося около Гусарской улицы.

Мясникова (Кулигина) Анастасия Николаевна, 1906 г. рожд., жительница Ленинграда, рассказала 27 июня 1990 г. нижеследующее:

Помнит, что весной 1921 г., когда уже была трава на земле, в три или четыре казармы, находящиеся на Софийском плацу Детского Села, были пригнаны моряки, причем казармы были ими переполнены. 

Жители деревни Красная Слободка (на Гатчинском шоссе, пример­но в полутора километрах от Орловских ворот) не знали, что происходит. В дальнейшем они узнали от женщины, которая попросилась пере­ночевать у них в доме с девочкой, что в прилегающем к деревне лесу, на просеке, делящей лес на большую и малую части, военные вырыли большую глубокую яму. Жители деревни данный лес называли «Аракче­евским» по прозвищу деревни Красная Слободка — «Аракчеевка». 

Женщина сказала, что на Пожарище — так еще назывался лес, всех моряков будут расстреливать. В дальнейшем их там расстреляли и зары­ли. Моряков возили от казарм к лесу на одной или двух автомашинах в течение четырех дней. Автомашины ездили по кольцевому маршруту с интервалом движения в 20-30 минут, за лесом дорога была полевая.

Моряков расстреливали в полукилометре от деревни два палача, одетые в красные комбинезоны. Все четыре дня была выставлена охрана из военных, но мальчишки все подсмотрели. Иногда они находили в траве выброшенные моряками перед расстрелом золотые часы и кольца, находили записки. Братская могила была зарыта, затем охрана уехала на автомашине. В то время люди говорили, что были закопаны и раненые еще жи­вые люди. Помнит, что часть моряков и людей в гражданской одежде ходила в деревню Красная Слободка, просили поесть, за что предлагали вещи. Жители деревни давали им поесть, в основном, квашеную капусту и хлеб.

Ионова Мария Федоровна, жительница г. Пушкина, рассказала 30 июня 1990 г. нижеследующее.

В 1921 г. проживала в деревне Новоселки, в полутора километрах к востоку от Казанского кладбища Детского Села.

Помнит со слов мужа, Ионова Александра Михайловича, что крестьяне деревни Новоселки носили в 1921 году до глубо­кой осени к баракам на Гусарской улице по вечерам морякам молоко и картофель. Муж говорил, что осенью 1921 г. он вместе с родителями слышал звуки выстрелов с южной части Казанского кладбища.

Кулигин Анатолий Егорович, 1908 г. рожд., житель г. Гатчина, рассказал 1 июля 1990 г. нижеследующее:

Помнит, что весной 1921 г., когда травы на земле еще не было, большая часть участников кронштадтского мятежа была доставлена из Кронштадта в Детское Село, преимущественно в гражданской одежде, и сосредоточена в 4-этажном здании из красного кирпича, расположен­ном к востоку от деревни Красная Слободка, находящемся на Гатчинском шоссе, примерно в 1,5 км от Орловских ворот. Здание было окружено ко­лючей проволокой (сохранилось до настоящего времени).

Из состава мятежников каждого третьего конвоировали в тюрьму, находящуюся примерно в 1,5 км. Из тюрьмы людей вели к югу через Ка­занское кладбище, где их расстреляли ночью. Расстреливал их из ручного пулемета один человек, сидя на стуле. От деревни до места расстрела при­мерно 1,5 км. Были слышны звуки выстрелов и крики умирающих людей. Расстреливаемых видел сам, с расстояния примерно 100 метров, так как около этого места находился отруб земли его семьи, площадью 3 гектара. 

Видел также, как расстреливали одиночных участников кронштадт­ского мятежа на небольшой просеке к северо-западу от малой части Аракчеевского леса. Было примерно 10 могил, которые приговоренные к расстрелу выкапывали сами себе. Они были в нижнем белье. Расстрели­вали их в голову из винтовок. Могилы зарывали красноармейцы, которые расстреливали участников мятежа. Могилы были не глубокие. Впоследст­вии их разрывали собаки. Были видны головы, ноги. 

В период мятежа был ездовым при командире 60-го стрелкового пол­ка, с принадлежащим семье жеребцом Васькой, а также при штурме кре­пости подвозил патроны. После подавления мятежа был направлен командиром в Кронштадт возить на подводе трупы расстрелянных, которых было очень много. Трупы возили в госпиталь и большой сарай.

Помнит, что брат матери — Василий Мясников — матрос корабля, до мятежа был в отпуске в деревне Комиссаровка. До начала мятежа уехал в Кронштадт. После мятежа был сослан в Соловки, где заключенные жили плохо, голодали, ходили по миру.

Помнит также, что участвовал зимой 1921 г. в вывозе из склепов Ка­занского кладбища на железнодорожную станцию Детское Село 60-ти гро­бов с забальзамированными трупами высокопоставленных религиозных деятелей (с золотыми и серебряными украшениями, видными через стек­ло в крышке гроба). Всего было вывезено порядка 80-ти гробов.

Федорова (Тоскина) Екатерина Семеновна, 1909 г. рожд., жи­тельница г. Пушкина, рассказала 2 июля 1990 г. нижеследующее:

В 1921 г. проживала в деревне Новоселки, к востоку от Казанского кладбища Детского Села. Помнит, что в конце июля — начале августа 1921 г. в течение при­мерно недели проводились расстрелы участников кронштадтского мятежа, при этом днем моряки сами рыли большие могилы на восточной стороне около Казанского кладбища, недалеко от входа на кладбище, а вечером их расстреливали из винтовок. Были слышны редкие выстрелы. Это происходило примерно в 19-20 часов. Эти расстрелы моряков семья наблюдала со стогов сена, стоящих во дворе дома.

Может показать данные места захоронений расстрелянных моряков. В настоящее время там стоят гаражи жителей г. Пушкина. Помнит, что моряки до их расстрела находились в тюрьме Детского Села на Саперной улице. Моряки были на втором этаже тюрьмы, в оборванных тельняшках. Жители деревни носили им вареную картошку в котелках, которые моря­ки из окон за решетками поднимали на всевозможных веревках.

Помнит, что один моряк, будучи раненым в руку, спасся от рас­стрела. Говорили, что он упал в вырытую могилу, был вместе с трупами моряков зарыт землей. Он смог в темноте выбраться из могилы и пришел в деревню Новоселки, в наш дом. Он жил там на чердаке две недели. За это время мать вылечила руку моряка. Моряк был высокий, в рваной тельняшке. Через два года он приез­жал в деревню и благодарил мать за свое спасение. Он был уроженцем Тамбовской губернии. Звали его Демьяном.

Ильин Иван Григорьевич, 1920 г. рожд., житель г. Пушкина, рас­сказал 4 июля 1990 г. нижеследующее:

Помнит со слов смотрителя Казанского кладбища (с 1947 по 1959 г.) Шишалова Макара Ефимовича, что после подавления кронштадтского мятежа в марте 1921 г. оставшиеся в живых мятежники были из крепости переправлены в Ораниенбаум, где были построены в одну шеренгу, рас­считаны на «первый» — «второй», после чего вторые номера участников мятежа были отправлены на Колыму, а первые номера — конвоированы кавалерийским полком 16-й стрелковой дивизии имени В.И.Киквидзе че­рез Ропшу — Высоцкое — Кипень — Красное Село в Детском Селе.

Мятежники вырыли ров вдоль западной стороны Казанского клад­бища (длиной 60-80 метров), с его внешней стороны. В апреле 1921 г. все мятежники были расстреляны у этого рва.

В настоящее время на данном захоронении имеются другие захоро­нения (начиная с 1951 г.). Может показать место этой братской могилы.

Кулигин Павел Михайлович, 1912 г. рожд., житель г. Пушкина, рассказал 4 июля 1990 г. нижеследующее:

В 1921 г. проживал в деревне Красная Слободка. Помнит, что осенью, когда сумерки наступали рано, после уборки картофеля, в Детское Село были приведены моряки в бушлатах, примерно 200-300 человек, которые в течение 4-5 дней вольно ходили по деревне Красная Слободка. Затем их расстреляли вечером у заранее вырытой мо­гилы. У расстреливаемых моряков руки были связаны. В то время люди говорили, что их расстреливал офицер Колбасов (с горбинкой на носу) из винтовок. Два красноармейца заранее заряжали винтовки и подавали ему.

Жителям двух деревянных двухэтажных домов, находящихся при входе на Казанское кладбище с правой стороны дороги, был дан приказ — из домов не выходить, не смотреть, что будет происходить.

Братская могила находится с северной стороны кладбища, к западу от дороги, ведущей к входу на кладбище. Позднее люди говорили, что жите­ли близлежащих деревень находили в траве золотые часы и зубные протезы.

Может показать местоположение данной братской могилы.

Обумов Александр Сергеевич, 1906 г. рожд., житель поселка Ком­мунар, рассказал 8 июля 1990 г. нижеследующее:

В 1921 г. проживал в деревне Красная Слободка (примерно 75 домов) в 1,5 км к западу от Казанского кладбища. 

Помнит, что ранней весной на территории дислокации бывшего 2-го Его Императорского Величества Стрелкового полка (около Орлов­ских ворот) в трехэтажной казарме из красного кирпича были размещены примерно 800 участников кронштадтского мятежа в морской и граждан­ской одежде. По утрам были заморозки. Затем мятежники были отправлены в тюрьму, после чего их расстреляли из винтовок в одну ночь и захоронили в двух больших ямах, из них первая яма находилась примерно в 20 м от южной границы старого Казанского кладбища (слева от Катлинской до­рожки, ведущей через кладбище в деревню Большое Катлино). 

В данной братской могиле было захоронено примерно 500 расстре­лянных мятежников. В другой яме, примерно в 20 м к югу от первой ямы, захоронено примерно 300 расстрелянных мятежников. Данные братские могилы были выкопаны заранее днем жителями (финнами) деревни Кошелево. Помнит, что около забора с южной стороны кладбища были сугро­бы снега. Красноармейцы жгли костры из старых крестов. 

Помнит также, что осенью 1921 г., когда был сжат овес и снопы убра­ны с полей, расстреливались группы мятежников по 1-4 человека на про­секе между малым и большим Аракчеевским лесом. В дальнейшем их могилы разрывались собаками, которые иногда приносили в деревню Красная Слободка кости человеческих рук или ног. Свежую землю на двух братских могилах видел сам.

Быков Игорь Александрович, внештатный сотрудник Музея исто­рии г. Пушкина, рассказал 13 сентября 1990 г. нижеследующее:

Слышал разговоры людей, что в 1921 г. с внешней стороны Казан­ского кладбища (с левой стороны от входа на кладбище) были расстреля­ны и захоронены пленные участники кронштадтского мятежа. 

Также слышал, что пленные участники кронштадтского мятежа расстреливались в Лисьем Носу.

Гедройц Вера Владимировна, 1908 г. рожд., жительница г. Пуш­кина, рассказала 15 сентября 1990 г. нижеследующее:

По словам отца, в 1921 г. в одну ночь были расстреляны и захоронены с внешней (южной) стороны Казанского кладбища пленные участники кронштадтского мятежа. 

Помнит такой эпизод: один матрос был ранен в верхнюю губу и вы­брался из засыпанной землей братской могилы. Впоследствии он был пой­ман и расстрелян.

Тучкова Наталия Павловна, жительница Ленинграда, рассказала 20 октября 1990 г. нижеследующее:

Ее подруга, Завалишина Наталия Григорьевна, 1912 г. рожд., жи­тельница г. Нижний Тагил, писала в письме о том, что в 1921-1941 гг. проживала в Детском Селе (г. Пушкин). 

Помнит, что в 1921-1923 гг. в Детском Селе было известно, что около Казанского кладбища, не доходя до входа, с правой стороны от дороги, ведущей к кладбищу, были захоронены расстрелянные кронштадтские моряки. По религиозным праздникам приезжие женщины зажигали на этом месте свечи и оставляли гореть круглые сутки. Их тушили, видимо, по чьему-то распоряжению, но к следующему празднику, а иногда и просто в обычные дни, женщины зажигали свечи снова. Они горели на ровном месте, просто поставленные в землю.

 

Не можем не привести выдержки из воспоминаний Лидии Норд, проживавшей с мужем-военным в Царском Селе и приходящейся свояченицей Тухачевскому4

 

Лидия Норд была потрясена «жутким и красочным рассказом» Запольского о Кронштадте, после которого Тухачевский представился ей «залитым с головы до ног кровью и… чудовищем». Она отправилась в свою любимую лицейскую церковь в Царском Селе заказать панихиду «по всем невинно убиенным». Попыталась помолиться и за спасение души «раба Божьего Михаила», однако «почувствовала к этому грешному рабу такое отчуждение и отвращение, что слова молитвы не шли из сердца...».

Когда при встрече свояченица высказала Тухачевскому все, что думает по поводу его роли в подавлении Кронштадтского восстания, Михаил Николаевич испытал сильное душевное потрясение. Вновь предоставим слово Лидии Норд:

«Он оторопел. Потом руки его сжались в кулаки, на лбу налилась жила и лицо стало страшным. «Вот он такой — настоящий», — мелькнуло в моем мозгу и я с ненавистью бросила ему:

— Можешь убить еще и меня — одной твоей жертвой будет больше!

Лицо его стало серым. Он рванул рукой воротник френча и вырвал крюк «с мясом». Потом пошарил, как слепой, по столу руками и, найдя графин, налил воду в стакан и выпил залпом. Прошло довольно долго, пока он заговорил. Голос был какой-то сиплый.

— Тебя бы стоило убить, если бы ты дошла до этого своим умом, но ты, как граммофонная пластинка, передаешь чужие слова. Сволочей много… Оправдываться перед тобой не собираюсь. Скажу только, что никого из расстрелянных, за которых ты так усердно молилась, мне ни капельки не жаль. Я сам не судил и не расстреливал, но если бы пришлось — сделал бы и это (есенинское «Не расстреливал несчастных по темницам» Тухачевскому, как видно, было абсолютно чуждо. — Б. С.). И тогда, как и теперь, не почувствовал бы на душе никакого греха… — и, зло усмехнувшись, продолжал: —Но хотя ты, досточтимая «святая Цецилия», и отслужишь по ним двадцать панихид, я очень сомневаюсь, чтобы хотя бы одна из этих душ попала в рай. Ведь ты должна помнить, как беспощадно действовала во время революции матросня! Кто ходил по домам с обыском, грабил, насиловал, зверски расстреливая схваченных, не доводя их даже до чрезвычаек… Каким зверским образом расправлялись матросы с офицерами флота, вообще с офицерами и даже с теми старыми заслуженными солдатами, которые имели мужество отстаивать свое бывшее начальство...

В этом пьяном, кровавом разгуле, да еще при неумеренном употреблении кокаина, большинство матросов окончательно превратились в бандитов. В людей, которые не способны уже жить нормальной жизнью, без дебошей и крови… Когда их стали сдерживать, они заорали: «Братишки — за что мы боролись!!!»

Нет, мне этой сволочи не жаль. Они никогда не станут в моих глазах героями — ни революционными, ни контрреволюционными… Спроси у того, кто тебе все это рассказал, если это мужчина, как он реагировал на матросские расправы и самосуды? Противнее всего то, что сейчас только из-за того, что матросы подняли мятеж против власти, их считают «героями» и чуть ли не причисляют к лику святых — и даже те, родных и близких которых они в революцию растерзали… или наглумились… Я же, получив приказ подавить мятеж, конечно, большого удовольствия от этого поручения не чувствовал, так как понял, почему партия остановила выбор на мне — в этом их особая тактика, но я, составляя план, опасался одного: что в сражении могут погибнуть мои солдаты и командиры… А каждого бойца я расцениваю дороже, чем полсотни прококаиненных «братишек»...

Проговорив это, Михаил Николаевич прошелся несколько раз по комнате, одергивая на ходу пояс. Лицо его снова стало принимать землистый оттенок. Потом он ткнул папиросу в пепельницу и остановился передо мной. Плотно стиснутые его губы разжались, но он ничего не сказал, только мотнул несколько раз головой, и вдруг схватил столовый стул, поднял и грохнул его о пол так, что тот рассыпался… Затем быстро вышел из комнаты, сильно хлопнув дверью».

Что ж, перед нами классический способ самооправдания всех палачей во все времена: представить свои жертвы исчадием рода человеческого, перенести ответственность за эксцессы отдельных «братишек» на весь гарнизон Кронштадта, хотя, например, многие матросы были призваны на службу уже после 1917 года и к действительно дичайшим расправам над офицерами в Кронштадте и Гельсинфорсе никакого отношения не имели. Но само состояние Тухачевского во время неприятного разговора со свояченицей доказывает лучше всяких слов: вспоминал Кронштадт молодой командарм не со спокойной совестью.

 

Это и есть самый горький итог любой гражданской войны — жертва и палач, порой связанные даже самыми близкими родственными связями, постоянно меняются местами....

 

Указ Президента Российской Федерации № 65

О событиях в г. Кронштадте весной 1921 года

В целях восстановления исторической справедливости, законных прав граждан России, репрессированных в связи с обвинениями в вооружен­ном мятеже в г. Кронштадте весной 1921 года, и в соответствии с выво­дами Комиссии при Президенте Российской Федерации по реабилитации жертв политических репрессий постановляю:

  1. Отменить пункт 1 постановления Совета Труда и Обороны от 2 марта 1921 г. (без номера), объявлявшего участников кронштадт­ских событий весной 1921 года вне закона.
  2. Признать незаконными, противоречащими основным гражданским правам человека репрессии, проводившиеся в отношении матросов, солдат и рабочих Кронштадта на основании обвинений в вооружен­ном мятеже.
  3. Установить в г. Кронштадте памятник жертвам кронштадтских событий весной 1921 года.

Президент Российской Федерации Б. Ельцин Москва, Кремль 10 января 1994 г.

 

Первым увековечить память уничтоженных матросов предложил безвременно ушедший из жизни профессор кафедры монументальной скульптуры Ленинградского Высшего художественно-промышленного училища им. В. И. Мухиной, автор памятника Александру Невскому на площади Александра Невского в Петербурге — В. Г. Козенюк. Этот проект еще ждет своего воплощения.5

 

 

Источники:

  1. Царскосельский некрополь / Под редакцией Давыдовой Н.А., Груздевой Г.Ф. СПб.: Серебряный век, 2014 – 280 с., ил. С.69-85
  2. ЦА ФСБ. Ф. 114728. Т. 1А. Л. 32.
  3. Воспоминания Замского Арона Самсоновича, участник войны, старожила г. Пушки­на, опубликованные в газете «Вперед» от б апреля 1991 г.
  4. Соколов Б.В. Михаил Тухачевский: жизнь и смерть «Красного маршала». — Смоленск: Русич, 1999.
  5. Э. Введенский. Памятники великой войны в Царском Селе. Прошлое, настоящее, надежды на будущее / из сборника Царское Село на перекрестке времен и судеб. Материалы XVI научной Царскосельской конференции. Ч.1, 2, 2010 год. СПб, Изд-во Государственного Эрмитажа

 

tsarselo.ru

Кронштадтское восстание 1921 - Ваш гид по Санкт-Петербургу

17 марта 2013 г. Ровно 92 года назад на улицах Кронштадта обстановка была совсем не такая как сейчас. Воскресный день в пригородном районе Петербурга не сулит ничего необычного, всё идёт по заведённому сценарию тихой, мирной, даже несколько патриархальной жизни. На улицах больше оживления, чем в будние дни. Однако 92 года назад здесь рвались 12ти дюймовые снаряды, пулемётные очереди не стихали ни на минуту, залпы винтовок чередовались ударами штыков. Тысячи людей сходились в рукопашных схватках, люди боролись  с ожесточенностью и остервенением. Мятежный Кронштадт не сдавался без боя. Бои на улицах шли больше суток и закончились к утру 18  марта.

Кто победил? Вопрос кажется странным, даже в самом кратком пособии по отечественной истории 20 века вполне ясно написано, что мятежники были вытеснены с острова Котлин, а в городе и военно-морской базе вновь восстановилась власть большевиков. Однако пройдут годы и те кто брал непокорный Кронштадт, сами будут уничтожены той властью, за которую они боролись не на жизнь, а на смерть с уверенностью в своей правоте. Но пока что это всё было совсем не очевидно и конкретная задача – вернуть Кронштадт – выполнялась методично и целенаправленно.

 

Проходя по улицам и площадям Кронштадта, сейчас сложно представить то, о чём мы поведём свой рассказ. Уж больно изменилась обстановка и условия здесь, да и люди давно не те на первый взгляд. Но это только при первом приближении. История имеет свойство повторяться и то, что казалось делом времени давно минувшего, вдруг становится своевременным и насущным, как будто написанным в эти дни. Связь времён чувствуется в каждой детали, если присмотреться внимательнее.

 

Предпосылки для восстания.

Итак, 1921 год. Молодая страна Советов выходит победительницей из Гражданской войны. Экономическое положение можно было назвать критическим. Три года войны и иностранной интервенции подорвали экономику России, подтачивать которую начала ещё Первая мировая война. К концу1920 г. общий уровень объёма промышленного  производства снизился почти в 5 раз по сравнению с1913 г. Критическое положение сложилось с поставками топлива и сырья. Многие шахты Донбасса были затоплены и уничтожены в ходе Гражданской войны. Транспортная инфраструктура находилась в полном упадке. Доставка продовольствия в города была на крайне неудовлетворительном уровне. Внутренний рынок распался из-за деятельности продовольственных и заградительных отрядов.

В начале1921 г. рабочие Петрограда, занятые на плавильном производстве получали ежедневно 800 гр. Хлеба. Ударники труда – 600. Остальные категории рабочих от 400 до200 граммов. Часть заработной платы выдавалась в натуральной форме, часть производимой продукции рабочие обменивали на продукты. Семьи массово покидали города. За 3 года Гражданской войны население Петрограда сократилось с 2,5 млн до 750 000. В городах ощущался настоящий голод. Зачастую с предприятий снимали часть работников и отправляли их в другие районы страны с целью достать продовольствие. Тоже самое зачастую делали и моряки. Есть свидетельства о том, что иногда продовольствие расхищалось в пути следования. Так, однажды целый вагон с мясом отправился из Вологды в Петроград, вместо Москвы и только вмешательство армии предотвратило эту кражу. Естественно, в такой ситуации население городов становилось недовольным существующим положением.

 

Но Россия была страной аграрной, а крестьяне почувствовали на себе все тяготы войны не меньше населения городов. Политика военного коммунизма с деятельностью продовольственных отрядов, в первую очередь затронула сельских жителей. Значительное сокращение посевных площадей связано было с общей разрухой в стране, но политика продразвёрстки стала основным ударом по крестьянству. Земля принадлежала крестьянам по декретам о земле от 26 октября1917 г. К1920 г. земля была поделена между крестьянскими семьями. Крестьяне получили землю, и они хотели, чтобы их просто оставили в покое. Но война затягивалась, а продовольственная проблема становилась во главу угла. Как говорили крестьянские делегаты – «земля наша, а хлеб  ваш». Деятельность продовольственных отрядов ассоциировалась не с большевиками, а с коммунистами. На Зиновьева, Троцкого и др. деятелей партии, чьё еврейское происхождение, ассоциировавшееся   со всем антинародным, сыпались обвинения в том, что они изобрели новую форму государственных хозяйств, что вновь привело к закабалению крестьян.

Однако в ходе войны крестьяне в целом были лояльны большевикам. Хотя иногда сопротивление продразвёрстке и оказывалось, но это всё было объяснимо борьбой с белыми, которые воспринимались как большее зло.

В ноябре1920 г. армии Врангеля покинули Крым, Гражданская война, в целом, завершилась, а в стране начались серии крестьянских восстаний против большевиков и  политики военного коммунизма.

 

Зима 1920-21 гстала временем поворотным. Почти 2 миллиона солдат были демобилизованы, экономику надо было переводить на мирные рельсы. Между ноябрём 1920 и мартом1921 гчисло крестьянских восстаний резко возросло. Накануне Кронштадтского мятежа более 100 различных крестьянских выступлений прокатилось по районам страны – в Поволжье, на Урале, в Сибири крестьянские восстания вспыхивали вновь и вновь. Многие моряки были выходцами из крестьян и недовольство из деревень быстро проникало во флотские экипажи.

 

Ленин понимал необходимость перевода экономики на мирные рельсы и отказа от политики военного коммунизма. Ещё в ноябре1920 г. этот вопрос поднимался, но детальные предложения были подготовлены фактически в канун мятежа. 

 

Главной причиной недовольства в стране были, в первую очередь, голод и лишения. Не было плана перехода от военного коммунизма, а в условиях мирного времени военные методы давали прямо противоположный эффект. Это и стало толчком к выступлению.

Особенно тяжелое положение в начале 1921 года сложилось в крупных промышленных центрах, прежде всего в Москве и Петрограде. Были сокращены нормы выдачи хлеба, отменены некоторые продовольственные пайки, возникла угроза голода. В феврале1921 г. в условиях кризиса в Петрограде начинаются забастовки. 22 января1921 г. было объявлено о сокращении пайка. Чаша терпения переполнялась. Петроград находился в особенно тяжелом положении. Более 60 % фабрик были закрыты, в условиях недостатка топлива и продовольствия сразу появились слухи о том, что новая власть – комиссары ни в чём не нуждаются, что только подогревало недовольство.

 

Обострился топливный кризис. 11 февраля 1921года было объявлено о закрытии до 1 марта 93 петроградских предприятий. Среди них такие гиганты, как Путиловский завод, Сестрорецкий, "Треугольник" и другие. Безработными оказались около 27 тысяч человек.

21 февраля состоялось собрание на Трубочном заводе на Васильевском острове. Была принята резолюция с требованием перехода к народовластию. В ответ на это исполком Петросовета постановил закрыть завод и объявить о перерегистрации всех служащих и рабочих. Волнения рабочих стали перерастать в открытые беспорядки. Утром 24 февраля около 300 рабочих Трубочного завода вышли на улицу. К ним присоединились рабочие других фабрик и заводов Петрограда.

 На Васильевском острове собралась толпа, насчитывавшая до 2500 человек. Не полагаясь на красноармейцев, власти направили для ее разгона красных курсантов. Толпа была рассеяна. Во второй половине дня состоялось экстренное заседание бюро Петроградского комитета РКП(б), которое квалифицировало волнения на заводах и фабриках города как мятеж. На следующий день в городе ввели военное положение.

 

Вечером 27 февраля открылось расширенное заседание пленума Петроградского Совета, в работе которого принял участие прибывший из Москвы председатель ВЦИК М. И. Калинин. Комиссар Балтийского флота Н.Н.Кузьмин обратил внимание собравшихся на тревожные признаки в настроениях в матросской среде. Ситуация становилась все более угрожающей. 28 февраля состоялось заседание Политбюро ЦК РКП(б), на котором обсуждалось положение в Москве и Петрограде. Первоочередной задачей было признано подавление политической оппозиции. ЧК провела аресты меньшевиков и эсеров. В  числе арестованных в Петрограде оказался и один из руководителей меньшевистской партии, Ф.И.Дан.

 

Естественно, что волнения в Петрограде, выступления в других городах и регионах страны оказывали серьезное влияние на настроения моряков, солдат и рабочих Кронштадта. Моряки Кронштадта, являвшиеся главной опорой большевиков в октябрьские дни 1917 года, одними из первых поняли, что советская власть оказалась, по существу, подменена властью партийной, а идеалы, за которые они боролись, оказались преданными. К середине февраля общая численность корабельных команд, военных моряков береговых частей, вспомогательных подразделений, дислоцированных в Кронштадте и на фортах, превышала 26 тысяч человек.

 

Начало восстания.

Для прояснения обстановки в Петрограде туда были направлены делегации. Вернувшись, делегаты доложили общим собраниям своих команд о причинах волнений рабочих, а также моряков линкоров "Гангут" и "Полтава", стоящих на Неве. Это произошло 27 февраля, а на другой день моряки линейных кораблей "Петропавловск" и "Севастополь" приняли резолюцию, которую вынесли на обсуждение представителей всех кораблей и военных частей Балтийского флота. Резолюция эта была, в сущности, призывом к правительству соблюдать права и свободы, провозглашенные в октябре 1917 года. Она не содержала призывов к свержению правительства, а была направлена против всевластия одной партии.

 

1 марта на Якорной площади состоялся митинг, на котором присутствовали Калинин, Кузьмин и Васильев, а также порядка 15 тысяч моряков и жителей города. Представители власти пытались успокоить матросов и призывали к прекращению беспорядков, но они были освистаны. На трибуну вышел Петриченко, им была зачитана резолюция, которую приняли единогласно (кроме Калинина, Кузьмина и Васильева). Коммунисты, которых на площади собралось также не мало, проголосовали за резолюцию.

 

РЕЗОЛЮЦИЯ СОБРАНИЯ КОМАНД 1-й И 2-й БРИГАД

КОРАБЛЕЙ ОТ 1 МАРТА1921 г.

Заслушав доклад представителей команд, посылаемых общим собранием команд с кораблей в гор. Петроград для выяснения дел в Петрограде, постановили:

 

1) Ввиду того, что настоящие советы не выражают волю рабочих и крестьян, немедленно сделать перевыборы советов тайным голосованием, причем перед выборами провести свободную предварительную агитацию всех рабочих и крестьян.

2) Свободу слова и печати для рабочих и крестьян, анархистов, левых социалистических партий.

3) Свободу собраний и профессиональных союзов и крестьянских объединений.

4) Собрать не позднее 10 марта1921 г. беспартийную конференцию рабочих, красноармейцев и матросов гор. Петрограда, Кронштадта и Петроградской губернии.

5) Освободить всех политических заключенных социалистических партий, а также всех рабочих и крестьян, красноармейцев и матросов, заключенных в связи с рабочими и крестьянскими движениями.

6) Выбрать комиссию для пересмотра дел заключенных в тюрьмах и концентрационных лагерях.

7) Упразднить всякие политотделы, так как ни одна партия не может пользоваться привилегиями для пропаганды своих идей и получить от государства средства для этой цели. Вместо них должны быть учреждены с мест выбранные культурно-просветительные комиссии, для которых средства должны отпускаться государством.

8) Немедленно снять все заградительные отряды.

9) Уравнять паек для всех трудящихся, за исключением вредных цехов.

10) Упразднить коммунистические боевые отряды во всех воинских частях, а также на фабриках и заводах разные дежурства со стороны коммунистов, а если таковые дежурства или отряды понадобятся, то можно назначить в воинских частях с рот, а на фабриках и заводах по усмотрению рабочих.

11) Дать полное право действия крестьянам над своею землею так, как им желательно, а также иметь скот, который содержать должен и управлять своими силами, т.е. не пользуясь наемным трудом.

12) Просим все воинские части, а также товарищей военных курсантов присоединиться к нашей резолюции.

13) Требуем, чтобы все резолюции были широко оглашены печатью.

Волнения в Кронштадте. Требования матросов, солдат и рабочих крепости 51

14) Назначить разъездное бюро для контроля.

15) Разрешить свободное кустарное производство собственным трудом.

Резолюция принята бригадным собранием единогласно при 2 воздержавшихся.

 

Образование ВРК.

В здании бывшего Инженерного училища произошли важнейшие события начала восстания. 2 марта в Доме просвещения в Кронштадте (бывшее Инженерное училище) собрались представители, выбранные на делегатское собрание. Его открыл Степан Петриченко, писарь с линкора "Петропавловск". Делегаты избрали президиум из пяти беспартийных. Главным на собрании стал вопрос о перевыборах Кронштадтского Совета, тем более что полномочия прежнего его состава уже заканчивались. Первым выступил Кузьмин. Возмущение вызвали его слова, что коммунисты добровольно от власти не откажутся, а попытки разоружить их приведут к тому, что "будет кровь". Его поддержал выступивший затем Васильев.

Большинством голосов собрание выразило недоверие Кузьмину и Васильеву. Вдруг поступило сообщение, что коммунисты крепости готовятся к сопротивлению. На заседание ворвался матрос с криками «полундра! коммунисты направляются к зданию чтобы арестовать собрание». В связи с этим было решено срочно создать Временный революционный комитет (ВРК) для поддержания порядка в Кронштадте. Обязанности комитета взяли на себя президиум и председатель делегатского собрания Петриченко. В Комитет также вошли его заместитель Яковенко, машинный старшина Архипов, мастер электромеханического завода Тукин и заведующий третьей трудовой школой И. Е. Орешин.

 

Реакция власти на восстание.

Власти объявили восставших «вне закона». Последовали репрессии в отношении родственников руководителей восстания. Их брали в качестве заложников. В числе первых была арестована семья бывшего генерала Козловского (начальника крепостной артиллерии).

Петроград был объявлен на военном положении, власти предприняли максимум усилий для того, чтобы изолировать Кронштадт и не дать распространиться восстанию на материк. Это сделать удалось.

Тем не менее, начало волнений в крепости сопровождалось развалом большевистских ячеек в военных и гражданских организациях Кронштадта. На январь 1921 года они насчитывали 2680 членов и кандидатов в члены РКП(б). В ВРК, в ревтройки, в редакцию «Известий ВРК» (печатному органу мятежников) стали поступать как индивидуальные, так и коллективные заявления о выходе из партии. Многие просили опубликовать их заявления в газете. Почти целиком вышла из партии организация линкора "Петропавловск". Очень много заявлений поступило от рабочих промышленных предприятий города, обслуживающих флот. Выход из партии продолжался вплоть до последнего штурма Кронштадта, когда всем было уже ясно, что осажденные обречены. Всего за время кронштадтских событий из РКП(б) вышло около 900 человек. Большинство из них вступили в партию в годы гражданской войны. Но были и такие, кто связал свою жизнь с партией в октябрьские дни 1917 года. 2 марта было организовано Временное бюро кронштадтской организации РКП в составе Я. И. Ильина, Ф.Х.Первушина и А.С.Кабанова, которое призвало коммунистов Кронштадта к сотрудничеству с ВРК.

   Известия о событиях в Кронштадте вызвали резкую реакцию советского руководства. Делегация кронштадтцев, прибывшая в Петроград для разъяснения требований матросов, солдат и рабочих крепости, была арестована.

4 марта Совет Труда и Обороны утвердил текст правительственного сообщения. Движение в Кронштадте объявлялось "мятежом", организованным французской контрразведкой и бывшим царским генералом Козловским, а резолюция, принятая кронштадтцами, — "черносотенно-эсеровской".

 

Днем 5 марта1921 г. в Петроград прибыли главком С. С. Каменев, командующий Западным фронтом М. Н. Тухачевский и другие руководящие работники РВСР. Троцкий лично присутствовал и отдавал приказ о ликвидации мятежа. Тогда же был отдан важный оперативный приказ о мерах по ликвидации кронштадтского мятежа. Главные пункты его состояли в следующем:

«1. Восстановить 7-ю армию, подчинив её непосредственно Главнокомандованию. 2. Временное командование 7-й армией возложить на т. Тухачевского с оставлением его в должности командзапа. 3. Временному командарму-7 т. Тухачевскому подчинить во всех отношениях все войска Петроградского округа, командующего войсками Петроградского округа и командующего Балтфлотрм. 4. Командующего войсками Петроградского округа т. Аврова одновременно назначить комендантом Петроукрепрайона». Далее в приказе предписывалось предложить кронштадтским мятежникам сдаться, а в противном случае — открыть военные действия. Приказ вступил в силу 5 марта в 17 час. 45 мин.

Кронштадту был предъявлен ультиматум с требованием сдаться, на что мятежники ответили отказом. Военные специалисты предлагали поддержать восстание в Ораниенбауме и  способствовать его распространению на материк, но ВРК твёрдо стоял на позиции неприменения силы первыми. Они наивно полагали что восстание вспыхнет в Петрограде и других районах страны сметая власть коммунистов.

 

Первый штурм Кронштадта.

Тем временем, 8 марта в Москве открылся Х съезд РКП(б).  Как раз на эту даты был назначен штурм Кронштадта. Троцкий и Тухачевский хотели приехать на съезд победителями, но задуманный спектакль не удался.  Троцкий полагал, что с первыми выстрелами мятежники сдадутся и потому торопил начало военной операции.  

Войска были стянуты к Кронштадту и  7 марта Северная боевая группа (начальник Е. С. Казанский), сосредоточенная в районе Сестрорецка, насчитывала 3763 человека (из них самой боеспособной частью был отряд петроградских курсантов — 1195 бойцов ). Южная группа (начальник А. И. Седякин) насчитывала 9853 человека.  Артиллерийские силы насчитывали 27 батарей полевой артиллерии: 18 на участке Южной группы и 9 — на участке Северной группы; однако это были преимущественно легкие орудия, непригодные к борьбе с бетонными фортами и линейными кораблями мятежников; имелось лишь три батареи тяжелых орудий, но калибр их также не превышал шести дюймов. Днем 8 марта советская авиаразведка донесла, что снаряды ложились у крепости с большим недолетом, а «в самом городе и на стоящих в гавани двух линкорах разрушений не обнаружено».

Советские силы, выступившие в наступление 8 марта, были без потерь для мятежников отброшены от стен крепости. Понеся серьёзные потери, красноармейцы отступили. Некоторые батальоны сдались в плен. Атака была провалена.

 

Подготовка  к решающему сражению.

Последующие 10 дней проходили в обстановке собирания сил. И Красная армия и мятежники готовились к решающему бою. Однако стянуть силы для подавления мятежа было вовсе не простой задачей. Приходилось преодолевать не только технические трудности в работе транспорта и катастрофическую нехватку обмундирования, но и открытый саботаж некоторых групп войск.

Так районе ст. Лигово с 10 марта сосредоточивалась 27-я Омская стрелковая дивизия, направленная с Западного фронта для усиления советских войск под Кронштадтом. В дивизии насчитывалось 1115 человек комсостава, 13059 пехотинцев, 488 кавалеристов, а также 319 пулеметов и 42 орудия. Личный состав подразделения имел хорошую боевую подготовку и славные воинские традиции: дивизия успешно сражалась против колчаковцев и белополяков. Однако под Кронштадтом, еще не вступив в бой, командиры и политработники 27-й дивизии встретились со сложными проблемами идеологического характера. Командир дивизии В. Путна отмечал, что части отправлялись от Гомеля в боевом настроении, однако он подчеркивал при этом, что политсостав был недоукомплектован и не соответствовал штатному расписанию, а главное — оказался недостаточно подготовленным для работы в столь сложных условиях.

Фактически, солдаты просто отказывались идти в бой мотивируя это боязнью льда, нехваткой припасов, но чаще -  согласием с требованием мятежников.

 

Для повышения сознательности и проведения политической работы в частях Красной армии с Х съезда были отправлены порядка 300 делегатов. К ним присоединились и коммунисты из других областей, направленные на повышение сознательности красноармейцев. Возглавлял группу К. Е. Ворошилов — член президиума X съезда. Среди делегатов, выехавших под Кронштадт, было много военных специалистов — командиров и комиссаров, активных участников гражданской войны: Я. Ф. Фабрициус, И. Ф. Федько, П. И. Баранов, В. П. Затонский, А. С. Бубнов, И. С. Конев и многие другие. Делегаты выехали из Москвы в Петроград в нескольких специальных эшелонах по железной дороге в ночь на 11 марта.

 

Над Кронштадтом разбрасывались листовки такого содержания: «Кронштадтцы! Ваш «Временный революционный комитет» уверяет: «В Кронштадте идет борьба за власть Советов». Многие из вас думают, что в Кронштадте продолжают великое дело революции. Но действительные руководители ваши те, которые ведут дело скрытно, которые из хитрости покуда не высказывают своей настоящей цели. О, они-то отлично знают, что делают, отлично понимают смысл происходящих событий и трезво рассчитывают, когда можно будет сделать следующий шаг по пути восстановления власти буржуазии…

Вдумайтесь в то, что вы делаете. Учитесь отличать слова от дел, ибо если не научитесь, то ближайшие недели научат вас этому, и вы быстро убедитесь, как живые слова о Советской власти ваших руководителей очень быстро сменяются открытой борьбой против Советской власти, открытой белогвардейщиной. Но тогда уже будет поздно.

Сейчас ваши действия — открытая белогвардейщина, прикрываемая до поры до времени пустыми словами о Советской власти без коммунистов. Пустыми, ибо во время тяжелой борьбы трудящихся за самоосвобождение без Коммунистической партии никакой Советской власти быть не может…

Белогвардейцы рукоплещут вам и ненавидят нас; выбирайте скорее — с кем вы, с белогвардейцами против нас или с нами против белогвардейцев…

Время не ждет. Торопитесь»

 

В партийной пропаганде особый упор делался на разъяснение принципиальных решений X съезда об отмене продовольственной разверстки и других экономических мероприятиях, призванных облегчить положение крестьянства и улучшить материальное положение трудящихся. В то же время суровый и решительный отпор давался всем попыткам враждебной агитации. Приговоры ревтрибуналов в отношении подстрекателей и провокаторов, трусов и дезертиров предавались широкой гласности среди личного состава частей Красной Армии, стоявших под Кронштадтом. Решения Х Съезда во многом соответствовали экономическим требованиям мятежников, однако делиться политической властью коммунисты не собирались.

 

В это время Кронштадтский ВРК собирал силы для последней битвы. Ресурсы города были на пределы, хотя в Известиях ВРК печатались несколько раз сообщения о том, что «продовольственное положение города можно считать вполне удовлетворительным». Тем не менее, нормы выдачи по карточкам постоянно снижались, в то время как красноармейцам и петроградским рабочим выдавали повышенную норму. Впоследствии, уже в Финляндии, моряки с горечью вспоминали, что питерские рабочие предали их за пол фунта мяса.

 

Ну а на северном и южном берегах Финского залива шла работа по подготовке окончательного подавления мятежа. Нужно было спешить, т.к. через несколько недель лёд бы растаял и в Кронштадт придут суда с продовольствием, топливом и медикаментами. Русская эмиграция прикладывала немало сил чтобы организовать снабжение Кронштадта по льду, однако эти попытки, в целом, пресекались. Красный крест смог переправить небольшую партию муки с территории Финляндии, но это не было массовым явлением и не изменило к лучшему ситуацию с продовольствием в городе.

 

Тем не менее, для советских войск были сконструированы специальные легкие переносные мостки, для того чтобы форсировать полыньи, которые могли образовываться на льду залива от взрывов снарядов. Всего удалось подготовить в Южной группе 800 салазок и 1000 мостков, а в Северной — 115 салазок и 500 мостков.

 

Однако катастрофически плохо обстояло дело с обмундированием. Не хватало теплой одежды, белья, шинелей. Так, например, в 499-м пехотном полку 25 % красноармейцев ходили в валенках во время оттепели, а 50 % — в лаптях. В крайне плохом состоянии было обмундирование даже у относительно свежей и боеспособной 27-й Омской стрелковой дивизии. Но боевые силы Красной Армии возрастали с каждым днем. Согласно сводке оперативного отдела штаба 7-й армии по состоянию на 9 марта, численность советских стрелковых войск была следующей. Северная боевая группа: всего бойцов и командиров — 3285 (в том числе 105 кавалеристов), 27 пулеметов, 34 орудия. Южная группа: общая численность бойцов — 7615 человек (в том числе 103 кавалериста), 94 пулемета, 103 орудия, имелись также бронепоезда, но подробностей на этот счет документ не содержит. Здесь же дислоцировалась бригада курсантов, численность которой определяется в документе противоречиво; приблизительно она составляла 3500 бойцов и командиров, в том числе 146 кавалеристов; в бригаде имелось 189 пулеметов и было придано 122 орудия и 3 бронепоезда.

Штурм крепости:

Ко дню решающего штурма, 17 марта, советскому командованию удалось собрать следующие силы: 11-я и 27-я стрелковые дивизии, 187-я бригада 56-й стрелковой дивизии, коммунистические отряды особого назначения, красные курсанты 16 военно-учебных заведений, а также ряд других мелких частей и многочисленная артиллерия. Точных данных о количестве нет. Согласно подсчетам А. С. Пухова общее количество бойцов 7-й армии составляло 24 тыс. при 433 пулеметах и 159 орудиях, а вместе с тыловыми и вспомогательными частями советские войска, сконцентрированные для штурма Кронштадта, составляли около 45 тыс. человек.

 

Предписывалось двигаться через ледяное поле исключительно в походных колоннах при соблюдении полной тишины и порядка, рассыпаться в цепь можно было (даже в случае обстрела противником) только в исключительных случаях по приказу командира; особо оговаривалось, что «в городе с мятежниками ни в какие разговоры не вступать, арестовывать и направлять в тыл». В качестве примера конкретного воплощения общей боевой задачи следует привести отрывок из приказа командира 167-й стрелковой бригады, отданного в канун штурма вечером 16 марта: «Штабу бригады установить телефонную связь по льду с частями и штабом сводной дивизии, дублируя ее живой цепочкой и посыльными. Во время действий и движения по льду соблюдать тишину, до последней возможности использовать движение колоннами или резервными строями. Колоннам иметь в голове ударные группы в белых халатах, снабженные мостками перекидными, штурмовыми лестницами; пулеметы иметь на салазках. При наступлении помнить один клич: «Вперед!». Отступления быть не может. В городе с мятежниками в переговоры не вступать. Организовать правильное питание частей огнеприпасами с Ораниенбаумского берега. Санитарам с носилками следовать за частями».

 

Ночь на 17 марта была темная, безлунная, что облегчило задачу советским войскам. На северном боевом участке с вечера канонада с обеих сторон смолкла, поэтому советские части пошли в наступление в полной тишине; напротив, на южном участке с 1 до 4 час. ночи красная артиллерия вела интенсивный огонь, стремясь нанести удар по двум наиболее сильным фортам Кронштадта — «Константину» и «Милютину»; после нескольких удачных попаданий тяжелых снарядов оба мятежных форта были вынуждены замолчать.

Передовые части атакующей пехоты спустились на лед в полной темноте около 2 час ночи, вслед за ними с различными интервалами двинулись войска второго эшелона и резервы. В Южной боевой группе в первой волне наступления шли 32-я и 187-я стрелковые бригады. Мятежники довольно поздно заметили атакующие советские части: бойцы 32-й бригады сумели без выстрела подойти на расстояние одной версты до города, 187-я бригада, наступавшая левее, была замечена и обстреляна раньше. Красноармейцы развернулись в цепи и начали преодолевать проволочные заграждения. Первый принял удар противника в 4 час. 30 мин. 537-й полк под командованием И. В. Тюленева. Мятежники открыли интенсивный огонь из ружей, пулеметов и легких орудий по передовым цепям атакующих. Одновременно их тяжелые батареи открыли стрельбу по советским частям второй линии, двигавшимся по льду, а также по южному берегу Финского залива.

В 5 час. 30 мин. в небо взлетела зеленая ракета — сигнал о том., что атакующие ворвались в город. При этом отличились бойцы полка особого назначения, входившего в 187-ю бригаду. Под огнем противника полк быстрым шагом шел прямо на Петроградскую пристань — к центру Кронштадта; за полтораста шагов до цели командир полка Бурнавский и комиссар Богданов вышли впереди цепей и бегом повели их в атаку. Пройти удалось только сто шагов, и атакующие залегли под сильнейшим огнем. Однако это позволило резервным частям приблизиться, а когда мятежники вынуждены были перенести огонь на них.

Начавшийся в пределах Кронштадта уличный бой принял исключительно тяжелый и затяжной характер. Берег залива и городские улицы были опутаны заграждениями колючей проволоки, пространства между домами оказались перегороженными из бревен, дров, обломков строений и пр. Мятежники вели прицельный огонь из ружей и пулеметов с небольших дистанций, нанося атакующим заметные потери. Они использовали, как правило, окна и чердаки каменных строений, укрываясь за различными сооружениями и прячась в подвалах.

Тем не менее ожесточенный бой в городе приносил постепенно успех советским войскам. Тяжелые и кровопролитные бои развернулись в особенности в районе Петроградских ворот и прилегающей к ним Петроградской улицы. Мятежники здесь неоднократно переходили в контратаки, но всякий раз вынуждены были отступать в глубь города. К 14 час. 17 марта части 167-й бригады отрезали мятежные корабли, стоявшие в гавани, от порта. Это был крупный успех советских войск. В целях пресечения возможной вылазки со стороны команд мятежных линкоров было выставлено по линии берега боевое охранение советских войск, однако явно недостаточное по численности (этим, видимо, и объясняется тот факт, что некоторым активистам мятежников позже удалось бежать с кораблей под покровом темноты). Казалось, что победа уже близка, однако мятежники предприняли ожесточенные контратаки. В районе Якорной площади головные части советских войск — 187-я и 32-я бригады — попали под перекрестный удар и вынуждены были отступить. Мятежная артиллерия вела интенсивный огонь по наступавшим частям второго эшелона, которые вынуждены были двигаться при ярком солнечном свете. К счастью, многие снаряды не взрывались или, падая под острым, углом, рикошетировали, не пробивая льда. Однако советские резервы понесли потери при переходе через залив.

 

После полудня на помощь авангардным частям подошла 80-я бригада, вместе с ней в самый центр сражения пришли командир сводной дивизии П. Е. Дыбенко и комиссар Южной группы К. Е. Ворошилов. Мятежники отошли в глубь города. Здесь начался ожесточенный затяжной бой. Советские части несли потери, ибо в уличных боях превосходство было на стороне мятежников, хорошо знавших топографию города; нередко их группы через подвалы и чердаки заходили в тыл красноармейцам. В то же время Северная группа также была вынуждена замедлить продвижение и сместиться влево, в направлении главного удара; вследствие этого дорогу с Финляндией перерезать не удалось.

 

Ожесточенные взаимные контратаки продолжались в городе долго. Около полудня советские части были вынуждены отступить от центра города к пристани. В этот момент произошел один из самых эффектных эпизодов Кронштадтской битвы. Советское командование бросило в бой один из последних резервов — кавалерийский полк 27-й дивизии. Конница атаковала морскую крепость по льду.

П. Е. Дыбенко так описывал этот переломный момент сражения:

www.visit-saint-petersburg.ru

Кронштадтское восстание («мятеж») (1921) - Русская историческая библиотека

Народное движение против коммунизма в конце гражданской войны (1920-1921)

В конце 1920-1921, вконец измучившись от большевицкой диктатуры, начали восставать самые «революционные» районы, опора коммунистов в предыдущие годы. На Дону поднялись «мироновские» Усть-Медведицкий и Хоперский округа. В Воронежской губернии – Богучарский уезд, где обычно формировались войска для борьбы с донским казачеством. На Урале бурлили Пермь и Мотовилиха во главе с ультрареволюционером Мясниковым, расстрелявшим в 1918-м великого князя Михаила Александровича и закопавшим живым архиепископа Андроника. В Сибири повернули против красных партизанские края, зверски убивая продразвёрсточных агентов. В Крыму «большевицкие» села, которые при Врангеле являлись базами подпольщиков, после первого же наезда продотрядов стали укрывать уцелевших офицеров и переправлять их в горы к «зеленым».

Восставали те, кто позволил одурманить себя иллюзиями коммунистического рая. Обман этих иллюзий стал теперь раскрываться всё яснее. Однако роковым обстоятельством была разрозненность народного движения против ленинцев. Проследив географию антибольшевицких выступлений в 1918-1921, мы увидим, что восставали почти все области страны, но не одновременно. Одни районы подавили раньше, у других протест прорвался только в конце гражданской войны. Сохранять господство большевиков позволяла и изворотливость их политики, принцип «разделяй и властвуй». Для усмирения богучарцев в 1921-м бросили донских казаков, которых сами эти богучарцы подавляли раньше.

Ленин требовал применять против крестьянских «банд» аэропланы и броневики. На Тамбовщине участников волнений травили удушливыми газами.

Одним из главнейших событий народного антикоммунистического движения было Кронштадтское восстание (в советской литературе – Кронштадтский мятеж). Оно тоже вспыхнуло в одном из главных очагов прошлой «революционности». На рубеже 1920-21 российские города пребывали в голоде и нищете. Повсюду не хватало топлива, даже Баку сидел без керосина. Петроградские рабочие получали лишь четверть фунта хлеба в день – недоедание принимало почти такие же размеры, как при позднейшей блокаде города немцами. В конце февраля 1921 в Петрограде началась широкая забастовка. Против рабочих были брошены военные курсанты, в городе ввели военное положение и комендантский час. ЧК начала массовые аресты, но волнения не прекращались. Целую неделю советские газеты хранили гробовое молчание о них, а потом большевицкие писаки стали возлагать вину за недовольство на «белогвардейцев, черносотенные банды, шпионов, Англии-Франции-Польши», на «болтунов и шептунов». Всерьёз говорилось, что голод и холод в Петрограде «подготовлен разрушительной работой эсеров и меньшевиков». Граждан призывали «доносить о подозрительных лицах в Военный Совет Укрепрайона».

Из Петрограда забастовки перекинулись и на московские заводы. Рабочие пытались устраивать демонстрации перед красноармейскими казармами. Администрация стала закрывать заводы, из членов РКП создавалась вооружённая охрана с целью предотвратить возможные массовые выступления. Моссовет истошно агитировал: «Долой провокаторов Антанты! только дружная работа выведет нас из нищеты. Никакие шептуны не совратят рабочий класс с пути социалистической революции!»

 

Начало кронштадтского «мятежа»

В Москве собирался X съезд компартии, а рабочие крупнейших городов как раз в эти дни громко требовали отмены военного коммунизма, созыва Учредительного Собрания, многопартийности и коалиционного правительства. С ростом движения в Петрограде стало быстро расти и недовольство в Кронштадте, военной крепости, чей гарнизон насчитывал почти 27 тысяч человек. Местный Совет, руководимый коммунистами, не пользовался среди кронштадтцев никаким авторитетом, но его не давали переизбрать. Движение здесь началось с собрания команд линкоров «Петропавловск» и «Севастополь» 28 февраля 1921. Матросы поддержали требования петроградских рабочих и по образцу 1917 года выбрали Военно-революционный комитет. Его возглавил матрос Степан Петриченко. Основными требованиями «мятежников» были: «Советы должны стать беспартийными и представлять трудящихся; долой беспечную жизнь бюрократии, долой штыки и пули опричников, крепостное право комиссародержавия и казённые профсоюзы!» Факт кронштадтского восстания скрывался большевиками три дня, а когда молчать стало уже невозможно, его объявили мятежом одного штабного генерала (Козловского), подготовленным якобы французской контрразведкой. Большевики внушали, что руками Кронштадта «белогвардейцы и черносотенцы хотят удушить революцию». Троцкий заявил: восстание поднято с целью сорвать наш мир с Польшей и торговое соглашение с Англией.

Степан Петриченко - глава Временного Революционного комитета Кронштадта

 

Матросский «мятеж» не сопровождался сильными жестокостями. Своих коммунистов кронштадтцы не перебили, а только арестовали, да и то меньшую часть – 327 из 1116. Но большевицкие бонзы страшно перепугались. Кронштадт защищал доступ к Петрограду от вторжения извне. Кронштадтский гарнизон прежде относился к самым верным коммунизму войскам, за ним могли последовать и другие. Многочисленная армия восставших (куда больше, чем было у Юденича!) близ «колыбели революции», с мощной крепостной и корабельной артиллерией, была очень опасна. Семьи повстанцев в Петрограде ленинцы сразу арестовали как заложников, однако перетрусивший коммунистический Совет Труда и Обороны поспешил издать постановление о закупке за границей продовольствия для рабочих на 10 миллионов. К месту событий спешно стягивались «надежные» войска, а ненадежные выводились подальше. Несколько тысяч матросов, расквартированных в Петрограде, эшелонами отправили в Севастополь, который их не принял, опасаясь антисоветских настроений. Эшелоны остановились в Александровске (Запорожье), где матросы слонялись по городу, громогласно проклиная коммунистов. Началось брожение среди местных рабочих, и эшелоны отправили в Мелитополь. Их гоняли по всему югу, пока «мятеж» не был подавлен.

Была сделана попытка успокоить кронштадтцев убеждением. Но всеми ненавидимого главу Петрограда, еврея Зиновьева, матросы могли разорвать. Уговаривать их послали с виду простоватого русского Калинина. Однако его речь перед повстанцами на Якорной площади 1 марта 1921 провалилась. Калинин едва уехал восвояси.

Главной ошибкой восставших была нерешительность. Восставший Кронштадт митинговал, не предпринимая активных действий, «чтобы не пролить лишней крови», а петроградские заводы медлили поднимать оружие до прихода вооружённых кронштадтцев. Коммунисты же, пользуясь этой заминкой, быстро стянули артиллерию и создали две войсковые группировки – у Ораниенбаума и Лисьего Носа. Однако в Ораниенбауме полк красноармейцев отказался выступить против восставших, и в нём было приказано расстрелять каждого пятого.

В Петроград прибыли Троцкий и Сталин. Для непосредственного командования войсками прислали Тухачевского. 5 марта 1921 большевицкая верхушка предъявила ультиматум Кронштадту: сложить оружие без всяких условий, иначе будет беспощадный разгром. Листовки этого ультиматума разбрасывал над Кронштадтом специальный аэроплан. Имевшая много оружия крепость была уязвима тем, что не имела запасов еды и топлива. В русской эмиграции начался сбор средств для закупки продовольствия кронштадтцам. Александр Гучков из Парижа обратился к президенту США с просьбой срочно передать из Финляндии со складов гуверовской организации 6 тысяч тонн продовольствия в Кронштадт, но этого не было сделано.

В Ревель прибыл известный эсер Чернов, планируя из оставшихся в Эстонии белогвардейцев Юденича создать три отряда по 300 человек, которые стали бы организующими ядрами для наступления на Ямбург, Псков и Гдов. Сюда же съехались представители Савинкова, Врангеля, Чайковского. Но ЦК эсеров в Москве из социалистической солидарности с коммунистами поспешил отмежеваться от своих зарубежных деятелей. Кронштадцы тоже уклонились от предложений Чернова помочь. Большевицкая пресса уверяла, что Врангель намеревается перебросить под Петроград всю свою недавно эвакуированную из Крыма армию. Но эти слухи были беззастенчивой ложью: у оставшегося без средств Белого движения не было возможностей для подобной операции. Бывшие союзники России по Антанте, от которых зависели конкретные шаги, бездействовали. Англо-французская эскадра в Копенгагене (14 кораблей) была приведена в боевую готовность, но так и не двинулась. Да и состояла она из небольших судов и для серьезных действий не предназначалась.

7 марта открылись боевые действия. За два дня были выпущены более 5 тысяч снарядов. В ночь на 8 марта 1921 последовал штурм. Красноармейцев бросили в бой ползком через лёд, но их отбили огнем крепости и кораблей.

 

Требования восставших кронштадтцев

После штурма было составлено обращение жителей Кронштадта и гарнизона крепости к советскому населению. В нём говорилось:

Товарищи и граждане! Наша страна переживает тяжелый момент. Голод, холод, хозяйственная разруха держат нас в железных тисках вот уже три года. Коммунистическая партия, правящая страной, оторвалась от масс и оказалась не в силах вывести ее из состояния общей разрухи. С теми волнениями, которые в последнее время происходили в Петрограде и Москве и которые достаточно ярко указали на то, что партия потеряла доверие рабочих масс, она не считалась. Не считалась и с теми требованиями, которые предъявлялись рабочими. Она считает их происками контрреволюции. Она глубоко ошибается.

Эти волнения, эти требования – голос всего народа, всех трудящихся. Все рабочие, моряки и красноармейцы ясно в настоящий момент видят, что только общими усилиями, общей волей трудящихся можно дать стране хлеб, дрова, уголь, одеть разутых и раздетых и вывести республику из тупика. Эта воля всех трудящихся, красноармейцев и моряков определенно выполнялась на гарнизонном митинге нашего города во вторник 1 марта. На этом митинге единогласно была принята резолюция корабельных команд 1-й и 2-й бригад. В числе принятых решений было решение произвести немедленно перевыборы в Совет. Для проведения этих выборов на более справедливых основаниях, а именно так, чтобы в Совете нашло себе истинное представительство трудящихся, чтобы Совет был деятельным энергичным органом.

2 марта с. г. в Доме просвещения собрались делегаты всех морских, красноармейских и рабочих организаций. На этом собрании предлагалось выработать основы новых выборов с тем, чтобы затем приступить к мирной работе по переустройству Советского строя. Но ввиду того, что имелись основания бояться репрессий, а также вследствие угрожающих речей представителей власти собрание решило образовать Временный Революционный Комитет, которому и передать все полномочия по управлению городом и крепостью.

Временный Комитет имеет пребывание на линкор «Петропавловск».

Товарищи и граждане! Временный Комитет озабочен, чтобы не было пролито ни единой капли крови. Им приняты чрезвычайные меры по организации в городе, крепости и на фортах революционного порядка.

Товарищи и граждане! Не прерывайте работ. Рабочие! Оставайтесь у станков, моряки и красноармейцы в своих частях и на фортах. Всем советским работникам и учреждениям продолжать свою работу. Временный Революционный Комитет призывает все рабочие организации, все мастерские, все профессиональные союзы, все военные и морские части и отдельных граждан оказать ему всемерную поддержку и помощь. Задача Временного Революционного Комитета дружными и общими усилиями организовать в городе и крепости условия для правильных и справедливых выборов в новый Совет.

Итак, товарищи, к порядку, к спокойствию, к выдержке, к новому, честному социалистическому строительству на благо всех трудящихся.

Кронштадт, 2 марта 1921 г. Линкор «Петропавловск».

Председатель Вр[еменного] Рев[олюционного] Комитета: Петриченко

Секретарь: Тукин

«Известия Временного революционного комитета…», 8 марта 1921 г.

 

Подавление кронштадтского восстания

Опасаясь перехода многих своих частей к мятежникам, большевики укрепляли в них партийное влияние. Охваченный паникой X съезд даже направил на подавление восстания третью часть делегатов (более 300 человек) – всех военных. 16 марта последовала новая артиллерийская дуэль, а в ночь на 17 марта – второй штурм. Ударные группировки из Ораниенбаума и с Лисьего Носа в маскхалатах начали скрытное движение по льду. Обнаружили их слишком поздно. Несмотря на большие потери, они ворвались в Кронштадт. 25 большевицких аэропланов совершили налёт на линкор «Петропавловск». После жестоких рукопашных схваток восстание было подавлено. Сказалось отсутствие единства среди «мятежников». Одни дрались насмерть, для части других красные оставались еще «своими». Сказалось также отсутствие дисциплины, хорошего командования – иначе разве одолели бы так быстро гарнизон, численно превышавший всю крымскую армию Врангеля и засевший в крепости, куда более сильной, чем Перекоп? Часть мятежников по льду ушла в Финляндию, часть сдалась. 18 марта большевики заняли Кронштадт полностью.

Красноармейцы в маскхалатах идут в атаку по льду на восставший Кронштадт (март 1921)

 

Большевики карали кронштадтцев со своей обычной звериной жестокостью. Только в первый день после взятия крепости было расстреляно около 300 «мятежников», не считая убитых в бою. Сколько казнено потом, сколько погибло заложников, точно не известно. По официальным данным, к расстрелу было приговорено более 2100 человек. Тем не менее, в Санкт-Петербурге до сих пор одна из улиц носит «почётное» имя чекиста В. Трефолева – председателя революционного трибунала, который судил кронштадтцев. В самой крепости с 1984 горит вечный огонь над могилой карателей, погибших во время штурма.

В дни кроншадтского восстания проявилась знаменитая «гибкость» ленинской политики. Видя, что народное движение принимает опасных размах, советский вождь буквально за неделю резко сменил партийный курс. 8 марта 1921 на X съезде он ещё утверждал:

 

«Свобода торговли немедленно приведет к белогвардейщине, к победе капитализма, к полной его реставрации»,

 

а «Правда» тогда писала, что свободная торговля приведёт к «голоду для рабочих масс и обжорству для буржуазии». Но к концу съезда Ленин уже убеждал делегатов, что в свободе торговли нет ничего страшного, поскольку «власть остаётся у рабочего класса». «Кронштадтский мятеж» и другие народные выступления вынудили большевиков порвать со всенародно проклинаемым «военным коммунизмом» и, скрепя сердце, провозгласить на том же X съезде политику НЭПа. Эта уступка была рассчитана не на одних кронштадтцев, а на умиротворение Петрограда, на то, чтобы мятеж не вызвал нового мощного крестьянского взрыва, на успокоение Красной армии, состоявшей из тех же крестьян. Реальное же введение НЭПа, замена продразверстки продналогом, потом всячески затягивалась. В прежних «белых» областях и в 1921-м собиралась продразверстка под предлогом их «задолженностей».

Утверждения советских писак о «заговоре» в Кронштадте не выдерживают критики. Кронштадтское движение было чисто стихийным. Какой здравомыслящий заговорщик стал бы поднимать восстание в первых числах марта, вместо того чтобы выждать пару недель? Подтаявший лед Финского залива сделал бы крепость на много месяцев неприступной, а сами мятежники сохраняли бы полную свободу действий, имея в распоряжении весь флот. Именно поэтому эмигранты и заботились о продовольственной помощи.

Но коммунисты не могли открыто признать, что «краса и гордость революции», матросы, сами восстали против их партии. Требовалось другое объяснение – коварный заговор. В марте 1921 ЦК РКП(б) и СНК поставили перед чекистами задачу – «разоблачить подлинных организаторов кронштадтского мятежа». Так и было сфабриковано летом того же года дело о «Таганцевском заговоре». Занимавшиеся им чекисты заявили, что ими якобы раскрыта «Петроградская боевая организация» с обширными заграничными связями и планами свержения советской власти во всей России.

Раздутость этого дела очевидна. В «организации» числились всего 36 военных – и с такими слабыми профессиональными силами она якобы осенью собиралась захватить Петроград, Бологое, Старую Руссу, Рыбинск, Дно. 24 августа 1921 61 человека – «активных участников» заговора – расстреляли. Даже в чекистском деле их вина обозначалась: «присутствовал», «знала», «разносила письма», «доставлял организации для передачи за границу сведения о музейном деле»… Кто же стал жертвами? Профессора В. Н. Таганцев, М. М. Тихвинский, Н. И. Лазаревский – геолог, химик, юрист. Знаменитый поэт Н. С. Гумилев. Скульптор С. А. Ухтомский. Офицеры В. Г. Шведов, Ю. П. Герман, П. П. Иванов. Заводской электрик А. С. Векк. 16 женщин в возрасте от 20 до 60 лет – из них 4 «сообщницы по делу мужей»...

Аресты по «делу Таганцева» продолжались до ноября, их направлял лично Ленин. В мясорубку попали видные люди. Ленину направлялись многие ходатайства за них, но он эти просьбы неизменно отвергал. Кронштадтское восстание было использовано как предлог для нового страшного удара по цвету русской интеллигенции.

rushist.com

Кронштадтский мятеж. 1921 год, кратко причины, итоги подавление Кронштадтского востания, история антибольшевистского мятежа

В 1921 году восстала главная база Балтфлота, ключ-город цитадель пролетарской революции — Кронштадт.

В самом деле, что же породило вооруженное выступление моряков крепости против Советской власти?

Ответ на этот вопрос не будет столь легким и простым, учитывая, что за прошедшие годы, большинство авторов считали своим долгом как минимум приукрасить, а то и вовсе исказить факты. Пытаясь дать оценку событиям, которые лежат так далеко во временном отрезке от момента, где мы живем, придется давать трезвую оценку тем статьям и документам, которые имеются в нашем распоряжении. Взвешенная оценка сущности явлений возможно и не даст стопроцентную гарантию правдивости и достоверности рассматриваемых событий, но поможет выдвинуть некоторые версии событий тех дней.

Рассмотрим экономическую и политическую обстановку в стране накануне мятежа в Кронштадте.

Основная часть промышленного потенциала России была выведена из строя, хозяйственные связи оказались разорванными, не хватало сырья и топлива. В стране производилось лишь 2% довоенного количества чугуна, 3% сахара, 5-6% хлопчатобумажных тканей и т.д.

Промышленный кризис порождал социальные коллизии: безработицу, распыление и деклассирование господствующего класса — пролетариата. Россия оставалась страной мелкобуржуазной, 85% в ее социальной структуре приходилось на долю крестьянства, измотанного войнами, революциями, продразверсткой. Жизнь для подавляющего большинства населения превратилась в непрерывную борьбу за выживание. Дело дошло до забастовок в пролетарских центрах и массовых волнений в деревне. Повсеместное возмущение вызывал произвол большевиков, который чинился ими под лозунгом утверждения диктатуры пролетариата, а по сути дела, диктатуры большевистской партии.

В конце 1920 – начале 1921 г. вооруженные восстания охватили Западную Сибирь, Тамбовскую, Воронежскую губернии, Среднее Поволжье, Дон, Кубань. Большое число антибольшевистских крестьянских формирований действовало на Украине. В Средней Азии все шире развертывалось создание вооруженных отрядов националистов. К весне 1921 года восстания полыхали по всей стране.

Также тяжелое положение сложилось и в Петрограде. Были сокращены нормы выдачи хлеба, отменены некоторые продовольственные пайки, возникла угроза голода. В то же время не прекращали своей деятельности заградительные отряды, конфисковывавшие продовольствие, ввозимое в город частными лицами. 11 марта было объявлено о закрытии 93 петроградских предприятий, на улице оказалось 27 тысяч рабочих.

Об этом периоде Ленин говорил: «…в 1921 году, после того как мы преодолели важнейший этап гражданской войны, и преодолели победоносно, мы наткнулись на большой, - я полагаю, на самый большой, - внутренний политический кризис Советской России. Этот внутренний кризис обнаружил недовольство не только значительной части крестьянства, но и рабочих. Это был первый и, надеюсь, последний раз в истории Советской России, когда большие массы крестьянства, не сознательно, а инстинктивно, по настроению были против нас».

Восстание в Кронштадте

Волнения в Петрограде, антибольшевистские выступления в других городах и районах страны, не могли не повлиять на настроения моряков, солдат и рабочих Кронштадта.

Общая численность корабельных команд, военных моряков береговых частей, а также сухопутных войск, дислоцированных в Кронштадте и на фортах, составляла 13 февраля 1921 года 26887 человек – 1455 командиров, остальные рядовые.

Их волновали вести из дома, в основном из деревни – нет продовольствия, нет мануфактуры, нет самого насущного. Особенно много жалоб на такое положение поступило от матросов в Бюро жалоб политического отдела Балтфлота зимой 1921 года.

Слухи о событиях в Петрограде, доходившие до Кронштадта были противоречивыми. Для выяснения причин и масштабов волнений в город были направлены делегации из личного состава кораблей и частей, дислоцированных в крепости. 27 февраля делегаты доложили общим собраниям своих команд о причинах волнений рабочих. 28 февраля моряки линейных кораблей «Петропавловск» и «Севастополь» созвали собрание и приняли резолюцию, которую вынесли на обсуждение представителей всех кораблей и частей Балтфлота.

Днем 1 марта на якорной площади Кронштадта состоялся митинг, собравший около 16 тыс. человек. Руководители Кронштадтской военно-морской базы рассчитывали, что в ходе митинга им удастся переломить настроение матросов и солдат гарнизона. Они пытались убедить собравшихся отказаться от политических требований. Однако участники большинством голосов поддержали резолюцию линейных кораблей «Петропавловск» и «Севастополь».

Было решено разоружить коммунистов не согласных с принятой резолюцией и угрожавших силой оружия усмирить недовольных.

Сразу после митинга состоялось заседание большевиков, на котором обсуждалась возможность вооруженного подавления сторонников принятой резолюции. Однако данное решение принято не было.

Второго марта на собрании большинством голосов был выбран Временный революционный комитет, во главе с Петриченко. Таким образом, власть в Кронштадте без единого выстрела перешла в руки ревкома.

Петриченко: «Совершая Октябрьскую революцию в 1917 году, труженики России надеялись достичь своего полного раскрепощения и возложили свои надежды на много обещавшую партию коммунистов. Что же за 3.5 года дала партия коммунистов, возглавляемая Лениным, Троцким, Зиновьевым и другими? За три с половиной года своего существования коммунисты дали не раскрепощение, а полнейшее порабощение личности человека. Вместо полицейско-жандармского монархизма получили ежеминутный страх попасть в застенок чрезвычайки, во много раз своими ужасами превзошедшей жандармское управление царского режима».

Требования кронштадтцев, в принятой 1 марта резолюции, представляли собой серьезную угрозу не советам, а монополии большевиков на политическую власть. Резолюция эта была, в сущности, призывом к правительству соблюдать права и свободы, провозглашенные большевиками в октябре 1917 года.

Советские учреждения в Кронштадте продолжали работать. С гордостью считая, что в Кронштадте заложен первый камень в основание третьей революции, члены ВРК, в подавляющем большинстве бывшие рабочие и крестьяне, были глубоко уверены в поддержке их борьбы трудящимися Петрограда и всей страны.

Известия о событиях в Кронштадте вызвали резкую реакцию советского руководства. Делегация кронштадтцев, прибывшая в Петроград для разъяснения требований матросов, солдат и рабочих крепости, была арестована. 4 марта Совет труда и оборона утвердил текст правительственного сообщения о событиях в Кронштадте, опубликованного 2 марта в газетах. Движение в Кронштадте объявлялось «мятежом», организованным французской контрразведкой и бывшим царским генералом Козловским, а резолюция, принятая кронштадтцами – «черносотенно-эсеровской».

Давая такую характеристику событиям, власти учитывали тогдашнюю социально-политическую психологию масс, и прежде всего пролетариев. Основная часть рабочих крайне негативно относилась к попыткам восстановить монархию. Поэтому одно упоминание о царском генерале да еще связанном с империалистами Антанты, могло дискредитировать кронштадтцев и их программу.

3 марта Петроград и Петроградская губерния были объявлены на осадном положении. Эта мера направлена скорее против антибольшевистских демонстраций питерских рабочих, чем против кронштадтских матросов.

Без предварительного следствия, по первому, еще не проверенному, сообщению ВЧК, постановление Совета труда и обороны, которое подписали В.И. Ленин и Л.Д. Троцкий, «бывший генерал Козловский и его сподвижники объявлялись вне закона». За этим последовали репрессивные акты в отношении их родственников. 3 март в Петрограде были произведены аресты лиц, совершенно не причастных к событиям в Кронштадте. Их брали в качестве заложников. В числе первых была арестована семья Козловского: его жена и четыре сына, младшему из которых не было и 16 лет. Вместе с ними были арестованы и сосланы в архангельскую область все их родственники, в том числе и дальние.

Кронштадтцы добивались открытых и гласных переговоров с властями, однако позиция последних с самого начала событий была однозначной: никаких переговоров и компромиссов, мятежники должны быть жестоко наказаны. Парламентеров, которые направлялись восставшими, арестовывали. Предложение обменяться представителями Кронштадта и Петрограда осталось без ответа. В печати была развернута широкая пропагандистская компания, искажавшая суть происходящих событий, всячески насаждавшая мысль о том, что восстание – дело рук царских генералов, офицеров и черносотенцев. Звучали призывы «обезоружить кучку бандитов», засевших в Кронштадте.

4 марта в связи с прямыми угрозами властей силой расправиться с кронштадтцами ВРК обратился к военным специалистам – офицерам штаба – с просьбой помочь организовать оборону крепости. 5 марта договоренность была достигнута. Военные специалисты предложили, не ожидая штурма крепости, самим перейти в наступление. Они настаивали на захвате Ораниенбаума, Сестроецка с тем, чтобы расширить базу восстания. Однако на все предложения первыми начать военные действия ВРК ответил решительным отказом. предложили, не ожидая штурма крепости, самим перейти в наступление. Они настаивали на захвате Ораниенбаума, Сестроецка с тем, чтобы расширить базу восстания. Однако на все предложения первыми начать военные действия ВРК ответил решительным отказом.

5 марта отдается приказ об оперативных мерах по ликвидации «мятежа». Была восстановлена 7-я армия, под командованием Тухачевского, которому предписывалось подготовить оперативный план штурма и «в кратчайший срок подавить восстание в Кронштадте». Штурм крепости был назначен на 8 марта.

Предпринятое 8 марта наступление окончилось неудачей. Понеся большие потери, советские войска отступили на исходные рубежи. Одна из причин этой неудачи малочисленность наступавших, силы которых вместе с резервом составляли 18 тыс. человек. Силы же мятежников насчитывали 27 тыс. матросов, 2 линкора и до 140 орудий береговой охраны. Вторая причина крылась в настроениях красноармейцев, которых бросали на лед финского залива. Дело дошло до прямого неповиновения красноармейцев. В полосе наступления Южной группы отказался подчиниться приказу штурмовать крепость 561-й полк. На северном участке с большим трудом удалось заставить наступать отряд петроградских курсантов, считавшейся самой боеспособной частью войск Северной группы.

Между тем волнения в воинских частях усиливались. Красноармейцы отказывались идти на штурм Кронштадта. Было принято решение приступить к отправке «ненадежных» моряков для прохождения службы в других акваториях страны, подальше от Кронштадта. До 12 марта было отправлено 6 эшелонов с моряками.

Чтобы заставить воинские части наступать, советскому командованию пришлось прибегнуть не только к агитации, но и к угрозам. Создается мощный репрессивный механизм, призванный переломить настроение красноармейцев. Ненадежные части разоружались и отправлялись в тыл, зачинщики расстреливались. Приговоры к высшей мере наказания «за отказ от выполнения боевого задания», «за дезертирство» следовали один за другим. Их приводили в исполнение немедленно. Для морального устрашения расстреливали публично.

В ночь на 17 марта после интенсивного артиллерийского обстрела крепости, начался ее новый штурм. Когда стало ясно, что дальнейшее сопротивление бесполезно и кроме дополнительных жертв ни к чему не приведет, по предложению штаба обороны крепости защитники ее решили уходить из Кронштадта. Запросили правительство Финляндии, может ли оно принять гарнизон крепости. После получения положительного ответа, начался отход к финскому берегу, обеспечиваемый специально сформированными отрядами прикрытия. В Финляндию ушло около 8 тыс. человек, среди них весь штаб крепости, 12 из 15 членов «ревкома» и многие наиболее активные участники мятежа. Из членов «ревкома» были задержаны лишь Перепелкин, Вершинин и Вальк.

К утру 18 марта крепость оказалась в руках красноармейцев. Власти скрыли количество погибших, пропавших без вести, и раненых и с той и с другой стороны.

Последствия кронштадтского востания

Началась расправа над гарнизоном Кронштадта. Само пребывание в крепости во время восстания считалось преступлением. Все матросы и красноармейцы прошли через трибунал. Особенно жестоко расправлялись с моряками линкоров «Петропавловск» и «Севастополь». Уже самого нахождения на них было достаточно для того, чтобы быть расстрелянным.

К лету 1921 года через трибунал прошел 10001 человек: 2103 были осуждены к расстрелу, 6447 – приговорены к разным срокам заключения и 1451 – хотя и были освобождены, но обвинение с них не сняли.

С особым пристрастием карательные органы преследовали тех, кто во время кронштадтских событий вышел из РКП(б). Людей, «состав преступления» которых заключался в сдаче партийных билетов, безоговорочно относили к разряду политических врагов и судили, хотя некоторые из них являлись участниками революции 1917 года.

Осужденных было так много, что вопросом о создании новых концентрационных лагерей специально занималось политбюро ЦК РКП(б). Расширение мест заключения было вызвано не только событиями в Кронштадте, но и общим ростом числа арестованных по обвинению в контрреволюционной деятельности, а также пленных военнослужащих белых армий.

С весны 1922 года началось массовое выселение жителей Кронштадта. 1 февраля приступила к работе эвакуационная комиссия. До 1 апреля 1923 года она зарегистрировала 2756 человек, из них «кронмятежников» и членов их семей – 2048, не связанных своей деятельностью с крепостью – 516 человек. Первая партия в 315 человек была выслана в марте 1922 года. Всего же за указанное время было выслано 2514 человек, из которых 1963 – как «кронмятежники» и члены их семей, 388 – как не связанные с крепостью.

Заключение

На протяжении многих десятилетий кронштадтские события, трактовались как мятеж подготовленный белогвардейцами, эсерами, меньшевиками и анархистами, которые опирались на активную поддержку империалистов. Утверждалось, что действия кронштадтцев были направлены на свержение советской власти, что в мятеже приняли участие матросы отдельных кораблей и часть гарнизона, находившегося в крепости. Что же касается руководителей партии и государства, то они делали якобы все, чтобы избежать кровопролития, и лишь после того, как обращения к солдатам и матросам крепости с предложением отказаться от своих требований остались без ответа, было решено применить насилие. Крепость была взята штурмом. При этом победители остались в высшей степени гуманными к побежденным. К расстрелу были приговорены лишь наиболее активные участники мятежа, преимущественно бывшие офицеры. В дальнейшем же репрессии не проводились.

Рассмотренные нами события, документы и статьи позволяют дать другой взгляд на кронштадтские события. Советское руководство знало о характере кронштадтского движения, его целях, руководителях, о том, что никакого активного участия ни эсеры, ни меньшевики, ни империалисты в нем не принимали. Однако объективная информация тщательно скрывалась от населения и вместо нее предлагалась фальсифицированная версия о том, что кронштадтские события были делом рук эсеров, меньшевиков, белогвардейцев и международного империализма, хотя ВЧК каких-либо данных на сей счет найти не удалось.

В требованиях кронштадтцев гораздо большее значение имел призыв к ликвидации монопольной власти большевиков. Карательная акция против Кронштадта должна была показать, что любые политические реформы не затронут основ этой монополии.

Руководство партии понимало необходимость уступок, в том числе замены продразверстки продналогом, разрешения торговли. Именно эти вопросы являлись основным требованием кронштадтцев. Казалось, возникла основа для переговоров. Однако советское правительство отвергло такую возможность. Если бы X съезд РКП(б) открылся 6 марта, то есть в назначенные ранее день, объявленные на нем поворот в экономической политике мог изменить ситуацию в Кронштадте, повлиять на настроение матросов: они ждали выступления Ленина на съезде. Тогда, возможно, не понадобился бы штурм. Однако такого развития событий не хотели в Кремле.

Кронштадт стал для Ленина также инструментом, с помощью которого он придал убедительность требованиям устранить всякую внутрипартийную борьбу, обеспечить единство РКП(б) и соблюдение жесткой внутрипартийной дисциплины. Через несколько месяцев после кронштадтских событий он скажет: «Надо именно теперь проучить эту публику так, чтобы они на несколько десятков лет ни о каком сопротивлении они не смели и думать».  

svastour.ru

Несмываемый позор коммунистов - Кронштадтское восстание


Моряки гарнизона крепости Кронштадт подняли вооружённое восстание в этот день в 1921 году.
Экипажей кораблей Балтийского флота и жителей города восстали против диктатуры большевиков и проводимой ими политики «военного коммунизма». В стране был хаос, продразвёрстка и развал промышленности, проблемы с продовлльствием, маленькие пайки, а также политические дрязги в самой большевистской партии.

В 1920—1921 годах в связи с планомерным затиханием боевых действий и отсутствием необходимости в высокой численности армии солдаты и матросы Кронштадта впервые за многие месяцы получили отпуск и смогли приехать на свою малую родину. Там им уже на практике пришлось столкнуться с принудительной конфискацией зерна:

"Большевистская цензура скрывала от нас многое, что происходило у нас дома, пока мы были на фронте и в море. Когда мы вернулись домой, наши родители спросили нас, почему мы воевали за угнетателей. Это заставило нас задуматься".


Петропавловск и Севастосполь.

Все началось после собрания команд линкоров «Севастополь» и «Петропавловск» где была озвучена резолюция, включавшая политические требования. Основная - «Власть Советам, а не партиям!» и «Советы без коммунистов!»

Был создан Временный революционный комитет (ВРК), взявший всю полноту власти в городе. В Кронштадте был введен комендантский час и, в подражание опыту Комитета революционной обороны Петрограда 1918—1919 годов, были сформированы «ревтройки». Комиссар флота Николай Кузьмин и председатель Кронштадтского совета Павел Васильев были арестованы. Кронштадт был главной морской базой всего Балтийского флота, поэтому из 50 тысяч человек, населявших город, больше половины (около 27 тысяч) составляли военные.

Всего на стороне восставших сражалось около 15 тысяч человек: примерно 13 тысяч матросов и солдат и две тысячи гражданских лиц; до начала штурма, крепость покинули более 400 «перебежчиков». По советским данным, по состоянию на 12 марта, силы мятежников насчитывали 18 тысяч солдат и матросов, 100 орудий береговой обороны (с учётом корабельных орудий линкоров «Севастополь» и «Петропавловск» - до 140 орудий) и свыше 100 пулемётов.

Восстание в Кронштадте приветствовали русские эмигранты, а большевики начали подготовку к его вооруженному подавлению. Кронштадтцы добивались открытых и гласных переговоров с властями, однако позиция последних с самого начала событий была однозначной - никаких переговоров.

В Петрограде в штабе Тухачевского спешили. Сжатые сроки подготовки операции диктовались и тем, что ожидаемое вскрытие от льда Финского залива могло существенно осложнить взятие крепости. Лояльные большевикам части Красной армии пошли на штурм острова, закончившийся неудачей.

Основной ударной силой являлась сводная дивизия под командованием Павла Дыбенко. При этом, некоторые из красноармейцев, как, например отряд курсантов из Петергофа, перешли на сторону мятежников; другие же отказались выполнять приказы и отступили.

Уже следующим днём был сделан первый налёт советской авиации на остров Котлин, в дальнейшем рейды на Кронштадт стали регулярными. Под плотным зенитным огнём были попытки нанесения бомбовых ударов по батареям и кораблям мятежников.
Огонь по Кронштадту и фортам вела и береговая артиллерия.

Перед вторым штурмом Тухачевский отдал приказ о применении против восставших химического оружия: мятежные линкоры предполагалось обстрелять снарядами с «удушающими газами». Приказ будущего маршала Советского Союза не был исполнен лишь в связи с погодными условиями.

Группировка была усилена новыми частями. Второй штурм начался в ночь на 16 марта 1921 года и начало наступления мятежники проспали.


Троцкий перед красноармейцами.

После захвата фортов красноармейцы ворвались в крепость, где начались ожесточённые уличные бои. К 5 часам утра 18 марта сопротивление кронштадтцев было сломлено. На улицах началась резня, грабеж и насилие. Не щадили ни женщин, ни детей, ни стариков. Нелицеприятных воспоминаний об этих событиях есть много.

Самые хитрые восставшие оказались на линкоре «Севастополь». Матросы выпустили из трюма коммунистов, разоружились, подняли красные флаги и радировали, что на корабле восстановлена Советская власть.

Около 8 тысяч мятежников перешли границу с Финляндией. После подавления восстания в городе начались массовые репрессии.

К расстрелу были приговорены 2103 человека и к различным срокам наказания 6459 человек. С весны 1922 началось массовое выселение жителей Кронштадта с острова.

В 1994 году президент РФ Борис Ельцин реабилитировал участников «Кронштадтских событий»...

Позор что именем палача Дыбенко до сих в Петербурге названа улица и станция метро. Во времена СССР улицы назывались именами террористов. Халтурина например, когда при взрыве погибло много простых людей, но императорская семья не пострадала. Не понимаю как можно не переименовать улицы названные именами террористов или таких кровавых деятелей. Реально позорище...

Инфа и фото (С) интернет

pantv.livejournal.com

Ваш комментарий будет первым

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *