Нажмите "Enter", чтобы перейти к содержанию

Когда стреляли по белому дому в москве: События сентября — октября 1993 года в Москве — Википедия

События сентября — октября 1993 года в Москве — Википедия

Разго́н Съе́зда наро́дных депута́тов и Верхо́вного Сове́та Росси́йской Федера́ции (также известные как «Расстрел Белого дома», «Расстрел Дома Советов», «Чёрный октябрь», «Октябрьское восстание 1993-го», «Указ 1400», «Октябрьский путч»[2], «Ельцинский переворот 1993 года»[3][4]) — внутриполитический конфликт в Российской Федерации 21 сентября — 5 октября 1993 года. Произошёл вследствие конституционного кризиса, развивавшегося с декабря 1992 года. Результатом противостояния стало насильственное прекращение действия в России существовавшей с 1917 года советской модели власти, сопровождавшееся вооружёнными столкновениями на улицах Москвы и последующими действиями войск, в ходе которых погибло не менее 158 человек и 423 были ранены или получили иные телесные повреждения[5] (из них 3 и 4 октября — 124 убитых, 348 раненых[5]).

Кризис явился следствием противостояния двух политических сил: с одной стороны — президента Российской Федерации Бориса Ельцина (см. Всероссийский референдум 25 апреля 1993 года), правительства, возглавляемого Виктором Черномырдиным

[6], части народных депутатов и членов Верховного Совета — сторонников президента, а с другой стороны — противников социально-экономической политики президента и правительства: вице-президента Александра Руцкого, основной части народных депутатов и членов Верховного Совета Российской Федерации во главе с Русланом Хасбулатовым, большинство в котором составлял блок «Российское единство»[7], в который входили представители КПРФ, фракции «Отчизна» (радикальные коммунисты, отставные военные и депутаты социалистической ориентации
[8]
[9]), «Аграрный союз», депутатской группы «Россия», руководимой инициатором объединения коммунистических и националистических партий[10] Сергеем Бабуриным[11].

События начались 21 сентября с издания президентом Ельциным указа № 1400 о роспуске Съезда народных депутатов и Верховного Совета, который, согласно принятому в течение нескольких последовавших часов заключению Конституционного суда, не соответствовал ряду положений действовавшей Конституции[12]. В ответ на телеобращение Президиум Верховного Совета сразу же[Комм. 1], сославшись на статью 121.6 Конституции, объявил о прекращении полномочий президента и постановил, что Указ № 1400 не подлежит исполнению

[13]. 24 сентября X чрезвычайный (внеочередной) Съезд народных депутатов, созванный Верховным Советом, также заявил о прекращении полномочий президента Ельцина с момента издания указа № 1400 и оценил его действия как государственный переворот[14]. Борис Ельцин, однако, де-факто продолжил осуществлять полномочия президента России. Его поддержало правительство и руководство силовых структур (МВД, Министерство обороны, Министерство безопасности).

По мнению ряда аналитиков, существенную роль в трагической развязке сыграли личные амбиции председателя Верховного Совета Руслана Хасбулатова, выразившиеся в его нежелании в ходе конфликта идти на компромиссы с администрацией Бориса Ельцина

[15], а также самого Бориса Ельцина, который после подписания указа № 1400 отказывался напрямую разговаривать с Хасбулатовым даже по телефону[16].

По заключению созданной в мае 1998 года комиссии Государственной думы[Комм. 2], значительную роль в обострении обстановки сыграли жёсткие действия правоохранительных органов по подавлению проходивших в Москве гражданских акций в поддержку Верховного Совета в период с 27 сентября по 2 октября 1993 года[17].

30 сентября противоборствующие стороны приняли предложенное посредничество патриарха Алексия II, имевшее целью смягчение напряжённости вокруг Дома Советов. Переговоры начались вечером того же дня. Подписанный сторонами в ночь на 1 октября Протокол № 1, предусматривавший начало отвода войск от Дома Советов и разоружение защитников Верховного Совета, однако, в результате противодействия штаба обороны Белого дома, Руслана Хасбулатова и Александра Руцкого, был денонсирован Съездом народных депутатов, и дальнейшие переговоры не привели к достижению существенных договорённостей. 3 октября в Москве произошли массовые беспорядки — прорыв оцепления вокруг Дома Советов России, захват группой вооружённых сторонников Верховного Совета во главе с генералом Альбертом Макашовым здания московской мэрии и попытка вооружённого захвата телецентра «Останкино»

[18]. В Москве было объявлено чрезвычайное положение, и 4 октября Съезд народных депутатов и Верховный Совет были разогнаны введёнными в центр Москвы войсками с применением оружия и бронетехники.

Мнения о позиции Конституционного суда Российской Федерации во главе с В. Д. Зорькиным расходятся: по мнению самих судей и сторонников Съезда народных депутатов, он сохранял нейтралитет; по мнению сторонников Ельцина — занял сторону Верховного Совета и Съезда[19][20][нет в источнике].

Расследование событий осталось незавершённым; следственная группа была распущена после того, как в феврале 1994 года[21] Государственная дума приняла решение об амнистии для лиц, участвовавших в событиях 21 сентября — 4 октября 1993 года, связанных с изданием Указа № 1400, и противодействовавших его реализации, независимо от квалификации действий по статьям УК РСФСР

[22]. В результате общество до сих пор не имеет однозначных ответов на ряд ключевых вопросов о происходивших трагических событиях — в частности, о роли политических лидеров, выступавших как на одной, так и на другой стороне, о принадлежности снайперов, стрелявших по мирным гражданам и сотрудникам милиции, о действиях провокаторов и о том, кто виновен в трагической развязке. Имеются лишь версии участников и очевидцев событий, журналистов, политологов, следователя распущенной следственной группы и уже упоминавшейся выше комиссии Госдумы РФ, которую возглавляла член КПРФ Татьяна Астраханкина — непосредственная участница событий, приехавшая в Москву в конце сентября 1993 года для защиты Дома Советов
[23]
, которую товарищи по партии, в частности Алексей Подберёзкин, называли «ортодоксом»[24].

Новая Конституция, принятая всенародным голосованием 12 декабря 1993 года и действующая с некоторыми изменениями до настоящего времени, предоставляет президенту Российской Федерации существенно более широкие полномочия, чем действовавшая на момент конфликта Конституция 1978 года (с изменениями 1989—1992 годов). Должность вице-президента РФ упразднена.

21 сентября 1993 года, ссылаясь на невозможность продолжения сотрудничества с законодательной властью, ставшей, по мнению президента Бориса Ельцина, в условиях экономического кризиса препятствием на пути экономических реформ, и на превращение Верховного Совета в «штаб неконструктивной оппозиции», занимающийся политической борьбой

[25], он издал указ № 1400 «О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации», предписывавший высшему органу государственной власти Российской Федерации — Съезду народных депутатов, а также постоянно действующему законодательному органу — Верховному Совету — прекратить свою деятельность. Полномочия народных депутатов Российской Федерации прекращались. Указом вводилось в действие Положение «О выборах депутатов Государственной Думы», и назначалось проведение 11-12 декабря 1993 года выборов в новый законодательный орган — Федеральное собрание
[25]
.

Конституционный суд Российской Федерации, собравшись через несколько часов по своей собственной инициативе на экстренное заседание, пришёл к заключению, что данный указ не соответствует ряду положений российской Конституции и служит основанием для отрешения президента Ельцина от должности согласно статье 121.10 Конституции или для немедленного прекращения его полномочий с момента подписания указа № 1400 согласно статье 121.6. Ранее, весной 1993 года, противники Ельцина уже предпринимали попытку провести процедуру отрешения президента от должности, однако в то время не собрали достаточной поддержки. Более того, всенародный референдум, проведённый 25 апреля 1993 года, продемонстрировал доверие большинства проголосовавших президенту Борису Ельцину. На этот раз Верховный Совет и созванный им X чрезвычайный (внеочередной) Съезд народных депутатов отказались подчиниться указу президента, квалифицировали его действия как государственный переворот и на основании статей 121.6 и 121.11 Конституции констатировали прекращение полномочий президента Ельцина с момента издания указа № 1400 и переход их к вице-президенту Руцкому.

Оборону Дома Советов возглавили утверждённый парламентом и Съездом и. о. президента России Александр Руцкой, председатель Верховного Совета Руслан Хасбулатов и назначенные Руцким министр обороны Владислав Ачалов и его заместитель Альберт Макашов.

После произошедшего вечером 23 сентября вооружённого инцидента с человеческими жертвами, в который оказался замешан руководитель «Союза офицеров» Станислав Терехов, являвшийся помощником генерала Ачалова, подразделениям московской милиции (генерал-лейтенант милиции В. Панкратов), подчинявшимся мэру Москвы Юрию Лужкову, был отдан приказ о блокаде Дома Советов, где заседал Съезд народных депутатов.

30 сентября была предпринята попытка мирных переговоров при посредничестве Патриарха Московского и Всея Руси Алексия II, в ходе которых в ночь на 1 октября было подписано соглашение (Протокол № 1) между руководителями палат Верховного Совета Вениамином Соколовым и Рамазаном Абдулатиповым с одной стороны и представителями правительства Виктора Черномырдина и администрации Ельцина — с другой — об одновременном начале отвода войск от Белого дома и разоружении сторонников парламента. После подписания Протокола № 1 в здание было подано электричество и пропущены несколько сотен журналистов, был смягчён пропускной режим и обеспечен свободный выход для всех желающих. Однако при противодействии председателя Верховного Совета Руслана Хасбулатова, которого поддержал штаб обороны Белого дома, Съезд народных депутатов 1 октября аннулировал достигнутое соглашение, и дальнейшие переговоры, которые со стороны Верховного Совета возглавил первый заместитель Хасбулатова Юрий Воронин, не привели к достижению каких-либо существенных договорённостей

[15].

3 октября, после многочисленных уличных столкновений с подразделениями ОМОНа, милиции и внутренних войск, подошедшие со стороны Садового кольца демонстранты прорвали оцепление правоохранительных органов вокруг Дома Советов. Немногим позже милиция была выбита и из соседнего здания московской мэрии (бывшего здания СЭВ, из окон которого, по утверждению Руцкого и других защитников парламента, обстреливались демонстранты)[18]. Воодушевлённые быстрым успехом, сторонники Верховного Совета, погрузившись в несколько захваченных армейских грузовиков, направились к

«Стреляла третья сила»: ветераны «Альфы» раскрыли тайны октября 1993-го

«В те дни опробовался вариант «цветной революции»

— В ночь на 4 октября 1993 года командиров силовых подразделений разного уровня по приказу Бориса Ельцина собрали в четырнадцатом корпусе Кремля, где размещался аппарат президентской администрации, — рассказывает Владимир Келехсаев. — Ранним утром нас провели в зал заседаний. Мы уже знали, что планируются мероприятия по прекращению сопротивления защитников Белого дома. В зал зашел Борис Николаевич Ельцин, обратился к нам с вопросом: «Готовы ли вы выполнить приказ?» Понятно было, что реализация этого плана предусматривает крайние меры со стороны вооруженных подразделений.

В зале стояла гробовая тишина. Офицеры сидели с каменными лицами. Наше подразделение было предназначено для борьбы с терроризмом и организованной преступностью. Естественно, что возникло недопонимание.

Всем памятны были события в Вильнюсе в январе 1991-го, когда подразделение послали в Литву, чтобы разблокировать здание телевизионного центра, а потом предали. На штурм группа «А» шла с холостыми патронами. При попытке проникнуть на объект погиб лейтенант, 20-летний Виктор Шатских. Ему подло выстрелили с крыши в спину. Ни одно силовое ведомство в течение пяти дней не признавало его своим офицером. Ни КГБ, ни ВДВ, ни МВД… Президент СССР Михаил Горбачев заявил, что ничего не знал об этой операции, никакого приказа не отдавал. И отказался лично вручать родителям погибшего лейтенанта орден Красного Знамени, сославшись на то, что это должен сделать председатель КГБ СССР Владимир Крючков.

— Неприятно, когда с тобой играют втемную, — говорит Владимир Ильич. — Помню слова начальника Главного управления охраны Михаила Барсукова: либо вы выполните приказ, либо я буду вынужден подписать приказ о расформировании и разоружении подразделения. Наши руководители ответили, что это нецелесообразно. Выдвигаясь к Белому дому, мы руководствовались одним: надо как-то предотвратить взаимное кровопролитие.

Прибыв на место, расположились около зоопарка. Приняли меры безопасности, на всех высотках посадили наших бойцов. Вся местность просматривалась, но полной картины мы все равно не знали, многое было непонятно. Стрельба шла отовсюду.

Сейчас, по прошествии времени, я могу сказать, что в те октябрьские дни опробовался вариант «цветной революции». Потому как провокаторы стреляли в одних, убегали, а потом стреляли в других. Для них было главное — пролить как можно больше крови. Развязать гражданскую войну…

В тот день, 4 октября, на двух БМП мы дважды обогнули Белый дом. Нам нужно разведать обстановку. На втором круге я увидел милиционера, младшего сержанта, который стоял на площади перед зданием правительства и по мегафону поочередно общался то с защитниками Белого дома, то с теми, кто находился на площади и готов был ринуться штурмовать здание. Позже я узнал, что того сержанта, ставшего общественным парламентером, что стоял с планшетом через плечо, звали Геннадий Сорокин. А тогда подумал, что вот через него мы и зайдем в Белый дом.

Когда остановились, я спросил: «Кто со мной?» Вызвались десять человек, потом присоединились и остальные.

— Сознательно ставили себя под удар, не думали, что вас могут расстрелять?

— Но не расстреляли ведь. Такое же подразделение в Киеве в 2014 году не смогло принять самостоятельного решения в рамках исполнения Конституции. В результате Украина была залита кровью. Представляете, что тогда могло произойти в масштабе нашей страны?..

Группа «Альфа», как называют нас в народе, выполнила свою задачу. Мы не допустили братского кровопролития. На нас нет крови. А это главное.

Полковник Управления «А» Виталий Демидкин. Фото: Светлана Самоделова

«Сынок, аккуратнее, не застрелись»

— Расскажите, как входили в здание.

— Я поднял кусок колючей проволоки, вытащил индивидуальный перевязочный пакет, разорвал его, обмотал проволоку стерильным марлевым бинтом. С этим импровизированным белым флагом и пошли вместе с моим подчиненным, Сергеем Кузьминым, к центральному подъезду. Чтобы бескровно покончить с противостоянием, решили вступить в переговоры с руководителями обороны российского парламента.

— По вам стреляли?

— Когда шли, прямо перед нами щелкали пули: было пять выстрелов. Стреляли из здания мэрии (СЭВ), которое выполнено в виде книжки. Кто-то преграждал нам путь…

— Как думаете, кто?

— Подобные тем, кто стрелял в Киеве на Майдане и по своим, и по чужим. Третья сила… Когда входили в Белый дом, я еще не знал, что погиб наш боец — младший лейтенант Геннадий Сергеев. Они объезжали здание на второй БМП. Увидев раненного в бедро солдата, который лежал на земле, Юрий Николаевич Торшин и Гена Сергеев попытались занести его внутрь БМП и попали под огонь снайперов. Гену смертельно ранили: пуля попала ему в незащищенную бронежилетом часть тела. Но стреляли не из Белого дома. Огонь велся со стороны гостиницы «Украина». Подразделение явно хотели спровоцировать на штурм.

— В котором часу зашли в Дом Советов?

— Было около трех часов дня. Около центрального подъезда мы встали лицом к Белому дому. Положили на ступеньки оружие. Единственное, я оставил себе три гранаты РГД-5: в правом кармане две и в левом — одну. Свел у них на всякий пожарный случай «усики»: в плен ведь никто сдаваться не собирался…

Сержант милиции по нашей просьбе сообщил в мегафон, что на переговоры идет подполковник группы «Альфа». И попросил, чтобы к нам вышел кто-то из представителей обороны Белого дома.

— Какая обстановка была в вестибюле?

— Как только зашли в здание, увидели внизу казака, который лежал за тумбой, прямо перед нами. В глаза бросилась папаха с красной ленточкой. Рядом с ним лежал паренек. Прямо на нас был наставлен автомат. Подняв голову вверх, я увидел на балкончике Альберта Макашова (был назначен Александром Руцким заместителем министра обороны. — Авт.) и Виктора Павловича Баранникова (был назначен Руцким министром безопасности России. — Авт.). Макашов спросил: «Кто такие?» Я представился, сказал, какое подразделение представляю.

Казак, как только услышал про группу «А», сразу положил автомат. Я понял, что надо ковать железо, пока горячо. Когда стали подниматься по лестнице, нам встретился молодой человек в берете. В руках у него был пистолет Макарова с взведенным курком. Проходя мимо, я поставил пистолет на предохранитель и сказал: «Сынок, аккуратнее, не застрелись». Он тихо заметил: «Спасибо».

Мне все стало понятно про защитников Белого дома. Там были офицеры, казаки, штатские. Обычные люди, которые не вызывали какой-то агрессии или тревоги. Видел и убитых — их было человек пять.

— Как пытались договориться?

— Пока шли, меня спрашивали, как дальше будут развиваться события. Я сказал, что, возможно, будут выборы. У меня была задача, чтобы нас не выставили, чтобы начался диалог. Рассказал про нашего руководителя, Геннадия Николаевича Зайцева, сказал, что мы — военнослужащие, а не политики, и предложил подумать, как сохранить жизни людей. Меня поддержал Виктор Павлович Баранников. К нам присоединился благообразный мужчина, депутат Иона Андронов. Он предложил прервать полемику и пройти в зал Совета национальностей, чтобы обратиться к депутатам. Иона настаивал, что надо наконец самому парламенту предоставить право решать свою судьбу.

План был такой: поговорить с депутатами. Если они решат, что надо покинуть здание, мы поднимемся к руководству и доведем до них это решение. А дальше пусть сами думают, как поступать. Так и сделали.

— Каким увидели зал, где укрывались депутаты?

— Впечатление было немного угнетающим. Человек четыреста сидели в темном зале со свечками в руках. Я подошел к трибуне, меня представили как подполковника группы «А». Я заметил, что перед столь высоким собранием выступаю впервые. Что нас для переговоров никто не посылал, что мы сами решились на этот шаг. Рассказал, что перед нашим подразделением поставлена задача овладеть Белым домом. Но суть «Альфы» — это борьба с террористами и оргпреступностью, и подразделение призвано прежде всего защищать. Сказал, что мы не хотим убивать безоружных людей. А их все равно атакуют. Предложил сдаваться, выйти из Белого дома, а мы обеспечим коридор безопасности.

Баррикады у здания Дома Советов. Фото: ru.wikipedia.org

Кто-то крикнул из зала: «А какие гарантии, что мы выйдем отсюда живыми?» Я сказал: «Слово офицера». И мне поверили. Помню, ко мне подошла белокурая женщина, обняла, сказала: «Спасибо». Уже позже понял, что это была депутат Сажи Умалатова.

В сопровождении Виктора Павловича Баранникова мы поднялись на 5-й этаж, в кабинет, где находился Руцкой, потом подошел Хасбулатов. Они все спрашивали, как моя фамилия. Я сказал: «Давайте ограничимся именем». Меня поддержал генерал Баранников, сославшись на специфику работы спецслужб. В результате они довольствовались моим званием.

После переговоров было принято решение о сдаче Белого дома. Написали, что «подполковник Владимир провел последнюю сессию Верховного Совета». Виктор Павлович Баранников на листе бумаги А4 начертил план местности около 4-го подъезда, где я должен был их забрать на БМП, что я и сделал.

— Выход защитников Белого дома проходил без эксцессов?

— Условие было одно: все выходят и складывают оружие в вестибюле. Некоторые офицеры поднимали руки — я говорил: «Руки-то отпустите…»

Когда я спустился вниз, началась стрельба. Это была провокация. Расчет был на то, чтобы нас там внутри всех порешили. Пришлось подождать, после чего я поехал за автобусами. Потом мы встали цепью, выстроили живой коридор из своих бойцов. С набережной хлынула толпа. Я дал команду дослать патроны в патронники, привести оружие в боевую готовность. И по мегафону объявил: кто подойдет ближе чем на пять метров к сотруднику подразделения или создаст опасность для жизни выходящих из здания людей — будем стрелять без предупреждения. Все атакующие разбежались.

Мы по максимуму вывели из здания всех защитников Верховного Совета. Только потом узнали, что в подъездах близлежащих домов сидели милиционеры, которые жестоко избивали всех выходящих из Белого дома людей, в том числе и депутатов…

— Вас как-то отметили?

— О награждении мы и не думали, потому что хоть и выполнили приказ президента, но в лоб, на штурм не пошли, выдвинули свой, альтернативный вариант ликвидации конфликта — бескровный. Потом решался вопрос: расформировать группу «А» или нет. «Вымпел» передали МВД. Наши руководители сделали все, чтобы наше подразделение не было подвергнуто анафеме и осталось в структуре. Нас четверых из подразделения наградили орденом «За личное мужество», в том числе и меня.

— Со дня расстрела Белого дома прошло 25 лет. Восприятие тех трагических событий со временем не изменилось?

— Тогда мне было 35 лет, сейчас — 60. Мы действовали не только как офицеры, но и как граждане своей страны. По прошествии лет понимаю, что руководствовались тогда Божьим помыслом. Нас что-то вело. У подразделения был единый, мощный внутренний духовный стержень. Конечно, мы рисковали. Нас могли арестовать, уволить, разогнать, убить… Но крови мы не пролили. В сложнейшей ситуации, когда, казалось, выбора не было, смогли вывести людей из здания под свои гарантии.

А достойно ли мы были оценены? Тяжело об этом говорить. Как оценила страна, так и оценила. Мы же не выбираем… Я 20 лет отслужил в группе «А». 10 лет был начальником отдела. Самые счастливые годы были те, что провел на службе.

«Увидели в горящем здании школьников: учитель с периферии привез на защиту Верховного Совета целый класс»

Легенда спецназа, полковник спецподразделения ФСБ России «Альфа» Виталий Демидкин был в 1993 году заместителем начальника отделения и хорошо помнит, как подразделение 4 октября буквально прошло по лезвию бритвы, предотвратив гражданскую войну.

— Когда нас вызвали по боевой тревоге в Кремль, почему-то предупредили, чтобы мы никакие личные документы с собой не брали, — рассказывает Виталий Демидкин. — Это сразу вызвало недоумение. Потом стало понятно, что планируется штурм Белого дома. Мы стали роптать. Ввязываться в политическую борьбу нам не хотелось. Окружение Бориса Ельцина считало, что стоит «Альфе» появиться в касках около Белого дома, и защитники Верховного Совета капитулируют. Этого не произошло.

Офицеры «Альфы» вступили с защитниками Верховного Совета в переговоры. На переднем плане — подполковник Владимир Келехсаев (c «белым флагом» ) и младший сержант Геннадий Сорокин. Фото: ТАСС

Помню, командир нашего отделения, Анатолий Иванович, пригласил нас в автобус, на котором мы приехали, и сказал: «Товарищи офицеры, поставлена задача. Если вы решите большинством голосов, что мы идем к Белому дому, я пойду первым. Если же решите, что мы не пойдем на штурм или зачистку, то мы не будем выдвигаться». Только с годами я понял, какую ответственность он тогда брал на себя. Было принято решение войти в Белый дом.

Мы подходили к зданию со стороны парка, где был стадион. Когда спустились под мост, обнаружили там двух ребят, которым удалось выскочить из здания. Нам они сказали, что оказались там случайно. Посмотрели, что у них находится в пакете и мешке, ничего подозрительного, ни оружия, ни взрывчатки не обнаружили — и отпустили их с миром.

Огонь велся со всех сторон. Рядом били фонтанчики от пуль, тарахтели БТРы. Были силы, которые хотели спровоцировать большую бойню. Кто-то ведь стрелял и по нам, и по солдатикам, которые стояли в охране…

Штурма как такового не было. Но мы шли в боевых порядках — двойками, тройками, соблюдая дистанцию. Заходили между двумя строениями. В глубине было что-то наподобие зимнего сада, оттуда кто-то махал нам рукой: типа идите сюда! Но интуиция подсказывала, что там опасность. Призыв проигнорировали.

Недалеко от входа в здание лежал убитый парень. В Белый дом заходили с торца, выдавив в двери стекло запасного выхода. Стали подниматься по лестнице. Навстречу нам, в районе третьего-четвертого этажа, спускались… подростки, школьники лет 14–15. Какой-то учитель с периферии привез в Москву, защищать Белый дом, целый класс. Я был просто поражен. Если бы началась крупномасштабная штурмовая операция — они могли все погибнуть.

По лестнице вниз спускались женщины, технические сотрудники Дома Советов. Встретили старика, который ковылял с костылем. И таким пожилых людей в здании было достаточно много.

Стали подниматься на более высокие этажи, где забаррикадировались ветераны из Союза офицеров России. Подойдя к закрытому помещению, провели с ними переговоры. Стали убеждать: «Ребята, ну что вы сопротивляетесь, у нас приказ, мы все равно зайдем. Не откроете дверь — будут потери с обеих сторон». Они спросили, будем ли мы стрелять. Мы уверили: «Ни в коем случае». Кто-то из наших ребят зашел к ним в помещение без оружия.

Стрельбы никакой не было, провокаций в отношении нас не предпринималось. Мы, конечно, здорово рисковали: в любое время кто-то из защитников мог выстрелить. У людей просто могли сдать нервы. Защитники Белого дома были очень напряженными, глаза у всех шальные, — по всей видимости, они ожидали, что мы будем расстреливать всех направо и налево…

В здании вооруженных людей было совсем немного. Они выходили, складывали в вестибюле оружие. Там уже была небольшая гора автоматов и пистолетов. Мы относились к ним доброжелательно, говорили: пожалуйста, проходите сюда, кого-то досматривали, похлопав по карманам.

Слава Богу, выполнили задачу, никого не уничтожив, но потеряли Гену Сергеева, младшего лейтенанта. Я частенько прохожу, смотрю на его фотографию, иногда с ним разговариваю. Парень ведь в октябре 1993-го был в отпуске, приехал по команде пейджера, когда в подразделении была объявлена тревога… Больших трудов стоило, чтобы ему было присвоено звание Героя России — посмертно.

4 октября ветераны и действующие сотрудники «Альфы» традиционно соберутся около могилы Геннадия Сергеева на Николо-Архангельском кладбище. Кто убил младшего лейтенанта — узнать так и не удалось. Не была даже проведена баллистическая экспертиза. Рана была слепая, не имела выходного отверстия. Но, по воспоминаниям «альфовцев», судмедэксперты в морге, потупив взгляд, сказали, что пулю не нашли. Она, по всей видимости, потерялась не случайно. Ведь по ней можно было определить оружие, из которого стрелял снайпер, и «пробить» этот «ствол» по картотеке.

Всей правды о событиях горячей осени 1993-го, мы, похоже, так и не узнаем.

Расстрел Белого дома в 1993 году был необходимостью или ошибкой?

И.ВОРОБЬЕВА: Добрый вечер, это программа «Клинч» в студии телекомпании RTVi и радио «Эхо Москвы», в студии Ирина Воробьева. Событие 18-летней давности обсуждаем в студии сегодня. Мне, как человеку молодому, который не видел все эти события, будет особенно интересно понять и услышать ответ на вопрос – расстрел Белого дома в 1993 году – это была ошибка, или это была необходимость? Представляю наших гостей — Георгий Сатаров, президент фонда ИНДЕМ, в прошлом помощник президента России Бориса Ельцина. Вы считаете, что это необходимость.
Материалы по теме

Чья точка зрения в рамках программы «Клинч» Вам ближе?

Георгия Сатарова

Виктора Илюхина

затрудняюсь ответить

Е.САТАРОВ: Если говорить примитивно.

И.ВОРОБЬЕВА: И представлю вашего соперника, второго гостя – Виктор Илюхин, заместитель председателя Комитета Госдумы по Конституционному законодательству и государственному строительству, члена Компартии России, который считает, что это ошибка. Итак, ваши тезисы.

Е.САТАРОВ: Я рассматриваю период с лета 1991 года по осень 1993 года как радикальную фазу великой буржуазной русской революции конца 20 века, условно говоря, Или – эта формулировка принадлежит Алексею Михайловичу Соломину, он еще говорил — Первая великая революция постиндустриальной эпохи. Собственно, этими событиями эта радикальная фаза завершилась, дальше пошел другой исторический период – это первое.

Второе – если спуститься на более мелкий уровень, мне кажется, что это было следствием слишком компромиссной позиции Ельцина. Моя точка зрения, что он должен был распускать Съезд и Верховный совет весной 1993 года, после того, как фактически действия Верховного совета вошли в буквальное противоречие с результатами референдума. Надо сказать – это теперь известно — Ельцин носил с мая 1993 года во внутреннем кармане пиджака проект такого роспуска, который менялся все это время. Как я сказал – Верховный совет дал для этого поводы. И тогда был максимум популярности, тогда была опора на решение референдума, можно было бы действовать, и это не привел бы к таким трагическим и кровавым событиям.

Ельцин пошел по компромиссному пути, что на самом деле ему свойственно — это мы считаем его таким брутальным и решительным, на самом деле он всегда искал компромисс сначала и пытался всех затащить в конституционный процесс. Итог этого конституционного процесса, естественно, не понравился тем, кто ему политически противостоял, потому что он предусматривал исчезновение тех главных органов, которые действовали по старой Конституции, они себя защищали, и эта защита заключалась в подготовке атаки на Ельцина, в подготовке съезда, где его предполагалось отрешить от должности, в концентрации оружия в Парламентском центре на Трубной, и так далее.

В результате он был приперт к стенке, и как было свойственно его политической манере — когда он проигрывал 14:0, он начинал играть, и выигрывал 16:4. Так произошло и на этот раз. И если оценивать, то когда я говорил о необходимости или не необходимости – это было логическим следствием предшествующих событий. К сожалению, трагических. Можно ли их было избежать, я говорю – да. Но для этого он должен был решительно действовать гораздо раньше. Вот, собственно, все.

В.ИЛЮХИН: По такой очень сложной и важной проблеме тезисно высказаться сложно.

Е.САТАРОВ: Да, очень трудно.

В.ИЛЮХИН: Тем не менее, я постараюсь высказаться. Георгий Александрович меня просто… демократы последних времен СССР и постсоветского периода – они просто меня умиляют. Умиляют своей логикой, в своих поступках и поведении. Революцию 1917 года наши демократы не воспринимают, говорят, что это переворот. И прочее. Но здесь, когда речь идет о компрадорской революции – я бы так сказал, не буржуазной, — то насилие здесь абсолютно оправдывается. Оправдывается расстрел Дома советов, оправдывается расстрел, мягко говоря, абсолютно непричастных людей к этим событиям, в том числе, несовершеннолетних — вот ведь трагедия.

Когда ставится вопрос ошибка или не ошибка, я говорю – господа, это не ошибка, это преступление. Это государственное преступление. Давайте начнем, с чего все началось. Вы ссылаетесь на то, что Верховный совет мешал, работал по старой конституции, мешал проводить экономические реформы.

Е.САТАРОВ: Я не это говорил, но неважно.

В.ИЛЮХИН: Давайте вспомним 1991-1992 гг. Тот же Верховный совет, Съезд народных депутатов, мягко говоря, наделили Ельцина такими полномочиями, — в том числе и отдали часть своих полномочий по проведению экономических преобразований и экономической реформы. Ничего не получилось. Что еще оставалось делать? Еще уступка — переподчинение Центробанка на непосредственно президента, на правительство РФ — опять ничего не получилось.

Почему я говорю, что это не ошибка, а преступление, и я Ельцина считал и буду считать, что он государственный преступник. Вы ссылаетесь на то, что в апреле 1993 г. состоялся референдум и, дескать, этот референдум выявил волю большинства народа. Но давайте вспомним конкретно цифры, которые были получены в ходе проявления этого волеизъявления населения. За доверие Ельцину проголосовало 58%. За поддержку курса ельцинских реформ — 53%. За отставку Ельцина, досрочное прекращение полномочий, как это ни парадоксально, проголосовало 34 миллиона избирателей, а за то, чтобы Ельцин остался в занимаемой должности всего 32 миллиона.

Тогда возникает вопрос – кто получил доверие, а кто не получил этого доверия? – я ссылаюсь на результаты референдума от апреля 1993 г. Еще один момент. За досрочный роспуск Верховного совета, Съезда народных депутатов было собрано только лишь 43% голосов, и половины не набрали голосов – это факт, исторический. Почему я и говорю, что после того, как Ельцин подписал указ 1400 о постепенной конституционной реформе, и согласно этому указу утром 21 сентября он объявил, что прекращает деятельность Верховного совета, съезда народных депутатов, и еще, самое главное, он объявил в этом указе, что приостанавливает действие конституции РФ, но конституция РФ сохраняется в той части, которая не противоречит этому указу.

Простите, а чем мы в тот момент отличались от Чили? Чем Ельцин отличался от диктаторов? Это же невиданно в истории — один человек приостановил действие Конституции.

Могу вам сказать – 21 сентября, вы это тоже прекрасно знаете — президиум, по сути дела, исходя из положения статей 121-6, по сути дела, признал Ельцина неполномочным президентом, прекратил его полномочия. Верховный совет подтвердил это решение. Съезд народных депутатов подтвердил это решение, Ельцин из президента становился просто гражданином Ельциным. Гражданин Ельцин захватил после этого и власть президента, и власть Верховного совета и власть Съезда народных депутатов. Это не что иное, как госпереворот. Преступник, вот и все.

Е.САТАРОВ: Сначала немножко об аргументации – вы довольно вольно обращаетесь с цифрами.

В.ИЛЮХИН: Ничего подобного.

Е.САТАРОВ: Секундочку. Точные слова – вы называли проценты поддержавших, когда дело касалось поддержки курса реформ, экономической политики, и когда это касалось роспуска депутатов. И вы называли абсолютные числа миллионов, когда это касалось Ельцина. Напомню, что формула принятия решений на референдуме, решение принимается, когда больше 50%. Тут вот какой нюанс интересный — в тексте четырех вопросов три вопроса касались Ельцина и его политика, и один вопрос касался Съезда народных депутатов.

В.ИЛЮХИН: И Верховного совета — 4— вопрос.

Е.САТАРОВ: Три вопроса про Ельцина и один — про его оппонентов. Поэтому здесь вообще в принципе говорить отдельно о процентах уже не очень честно. А получилось так, естественно, потому что формулу референдума определял Съезд народных депутатов, они естественно рассчитывали, что хотя бы по одному из этих трех вопросов Ельцин проиграет – но не получилось. Это к вопросу о референдуме. Фактически я обращаю внимание — это был апрель 1993 года, уже больше года шли реформы, уже полностью сказалась их неизбежная тяжесть – надо вспомнить, с какого старта все начиналось, — и, тем не менее, по трем вопросам Ельцин получил поддержку. Это первое.

Второе – по поводу того, как вы наделили Ельцина полномочиями. Я напомню, что это происходило в коцне 191 г. Это было, когда Ельцин кликнул клич, кто же пойдет в премьеры – что-то среди вас энтузиастов не оказалось.

В.ИЛЮХИН: Во-первых, ко мне не было вопроса, и ко всем остальным из моей оппозиции.

Е.САТАРОВ: Это был момент, когда не работали институты, когда была абсолютно пуста казна, — это еще не после реформ, это было следствием работы этого СССР, его финал успешный. И когда только очень смелые люди могли взять на себя ответственность, чтобы вывести страну из кризиса. Ельцин был одним из этих людей. А вы в этот момент кризисный с удовольствием на него свалили – да, — все, Батюшка, давай, выручай – вот тебе эти полномочия, вот другие.

В.ИЛЮХИН: Я бы просил тогда конкретно называть, кто свалил и на кого свалил, и как свалили. Не так, в общем – у нас Ельцин герой, Гайдар герой.

Е.САТАРОВ: С удовольствием обсужу всю российскую историю, но у нас другая тема, а я пока только отвечаю на ваши замечания. Поэтому Ельцин взял те полномочия, с которыми вы не хотели справляться, боялись справляться. И их использовал, использовал в том числе для того, чтобы вытащить страну из состояния клинической смерти – экономической, финансовой, продовольственной, какой угодно. И вытащил. Это первый факт.

Теперь по поводу «невиданно в истории» — вы историю знаете, я историю знаю. Таких моментов в истории полно, — начиная с Великой Октябрьской социалистической революции, которая была так названа не 7 ноября по новому стилю, а через несколько лет после того, как это произошло. Так всегда с революциями бывает, это нормально – так же, как с Великой Французской, как и с Великой буржуазной конца 20 века — они всегда становятся революциями апостеори, а не в момент, когда происходят.

Я и то, и другое, и третье называю революциями — нет проблем. И всякий раз, когда происходят революции – не только революции, я напомню, что Авраам Линкольн нарушил конституцию, когда объявил войну конфедератам. И таких историй полно. Никакая конституция, никакой набор формальных законов – вы как юрист это прекрасно знаете, — не является универсальным, универсально исполнимым. Жизнь иногда ставит такие критические задачи, когда нужно для того, чтобы спасти страну, выскакивать за эти рамки.

В.ИЛЮХИН: Тогда определитесь – когда лидер может выскочить за эти рамки, а когда эти рамки нельзя нарушать. Вы не согласитесь с тем, что это полнейший волюнтаризм? Вы сегодня говорите, что надо страну было вытаскивать из кризиса, наполнить продовольствием, и так далее. Страну Ельцин получил не после гражданской войны – экономика работала, она гораздо лучше работала, чем сегодня работает российская экономика.

Е.САТАРОВ: Вранье. Я приведу конкретный пример.

В.ИЛЮХИН: Я еще раз подчеркиваю – Ельцин получил страну не после гражданской войны. И второй момент – я не случайно задаю вопрос – когда личность может пойти на волюнтаристские шаги? Подчеркиваю — за отставку Ельцина проголосовало 34 млн. Против — 32 млн. Скажите мне, какое у него было моральное право и юридическое право разгонять Верховный совет. И второй момент – давайте определимся, к чему и как дошла революция, контрреволюция, и к чему пришла революция, Россия с этой контрреволюцией в итоге? В итоге к повторным выборам 1995-1996 гг. рейтинг Ельцина был фактически нулевым. В 1995 г. он вышел на выборы и победил на этих выборах за счет глубочайшей фальсификации – вот вам оценка.

И.ВОРОБЬЕВА: Секунду. У меня есть вопрос — вы считаете, что в 1996 г. якобы фальсификация на выборах это следствие 1993 года?

В.ИЛЮХИН: Я хотел о другом сказать. О том, что главное в этой контрреволюции преследовалось иное, чем права и свободы гражданина. Главное – поделить собственность и вырастить класс крупных собственников. То, что мы сегодня. А о том, что Россия будет процветать, что пойдет вперед — никого это не волновало. В том числе и Ельцина в первую очередь, и его окружение в первую очередь, что состоялось? Действительно грабительская приватизация – вот что двигало Ельциным и его окружением.

А я говорю, приводя эти цифры, о другой вещи – о том, что тот социально-экономический курс, который проводил Б.Ельцин с его командой, оказался для России губительным, и это народ почувствовал – Россия стала вымирать, огромные потери людей, мы потеряли огромное количество молодых людей, количество школьников при Ельцине сократилось сразу же почти на 5 млн.

И.ВОРОБЬЕВА: Это в каких годах мы потеряли столько людей?

В.ИЛЮХИН: Я могу сказать общие потери — с 1991 по сегодняшний день общие потери школьников и детей в нашей России 13 млн. При правлении Ельцина мы потеряли примерно 5 млн только школьников – это результат. И еще не забывайте – я подчеркиваю это – дефолт 1998 г. был подготовлен тогда.

И.ВОРОБЬЕВА: Был подготовлен в 1993?

В.ИЛЮХИН: Да. Я смею это утверждать, потому что экономическая политика Гайдаром и Ельциным проводилась с 1992 г., она определенно была направлена не на то, чтобы созидать, восстанавливать экономику — вот это самое главное. Как оценил народ потом? Да, результат – на голосовании кое-как вытащили, с помощью фальшивок и подтасовок, ну а что дальше? Поэтому, когда вы говорите о том, что Россию надо было спасать, но спасать – да, может быть, спасать. Но не теми методами, которые предложил Ельцин и не ему спасать. А ему надо было за решетку идти, в тюрьму, за многие те дела, которые он совершил еще до этого, и достаточно серьезные преступления. Не только против СССР, а против РФ, в первую очередь. Георгий Александрович, я вас понимаю – вы были в команде, вы меня должны понять..

Е.САТАРОВ: Я вас понимаю — вы были против этой команды.

В.ИЛЮХИН: Да, я был против этой команды.

Е.САТАРОВ: И мы отстаиваем свои позиции.

В.ИЛЮХИН: Да, но я хотел бы — все-таки объективные данные должны быть. Если все-таки мы провозгласили примат права, то этому примату надо следовать. Я просто поражаюсь, когда такое говорят — вот ему захотелось, вот он взял на себя ответственность. А завтра Медведеву захочется? И мы тоже будем объяснять – ему захотелось, он сейчас распустил Госдуму и сказал «я полностью беру власть в свои руки». Когда мы научимся жить по конституции и закону? Что должен был делать в ситуации, в которой оказался Ельцин? Не получил он доверия. А коли не получил, должен сказать – ну что, ребята, дорабатываем. Верховному Совету и Съезду народных депутатов осталось работать чуть более года.

Е.САТАРОВ: По поводу потерь населения – это игра цифрами известная. Напомню — Съезд, который происходил в апреле 1992 года…

В.ИЛЮХИН: Какая игра в цифры? На 200 тысяч школьников…

Е.САТАРОВ: Нормальные дискуссионные правила действуют? Вы к морали призываете — ведите себя соответственно. Итак, апрель 1992 г., Гайдар на трибуне съезда, выходит депутат и говорит – в результате вашей политики рождаемость в России снизилась черт его знает насколько – за эти три-четыре месяца. В результате Гайдар вынужден был вам напоминать об элементарной биологии человека, о том, что для рождения ребенка нужны 9 месяцев и о том, что такого рода претензии, как минимум, натянуты. Так вот демографы уже вам давно рассказали о том, что такое экологическая яма – у нас две волны накладывающиеся – это та, которая связана с Великой Октябрьской революцией, Гражданской войной, вымиранием населения в результате голода, в том числен из-за вывоза хлеба, которого не хватало в стране большевиками, и Вторая мировая война — и эта яма во времени путешествует. Она пришлась, в том числе, и на это время – это график известный. Это первое.

И.ВОРОБЬЕВА: Я вынуждена вас прервать буквально на несколько минут. Мы скоро вернемся в студию.

НОВОСТИ

И.ВОРОБЬЕВА: Напомню нашим слушателям – это программа «Клинч», говорим мы о событиях 1993 г., расстреле Белого дома, и в студии Георгий Сатаров и Виктор Илюхин. Прошу Георгия Сатарова продолжить.

Е.САТАРОВ: Попробую коротко. Про неэффективность политики и оценке — если вы апеллируете так же, как я, к референдуму, напомню – по двум вопросам, касавшимся политики, народ Ельцина и его политику поддержал. Больше половины.

В.ИЛЮХИН: Условно. Вы же прекрасно знаете, что после 1989 г. в России нет объективных честных выборов, и пока не будет — я пока не вижу, чтобы какая-то надежда промелькнула по поводу оптимизма в объективность наших выборов.

Е.САТАРОВ: В 1989 г.? Когда в 1993 г. Компартия получила замечательный результат, вы так не говорили. Победила в 1995 — и тогда никаких претензий не было.

В.ИЛЮХИН: Не победила, к сожалению.

Е.САТАРОВ: У вас было большинство, это и называется победа — во всех парламентских структурах. Про «неэффективность» мы решили. Про «грабительскую приватизацию» — побойтесь бога. Напомню, что та приватизация, которую дисциплинированно проводил Чубайс, была не та, которую он предлагал, а та, которую навязал Верховный совет – чековая приватизация. И он дисциплинированно это делал. Дальше – «неэффективность экономики». Напомню – главный подвиг советской власти была ликвидация великой экспортной сельскохозяйственной державы. И после 40-го года накормить свой народ большевики не могли, хотя принимались всякие продовольственные программы.

Теперь напомню — 1998 г., тот самый, который вы вспоминали — кризис, катастрофические прогнозы. И эти прогнозы были преодолены в разы быстрее, чем вы это прогнозировали, в том числе, насыщение продовольственного рынка, и не импортом насыщение, а экспортом. Это произошло, потому что в стране появилась одна простая вещь – независимый бизнес. И правительство Примакова совершило подвиг – как тогда говорили, самое либеральное правительство за всю историю России – про примаковское правительство. И правильно, потому что оно не мешало бизнесу накормить страну. Накормили.

В.ИЛЮХИН: Так что ж его разогнали?

Е.САТАРОВ: Секунду. Пока я про ваши аргументы. Вот что такое эффективность свободы, в том числе, свободного бизнеса – это то, что хотел делать Ельцин и то, в чем ему пытались помешать. Это по поводу «неэффективности». «Глубокие фальсификации»? Извините, если бы они были настолько глубоки — а я напомню, что тогда суд был не такой, как сейчас, как вы понимает. Тогда суд, если ему предъявили объективные данные, судил. Напомню, как восстанавливали Жириновского, Зюганова — вы это все прекрасно знаете.

И.ВОРОБЬЕВА: Куда-то мы уходим в другую степь. Давайте вернемся в 1993 г. У меня есть вопросы. Аня пишет: «Как вообще любое немотивированное насилие можно признать необходимостью?» — мы говорим не только об экономических, политических событиях 1993 г., мы говорим о том, что там гибли люди, достаточно много людей, как можно вообще говорить о том, что в какой-то момент времени необходимо выскочить за рамки, и таким образом подвергнуть опасности жизни людей и получить такие жертвы?

Е.САТАРОВ: Здесь вы смешали две вещи, поэтому так сконструировался вопрос. Когда я говорил о необходимости, я имел в виду, конечно, сентябрьский указ. А насилие, которое произошло в октябре, это был уже результат маховика противостояния, которое дальше возникло. Я все-таки напомню, что и кровь и насилие начались не с ельцинской стороны – наверное, это уже более или менее, очевидно.

И.ВОРОБЬЕВА: Это правда?

В.ИЛЮХИН: Я готов возразить. Я вам могу сказать как доктор юридических наук, который всю жизнь занимается вопросами безопасности — после подписания и издания Ельциным указа 1400 о роспуске законодательной власти и о присвоении функций законодательной власти, это называется государственный переворот. И каждый гражданин в РФ, если он порядочный, честный гражданин, находился в состоянии или необходимой обороны, или крайней необходимости по защите того государственного строя, который существовал. И тогда, когда вы говорите о том, что там собралась кучка людей с оружием – они пришли защищать тот конституционный строй – плохой или хороший, я не даю оценку – но тот конституционный строй, который был. И тогда, когда вы говорите — Ельцин вынужден был применить, так я подчеркиваю — Ельцин уже не был президентом, он был гражданином Ельциным, он присвоил власть. И насилие, которое вылилось на улицы Москвы – это его вина, его трагедия.

Могу вам сказать, что до расстрельных событий на улицах Москвы, 22, 23, каждый день два-три десятка убивали столкновениях между гражданами и милицией. Вот это нельзя забывать. О том, что насилие применил преступник. А Верховный совет, как конституционная легитимная власть имела право на свою защиту.

К тому же я отмечу, что проведено предварительное расследование, — из оружия, которое было у так называемых защитников Белого дома ни один гражданин не был убит. Более того, могу сказать – я участник этой конституционной процедуры отрешения Ельцина в 1999 г. – работала парламентская комиссия. Заместитель командующего ВДВ генерал-лейтенант Сорокин прямо говорил – я видел, как на моих глазах стреляли с крыши американского посольства, с ближних крыш домов, стреляли по солдатам, по моим десантникам – для того, чтобы, мягко говоря, возбудить вот эту ненависть к тем людям, которые сконцентрировались в Верховном совете и около. Подчеркиваю – это была великая провокация. Это великое преступление.

И.ВОРОБЬЕВА: Больше всего меня в данном случае интересуют люди, которые погибли и которые могли погибнуть Юрий: «Руцкой призывал идти на Кремль, чуть ли не бомбить его. Сколько бы тогда погибло людей?» — если говорить о стороне, противоположной Ельцину?

В.ИЛЮХИН: «Что было бы» — в истории нет сослагательного наклонения.

И.ВОРОБЬЕВА: Но призывал же.

Е.САТАРОВ: Да, где-то он произнес — пойти на Кремль. Правильно. Потому что там села команда преступников, которая издала преступный указ и воплощала. Сколько бы погибло, я не готов сегодня говорить. Мы сегодня должны отметить, сколько погибло, когда по команде, по распоряжению Ельцина, применили танки, БТР, пушки, автоматическое оружие. Мы сегодня говорим о том, сколько погибло. А бомбили бы или не бомбили Кремль – я могу сомневаться.

И.ВОРОБЬЕВА: То есть, вы говорите о насилии и кровожадности с той стороны, но мы не должны забывать о том, что со стороны противников Ельцина тоже были призывы к насилию?

В.ИЛЮХИН: Со стороны противником Ельцина были призывы – да, мы должны защищать свой конституционный строй, должны защищать ту легитимную, законодательную власть, которая существовала. Ельцин никак не может понять, что он не самый лучший в том варианте по выводу России из кризиса. А почему Верховный совет не мог вывести, почему Верховный совет не взял свои полномочия по выводу из кризиса? Вот это вопрос. Ведь очень волюнтаристская позиция: я хочу, я взял, я перечеркнул Конституцию. Я как правовед говорю — я никогда не могу согласиться с этим. Если вы вообще отрицаете революционный путь развития любого государства.

Е.САТАРОВ: Я не отрицаю, я об этом говорил — что в критических ситуациях это становится неизбежным.

В.ИЛЮХИН: Кто их определяет, скажите, пожалуйста.

Е.САТАРОВ: никто не определяет. Этот вопрос равно относится и к Ленину, и к большевикам – правильно? Определяет история, кризис государства, ход истории.

В.ИЛЮХИН: Я бы согласился с вами, если бы вы больше никогда, демократы новой волны, не хулили события 1917 года. У нас слишком выборочные оценки, слишком с двойными стандартами.

Е.САТАРОВ: Вы со мной спорите, или с неким обобщенным «Обло, Стозевно и Лайял»?

В.ИЛЮХИН: У вас была президентская команда.

Е.САТАРОВ: Я могу точно так же приписать Компартии в целом хищный антисемитизм Макашова — вам пришлось самим высказываться по этому поводу – но я этого не делаю.

В.ИЛЮХИН: Но ни одного трупа нет.

Е.САТАРОВ: Я говорю о конкретных вещах. Итак, первое – по поводу свидетельств такого рода, когда «видел» — вы себе представляете, где находится здание американского посольства, которое выходит на Садовое, где находится Белый дом, и какими приборами нужно обладать, чтобы понять, что там действительно сидит снайпер и стреляет именно по этим? Это первое. Как юрист вы должны понять и оценить цену такого рода свидетельств. Это первое. Второе — по поводу «пришли защищать». Когда была кульминационная точка – напомню, правда, что не было БТРов и пушек, были танки, которые стреляли болванками по Белому дому.

В.ИЛЮХИН: не болванками.

Е.САТАРОВ: Это результат тех самых расследований, о которых вы говорите.

В.ИЛЮХИН: Не болванками.

Е.САТАРОВ: А пожар там разгорелся, потому что до этого начали жечь документы, а когда лопаются окна и появляется сквозняк, это все очень сильно горит.

В.ИЛЮХИН: Ну откажитесь от такой наивности.

Е.САТАРОВ: Почему?

И.ВОРОБЬЕВА: Вы были в это время в Белом доме?

В.ИЛЮХИН: Я 21 сентября вошел в здание Верховного совета и 4 уходил. И я видел эти унижения, эту стрельбу из танков, и прочее. Я знаю, что такое танк, что такое болванки и что такое снаряд. А вот относительно Сорокина — Сорокин прошел Афганистан, генерал-лейтенант, он координировал всю ситуацию, был не только на калининском проспекте, он был и у гостиницы «Мир», и далее. И еще одно величайшее свидетельство Сорокина – о том, что все солдаты, все работники милиции были убиты выстрелом в спину – это нельзя забывать, это установлено и подтверждено материалами следствия.

Е.САТАРОВ: Но при этом следствие зафиксировало, в какую сторону они смотрели? Дальше по поводу «пришли защищать». Напомню такое забавное обстоятельство – когда началась стрельба из танков, то защитников около Белого дома было очень мало. К этому моменту и ребята из Приднестровья, и баркашовцы – они уже давно разбежались, как вы знаете.

В.ИЛЮХИН: Нет, я был в доме, я могу свидетельствовать – все были на месте.

Е.САТАРОВ: Их не было около Белого дома, там, где была зона поражения. Там было народа в разы меньше, чем зевак, которые стояли вокруг – вот это было страшно.

В.ИЛЮХИН: Да, это страшно, я с вами соглашусь.

Е.САТАРОВ: И вы прекрасно знаете, что жертв стрельбы в этот момент было гораздо больше среди людей, которые стояли в зоне поражения.

И.ВОРОБЬЕВА: Как можно было начать стрелять, зная, что там стоят зеваки?

Е.САТАРОВ: Еще раз напоминаю – танки стреляли по стенам Белого дома, стреляли болванками — еще раз – это установленный факт. И если угодно, это было скорее моральное воздействие, чем физическое, потому что стрелять на поражение по верхним этажам с точки зрения военной было абсолютно бессмысленно. Защитники в другом месте располагались. И была беспорядочная стрельба с обеих сторон внизу, там, где оставалась небольшая часть защитников — за сутки до этого было гораздо больше, — с обеих сторон. И люди попадали под эту стрельбу. Вот эти жертвы.

В.ИЛЮХИН: Я подчеркиваю – я главный обвинитель в процедуре отрешения Ельцина в 1999 г., досрочного отрешения от полномочий. Мы работали в комиссии. Вы не участвовали. Напомню, что в ночь с 3 на 4 в генштабе состоялось совещание – что делать. И заместитель Коржакова, адмирал Захаров, предложил найти танки и начать стрельбу с верхних этажей — так, чтобы все находящиеся сами бежали вниз, тем самым можно было освободить здание верховного совета. Но начали стрелять по 14 этажу, где были, вы правы, сконцентрированы самые что ни на есть уязвительные документы по деятельности Ельцина и его команды – секретные, не секретные, — их пытались уничтожить.

Е.САТАРОВ: Вы говорите, что были в Белом доме, и вы видели – не только на 14 этаже были эти следы. И люди, которые входили туда сразу после штурма видели костры в разных местах, где жгли разные документы.

В.ИЛЮХИН: Вы не убедите никогда ни москвичей, ни россиян, которые видели факелы на Белом доме.

Е.САТАРОВ: И я видел.

В.ИЛЮХИН: Ельцин дал команду в ночь с 3 на 4 найти 10 танков, после того, как Захаров предложил такой вариант — найти 10 танков. Начальник генштаба говорит — Кантемировская и Таманская дивизия не могут выделить 10 танков. Ему последовала команда – 15 минут и доложить. Он докладывает — танки будут. Приехали эти танки, эти танки и стреляли по дому. Это распоряжение Ельцина, я его называю государственным преступником, еще раз, и у меня есть весомые основания для этого говорить. Поэтому говорить, что болванки — мягко говоря, наивно. Я сегодня не могу согласиться с результатами следствия относительно жертв. Жертв было гораздо больше. Поверьте мне, когда я с 5 этажа выглянул в сторону площади, прилегающей к 20 подъезду, вся площадь была в трупах. И говорить о том, что там сто человек? Нет. Трупы были с той и другой стороны.

Е.САТАРОВ: Я и мои коллеги, которые помогали Ельцину тогда, к этому вопросу относились чрезвычайно серьезно, мы пытались максимально точно посчитать количество жертв. А для этого, как вы понимаете, апеллировать вашими оценками или оценками военных было бы не очень корректно, потому что одни стараются завышать, другие занижать.

В.ИЛЮХИН: Не буду спорить — есть материалы дела. Хорошо.

Е.САТАРОВ: И вы знаете, как это можно сделать.

В.ИЛЮХИН: Я думаю, что к этому вопросу история вернется.

Е.САТАРОВ: наверняка. Поэтому ни официальные минимальные, ни ваши максимальные, ни то, ни другое, не является фактом.

В.ИЛЮХИН: Я пока еще о максимальных не сказал.

Е.САТАРОВ: Они известны — тысячи трупов. Теперь по поводу стрельбы – к своему стыду, к стыду стороны, позицию которой я защищаю, сейчас я уже не помню, кем было дано это указание – может быть, вы знаете, — был запрещен тестовый отстрел оружия в процессе следствия. Вам это известно?

В.ИЛЮХИН: Мне это известно. То оружие, которое было у защитников дома и оружие, которое находилось у охраны на руках, было отстреляно все. А вот что касается оружия, которое применяли работники МВД, солдаты внутренних войск.

Е.САТАРОВ: МВД там практически не было – оно разбежалось.

В.ИЛЮХИН: Было. Ерин был на этом совещании, живописал Черномырдин, требовал «раздавить гадину» — это я все со свидетельских показаний. Запретили отстреливать оружие десантников – это правильно. Отстреляли только оружие защитников Дома советов и пришли к выводу — ни один труп из этого оружия не был убит, то есть, ни одна человеческая жизнь не оборвалась от применения оружия или неприменения оружия, которое находилось на руках у защитников. Это объективно.

И.ВОРОБЬЕВА: Сейчас я объявлю голосование. Напомню нашей аудитории, что именно вы решаете судьбу этого «Клинча», именно вы решите, кто победит. Итак, если вам ближе точка зрения Георгия Сатарова — 660-06-64. Если ближе точка зрения Виктора Илюхина — 660-06-65.

Е.САТАРОВ: На самом деле вы задали важный вопрос моему оппоненту — по поводу «что было бы, если бы». В принципе я согласен, что нет сослагательного наклонения, но пофантазировать легко, и сравнить с тем, что произошло в действительности. Напомню, что те, кто после 4 числа оказался в тюрьме, были выпущены по амнистии, кроме них все остались на свободе.

В.ИЛЮХИН: Жертва амнистии сидит перед вами.

Е.САТАРОВ: Я напомню – вы тогда приняли амнистию, но для меня до сих пор удивительно, почему вы до сих пор не приняли порядок ее исполнения, мне пришлось вам о ней напоминать.

В.ИЛЮХИН: Мы ее приняли. Беда в том, что команда Ельцина пыталась торпедировать исполнение этого постановления.

Е.САТАРОВ: ничего подобного. Мне пришлось напоминать вам, чтобы вы приняли полный набор документов, и после этого, напомню, она была и дисциплинированно исполнена. Напомню – тогда с другой стороны подписанные в Белом доме расписки расстрельные, про стилистику той стороны, про Руцкого и Макашова мы уже вспоминали, когда матом посылали убивать людей.

В.ИЛЮХИН: не убивать. Убивать выдвинули танки. Танки против детей и депутатов Верховного совета.

Е.САТАРОВ: Значит, они стреляли помимо ваших призывов и в Останкино и до Останкино. Поэтому представить себе, если понимать, что на самом деле власть оказалась бы не в руках Хасбулатова и Руцкого, а оказалась бы в руках Макашова, Баркашова, — это была бы очень специфическая власть со всеми вытекающими отсюда последствиями.

В.ИЛЮХИН: Я бы сказал — Макашовы и Баркашовы появились не потому, что они захотели. Макашовы и Баркашовы появились в силу издания антиконституционного указа, в силу насилия, которое применил Ельцин а депутатам Верховного совета – огородили колючей проволокой, отключили воду.

И.ВОРОБЬЕВА: Про Баркашова, Макашова и сослагательное наклонение мы поговорим в следующий раз. Объявляю итоги голосования: 76% поддерживают точку зрения Георгия Сатарова, 24% — точку зрения Виктора Илюхина.

В.ИЛЮХИН: Вы не ошиблись?

Е.САТАРОВ: Надо делать скидку на аудиторию.

И.ВОРОБЬЕВА: Поздравляю Георгия Александровича за победу в «Клинче» и спасибо нашим гостям. До свидания.

Как штурмовали Белый дом в 1993-м

Сначала противоречия проявлялись в форме законотворческих войн. 21 сентября 1993 года Ельцин издал указ номер 1400, который предписывал парламенту прекратить свою деятельность. Конституционный суд вынес заключение, что данный указ нарушает Конституцию и является основанием для отрешения Ельцина от должности. Верховный совет указу Ельцина подчиниться отказался, его действия были квалифицированы как государственный переворот, полномочия главы государства были возложены на вице-президента Александра Руцкого.

Здание Верховного совета — Белый дом на Краснопресненской набережной — был блокирован милицией, обнесен колючей проволокой. Во всех помещениях отключили телефон, свет, воду, канализацию. Сторонников парламента к зданию не пропускали. У оцепления на протяжении двух недель проходили сопровождавшиеся столкновениями с милицией постоянные митинги в поддержку депутатов.

Илья Константинов, политик, в 1993 году депутат Верховного совета РФ

Утром 3 октября на Октябрьской площади начался митинг в поддержку парламента. Собралось гигантское количество людей! Это было людское море, десятки тысяч человек. Мы, депутаты, пытались предотвратить столкновения со стражами порядка. Я предлагал для предотвращения кровопролития направить людей к площади Гагарина, однако толпа прорвала оцепление у Крымского моста. В ход пошли дубинки, палки, пряжки армейских ремней.

Потом колонна подошла к Новому Арбату, где в известном доме-книжке располагалась мэрия. Здесь по демонстрантам впервые открыли огонь. Рядом со мной стоял человек, он упал от пулевого ранения в ногу. После этого толпа разблокировала Белый дом, а вечером люди двинулись к телецентру «Останкино». Там грузовиком была выдавлена стеклянная дверь, началась жуткая кровавая каша. Внутрь здания еще никто не успел зайти, а с нескольких точек, в том числе с БТР, по толпе открыли огонь. С крыш стреляли снайперы. В самой толпе оружие при себе имели всего человек 10-15. Через некоторое время вся площадь перед телецентром была залита кровью.

Критик Путина жестоко избит возле своего дома в Москве

Критик Путина жестоко избит возле своего дома в Москве через неделю после того, как Алексей Навальный был отравлен во время полета из Сибири

  • Егор Жуков был жестоко избит «двумя бандитами на скутерах» под Москвой.
  • 22- -летний критик Путина, ранее осужденного по обвинению в экстремизме
  • Это произошло через 10 дней после того, как, как утверждается, был отравлен коллега-критик Путина Алексей Навальный
  • Сегодня Германия потребовала, чтобы Россия сделала больше для расследования дела Навального

Автор Тим Стиклингс для Mailonline, Afp и Reuters

Опубликовано: | Обновлено:

Кремлевский критик сегодня попал в больницу после нападения у своего дома — через неделю после того, как его коллега-лидер оппозиции Алексей Навальный заболел в результате предполагаемого отравления.

22-летний Егор Жуков остался с окровавленным и опухшим лицом после нападения «двух головорезов, пропавших без вести на скутерах» возле его дома в Москве.

Жуков — популярный блогер и радиоведущий, которого в прошлом году привлекли к суду по обвинению в экстремизме после того, как он снял видеоролики с критикой Владимира Путина.

Между тем сегодня Германия потребовала, чтобы «Россия внесла больше» в расследование предполагаемого отравляющего заговора против Навального, который остается в коме в берлинской больнице Шарите.

Russian opposition activist Yegor Zhukov was badly beaten outside his home in Moscow Russian opposition activist Yegor Zhukov was badly beaten outside his home in Moscow Alexey Navalny was taken ill in a suspected poisoning after boarding a flight in Siberia Alexey Navalny was taken ill in a suspected poisoning after boarding a flight in Siberia

Активист российской оппозиции Егор Жуков был жестоко избит (слева) у своего дома в Москве прошлой ночью, через неделю после того, как Алексей Навальный (справа) заболел в результате предполагаемого отравления

Команда Жукова опубликовала фотографию его лица весь в синяках и порезах в Telegram, заявив, что на него напали и избили возле своего дома в Москве.

За несколько часов до нападения Жуков заявил, что ему запретили поступать в магистратуру престижной Высшей школы экономики в Москве.

Он сказал, что администратор университета сказал ему, что решение было принято «по указанию сверху».

Российская оппозиция жаловалась на растущее число нападений и карательных судебных дел против критиков Кремля в последние месяцы.

Питер Стано, представитель Европейской комиссии, заявил, что нападение на Жукова является частью «очень негативной тенденции в области прав человека в России».

Московская милиция заявила, что пытается установить личность и задержать нападавших на Жукова, которые, по словам его союзников, скрылись с места происшествия на скутерах.

Пресс-секретарь Кремля Дмитрий Песков выразил надежду, что нападавшие на Жукова будут найдены и наказаны.

Жуков был среди более чем 1000 человек, задержанных в Москве в июле 2019 года в ходе одного из крупнейших репрессий против антикремлевских демонстрантов за последние годы.

Позднее российский суд признал его виновным в разжигании экстремизма на своем YouTube-канале и запретил ему пользоваться Интернетом на два года.

Нападение на Жукова произошло всего через 10 дней после того, как Навальный заболел после посадки в самолет в Сибири.

Первоначально он лечился в местной больнице, а затем был отправлен на лечение в Берлин, где, по словам врачей, они обнаружили признаки отравления.

Navalny Navalny

Сторонники Навального обвиняют Владимира Путина (на снимке) и российское правительство в предполагаемом отравлении, но Кремль отрицает это

Медики подозревают, что участник антикоррупционной кампании был отравлен веществом, которое ингибирует фермент холинэстеразы, характерный для нервной системы. агенты.

Союзники Навального говорят, что он мог быть отравлен чашкой чая, которую он выпил в аэропорту Томска в Сибири, и указали пальцем на Путина.

Но российские врачи, которые первыми лечили Навального, заявили, что их анализы не обнаружили никаких токсичных веществ, и Кремль отклонил призывы к расследованию.

В пятницу больница сообщила, что состояние Навального «улучшилось», но 44-летний мужчина остается в медицинской коме и находится на искусственной вентиляции легких

Министр иностранных дел Германии Хайко Маас заявил сегодня, что «мы ожидаем, что Россия должна внести больший вклад в раскрытие дела Навального, чем она делает сейчас ».

Маас сказал, что Европе нужны «конструктивные» отношения с Россией ради безопасности, но предупредил, что «темные тучи» нависают над двусторонними отношениями.

В другом месте юрист антикоррупционного фонда Навального заявила, что сегодня судебные приставы изъяли с ее банковских счетов 460 000 долларов.

Любовь Соболь сказала, что вся сумма была списана с ее счета, в результате чего она оказалась в беде.

Это произошло почти через год после того, как суд вынес решение о возмещении убытков с ее стороны и с Навального по делу о компании, которая обеспечивает школьное питание в Москве.

Фирма связана с бизнесменом Евгением Пригожиным, которого прозвали «шеф-поваром Путина», потому что он ранее оказывал услуги общественного питания Кремлю.

В прошлом году суд обязал Навального, Соболя и Фонд борьбы с коррупцией выплатить фирме почти 88 миллионов рублей (1,2 миллиона долларов).

Навальный официально закрыл Фонд борьбы с коррупцией в июле, чтобы избежать уплаты своей доли судебного штрафа.

Поделитесь или прокомментируйте эту статью:

.

Хасан Минхадж: Прочтите речь корреспондентов Белого дома за ужином

Спасибо, вау, боже мой. Дамы и господа, добро пожаловать на финал серии ужина корреспондентов Белого дома. О чувак.

Меня зовут Хасан Минхадж, или, как меня будут называть через несколько недель, номер 830287.

Кто бы мог подумать, учитывая все происходящее в стране, что мусульманин будет стоять на этой сцене — девятый год подряд, детка.

У нас было восемь лет Барака. Какой еще год? Я вижу тебя, фам. Я вижу тебя, Барри. Что ты делаешь? Вы катаетесь на водных лыжах, пока мир горит. Это классно. Это классно. Это классно.

Для тех из вас, кто меня не знает, я работаю корреспондентом Daily Show на Comedy Central. Теперь я вижу, как некоторые из вас перешептываются. Что такое Comedy Central? По сути, это стажировка в Netflix.

Я хотел бы поблагодарить Джеффа Мейсона и Ассоциацию корреспондентов Белого дома за то, что пригласили меня.Я бы сказал, что для меня большая честь находиться здесь, но это альтернативный факт. Это не. Э, никто не хотел этого делать. Так что, конечно, он попадает в руки иммигранта. Так всегда бывает. Никто не хотел этого концерта. Ни один. Никто.

Дон Риклс умер, чтобы вы не пригласили его на этот концерт, понятно? Покойся с Доном Риклзом, единственным Дональдом с достаточно толстой кожей, чтобы принять такую ​​шутку. Покойся с легендой.

Прошу прощения. Мне жаль. Это моя единственная … это моя единственная шутка о Трампе.Мне прямо сказали не преследовать администрацию, обещаю, это моя единственная шутка с Трампом. Поверь мне.

Удивительно, что нас окружают одни из величайших журналистов мира, и тем не менее, когда мы все зарегистрировались в Hilton в пятницу, мы все получили USA Today .

Каждый раз, когда USA Today проскальзывает под мою дверь, они словно говорят: «Эй, ты не такой уж умный, да?»

USA Today — это то, что происходит, когда купонный раздел занимает газету.Это статья о глобальном потеплении или 50 центов от прилива? В любом случае, картинки такие красивые.

Сегодняшний вечер посвящен защите Первой поправки и свободной прессе, и для меня большая честь находиться здесь, несмотря на то, что весь Голливуд отказался. Теперь, когда король Джоффри стал президентом, это похоже на Красную свадьбу. Для справки: WHCA — это группа журналистов; они не головорезы короля Джоффри.

Я так рад, что вы все здесь, чтобы почтить великую американскую традицию, потому что все мы знаем, что эта администрация любит стирать историю быстрее, чем Энтони Вайнер, когда он слышит шаги.Так что спасибо, что были здесь.

Ладно, послушай, я понял. Я понял. Мы должны обратиться к слону, которого нет в комнате. Лидера нашей страны здесь нет. И все потому, что он живет в Москве. Это очень долгий полет. Владу будет нелегко. Влад не может просто выжить в субботу. Суббота.

Что касается другого парня, я думаю, он в Пенсильвании, потому что не понимает шуток. Для девяти человек, смотрящих по C-SPAN, в комнате был еще один слон, но Дональд Трамп-младший.выстрелил и отрезал ему хвост.

Знаете, многие люди говорили мне: «Хасан, если ты поймешь администрацию, это будет мелочно, несправедливо и по-детски». Другими словами, президентский, так что поехали.

Я понимаю, почему Дональд Трамп не хотел, чтобы его сегодня поджарили. Судя по его виду, последние 70 лет он безостановочно жарил.

Исторически президент обычно выступает на ужине корреспондентов, но я думаю, что говорю от имени всех нас, когда говорю, что в этом месяце он устроил слишком много бомбардировок.

Многие СМИ говорят, что Дональд Трамп слишком много играет в гольф. Вы, ребята, всегда говорите: «Он слишком много играет в гольф», что поднимает очень важный вопрос: почему это вас волнует? Вы хотите знать, что он делает, когда играет в гольф? Быть президентом. Пусть человек ударил по мячу. Держите его отвлеченным. Научите его играть в бадминтон. Скажи ему, что у него отличное тело для бобслея. Поиграйте с ним в крестики-нолики. Чем дольше вы отвлекаете его, тем дольше мы не в состоянии войны с Северной Кореей.Каждый раз, когда он играет в гольф, заголовок должен гласить:

.

Трамп в гольф

Апокалипсис отложен

Возьмите W.

Это здорово. Мне это нравится. Даже если вы, ребята, стонете, я уже нанял Келлианн Конвей. В понедельник она выйдет на телевидение и расскажет всем, что я убил, так что это не имеет значения. Но мне нравится, что все пьют, хорошо проводят время. Это прекрасно.

Вы ведь знаете, что Дональд Трамп не пьет? Не касается алкоголя, что странно респектабельно. Но подумайте об этом. Это означает, что каждое заявление, каждое интервью, каждый твит — абсолютно трезвый.

Как такое возможно? У всех нас было такое оправдание, не так ли? Было такое: «Что я сказал? Нет, послушай, детка, клянусь тебе, меня забили. На самом деле я не такой ». Что Дональд Трамп говорит Мелании? «Слушай, детка, в прошлом году в автобусе с Билли Бушем? Вот кто я.”

Он пишет в 3 часа ночи трезвым. Кто трезвый пишет в 3 часа ночи? Дональд Трамп. Потому что в России 10 утра; это часы работы.

Вы знаете, теперь, когда нашим президентом стал профессиональный рестлер, все возможно. Вы знаете, что заявление «все возможно» имело положительный оттенок? Все возможно! Теперь мы все говорим: «Все возможно». Что-нибудь. Новости из Белого дома настолько напряжены, что я смотрел Карточный домик , просто чтобы расслабиться.Я просто говорю: «О, чувак. Конгрессмен столкнул журналиста перед движущимся поездом? Это странно.

Теперь не только президент решил не явиться. Его администрации здесь нет. Бетси ДеВос не могло быть здесь; она занята сбором детских слез. Многие люди думают, что Бетси ДеВос оторвалась от рабочего класса Америки, но вы слушаете меня и слушаете меня прямо сейчас: каждое утро Бетси ДеВос встает в 5 часов утра., отправив своих детей в школу. Так что, разве ты не говоришь мне, что она потеряла связь, хорошо?

Эй, кто-нибудь видел Рика Перри с тех пор, как он стал министром энергетики? У меня такое ощущение, что он сидит в комнате, полной плутония, и ждет, чтобы стать Человеком-пауком. Это просто моя догадка.

Сейчас многие люди думают, что Стив Бэннон — причина того, что Дональд Трамп свистит расистам. Это неправда. Спросите Стива Бэннона. Стив Бэннон здесь? Я не вижу Стива Бэннона.Я не вижу Стива Бэннона. Не вижу Стива Бэннона. Нацист Стив Бэннон. Нацист Стив Бэннон.

Фредерика Дугласа здесь нет, и это потому, что он мертв. Кто-нибудь, скажите, пожалуйста, президенту.

Майк Пенс хотел быть здесь сегодня вечером, но его жена не позволила ему, потому что, очевидно, у одной из вас, леди, овуляция. Таааак… хорошая работа, дамы. Из-за вас мы не могли общаться с Майком Пенсом.

Итак, Иванки Трамп здесь тоже нет, и мне жаль, что она не была.Потому что, будь она здесь, я бы задала ей вопрос, который мы все думаем: почему? Почему вы поддерживаете этого человека? Потому что я понимаю. Все мы любим своих родителей. Но мы бы не одобрили их на пост президента.

Если бы кто-то такой: «Привет, Хасан, должен ли твой папа быть президентом Соединенных Штатов?» Я бы сказал: «Мой отец, Наджме Минхадж? Парень, который пытается вернуть использованное нижнее белье в Costco? Нет »

Джеффа Сешнса не могло быть здесь сегодня вечером. Он был занят реконструкцией до Гражданской войны.В своем RSVP он просто написал «нет» — просто «нет», что оказалось его вторым любимым N-словом.

Вы знаете, даже Хиллари Клинтон не могла быть здесь сегодня вечером. Хиллари Клинтон не могла — я имею в виду, что она могла быть здесь, но я думаю, что кто-то сказал ей, что мероприятие было в Висконсине и Мичигане. Какой? Какой? Ребята, Нейт Сильвер сказал мне, что эта шутка убьет меня. Нейт Сильвер сказал мне, что шанс убить эту шутку составляет 74,1 процента. Я поверил тебе, Нейт. Ты слышал этот стон, Нейт? Не могу поверить, что поверил тебе, чувак.

Хорошо, хватит о Доме Слизерин, мы здесь, чтобы поговорить о правде. Сейчас 2017 год, и мы живем в золотой век лжи. Пришло время быть лжецом, а Дональд Трамп — главный лжец. И помните, что вы, ребята, враг общества номер 1. Вы его самый большой враг. Журналисты, ИГИЛ, обычные связи.

И почему-то вы плохие парни. Вот почему вы должны держать ногу на газе. Особенно с Шоном Спайсером, которого сегодня здесь нет, потому что я думаю, что он дома гуглит, как инсценировать собственную смерть.Но мне нравится, когда ты отдаешь его Шону Спайсеру. Шон Спайсер проводит брифинги для прессы, как будто кто-то просматривает историю его браузера, пока он смотрит.

Просто паника. Типа: «Нет, подожди, перестань. Прекрати. Прекрати. Прекрати. Перестань качать головой. Перестань качать головой. Перестань качать головой. Поговорим об этом завтра ». Это лучшее.

Теперь вы, ребята, смеетесь, но понимаете, что Шон Спайсер занимается пиаром с 1999 года. Он занимается этой работой 18 лет, и каким-то образом через 18 лет его решительный шаг, когда вы задаете ему сложный вопрос, — отрицание Холокоста. .Это безумие. Сколько людей вы знаете, которые могут превратить пресс-брифинг в полноценную остановку движения Мела Гибсона? Только Spice man. Только Spice man.

Вы знаете, что такое безумие? Каждый день на Daily Show мы все время шутим. Мы такие: «Администрация лжет. Вьетнамки Трампа ». Неважно. Его сторонники по-прежнему доверяют ему. Это совсем не остановило его импульс. Кажется, что Daily Show должен быть на C-SPAN.Это не оставило никакого воздействия. Это так. И я что-то понял

.

Трамп подписывает указ о борьбе с COVID-19 после срыва переговоров между Белым домом и демократами — RT USA News

Президент США Дональд Трамп подписал ряд указов, дающих расширенное экономическое облегчение американцам, которые борются с экономическими проблемами во время пандемии Covid-19 после провала переговоров с демократами.

Трамп объявил о приказах на пресс-конференции в своем гольф-клубе в Бедминстере, штат Нью-Джерси, в субботу, в том же месте, где он предупреждал, что такие действия будут предприняты днем ​​ранее.

Согласно распоряжениям, американцам, зарабатывающим менее 100 000 долларов в год, будут предоставлены налоговые каникулы на фонд заработной платы. Второй приказ «защитит людей от выселения», сказал Трамп.

Третий приказ продлит пособия по безработице, дав американцам без работы 400 долларов в неделю сверх пособия по безработице, на которое они имели бы право до пандемии, что меньше предыдущего пособия в 600 долларов в неделю, которое демократы стремились продлить. до конца года.

Трамп также сказал, что погашение студенческой ссуды будет отложено и что любые начисленные проценты будут прощены на неопределенный срок.

Также на rt.com — Ничего страшного, когда он выходит изо рта Чака Шумера? Сенатор-демократ: школы должны открыться, иначе экономика пострадает

Объявления были сделаны после двух недель напряженных переговоров между демократами и официальными лицами Белого дома, которые в конечном итоге ни к чему не привели. Спикер палаты представителей Нэнси Пелоси (штат Калифорния) и сенатор Чак Шумер (штат Нью-Йорк) провели пресс-конференцию в пятницу, осудив администрацию Трампа за нежелание идти на компромисс.

План демократов на 3,4 триллиона долларов состоял из крупного финансирования школ, которые хотели бы вновь открыться в условиях продолжающейся пандемии, и продления федерального пособия по безработице в 600 долларов в неделю, срок действия которого истек в июле. Он также призвал предоставить больше финансовых льгот тем, кто находится под угрозой выселения из-за неоплаченных счетов.

Шумер и Пелоси рассмотрели потенциальные возможности исполнительных указов в пятницу и предупредили, что они могут быть юридически сомнительными, поскольку Конгресс имеет власть над федеральными расходами. Шумер также утверждал, что исполнительные приказы не будут «близко к » с точки зрения финансовой защиты борющихся американцев.

Трамп предупредил в субботу, что демократы продвигают программу «радикальных левых» , которая не имеет ничего общего с пандемией «китайского вируса» . Ранее он обвинил демократов в том, что они держат гуманитарную помощь «заложниками» , и сказал, что они «не хотят помогать нашему народу».

Подробнее

Covid-19 pandemic will ‘bring socialism to US’ and transform the world – Nassim Taleb to RT Covid-19 pandemic will ‘bring socialism to US’ and transform the world – Nassim Taleb to RT

Снижение налога на заработную плату Трампа также является правовой серой зоной, поскольку большинство экспертов согласны с тем, что такой шаг подпадает под юрисдикцию Конгресса, и в конечном итоге неуплаченные налоги могут быть причитаны, если Конгресс не вмешается.

Превратив пресс-конференцию в речь полуэкипажной кампании, Трамп сказал, что если он будет переизбран в ноябре, он официально простит эти налоги, но предупредил, что они могут оказаться в долгу, если Джо Байден будет избран, и откажется отмахиваться от накопленных налогов. сборы.

Отвечая на вопрос о том, что Конгресс может оспаривать его полномочия по изменению налогов без их одобрения, Трамп сказал, что он ожидает, что любой вызов «продвигается очень быстро» через суд, и обвинил Конгресс в «препятствовании».

Он закончил пресс-конференцию после того, как репортеры продолжили оспаривать законные основания, связанные с приказами.

Более 160 000 граждан США умерли от Covid-19, и многие предприятия остаются закрытыми из-за пандемии и различных государственных ограничений.

Нравится эта история? Поделись с другом!

.

RT ищет родственников русскоязычной сироты, оказавшейся в Ираке — RT World News

Со шрамами на лице, травмированной рукой и заплаканными глазами Мариам изо всех сил пытается рассказать о травме, с которой она столкнулась. Русскоязычная девочка находится в багдадском детском доме и рассказала RT, что ее мать мертва, и она не знает, где ее отец.

Мариам недавно перевели в тот же приют в столице Ирака, где содержатся другие русскоязычные дети после исчезновения или убийства их родителей.

Ее история — одна из немногих, которые RT уже осветил в рамках кампании «Верни их домой» , с призывом ко всем, у кого есть информация о детях на видео, поделиться ею по адресу [email protected]

Мариам с трудом произносит свое имя. Сначала она хранила молчание, но затем смогла рассказать о своих травмах и испытаниях, которые она пережила, когда однажды дом, в котором она жила со своей семьей, подвергся обстрелу.

«Кто-то начал стрелять по дому.После этого бросили гранаты. И тогда начался пожар », — говорит она. . .« Потом я попала в шрапнель. И вот так кровь текла из моей головы. Много крови, — сказала она , касаясь шрамов на лице, очевидно оставленных осколками.

Мариам говорит, что ее мать была убита, и она не знает, где находится ее отец.

«За рекой были снайперы. Снайперы стреляли в мою мать прямо здесь», — говорит Мариам. «Они прострелили ей руку.Голова и рука. А потом она умерла ».

Через несколько часов после того, как RT передал репортаж о Мариам, с каналом связалась женщина из Российской Республики Дагестан, заявив, что девочка на видео — ее внучка.

« Это моя внучка! » женщина, опознаваемая как Патиматзагра, сказала сквозь слезы, добавив, что ее дочь зовут Мадина. Она была потрясена, услышав, как девочка сказала, что ее мать умерла.

«Лоб, глаза, брови… То, как она [Мариам] говорит — это все ее. Это ее голос! Это Мариам! » она сказала.

Родители Мариам забрали девочку и уехали из Дагестана в 2014 году, сообщила женщина. Время от времени Мадина присылала фото и видео с Мариам и двумя мальчиками, предположительно, братьями и сестрами Мариам. Однако в январе этого года она перестала отвечать на звонки.

«Это твоя бабушка, Мариам! Не бойся, я тебя верну! » Патиматзагра эмоционально сказала.

Подробнее

7yo girl helps track down two sisters in Iraqi orphanage shown in RT coverage 7yo girl helps track down two sisters in Iraqi orphanage shown in RT coverage

RT получил множество звонков от людей, которые говорят, что узнают русскоязычных детей, замеченных на видео из детского дома в Багдаде, которое транслировалось ранее в августе.

Как минимум четверо детей — две девочки и два мальчика — были опознаны людьми, которые называют себя родственниками.

Еще одна женщина сказала, что, по ее мнению, малыш на видео был ее внуком, который родился в Ираке, хотя она видела только его младенческие фотографии, присланные ее дочерью.

Все люди, связавшиеся с RT, поделились душераздирающими историями о своих сыновьях, дочерях и родственниках, которые бежали, чтобы присоединиться к боевикам Исламского государства (ИГИЛ, ранее ИГИЛ / ИГИЛ).

Главный редактор RT Маргарита Симоньян начала повышать осведомленность, разместив в своем Твиттере призыв к людям писать RT по электронной почте, если они узнают кого-либо из детей.

За ее звонком последовал чеченский лидер Рамзан Кадыров, который на прошлой неделе разместил в своем аккаунте в Instagram запись RT на русском языке.

Москва сейчас пытается вернуть домой несколько десятков русскоязычных детей из иракских детских домов. Ранее в августе четырехлетний чеченский мальчик Билал Тагиров вернулся в Россию после проживания со своим отцом-джихадистом, который воевал вместе с ИГ в Мосуле.

В субботу уполномоченный по правам ребенка в России Анна Кузнецова заявила, что с тех пор, как эта проблема появилась в СМИ, выросло количество обращений от родственников детей, которые были вывезены в Ирак их радикально настроенными родителями.

«Многие [родственники] прикрепляют фотографии [этих детей] к своим обращениям. Это очень тяжелые истории », — написала она в Instagram.

Около 50 детей граждан России сейчас содержатся в разных иракских приютах, сообщил РИА Новости глава Совета по гражданскому обществу и правам человека Михаил Федотов.

.

Ваш комментарий будет первым

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *