Нажмите "Enter", чтобы перейти к содержанию

Главный лозунг кронштадтского восстания: Заполните схему. Кронштадтское восстание. Дата — ? Главный лозунг — ? Основная цель…

«Лед был красным от крови». К 100-летию Кронштадтского восстания

100 лет назад, 19 февраля по старому стилю (1 марта) 1921 года началось Кронштадтское восстание, жестоко подавленное большевиками, в результате чего погибло около 10 тысяч человек. Краеведы Кронштадта много лет безуспешно добиваются установки памятника погибшим.

Кронштадтское восстание – одно из крупнейших выступлений против власти большевиков, причем со стороны тех, кто еще недавно был движущей силой революции. Чего же хотели восставшие? «Ввиду того, что настоящие Советы не выражают волю рабочих и крестьян, немедленно сделать перевыборы Советов тайным голосованием… Свободу слова и печати… Свободу собраний и профессиональных союзов, и крестьянских объединений… Освободить всех политических заключенных… Упразднить всякие политотделы, так как ни одна партия не может пользоваться привилегиями для пропаганды своих идей и получить от государства средства для этой цели… Уравнять паек для всех трудящихся… Дать полное право действия крестьянам над своею землею…»

Эти требования кронштадтских моряков были сформулированы 19 февраля (1 марта) 1921 года.

Подавление Кронштадтского восстания

7 марта армия Тухачевского штурмовала мятежный Кронштадт, но первый штурм был отбит, 16 марта Тухачевскому пришло серьезное подкрепление, и мятеж подавлен. По одним данным, погибло около двух тысяч человек, по другим – около десяти; восьми тысячам мятежников удалось уйти по льду в Финляндию. Правда, судя по воспоминаниям, около полутора тысяч не дошли – одних погубил некрепкий весенний лед, других – красная башкирская конница, рубившая беженцев, – и если бы не туман, она порубила бы еще больше. О том, как по весеннему тающему льду пешком, на лошадях, на санях плелись тысячи мокрых усталых людей, через много лет рассказала Лариса Илвескоски, дочь члена Временного Революционного комитета Кронштадта капитана Теодора Кильгаста. До мятежа он был начальником Кронштадтской морской школы, большевики его арестовали, а восставшие выпустили, он принимал деятельное участие в восстании, и вот, 17 марта 1921 года оказался с женой и семилетней дочерью на льду в толпе беженцев: родители шли пешком, везя на санках девочку в промокших валенках.

К 100-летию Кронштадтского мятежа вышла книга Владимира Андреева и Сергея Зайцева «Кронштадт, март 1921-го: погибли, но победили!». Это дайджест публикаций о Кронштадтском восстании – газетные статьи, архивные материалы, фотографии.

Книга «Кронштадт, март 1921-го…»

Здесь же впервые на русском языке приводятся фрагменты книги Перти Хуусари «Кронштадтское восстание 1921 года и его наследники в Финляндии», написанной по результатам путешествия трех финнов, отправившихся в 1973 году на поиски оставшихся в живых участников разгромленного восстания, которым удалось уйти по льду в Финляндию.

Среди спасшихся и осевших в Финляндии мятежников нашелся и Константин Боровиков, родом из деревни Лудони Псковской губернии. В Первую мировую он был солдатом царской гвардии, потом – красноармейцем, 1921 год застал его на военно-морской базе в Кронштадте – сержантом флота и капитаном команды. Он участвовал в мятеже и бежал в Финляндию, работал на лесопилке, подрабатывал сапожником. Из Константина он превратился в Консту, женился на финской женщине Хилме Хуусари, жившей в доме при лесопилке, и взял ее фамилию.

Своих родных, оставшихся в России, не забывал, писал сестре, дочь которой сохранила его первое письмо, полученное в 1926 году.

У Консты и Хилмы родилось шестеро детей, но в середине 1930-х Конста заболел и два года не мог работать, семья получала пособие для малоимущих, но все равно залезла в долги. Интересная деталь – местный муниципалитет попытался взыскать эти долги с родственников Консты, оставшихся в СССР, но безуспешно. Конфликт разрешился только в 1941 году, когда дети Консты и Хилмы получили финское гражданство. Сам Конста получил его только через 10 лет. При этом в 1940 году отсутствие гражданства не помешало признать 46-летнего Константина Боровикова военнообязанным, но от службы в армии его освободили по возрастному цензу. Следующий острый момент возник в 1944 году – в соответствии с мирным договором все граждане СССР, ушедшие в Финляндию, подлежали высылке на родину. Но и тут ему повезло – тех, кто прожил в стране больше 20 лет, решили оставить.

Потом он обосновался в Нурмесе, женился на вдове с пятью детьми, которая родила ему еще двух дочек

Среди бежавших в Финляндию были 11 членов Кронштадтского революционного комитета, одного из них встретили те трое финнов, которые отправились искать участников восстания. Это был Герасим Ососов, много лет молчавший о своем участии в мятеже, зная, что его организаторов в СССР ждала смертная казнь. Он родился во Владимирской губернии и еще мальчиком отправился на заработки в Москву. Машиностроительный завод, служба в царском флоте, потом – Красная армия, Балтийский флот, в марте 1921 года Герасим – машинист на восставшем линкоре «Севастополь», дальше – побег по льду. В Финляндии его разоружили и отправили в лагерь для беженцев, потом он обосновался в Нурмесе, женился на вдове с пятью детьми, которая родила ему еще двух дочек, но до конца жизни так никому и не рассказал ни о своей роли в восстании, ни за какие заслуги его выбрали в Кронштадтский ревком.

Кронштадтский краевед Сергей Зайцев проследил судьбы некоторых участников мятежа, которым пришлось бежать в Финляндию, и даже нашел их родственников.

– В нашей книге много материалов о священниках, которые оказались участниками Кронштадтского восстания. Например, одним из идеологов восстания был священник Сергий Путилин.

Он родился в 1868 году в Белгородской губернии, по 1-му разряду, то есть в числе 14 лучших учеников, окончил Воронежскую духовную семинарию, служил полковым священником в 45-м Драгунском Северном полку. После этого судьба привела его в Кронштадт – он служил в Николаевском морском соборе, был священником в Александровской женской гимназии, законоучителем Кронштадтской Школы юнг… В семейной жизни Путилина случились неурядицы – в 1917 году он развелся со своей женой Лидией Григорьевной, жил гражданским браком с Параскевой Михайловной Яковлевой, которая в 1918 году родила от него сына. Из-за этой запретной любви Путилину пришлось подать прошение о снятии сана. После революции он преподавал в Высшей партийной школе и руководил литературным кружком в кронштадтском гарнизонном клубе. До революции он придерживался взглядов левых эсеров, а когда началось восстание, стал одним из его идеологов и редакторов «Известий военно-революционного комитета Кронштадта».

Он сочинял аляповатые вирши, в которых громил «злодейства комиссаров»

В книге «Кронштадт, март 1921-го…» приводит выдержки из донесений агентов большевиков: «Выяснен состав Кронштадтского правительства, находящегося на Петропавловске. Военморы 1) Петриченко, 2) Яковенко, 3) отец Сергий Путилин, бывший преподаватель парт. школы, 4) капитан Бурксер и инжен. механик Орешкин». Есть и фрагменты воспоминаний участников событий, очень разные. В одном из них читаем: «Перу этого расстриги принадлежат основные публицистические сочинения мятежных «Известий». Он сочинял аляповатые вирши, в которых громил «злодейства комиссаров». Другие воспоминания рисуют образ умного, образованного священника, пытавшегося связать церковь с революцией: «Я помню, как он пришел в первые дни переворота на митинг матросов и закончил свое очень удачное выступление предложением: «Пойдемте же в храм и исполним благословение Божие на нашу новую жизнь».

Стрельба по фортам Кронштадта

– После разгрома восстания Сергий Путилин спасся в Финляндии, и с этой поры сведений о нем очень мало, – говорит Сергей Зайцев. – Известно, что работал учителем в селе Райвола (Рощино), где была большая русская община. Он активно участвовал в ее жизни, был инициатором создания русского театра, где шли спектакли и оперы из репертуара русской классики. С этим театром они даже ездили на гастроли, выступали в Териоках (Зеленогорск), в Выборге, и там у них играли многие беженцы из России – конечно, у них была ностальгия по родине. Когда началась война 1939 года, Путилин с семьей был вынужден переехать в Хельсинки, там он стал регентом церковного хора Свято-Никольского православного храма. И тут его история переплетается еще с двумя героями Кронштадтского восстания, тоже бежавшими в Финляндию по льду, с братьями Павинскими, впоследствии настоятелями двух русских приходов в Хельсинки.

Почему вообще восстал Кронштадт?

Бойцов, умерших от голода или болезней, не могли похоронить по несколько месяцев

– Четыре года после октябрьского переворота были очень тяжелыми – это и голод, и инфекции, и талоны, и разруха, и отношение командиров к своим подчиненным, – продолжает Зайцев. – Мы публикуем некоторые приказы, в том числе секретные, которые были выпущены накануне восстания, и там есть просто жуткие подробности. Видно, например, что бойцов, умерших от голода или болезней, не могли похоронить по несколько месяцев. Огромные проблемы были с обмундированием – если бойцы уходили со службы, им выдавали не сапоги или ботинки, а лапти. Нормы пайков уменьшались постоянно, люди болели цингой и тифом. Командиры были неквалифицированные и часто назначались по дружеским связям, старшие командиры брали своих приятелей себе в помощники и замы, образовывались землячества, продвигавшие своих, звания присваивались буквально через 2–3 месяца, а нормальных кадров, военспецов, к 1921 году почти не осталось. Весь Питер бастовал – потому что обещания большевиков, данные в 1917 году, не были выполнены, шло ужесточение законов, репрессивные меры – вот и последовал взрыв. В Кронштадте кадровых военных были единицы, среди них начальник кронштадтской артиллерии генерал Козловский. Там же сначала была попытка переговоров, моряки хотели донести свое возмущение до большевистского руководства – ведь моряки Кронштадта помогли Ленину победить в 1917 году, они же первые поняли, что их обманули.

Но большевикам надо было показать свою силу, чтоб никому никогда неповадно было восставать. Так что к 9 марта начались боевые действия. 70 лет нас учили, что инициаторами восстания были генерал Козловский, полковник Арканников и другие бывшие белые офицеры, но на самом деле восстание подняли те люди разных профессий, которые видели жуткую ситуацию, в которую попала Россия на тот момент.

Как вам удалось узнать судьбы участников восстания, бежавших по льду?

– Так получилось, что моя одноклассница переехала в Финляндию. И я ее попросил что-то о них узнать – она ходит в Свято-Никольский собор в Хельсинки, вокруг которого русское православное кладбище, где много могил участников Кронштадтского восстания. Она связала меня с настоятелем собора Николаем Пантелеймоновичем Воскобойниковым, и он дал мне телефон родственницы Бориса Андреевича Арканникова, одного из военспецов, участвовавших в восстании. Ее зовут Мария Борисовна Крюгер, она племянница супруги Арканникова – и урожденная Павинская, то есть она связана еще и с другими участниками восстания и бывшими настоятелями собора. По ее воспоминаниям я и узнал о них кое-какие сведения – например, о том, что участники Кронштадтского восстания основали в Финляндии русские приходы, которые впоследствии одни из немногих в Европе смогли добиться перехода под юрисдикцию Русской православной церкви Московского патриархата. Это было вскоре после войны, так что выглядело необыкновенным прорывом, просто чудом. Мария Крюгер рассказала мне об Арканникове. После революции он попытался принять новую власть, в Кронштадте его даже переизбрали в полковой совет, но потом он перешел на сторону восставших и вошел в состав штаба обороны крепости. После разгрома он тоже ушел в Финляндию, какое-то время находился в пересыльном лагере, потом был разнорабочим на разных фабриках Выборга, с началом финской войны вместе с женой перебрался в Хельсинки. Мария Крюгер бывала в их доме, она сожалеет, что по молодости не слишком интересовалась своим родственником, но помнит, что в этом доме было много книг и что Борис Андреевич был коллекционером, увлекался бабочками, которые были развешаны у него по стенам.

Инженер, журналист, депутат Ленсовета 21-го созыва Владимир Андреев, соавтор книги о Кронштадтском восстании, больше всего печалится о том, что хотя участники восстания были реабилитированы указом Ельцина в 1994 году, но памятника им до сих пор нет.

Памятника до сих пор нет и не предвидится. А вот лжи вокруг восстания много

– Закладной камень был поставлен тогда же, в 1994 году, на открытие приезжал Анатолий Собчак, камень освятили, а потом медная табличка с него пропала. А когда благоустраивали собор, и сам камень пришлось убрать на склад артиллерии, потому что на его месте возникла вентиляционная будка. Куда мы только ни писали – все ответы сводятся к тому, что Ельцин не указал, на чьи деньги, кем и когда будет ставиться памятник. Но главный архитектор Петербурга мне пояснил, что ничего этого в указе и не должно быть, определить это должен Комитет по культуре. Но памятника до сих пор нет и не предвидится. А вот лжи вокруг восстания много. У нас на Якорной площади есть братское захоронение – еще с 1905 и 1917 годов, так туда на гранит взяли и добавили две строчки – о том, что там лежат жертвы восстания 1921 года. На самом деле там в оружейных ящиках, обитых красной материей, были захоронены 20 расстрелянных матросов, оборонявших Кронштадт, вскоре расстреляли и священников, которые их отпевали в Морском соборе. Так вот, через несколько дней этих матросов выкопали, увезли куда-то за город и зарыли, как собак, – мы даже не знаем где. А на их месте похоронили своих – в новеньких правильных гробах. А как выкапывали ящики с матросами и везли по кронштадтскому шоссе – все это запечатлено на фотографиях и даже на киноленте. Но нам до сих пор врут, что на Якорной площади захоронены и те, и другие. Но это ложь. Нам нужен памятник – памятник примирения. Но пока у нас вместо памятника есть только валун. До своей отставки к нам успел приехать бывший глава Совета по правам человека при президенте Михаил Федотов, он провел у нас выездное заседание, и этот валун превратился в новый закладной камень, там есть мраморная табличка и полочка для цветов. И еще там есть два венка, один из них, синий, посвящен 23-летнему штурману Владимиру Бекману. Бекман корректировал огонь с линкора «Севастополь», то есть благодаря его действиям погибли тысячи штурмовавших Кронштадт.

Юлия Демиденко

Историк Юлия Демиденко напоминает, что главный лозунг восставших был «За советы без большевиков». По ее словам, настоящая история Кронштадтского восстания – самого крупного выступления против власти большевиков – до сих пор не написана.

– Это было восстание тех, в ком большевистский режим видел свою главную опору. Балтийский флот – краса и гордость революции, по выражению Льва Троцкого, который потом это восстание будет подавлять. Восстаний тогда было много, но с этой стороны их никто не ожидал. Даже по тем газетам, которые выходили при большевиках, видно, что с 1918 года в Петрограде были постоянные волнения, и кронштадтские события тоже начались с выступлений рабочих Петрограда. Ведь 1920-й и особенно 1921 год – это самое страшное время, полная разруха. Это была настоящая блокада Петрограда – в городе не было ни продовольствия, ни электричества, большевики показали полную неспособность управлять: разрушить-то они разрушили, а создать что-то новое и работающее не могли. Были большие волнения рабочих, того же Путиловского завода: предприятия закрываются, нечем кормить детей, нет отопления, нет света и нет сырья для производства, полный локдаун. И большевики обратились к кронштадтцам – чтобы подавить эти рабочие выступления, но те решили разобраться и послали своих эмиссаров в Петроград. Они выяснили требования рабочих и присоединились к ним, так что это не стихийное движение – они сформулировали свои требования и предъявили их РСДРП и Ленину. Большевики вступили с ними в переговоры, прислали в Кронштадт Калинина, но его прогнали с трибуны, пригрозили властям железным кулаком.

В Петрограде была настоящая блокада, хлебный паек по четырем категориям, которого часто просто не было физически

Самое интересное, что многие требования кронштадтцев к новой власти буквально в течение года были удовлетворены, но в тот момент на все их предложения был получен отказ, возможность диалога была упущена. Они выступали против военного коммунизма – у крестьян принудительно изымали зерно и вообще все, и голод был по всей стране. Но в Петрограде была настоящая блокада, хлебный паек по четырем категориям, которого часто просто не было физически. И кронштадтцы требовали свободной торговли, а также выдвигали политические требования – свобода слова, отмена «чрезвычаек». Власть большевиков они называли «сволочным режимом». Кронштадтские делегаты увидели, что весь город бастует, и приняли общую резолюцию, там было требование переизбрать советы, не оставив там большевиков и допустив другие социалистические партии. Первоначально в этой резолюции было довольно много антисемитских лозунгов, но в итоговый вариант они не вошли. И 1 марта в Кронштадте произошел огромный митинг, а после этого началось восстание. Арестовали комиссара флота Кузьмина, власть перешла к революционному комитету. Это выступление даже пытались назвать третьей революцией – настоящей. В кронштадтском гарнизоне было около 27 тысяч человек, плюс население города. Но самое главное – это невероятно кровавая расправа с кронштадтцами, которая продолжалась 10 дней. Первый штурм Тухачевского провалился, а потом туда были стянуты огромные силы, причем с большим отбором. Некоторые полки, наоборот, заперли в Петрограде, чтобы они, не дай бог, не помогли восставшим. Подавление было страшным – в основном артиллерийским огнем, есть воспоминания, где говорится, что в районе Васильевского острова, Ольгина и дальше на север лед был красным от крови. Там с обеих сторон полегло немало, Кронштадт ведь изначально – неприступная морская крепость. Братоубийственное побоище закончилось победой большевиков.

Расстрелянные 21 марта 1921 года участники Кронштадтского восстания

А есть точные цифры – сколько ушло в Финляндию, сколько погибло, сколько потом расстреляли?

– Я же говорю, что история не написана, точных цифр нет. Считается, что в Финляндию ушло от 6 до 8 тысяч, около 6 тысяч потом было арестовано, кого-то расстреляли, кого-то отправили на Соловки. Эта страшная история угрожала всему Балтийскому флоту – был план его просто ликвидировать. Моряки же вообще более образованные, они имеют дело с судовыми машинами, это армейская элита, в них видели опасность. Но флот остался, просто экипажи расформировали, а корабли переименовали. Это страшное явление, Кронштадтское восстание, повторяю, не изучено, и сегодня появляется много разных версий тех событий.

Как вы считаете, почему, несмотря на указ Ельцина, на реабилитацию восставших, до сих пор нет им памятника?

– Ну, мы же постоянно подвергаем ревизии наследие Ельцина, а сейчас у нас сформирована такая идеология, когда все выступающие против любой власти неправы: против царской власти – мерзавцы, против большевистской – мерзавцы, против советской – мерзавцы, у нас теперь власть – это такая священная корова, в согласии с византийской концепцией. Власть от Бога, и против нее нельзя, ни против какой. Если власть сменяется – извольте это принять, послушные народы, и мирно пастись. Идея мятежа сейчас – самая непопулярная.

Ненаписанная история Кронштадтского восстания не закончилась с его подавлением. По словам Сергея Зайцева, его участники преследовались еще несколько десятилетий.

Чистку прошли все, и мелкие, и крупные начальники, и большинство людей с острова выкинули

– Черный день для Кронштадта – 29 июня 1921 года. Во многих умных книжках написано, что все началось на год позже. Но на самом деле это не так. Именно в этот день началось массовое выселение из Кронштадта даже тех, кто не напрямую участвовал в восстании, а их родственников, сочувствующих и просто обычных людей, живших в то время на острове. Они не ушли в Финляндию, надеялись, что им дадут жить спокойно. Но комиссии по кронмятежникам заработали очень оперативно. В центре города на площади Рошаля была собрана первая партия выселяемых, им разрешалось взять 50 килограммов вещей на человека плюс один стул. По данным правительственной комиссии Александра Яковлева по реабилитации, которая этим занималась, в результате переселения на острове осталось меньше 1000 человек из тех, кто там жил до восстания. После восстания все воинские части и экипажи кораблей были расформированы, корабли переименованы. Под расформирование попали не только пожарные части, милиция, охрана, но и гражданские объекты – сохранились документы по описи парикмахерской, работавшей во время восстания. Чистку прошли все, и мелкие, и крупные начальники, и большинство людей с острова выкинули: если в добровольном порядке, то в глубинку, если в приказном – то на север. Лояльные большевикам могли выбрать, куда переезжать, но таких было немного. После этого Кронштадт заселили людьми из Тверской, Псковской областей, с севера. Выселение продолжалось несколько лет, и выселенные получали черную метку, многие были поражены в правах: не могли избираться, не могли устроиться на нормальную работу. Реабилитация, возврат прав этим людям, начисление пенсий и прочее началось только после смерти Сталина, к 1960-м годам. Так что подавление Кронштадтского восстания – это трагедия не только его участников, это трагедия города. В анкетах до 60-х годов часто присутствовал вопрос: где вы были во время Кронштадтского мятежа? Между прочим, и подавлявшим восстание тоже не поздоровилось, большинство командиров, штурмовавших Кронштадт, было репрессировано в 1930-е годы. Еще одна деталь – часть коммунистов перед восстанием были арестованы, их освободили после штурма. Ко мне приходил потомок одного из этих людей и рассказал, что все они должны были подтвердить свою лояльность власти. Для этого их отправляли на подавление Тамбовского мятежа. И мы знаем, с какой жестокостью он был подавлен.

Кронштадтский мятеж. Фотографии из архива кинофотодокументов

В феврале 1921 года в Петрограде начались забастовки и митинги рабочих, названные их участниками «волынками». Бастовали рабочие лучших заводов — Путиловского, Балтийского, Обуховского. У рабочих были веские причины для антиправительственных выступлений. Последовательно проводимая большевиками политика «военного коммунизма» разорвала традиционные рыночные связи. Из-за отсутствия сырья и средств в городе остановились 64 самых крупных завода. Хлебные пайки рабочих были сокращены до 200 г в сутки.

28 февраля экипаж находящегося в Кронштадте и вмерзшего в лед Финского залива линкора «Петропавловск» принял резолюцию в поддержку бастующих петроградских рабочих. Матросы выдвинули политические требования: отменить привилегированное положение партии большевиков, распустить вооруженные отряды коммунистов, освободить всех политических заключенных, переизбрать Советы тайным голосованием и восстановить политические свободы — свободу слова, печати, собраний и профсоюзов. Резолюцию поддержали экипажи других кораблей и гарнизон крепости.

1 марта на главной крепостной площади лучшей военно-морской базы Балтийского флота состоялся митинг, собравший не менее 16 тысяч вооруженных участников, освиставших председателя ВЦИК М.И. Калинина. На следующий день восставшие сформировали Временный революционный комитет и выдвинули лозунги: «Вся власть Советам, а не партиям!» и «Советы без коммунистов!» Восставшие арестовали 450 коммунистов и советских работников.

Кронштадтцы предлагали начать открытые переговоры, но советское командование сразу перешло на язык ультиматума, потребовав немедленной капитуляции. В срочном порядке была восстановлена 7-я армия РККА под командованием М. Н. Тухачевского, прибыли курсанты петроградских военных училищ, делегаты Х съезда РКП(б), матросы Балтийского флота. 8 марта после начатого днем ранее артиллерийского обстрела, началось безуспешное наступление на крепость, отбитое восставшими. Правительственные войска попытались использовать против восставших авиацию, однако ее налет был отражен зенитным огнем крепости, а один самолет сбит. Были отмечены случаи перехода красноармейцев на сторону восставших, а стрелки двух полков — 235-го Минского и 237-го Невельского — отказались выполнять приказы и были частично разоружены.

Второй штурм крепости начался в ночь с 16 на 17 марта 1921 года. Часть фортов и кораблей оказали яростное сопротивление. В середине дня 17 марта 1921 года 25 советских самолетов совершили налет на линкор «Петропавловск». 18 марта восстание было подавлено, его организаторы бежали днем ранее. Не менее 7 тысяч восставших ушли по льду залива в Финляндию.

В собрании Российского государственного архива кинофотодокументов хранится комплекс фотографий и фильм «Черные дни Кронштадта» (режиссер Н. Григор), которые снимались в Кронштадте после подавления мятежа. Съемок боевых операций не производилось.

Митинг на борту линкора «Севастополь» после подавления мятежа. Кронштадт. 1921 г. Арх. N 4-3151.

Командующий Южной группой войск 7-й армии РККА А.И. Седякин принимает парад частей, отличившихся при подавлении Кронштадтского мятежа. Впереди колонны — командир сводной дивизии РККА П.Е. Дыбенко. Кронштадт. Март 1921 г. Арх. N 4-3124.

Продовольственные склады, разрушенные мятежниками. Ораниенбаум. Март 1921 г. Арх. N 4-3071.

Раненые красноармейцы. Арх. N 4-3132.

Наблюдательный пункт. Усадьба Дубки. Март 1921 г. Арх. N 4-3060.

Похороны павших при подавлении Кронштадтского мятежа. Арх. N 4-3117.

ТелеграмВКонтакте
  • #архивы
  • #1920-ые
  • #РГАКФД

Кронштадтское восстание 1921 года как часть Великой русской революции

[PDF][Печать]

, его смысл и значение, и его последствия для сегодняшних социалистов. Мы публикуем статьи Алексея Гусева, Сэмюэля Кларка, Поля Ле Бланка, Даниэля Фишера и Тома Харрисона. -Ред.]

8 марта -го 1921 г. «Известия ВРК матросов Кронштадта, красноармейцев и рабочих» опубликовали декларацию «За что мы боремся?», где о характере кронштадтского восстания против Диктатура коммунистической партии определялась следующим образом: «Здесь, в Кронштадте, был заложен первый камень третьей революции, снявшей последние оковы с трудящихся масс и открывшей новый широкий путь социалистическому творчеству. Эта новая революция поднимет и рабочие массы Востока и Запада, послужив примером нового социалистического строительства в противовес бюрократическому коммунистическому «творчеству» 9.0008 1 . Таким образом, мартовская революция 1921 года, инициированная «Красным Кронштадтом», должна была довершить дело Февральской и Октябрьской революций 1917 года.

Но не только повстанцы пользовались понятием «третья революция». Накануне, 7 марта года 9009 года, представитель противоположной стороны, полномочный представитель Особого отдела ВЧК Василий Севей доложил военному комиссару Льву Троцкому: «Эти моряки [Балтийского флота] были и до сих пор являются профессиональными революционерами и вполне могут стать основой для возможной третьей революции»9.0008 2 .

Была ли «третья революция» всего лишь риторической фразой или имела в 1921 году под собой реальные основания?

Если под революцией понимать процесс социальных преобразований, развивающийся под влиянием массовых народных выступлений и сопровождающийся сменой политических режимов, то события с 1917 по 1921 год составляют Великую русскую революцию , состоявшую из нескольких этапов. Это было вызвано объективной необходимостью разрешения ряда ключевых проблем и противоречий социальной модернизации в России, главным образом двух важнейших: земельного вопроса (имеется в виду перераспределение сельскохозяйственных угодий от крупных помещиков к крестьянам) и политического вопроса (демократизация государства). Это выразилось в популярнейшем лозунге русского революционного движения: Земля и свобода! Революция, в том числе противостояние различных социальных и политических сил в форме гражданской войны, продолжалась после падения царского режима до стабилизации нового, большевистского политического режима на основе частичного решения земельного вопроса и прекращения массовые народные выступления.

В этом контексте Кронштадтский мятеж 1921 года предстает как неотъемлемая часть революционного процесса, растянувшегося на несколько лет. Для того чтобы определить ее историческое место и значение, необходимо описать основные этапы Великой русской революции.

На первом, февральско-мартовском этапе 1917 г. царское самодержавие было уничтожено, начались системные социальные преобразования. Однако главный вопрос революции так и не был решен: крестьяне не получили земли, а демократический политический строй не упрочился, так как Временное правительство оттягивало созыв Учредительного собрания.

Второй этап длился с лета 1917 г. до начала 1918 г. Это было время нового подъема массовых общественных движений – как городских, так и сельских. Растущее разочарование во Временном правительстве привело к тому, что массы стали полагаться на Советы как на основу новой политической системы. Это создало условия для прихода к власти большевистской партии 19 октября.17. Хотя большевики не пользовались поддержкой большинства населения, они также поначалу не встречали массового сопротивления. Основным содержанием этой «октябрьской фазы» была санкционированная новой властью аграрная революция в деревне, так называемый «черный передел» земли среди крестьян.

Третий этап – с лета 1918 г. до конца 1920 г. – был периодом широкомасштабной гражданской войны. Предпосылкой ее стало массовое разочарование в большевиках, которые также оказались не в состоянии решить главные вопросы революции: на место Советской власти они установили авторитарное правление коммунистической партии, на место свободы крестьянства пришла «продовольственная диктатура», система хлебозаготовок. Это позволило консолидировать антибольшевистские правые, контрреволюционные силы — Белое движение с его многочисленными армиями, поддерживаемое иностранными государствами. В ходе широкомасштабного военного противостояния красных и белых народное массовое движение за землю и свободу проявлялось чаще всего в форме сопротивления обеим диктатурам, местных восстаний, партизанской войны и т.п. В целом этот этап можно назвать «оборонительным этапом» революции. В ее условиях народные движения должны были действовать осторожно, так как борьба против одной из борющихся диктатур могла сыграть на руку другой. Но в конечном итоге белые с их реставрационными устремлениями оказались для большинства населения хуже красных, чем и объясняется поражение первых к концу 19 в.20. Однако главные вопросы революции все еще оставались нерешенными, что привело к новому подъему народной борьбы — четвертой фазе развития революционного процесса.

Этот период нового революционного подъема длился с конца 1920 г. по март 1921 г. И одним из важнейших его эпизодов стало восстание кронштадтских матросов. Его следует рассматривать в самой тесной связи с другими событиями этой фазы. Во-первых, зима 1920-1921 гг. стала высшей точкой Крестьянской войны в России – массовые крестьянские восстания охватили все хлебопроизводящие районы; в стране действовало не менее 165 крупных повстанческих отрядов численностью более ста тысяч бойцов. В Тамбовской области «Объединенная партизанская армия» под руководством эсера Александра Антонова насчитывала около 50 тысяч человек. В «народных армиях» Западной Сибири сражалось столько же повстанцев, сколько под лозунгом «Долой коммунизм! Да здравствуют Советы!» взял несколько городов 3 . Большая часть сельской территории по всей стране вышла из-под контроля московского правительства.

Во-вторых, повсюду вспыхнуло движение протеста промышленных рабочих. Во всех основных промышленных центрах России бастовали рабочие, нередко сопровождавшиеся выдвижением политических требований. В Петрограде протестное движение достигло к концу февраля 1921 г. таких масштабов, что большевистские власти назвали его «бунтом на заводах» и объявили в городе военное положение 9.0008 4 . Именно февральская мощная забастовочная волна в обеих столицах, Петрограде и Москве, непосредственно спровоцировала Кронштадтский мятеж.

В-третьих, в Красной Армии, состоявшей из тех же крестьян и рабочих, прошла целая серия акций протеста, в том числе вооруженных восстаний. В Поволжье командир восставшей дивизии Александр Сапожков сформировал «1-ю Красную Армию Правды». На Украине восстал командир кавалерийской бригады Григорий Маслаков, который со своими людьми присоединился к «Революционной повстанческой армии» анархиста Нестора Махно. Были и другие.

С точки зрения политической теории ситуацию начала 1921 года можно охарактеризовать как революционную ситуацию . Это понятие ввел Владимир Ленин, но до него комплекс условий начала революций охарактеризовали такие историки, как Адольф Тьер и Франсуа Минье. Эти условия они выявили и в эпизодах активизации революционного процесса в рамках Великой французской революции 1789-1795 гг.

Другой французский историк, Алексис де Токвиль, рассматривая ситуации революционных подъемов, отметил, что они развиваются, когда массы чувствуют, что их растущие ожидания улучшений обмануты. Именно так и было после разгрома последней крупной Белой армии Петра Врангеля в ноябре 1920 года. Фронт гражданской войны подходил к концу, и люди надеялись на ликвидацию военного коммунизма – режима продразвёрстки (продразверстка ). , подавление торговли, милитаризация экономики и принудительный труд. Политика военного коммунизма явно зашла в тупик, блокируя всякое развитие разоренной экономики и порождая голод. Но коммунистические власти вместо того, чтобы отказаться от этой политики, пытались все больше и больше закручивать гайки военного коммунизма. Это вызвало всплеск протестной активности, вызванный пониманием населением того, что прямой угрозы со стороны вооруженной белой контрреволюции, которая могла бы использовать такие действия в своих интересах, больше не существует.

Ленин определял революционную ситуацию как ситуацию всеобщего кризиса, когда «страдания и нужды» масс «обострились больше обычного», и они значительно повышают свою активность. Другими словами, главный фактор, ведущий к революции, состоит в том, что «низы не хотят жить по-старому».

Современные теории революции, разработанные такими авторами, как Оливье Фийеуль, Мишель Добри и др., конкретизируют это свойство революционной ситуации, выделяя три ее характеристики:

  1. Активные протесты охватили значительный процент населения . Как мы видели, эта особенность присутствовала в России в начале 1921 года.

  2. Формируются крупные межклассовые коалиции, которые приводят к распространению протестного движения . В случае с Россией 1921 года произошла стихийная коалиция между восставшими крестьянами, бастующими рабочими и восставшими солдатами и матросами.

  3. Универсализация основных требований протестующих масс . В 1921 г. такими общими требованиями, выдвигаемыми на протестах всех социальных групп, были «три свободы»: свободы труда, торговли и политической свободы. Люди требовали свободного распоряжения своей рабочей силой, свободных профсоюзов, свободного обмена между городом и деревней, свободы слова, печати, собраний и объединений. Они хотели свободных выборов рабочих, крестьянских и солдатских Советов, которые с середины 1918 года жестко контролировались правящей коммунистической партией, что и определило их результаты. В ленинской концепции «пролетарской диктатуры», отождествлявшей ее с диктатурой Коммунистической партии, Советы (равно как и союзы и другие общественные организации) рассматривались как не что иное, как простые «приводные ремни» от правящей партии к массам. Полностью исключалась их самостоятельность или возможность оппозиционного поведения. Как заявил Леон Каменев в 1920, комментируя итоги выборов в Моссовет, на которых он председательствовал, социалистической политической оппозиции (он имел в виду, в частности, меньшевиков) не дали бы получить даже «частицы власти» 5 . По выражению самого Ленина, «ни малейшего смещения власти» от большевиков нельзя было терпеть 6 . Но многие рабочие и крестьяне не забыли, что большевистским лозунгом октября 1917 года было «Вся власть Советам!», а не «Вся власть партии большевиков!» – и требовал практического выполнения этого принципа. «Резолюция из 15 пунктов», принятая 19 марта.0008 ст 1921 г. общим собранием матросов и рабочих Кронштадта как раз подытожило упомянутые общие политические, социальные и экономические народные требования – и стало началом восстания 7 .

Следующим свойством революционной ситуации является кризис «верхов», среди правящей элиты. По словам Ленина, «высшие классы не должны править по-старому». Говоря языком современной политической науки: «разделения или отступничество в центральных органах государства; подразделения или дезертирство в силах безопасности» 8 .

В 1921 году правящая большевистская партия переживала глубокий кризис – как на руководящем, так и на рядовом уровне. Попытки найти выход из тупика военного коммунизма привели к острой «дискуссии о профсоюзах», разделившей даже ЦК и Политбюро РКП(б) на соперничающие фракции. «Рабочая оппозиция» и «Группа демократического централизма» нападали на партийную верхушку за оторванность от пролетарских масс 9 .

Фракционная борьба охватила и парторганизацию Балтийского флота. Петроградские партийные лидеры вокруг Григория Зиновьева и политрук флота Николай Кузьмин, поддерживавшие ленинскую фракцию, выступили против командующего флотом Федора Раскольникова, принадлежавшего к фракции Троцкого и вынужденного уйти в отставку. Доверие к партийным лидерам среди матросов-коммунистов упало, заговорили о возможном формировании новой оппозиционной группировки — «флотской оппозиции». Падало влияние партийных ячеек флота, моряки массово уходили из РКП(б): перед мятежом кронштадтская партийная организация потеряла около 40% своего состава.

В ходе самого восстания из него вышла только треть кронштадтских коммунистов, треть поддержала его, треть осталась нейтральной. Вновь избранное Временное бюро Кронштадтской организации РКП(б) призвало к сотрудничеству с повстанческим Ревкомом (его члены должны были быть расстреляны ЧК). А ряд лидеров восстания, в том числе глава ревкома Степан Петриченко, сами были бывшими членами коммунистической партии. Свою борьбу они понимали как борьбу за дело 19 октября.17 с его провозглашенными, но не реализованными целями.

Позднее Рафаил Абрамович, лидер меньшевиков в эмиграции, охарактеризовал Кронштадтский мятеж как восстание против большевистской диктатуры «части самого большевизма». Не случайно ведущую роль в начале восстания сыграли старые матросы с линкоров «Севастополь» и «Петропавловск», многие из которых участвовали в революционных событиях 1917 года, когда Кронштадт был главным оплотом большевизма. К этим старым морякам присоединились молодые призывники с юга России и Украины, у которых был свежий опыт военного коммунизма и связанных с ним репрессий.

Итоги Кронштадтского мятежа еще раз доказали, что не всякая революционная ситуация ведет к революции. Но были ли у восстания 1921 года шансы на победу?

Двумя с половиной годами ранее очень похожие события произошли недалеко от Кронштадта – в немецком балтийском порту Киль. В ноябре 1918 года восстание матросов привело к созданию здесь солдатско-рабочего совета, аналогичного Кронштадтскому Временному революционному комитету. Совет принял «резолюцию из 14 пунктов», первые абзацы которой напоминали «резолюцию из 15 пунктов» Кронштадта: требования свободы слова, печати и освобождения политзаключенных 10 . Немецкие правительственные войска пытались подавить кильских моряков, но безуспешно. К повстанцам присоединились другие солдаты, которых поддержали рабочие. Движение распространилось на другие города по всей стране – и это вызвало победоносную демократическую революцию ноября 1918 года в Германии.

Как и в Киле в 1918 году, кронштадтские повстанцы в 1921 году пользовались широкими симпатиями среди петроградских рабочих и матросов. И коммунистические лидеры понимали серьезную опасность, которую представляла для их правления коалиция рабочих и матросов. Николай Бухарин даже заявил делегатам X съезда партии, что мятеж в Кронштадте не так опасен по сравнению с протестами рабочих в Петрограде и Москве, где «мелкобуржуазный вирус заразил часть рабочего класса гангреной». 5 9 марта0008-й Троцкий писал: «Только взятие Кронштадта положит конец политическому кризису в Петрограде». Зиновьев посылал в Москву панические письма, в которых сообщал, что единственными надежными силами в Петрограде являются пять тысяч юнкеров и вооруженных коммунистов. 10 марта -й Михаил Тухачевский, командующий 7-й -й армией, направленной против Кронштадта, также высказывался о возможном восстании рабочих в Петрограде и подчеркивал необходимость переброски дополнительных войск в Северную столицу для его предотвращения.

Многие красноармейцы отказались воевать с кронштадтскими повстанцами. Это было основной причиной того, что первый штурм Кронштадта 8 марта года года провалился. Некоторые части, например 561-й -й полк, не подчинились приказу атаковать; другие, как сообщалось, остановились, увидев над Кронштадтом красные флаги (коммунистическая пропаганда рассказывала, что военно-морская база находится в руках контрреволюционеров, белогенералов и черных сотен 11 ).

Тогда военное командование вывело против повстанцев одну из лучших стрелковых дивизий Красной Армии – 27-ю 9-ю0008-я -я Омская дивизия. Она проявила себя как сила, сыгравшая важную роль в разгроме Белой армии Александра Колчака в Сибири. Но теперь эта ветеранская часть оказалась ненадежной: несколько ее полков приняли постановления о том, что они не пойдут «против наших братьев в Кронштадте». Эти подразделения были разоружены, протестовавшие арестованы. Для вынесения смертных приговоров тем, кто отказался штурмовать Кронштадт, были созданы «чрезвычайные тройки» (суды из трех судей). Только через два дня, 14 марта -го -го и 15 -го -го по решениям этой тройки было расстреляно около 80 красноармейцев. Во время Большого террора 1930-х годов этот институт «тройки» использовался Сталиным в массовом порядке. Так, Венделин Томас, принимавший в ноябре 1918 г. участие в восстании матросов в Германии и в 1937 г. участвовавший в международной «Комиссии по расследованию обвинений, выдвинутых против Льва Троцкого на Московских процессах», имел веские основания указать на ссылку между подавлением Кронштадта и развитием репрессивной практики сталинского режима.

Таким образом, в марте 1921 года было очень трудно не допустить распространения восстания за пределы Кронштадта. А ожидаемое вскоре таяние льдов вокруг Кронштадта могло сделать из него неприступную крепость 12 . Соединение с моряками Балтийского флота, бастующими рабочими и восставшими крестьянами могло изменить политический режим в России. Их победа означала бы демократизацию политической системы страны и предоставление крестьянам «полной свободы действий в отношении своей земли», как говорилось в «резолюции из 15 пунктов». Это означало бы окончательное решение обоих основных вопросов Великой русской революции — аграрного и политического.

Но этого не произошло – Кронштадтское восстание 1921 года потерпело поражение. Такому исходу способствовало несколько факторов. Среди них стихийный характер восстания, не подготовленного заранее ни организационно, ни политически, и преимущественно оборонительная тактика повстанцев, слишком долго веривших в возможность мирного компромисса с руководством коммунистической партии. В то же время политические силы, которые могли поддержать матросский мятеж в Петрограде, были нейтрализованы упреждающими репрессиями: буквально за пару дней до начала мятежа несколько сотен членов социалистических партий и активистов независимых рабочее движение было арестовано петроградской ЧК.

Однако Кронштадтское восстание, хотя и потерпело поражение, сыграло важную роль — вместе с другими народными восстаниями и протестами — вынудив большевиков покончить с военным коммунизмом и ввести новую экономическую политику (НЭП) в марте 1921 года. Уступки крестьянам (переход от продразверстки к налоговой системе, восстановление торговли и др.) и общее ослабление государственного контроля над экономикой улучшили экономическую ситуацию в стране и привели к снижению массовой протестной активности. Революционный процесс в России вступил в свою завершающую, понижательную фазу. Летом 1921 все основные очаги крестьянского мятежа — в Поволжье, Западной Сибири и на Украине — были окончательно подавлены. В то же время уменьшились масштабы борьбы промышленных рабочих. Это означало конец Великой русской революции 1917-1921 годов. Его объективные задачи были решены лишь частично. Крестьянское большинство населения получило реальные социальные достижения, но без политических гарантий. Революция полностью провалилась в своем политическом, демократическом аспекте, приведя к утверждению новой, «красной» формы авторитаризма. Одновременно с определенной экономической либерализацией ужесточился политический режим правления коммунистической партии. Коммунистическим лидерам угрожал то, что они называли «духом Кронштадта», который мог привести к новым восстаниям. Поэтому к 1922 они не только очистили все Советы от крошечных остатков легальной некоммунистической оппозиции (меньшевиков, максималистов, анархистов), но и объявили вне закона фракции и «неделовую и фракционную критику» внутри самой правящей Коммунистической партии 13 . Ленин говорил, что 1921 год ознаменовался «самотермидоризацией» большевистского режима 14 . Если Термидор понимать как сочетание относительной экономической либерализации с укреплением олигархического правления и окончательным подавлением народных движений, то он был прав.

Кронштадтский мятеж 1921 г. с его революционно-демократическими устремлениями явился, по сути, последней серьезной попыткой реанимировать первоначальную программу и лозунги Октября 1917 г. Его провал открыл исторически известный путь от термидора к бонапартизму, который в XX в. тоталитаризма. Как писал в 1936 году Анте Чилига, активный участник левого антисталинского сопротивления и советский политзаключенный 1930-х годов: «все, что произошло после [подавления кронштадтского и рабочего движения в 1921] было с социальной точки зрения не более чем эволюцией, движением от ступени к ступени вниз» 15 . Виктор Серж, более положительно относившийся к Ленину и Троцкому, склонный видеть в подавлении Кронштадтского мятежа трагическую необходимость и споря об этом с Цилигой, тем не менее признавал: посмотрите, как изменился образ революции. Кронштадт означал первую кровавую победу бюрократического государства над трудящимися массами. Этим государством по-прежнему руководили великие большевики, пламенные и дальновидные социалисты; но на самом деле машина уже одолела их, и привычка к неограниченному правлению, без демократического контроля, изменила их менталитет» 16 .

Судьба побежденного Кронштадта сложилась печально: более 2000 человек расстреляно и более 6000 заключено в тюрьмы, а оставшееся население («кронмятежники и их семьи») депортировано. Но большевистским «победителям» пришлось не намного лучше: Зиновьев и Каменев были расстреляны Сталиным в 1936 г., Тухачевский — в 1937 г., Кузьмин и Бухарин — в 1938 г. Раскольников был в 1938 г. объявлен «врагом народа», отказался вернуться из Франции в СССР и через год умер при подозрительных обстоятельствах. Троцкий был в 1940 человек убиты в мексиканской эмиграции агентом Сталина. К этому времени Троцкий, руководивший в 1921 году военным подавлением восстания матросов, выдвинул программу, которая, как указывал Цилига, «фактически воспроизводила, хотя и в робкой форме, основные требования Кронштадта» 17 . Все эти ведущие коммунисты в конце концов стали жертвами своей собственной победы 1921 года, которая оказалась пирровой. История еще раз продемонстрировала: те, кто пытается защитить или развить революцию, предав ее основные принципы самоосвобождения, могут лишь похоронить революционный проект — а зачастую и разделить его судьбу.

1 Известия Временного революционного комитета матросов, красноармейцев и рабочих города Кронштадта. №6. 8 марта 1921 г.

2 Цит. по: Гетцлер И. Роль коммунистических вождей в Кронштадтской трагедии 1921 г. в свете недавно опубликованных архивных документов // Революционная Россия. 2002. Том 15. №1. С. 32-33.

3 Судьбы российского крестьянства. М., 1996. С. 142; Шишкин В.И. За Советы без коммунистов: крестьянский бунт на Тюменщине 1921 [За советы без коммунистов: крестьянское восстание в Тюменской губернии 1921]. Новосибирск, 2000. С. 324 и др.

4 Кронштадт 1921. Документы о событиях в Кронштадте весной 1921 года. ный государственный архив Московской области], фонд 66, опись 14, дело 26, оп. 7.

6 Протоколы X съезда РКП(б). М., 1933. С.35-36.

7 Кронштадт 1921 г. Документы о событиях в Кронштадте весной 1921 г. С. 50-51.

8 Беннани-Шрайби М., Фийеуль О. К социологии революционных ситуаций. Размышления об арабском восстании // Revue Francaise de science politique (англ.). 2012. Том. 62. № 5-6. стр. 14.

9 Демократические централисты, в частности, заявляли, что ЦК партии «упорно проводит политику бюрократической централизации, бюрократической конспирации, пренебрежительного отношения к местным организациям, что ведет к обострению морального разложения, ослаблению партийного и советского аппаратов, гангрене формализма». Они требовали отказаться от «безудержного движения к чиновничьему самодержавию». (Политические партии и движения России. Документы и материалы. Т. II. Коммунистическая партия (1917-1985). Ч. 1. Политические партии и движения России. Документы и материалы. Т. 2. Коммунистическая партия (1917-1985). Книга 1.] М., 2008. С. 156-157)

10 Лутц Р.Х. Немецкая революция, 1918-1919 гг. Stanford, California, 1922. P. 31.

11 Кронштадт 1921 г. Документы о событиях в Кронштадте весной 1921 г. P. 59-60.

12 10 марта Троцкий писал в Политбюро: «Кронштадт можно было взять только до начала оттепели. Как только бухта откроется для судоходства, Кронштадт наладит связь с заграницей. В то же время остров стал бы для нас недоступным […] Необходимо во что бы то ни стало ликвидировать Кронштадт в ближайшие дни» (Кронштадтская трагедия 1921. Документы [Кронштадтская трагедия 1921 года. Документы] Vol. 1. М., 1999. С. 349).

13 Постановление о единстве партии, принятое X съездом РКП(б) 16 марта 1921 г. // Протоколы X съезда Российской коммунистической партии (большевиков). С. 586.

14 Известия. 1 февраля 1924 г.

15 Силига А. Русская революция и причины дегенерации // Пролетарская революция: revue mensuelle syndicaliste communiste. 1936. № 235. С. 16 (364).

16 Виктор Серж. Сувенир из Кронштадта 1921 // Валлония. 1 Avril 1940.

17 Ciliga A. Восстание в Кронштадте и судьба русской революции // Пролетарская революция: revue mensuelle syndicaliste communiste. 1938. № 278. С. 2 (274).

Опубликовано Гражданские свободы/Репрессии, Культура и история, Кронштадту 100 лет, Труд, Левая политика, Россия/СССР, Социализм Дэна Фишера

Восстановление анархизма 19-го века21 Кронштадтское восстание

Кронштадтские матросы держат флаг с надписью «Смерть буржуазии».

O

n 18 марта 1921 года, когда молодое Советское правительство спонсировало публичные торжества в честь 50-летия Парижской коммуны, его Красная Армия двинулась на подавление аналогичной революционной коммуны в Кронштадте на острове Котлин через Петроград на Балтике. Море. Моряки в городе были известными революционерами: они помогли большевикам прийти к власти в 1917, и теперь они вели свою собственную «третью революцию» против Коммунистической партии, которая, как они утверждали, проводила репрессивную, монополистическую политику. Последовавшее за этим восстание и его последствия с тех пор стали предметом разногласий между марксистами и анархистами, попутно оставляя пробелы и вопросы без ответов в историографии.

Реагируя на забастовки в Петрограде по поводу нехватки продовольствия и топлива, кронштадтские моряки 26 февраля отправили делегатов в бывшую столицу. список требований к большевистскому правительству из 15 пунктов, так называемая Перопавловская резолюция, призывающая к свободным выборам, свободе слова и упразднению всех политических секций в вооруженных силах. Когда местные пробольшевистские офицеры потребовали от агитаторов отступить, рабочие, матросы и солдаты арестовали их под руководством своего нового «Временного революционного комитета».

Вскоре после этого большевики ответили ультиматумом, угрожая морякам и публично осуждая движение как продукт усилий французской разведки. Не сдаваясь, кронштадтский гарнизон начал организовывать оборону 7 марта, когда командующий Красной Армией Михаил Тухачевский повел свои войска через замерзшую бухту. 18 марта, в 50-летие Парижской Коммуны, Красная Армия вошла в город и захватила Кронштадт.

Историографические дебаты вокруг Кронштадтского восстания показывают, как марксисты и анархисты увековечили конкурирующие интерпретации движения. Первоначальный анализ Кронштадтского восстания исходил либо от анархистских свидетелей и сочувствующих, либо от Советской коммунистической партии. Кроме того, в последующие годы и десятилетия либеральные — прежде всего западные академические — исследователи приняли анархистскую интерпретацию, не признавая ее анархистского происхождения.

Чтобы выйти за пределы раздвоенного мировоззрения «революционеров» и всех остальных и начать сосредоточивать беспорядочную политическую реальность 1917 года и далее, нам необходимо спасти анархизм как политическую идеологию от периферии господствующих историй этого революционного десятилетия и исследовать другие аспекты восстания, помимо его происхождения и связи со сталинизмом.

До и после победы Красной Армии над кронштадтскими матросами в марте 1921 года в советской и зарубежной печати доминировала ленинско-троцкистская интерпретация событий. Когда Красная Армия приблизилась к острову Котлин, Ленин объяснял X съезду партии: «Мы должны иметь в виду, что буржуазия пытается стравить крестьян против рабочих; что она, прикрываясь рабочими лозунгами, пытается натравить мелкобуржуазные анархические элементы против рабочих». Ленин утверждал, что ссыльные из Белой армии во Франции манипулировали солдатами-крестьянами в Кронштадте; это была последняя попытка буржуазных агитаторов свергнуть страшный «пролетарский» режим.

Ленин и Троцкий утверждали, что участие Белой армии в восстании было ясно как день, и возлагали ответственность за пожар на бывшего генерала Козловского и его соратников, вызывая память об амбициозных генералах, возглавлявших свои белые отряды на протяжении всей Гражданской войны. Лидеры большевиков рекламировали восстание как заговор белых и утверждали, что даже если у моряков были благие намерения, они открывают дверь для возрождающегося контрреволюционного наступления.

Чтобы понять позицию Ленина и Троцкого, необходимо рассмотреть как контекст восстания, так и то, что было поставлено на карту большевистскими лидерами. С одной стороны, кронштадтские матросы выразили солидарность с петроградскими рабочими, которые в феврале объявили забастовку и были жестоко подавлены Красной армией и ЧК. Отсюда их 10-е требование гласит: «Упразднить коммунистические боевые отряды во всех родах войск, а также коммунистическую гвардию, дежурившую на фабриках и заводах. В случае надобности таких караулов или отрядов их назначать в войске из рядов, а на фабриках и фабриках по усмотрению рабочих».

Они критиковали большевиков за использование гвардейцев Красной Армии для подавления забастовок рабочих в Петрограде в начале февраля того же года и выступали за лояльных гвардейцев, выбранных самими рабочими. Более того, военный коммунизм нанес ущерб крестьянским общинам, поскольку принудительные реквизиции и неурожаи привели к голоду сельского населения.

Касаясь непосредственно крестьянского вопроса, очередное требование матросов гласит: «Предоставить крестьянам полную свободу действий в отношении земли, а также право держать скот, при условии, что крестьяне обходятся своими средствами, то есть без применения наемного труда». Очевидно, кронштадтские моряки прямо реагировали на несправедливости, которые они считали результатом большевистской политики. Моряки, многие из которых были выходцами из крестьян, коллективно опубликовали эти требования, ожидая, что Ленин и партийные лидеры будут работать с ними над решением проблем.

На X съезде партии, проходившем с 8 по 16 марта 1921 г., Ленин изложил то, что станет официальным мнением партии. В Постановлении №. 12 «О партийном единстве» он прямо использовал дело кронштадтских матросов, чтобы подчеркнуть опасность фракционности. Ленин утверждал, что история предшествующих революций подтверждает, что «мелкобуржуазные» элементы будут делать все, даже вводить в заблуждение невинных рабочих, рекламируя просоветские лозунги, чтобы подорвать единство партии и обойти соответствующие способы возбуждения и рассмотрения недовольства внутри партии.

Идея о том, что Кронштадтское восстание было контрреволюционным заговором, а его подавление — «трагической необходимостью», стала доминирующей интерпретацией в официальном советском дискурсе, чему способствовало его появление в официальном Истории Всесоюзной коммунистической партии (большевиков) : Краткий курс, издано в 1938 году под руководством Сталина.

По мнению анархистских историков и теоретиков, подавление восстания является высшим примером противоречия между большевистскими обещаниями и достижениями, или теорией и практикой. Видя это противоречие среди петроградских рабочих, кронштадтские матросы спонтанно выступили против большевистской монополии и призвали к свободным и всенародным выборам.

Анархист Александр Беркман, один из первых сторонников большевистской революции, путешествовавший по России в 1920-е годы, комментируя ужасающие условия в стране и поведение партии, утверждал, что подавление восстания не было «трагической необходимостью, », как утверждали лидеры большевиков, а вопиющий захват власти и раскольническое отклонение от интересов рабочего класса. Для Беркмана и его товарища-анархиста Эммы Гольдман действия большевиков против кронштадтского гарнизона предвещали авторитарные наклонности партии, продемонстрировав готовность Центрального Комитета применить насилие против любых небольшевистских идеологов, даже товарищей-революционеров, таких как анархисты.

Анархизм оказал большое влияние на Балтийский флот, но, как утверждает Пауль Аврич в своем классическом исследовании Кронштадт 1921 , это была отнюдь не однородная идеология повстанцев, а, скорее, «творческий дух масс», усиленный либертарианскими идеями, исходящими от соавтора Перопавловской резолюции и руководителя отдела агитации и пропаганды Г.П. Перепелкин. Тем не менее, сразу после этого события анархисты заявили о своем наследии и использовали его для выявления противоречия между большевистской теорией и практикой. Они с разочарованием наблюдали, как стало ясно, что новое революционное государство не потерпит инакомыслия или «стихийных» действий.

Беркман, находившийся во время событий в Москве, написал одну из первых интерпретаций Кронштадтского восстания за пределами СССР. Он отмечает, что моряки просто хотели, чтобы выборные советы (известные как Советы) были свободны от партийного вмешательства, и что они стремились найти точки соприкосновения с большевиками. Оспаривая утверждение партии о том, что мятеж возглавляли иностранные агитаторы и белые генералы, Беркман указывает: «В Кронштадте действительно был бывший генерал Козловский. Это Троцкий поставил его туда специалистом по артиллерии». Следовательно, лица, обвиненные в контрреволюционности, на самом деле сами были большевиками.

Таким образом, краткая история Беркмана пытается подорвать повествование о контрреволюционном заговоре, утверждая вместо этого, что это была «стихийная, неподготовленная и мирная» революция. В конце концов, Беркман сравнивает восстание с Парижской коммуной 1871 года, когда повстанцы якобы остались без лидера и не были готовы к полной репрессивной силе недавно консолидированного и милитаризованного государства. По словам Беркмана, победа большевиков над Кронштадтом «держала в себе поражение большевизма» как рабочего движения.

Другая русская анархистка и эмигрантка Ида Метт стремилась обнаружить корни восстания внутри самой коммунистической партии. В своей брошюре Кронштадтское восстание Метт сосредотачивается на Конституции Советской республики 1918 года, чтобы доказать, что моряки реагировали на предполагаемые противоречия между обещаниями и правами, изложенными в этом документе, и большевистской репрессивной практикой. Например, она указывает, что статьи 13, 14, 15 и 16 гарантировали рабочим определенные «демократические права», включая свободу вероисповедания, собраний, союзов и печати. Они также стремились предотвратить выделение особых привилегий. В этом случае большевики были виновны в нарушении своей собственной конституции, и матросы — как исторический авангард и защитники революции — отреагировали на то, что это предательство стало очевидным благодаря февральским забастовкам в Петрограде.

Авторитетное исследование Кронштадтского восстания 1970 года, проведенное американским историком и анархистом Полом Авричем, ближе всего к сбалансированной оценке. Тезис Аврича состоит в том, что восстание было спонтанным отражением разочарования в большевистской политике, особенно в реквизиции зерна при военном коммунизме. Он признает, что стихийный элемент является ключевым, потому что, как он указывает, «существенной чертой большевизма было его недоверие к массовой стихийности». Кронштадтские моряки никогда не верили, что смогут победить в оборонительном сражении с Красной Армией, что объясняет, почему они стремились найти общий язык с советским правительством в первые дни восстания.

Аврич соглашается с историками-марксистами в том, что восстание следует рассматривать в более широком контексте социальных и политических событий, но утверждает, что силы можно было избежать, и что восстание вызвало у большевистских лидеров, таких как Ленин, крайнюю тревогу по поводу возможного возобновления революции. В отличие от многих своих коллег в американских университетах, Аврич признавал анархистскую близость моряков, но также подчеркивал антисемитизм внутри движения, представляя менее политизированный исторический анализ.

Подводя итог, можно сказать, что анархистская позиция полностью симпатизирует матросам и крайне критически настроена по отношению к большевикам. В отличие от историков-марксистов, анархисты утверждают, что восстание дало новому советскому правительству шанс усовершенствовать репрессивную практику, которая стала определяющей для режима. Это частично объясняет, почему самопровозглашенные свидетели-анархисты, такие как Виктор Серж, Эмма Гольдман и Александр Беркман, были настолько потрясены кампанией по дезинформации, которую увековечили их коллеги-левые и Красная Армия.

По словам свидетелей-анархистов, подавление мятежа было окончательным признаком того, что большевики сконцентрировали всю мощь пропагандистского, милитаристского и идеологически репрессивного государства — абсолютная неизбежность ленинизма на практике. Этот аргумент стал непризнанным интеллектуальным направлением мышления, которое многие западные историки переняли у мыслителей-анархистов.

На протяжении всей холодной войны исследования Кронштадтского восстания либо шли по пути марксистско-ленинской партийной линии, либо использовали анархистскую интерпретацию для объяснения сталинизма, хотя и не признавали анархизм как идеологию. Один из самых ранних примеров этого появился в книге американского историка Эмануэля Поллака «9».0027 Кронштадтское восстание (Первое вооруженное восстание против Советов), в котором просто противопоставлялись «тоталитарная» и марксистско-ленинская интерпретации . Поллак рассматривал восстание как первый случай враждебного отношения рабочего класса к большевикам, но не смог признать или обсудить идеологическую и классовую принадлежность повстанцев, не говоря уже о международном резонансе этого события.

Поллак был не одинок: в своей хронологии революции многие влиятельные ученые эпохи холодной войны в США использовали анархистскую аргументацию и источники, но подтверждали ленинскую и сталинскую хронологию событий, чтобы определить поворотный момент повествования, который точно совпадает с 10-й съезд партии в 1921. Однако из-за того, что они не признают анархистскую идеологию участников, анархизм как политическое движение исчезает из их исторических взглядов и нарративов, а само восстание остается сведенным к смутному движению против большевистской власти, почти не имеющему коллективной идентичности или наследия. за пределами Гражданской войны.

Другими словами, они рассматривают подавление мятежа как событие, которое символически положило конец фракционности и спорам внутри партии, тем самым некритически принимая позицию мятежа как конец Гражданской войны и конец контрреволюции, как это пропагандируется Сталин в Краткий курс .

Возрождая и центрируя матросские анархистские наклонности, стертые как в Советском Союзе, так и на Западе, Кронштадт становится не столько символическим завершением межпартийной фракционности, сколько демонстрацией самых разнообразных сочувствующих, но не совершенно идентичные идеологии на периферии Петрограда и Москвы. Действительно, нам не хватает всестороннего понимания анархистского движения в более широком смысле и политических убеждений кронштадтских повстанцев в частности — их коллективной идентичности, мобилизации ресурсов и эмоциональности — потому что мы были так сосредоточены на интерпретации события и его последствиях.

Таким образом, спасение анархизма от периферии советской истории — это первый шаг к переоценке многообразия и сложности левачества в России, что еще больше переворачивает с ног на голову споры о большевистском большинстве, идеологической однородности и народной поддержке и добавляет больше ветвей к нашей в настоящее время раздвоенные истории революции.

Ваш комментарий будет первым

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *