Нажмите "Enter", чтобы перейти к содержанию

Осада севастополя: в этот день началась героическая оборона Севастополя — Российская газета

Содержание

в этот день началась героическая оборона Севастополя — Российская газета

Одним из главных событий Крымской войны 1853-1856 годов стала героическая оборона Севастополя, которая продлилась почти год. 349 дней, с 13 сентября 1854 года (25 сентября по новому стилю) по 27 августа 1855 года русские солдаты и моряки при численном превосходстве противника отстаивали город, показав в боях свой героизм, отвагу и мужество.

4 октября 1853 года Турция объявила войну России, а через месяц — 1 ноября Россия сделала ответный шаг и объявила войну Турции. За ходом войны внимательно следили Англия и Франция, которые не хотели допустить господства России на Черном море. 28 февраля 1854 года они заключили военный союз с Турцией против России, а уже 1 марта предъявили ультиматум — вывести русские войска из Дунайских княжеств. Россия не стала выполнять их требование и 15 марта Англия и Франция тоже объявили ей войну.

Военные действия начались с диверсий английского флота на Балтике, в Белом море, Тихом океане и с подготовки десанта в Крым. 12 сентября 1854 года англо-французская армия из 62 тысяч человек высадилась около Евпатории в Крыму, затем направилась в Севастополь, обошла его с востока и заняла удобные бухты. 13 сентября 1854 года или 25 сентября по новому стилю в Севастополе объявили осадное положение.

Возглавили оборону города вице-адмирал Владимир Корнилов, вице-адмирал Павел Нахимов и контр-адмирал Владимир Истомин. Они подбадривали солдат, матросов и население города, настраивали их на сопротивление врагу. 27 сентября Корнилов перед гарнизоном Севастополя выступил с речью: «Товарищи, на нас лежит честь защиты Севастополя, защиты родного нам флота! Будем драться до последнего! Отступать нам некуда, сзади нас море».

Севастополь был хорошо укреплен с моря, а с суши почти не имел укреплений. С моря его блокировали англо-французские паровые корабли. Чтобы преградить им вход в бухту, за два дня до осады военный совет Черноморского флота затопил между Константиновской и Александровской батареей семь больших старых парусных кораблей. В первые дни обороны гарнизон города насчитывал лишь около 17 тысяч человек. В начале октября в город вошла часть войск под командованием князя Александра Меншикова и число защитников увеличилось до 35 тысяч человек.

Оперативно была создана эшелонированная восьмикилометровая система укреплений. Она прикрывала южную часть города, где были восемь бастионов, редуты, люнеты, ложементы. В три смены, даже ночью при свете фонарей, их строили тысячи матросов, солдат, жители города, в том числе женщины и дети. Население отдавало на работы по укреплению города своих лошадей, валов, повозки, имеющиеся строительные материалы. За первые три недели обороны удалось построить более 20 укреплений, а количество артиллерии только на южной стороне увеличили до 341 орудия. В то время как у противника их было в два раза меньше — 144. На сухопутных рубежах установили, главным образом, морскую артиллерию. За время осады Севастополя с кораблей Черноморского флота передали для усиления обороны до двух тысяч морских орудий с боевым запасом.

Рано утром 17 октября 1854 года началась первая бомбардировка крепости. Противник открыл огонь по оборонительным сооружениям из 126 тяжелых орудий. Днем к ним добавились еще 1340 орудий кораблей. Однако севастопольцы ответили на это мощным артиллерийским огнем из 250 пушек. Бой продолжался 12 часов и в нем, кроме многих солдат и моряков, погиб адмирал Корнилов. Всю ночь с 17 на 18 октября население города восстанавливало укрепления и, к удивлению противника, к утру они снова были готовы отражать атаки противника. Первая попытка врага овладеть Севастополем потерпела крах. Город бомбили еще несколько дней, однако упорное сопротивление русских войск заставило английского и французского главнокомандующих перейти к медленной осаде города.

За это время город шесть раз подвергался многодневным бомбардировкам. 6 июня 1855 враги попытались взять штурмом укрепления корабельной стороны, в том числе Малахов курган. Этот штурм отбили, а его события изображены на известном полотне панорамы «Оборона Севастополя». Стремясь разрушить укрепления, противник также вел подземную войну, построив под землей 1280 метров галерей и совершив 120 взрывов. В свою очередь, защитники города развернули контрминную борьбу и за семь месяцев проложили 6889 метров галерей и рукавов, организовали 94 крупных взрыва. По ночам разрушенные укрепления восстанавливали и строили новые, причем часто вблизи вражеских позиций.

Кстати, участником севастопольской обороны был и выдающийся врач, ученый, основоположник военно-полевой хирургии Николай Пирогов. Он приехал в осажденный город с отрядом сестер милосердия. Здесь же он впервые в мировой практике стал широко применять при ранениях рук и ног гипсовую повязку и обезболивание парами эфира во время операций. Работа медиков под его руководством быстро возвращала в строй раненных бойцов. Так, за первые полгода обороны из 15 123 раненных в части и бастионы вернулся 10 561 воин.

Все 349 дней осады особенно напряженная борьбы шла за ключевую позицию города — Малахов курган. После его взятия 27 августа 1855 года французской армией, русские войска оставили южную сторону Севастополя, взорвали все укрепления, батареи, пороховые погреба и переправились через Севастопольскую бухту на северную сторону по понтонному мосту. Затем мост подняли к северной стороне и противники, ослабленные и истощенные длительной осадой, оказались разделены Севастопольской бухтой. Кроме того, считая город заминированным, они не решились преследовать русских солдат. Так закончилась героическая оборона Севастополя. Англия и Франция не добились его окончательной капитуляции, хотя до середины 1856 года город все же был частично оккупирован их войсками. Русская армия тоже сохранилась в Крыму вдоль северного берега большой бухты.

18 марта 1856 года в Париже был подписан мирный договор, по которому России запрещалось иметь на Черном море военно-морской флот, строить крепости и военно-морские базы. Севастополь ждал 20-летний период упадка, а посетивший его в 1860 году русский драматург Александр Островский писал: «Без слез этого города видеть нельзя. В нем положительно не осталось камня на камне». По подсчетам руководителя инженерной обороны Эдуарда Тотлебена, во время осады на Севастополь обрушилось более 1,3 миллиона артиллерийских снарядов, очистка бухты от затопленных кораблей заняла более 10 лет.

Осада Севастополя . Айвазовский И.К. «Дом И.К. Айвазовского». Феодосийская галерея имени И.К. Айвазовского. Artefact


И.К. Айвазовский отразил в своем творчестве немало событий Крымской войны (1853-1856). Они нашли особый отклик в душе художника, так как происходили на его родине, в Крыму.

Весной 1854 года боевые действия приблизились к берегам Крыма. Турецкие, французские и английские военные корабли вели бомбардировку прибрежных городов и поселков. И.К. Айвазовский с семьей вынужден был перебраться в Харьков. Он несколько раз посещал Севастополь, следил за развитием событий, делал зарисовки, писал акварели. Многое из того, что связано с Крымской войной, особенно с участием в ней Черноморского флота, было изображено художником. В конце мая 1854 года он открыл выставку своих произведений в Севастополе, которая была с воодушевлением принята в городе, охваченном войной. По свидетельствам очевидцев, залы выставки с утра до вечера были заполнены солдатами, матросами, горожанами. И.К. Айвазовский с большим вниманием вслушивался в комментарии участников изображенных им событий, понимая, что историческая достоверность — важная составляющая для подобных произведений.
В 1854 году И.К. Айвазовский написал одну из своих самых известных картин на тему Крымской войны — «Осада Севастополя». Она была создана под непосредственным впечатлением от посещения осажденного города.
На картине «Осада Севастополя» И.К. Айвазовский с большой точностью изобразил панораму города: наиболее крупные дома, береговые батареи, корабельную слободку. О том, что в городе идут активные военные действия, свидетельствуют многочисленные взрывы, дым от которых рассеялся в небе, фигуры воинов, среди которых хорошо различима группа пленных французов, идущих под конвоем. Нельзя не отметить художественные достоинства этого произведения. Как всегда великолепно изображена природа этого края: светлое небо в легких облаках, море в клубах орудийного дыма, освещенный яркими лучами заходящего солнца город.

Панорама «Оборона Севастополя», Крым — Туроператор Звёздный Путь

В середине XIX века под Севастополем решался исход Крымской войны. Франция и Англия хотели вытеснить наши войска с Балканского полуострова и отрезать выход в Черное море. Долгие одиннадцать месяцев наши солдаты сражались за Родину с силами противника. Война завершилась, а одно из сражений было увековечено в живописной панорамной картине. Отдых в Крыму дает вам возможность своими глазами взглянуть на одно из лучших произведений такого плана.
Панорама «Оборона Севастополя»
«Оборона Севастополя 1854–1855 годов» — это музей-панорама, в котором представлено одно из выдающихся произведений батальной живописи. Оно посвящается наиболее значительному эпизоду обороны города. На панорамной картине изображено отражение вражеского штурма близ укреплений Малахова кургана 6 (18) июля 1855 года.

Над полотном в 1901–1904 годах работал основоположник русского панорамного искусства живописец Франц (Франсуа) Рубо. После получения заказа на изображение битвы он долгое время изучал документы, общался с участниками тех событий, делал многочисленные наброски, эскизы и этюды. Огромное полотно (14 x 115 м) писалось в Мюнхене, Рубо помогали Шенхен, Мерте, Фрош, а также 20 студентов-художников из Баварской академии. На картине можно увидеть изображения адмирала Павла Степановича Нахимова, Даши Севастопольской, Николая Ивановича Пирогова, матроса Кошки. Полотно с панорамным изображением вешал сам Рубо со своими учениками, Грековым и Авиловым.

По проекту военного инженера, генерал-майора Оскара-Фридриха Ивановича Энберга, при участии художника-акварелиста, архитектора Валентина Августовича Фельдмана, было построено здание для панорамы. По своей форме оно круглое. Диаметр равен его высоте и составляет 38 метров. По периметру здания образованы ниши. В них располагаются бюсты героев обороны. Над порталом — надпись: «Панорама обороны Севастополя». Над ней, на фронтоне, — изображение Георгиевского креста, обвитого Георгиевской лентой. В центре — цифра 349, которая обозначает число дней обороны.

Само полотно в музее-панораме освещается естественным светом, который проникает внутрь здания через стеклянную крышу. Перед живописным произведением воссозданы отдельные фрагменты окопов, блиндажей и т. д. Открытие панорамы было приурочено к 50-летию окончания первой Севастопольской обороны и произошло 14 (27) мая 1905 года.

25 июня 1942 года в результате артиллерийского обстрела и бомбардировок здание сильно пострадало. Загорелось и полотно. Около двух часов продолжались мероприятия по спасению произведения искусства. Уцелело около 2/3 картины.

После окончания войны группа художников под руководством Василия Николаевича Яковлева (а после его смерти — Павла Петровича Соколова-Скаля) занялась восстановлением полотна. Его новое открытие состоялось в 1954 году, в день 100-летия героической обороны Севастополя.

Общая площадь произведения — 1610 квадратных метров, предметный план составляет 1000 квадратных метров.

Когда началась оборона Севастополя в Великую Отечественную войну

Ровно 79 лет назад, 30 октября 1941 года, началась героическая оборона Севастополя (1941-1942). Севастопольский гарнизон тогда насчитывал около 23 тысяч человек и имел около 150 полевых и береговых орудий, 82 самолета.

До Великой Отечественной войны Севастополь был подготовлен только для обороны с моря и воздуха. Система же сухопутной обороны города стала создаваться с июля 1941 года. Она состояла из трех рубежей: передового, главного и тылового, оборудование которых к моменту выхода противника на ближние подступы к городу не было закончено.

Всего было сооружено 82 артиллерийских дота с морскими орудиями и 220 пулеметных дотов и дзотов, 33 километра противотанкового рва, 56 километров проволочных заграждений, установлено 9600 мин. Войска 11-й немецкой армии, прорвавшиеся в октябре 1941 года в Крым, 30 октября и в ближайшие последующие дни предприняли попытку с ходу овладеть городом.  

Эти попытки были отражены севастопольским гарнизоном при поддержке корабельной артиллерии и авиации. В первых же боях защитники города проявили стойкость и героизм, сопротивляясь ударам превосходящих сил врага. Большую помощь в обороне оказывало население города.  

После провала попытки сразу овладеть Севастополем немецкое командование предприняло еще три крупных наступления на город — в ноябре и декабре 1941 года, а также в мае-июне 1942 года. Особенно мощной была третья атака. Противник имел двукратное превосходство в живой силе, более чем трехкратное в артиллерии, десятикратное в танках и самолетах.  

Оборона Севастополя продолжалась 250 дней. Она имела важное военно-политическое и стратегическое значение, сковав крупные силы противника на южном крыле советско-германского фронта и не позволив ему развернуть наступление на Кавказ. В ходе обороны было достигнуто четкое взаимодействие между армией, флотом и авиацией в результате создания единого командования и правильной организации управления.  

В борьбе за город противник потерял около 300 тысяч человек убитыми и ранеными. Севастопольская оборона вошла в историю как пример массового героизма и самопожертвования защитников города. Более 30 человек были удостоены звания Героя Советского Союза.  

22 декабря 1942 года учреждена медаль «За оборону Севастополя», которой награждено свыше 30 тысяч человек. В 1945 году Севастополь был назван городом-героем.

Фото Полотно «Осада Севастополя» в Севастополе

Питание в отеле

Бассейн

Автостоянка

Интернет Wi-Fi

Работает круглогодично

Баня, сауна

Территория, двор

Спутник/кабель ТВ

Собственный пляж

Детская площадка

Конференц-зал

Проживание с животными

Дети любого возраста

Круглосуточная регистрация

Терминал для оплаты картой

Осада и оборона Севастополя — Максим Кузахметов — Все так + — Эхо Москвы, 19.09.2020

Виталий Дымарский― Добрый вечер! Программа «Все так плюс». Мы продолжаем наши рассказы, рассказы о династии Романовых. Кто помнит, прошлую программу мы завершили на Крымской войне. Но сама-то война еще не завершилась. Она в самом разгаре. Она началась, напомню в 1853 году, а мы дошли, если я не ошибаюсь, до 1854 года. Это я спрашиваю…

Максим Кузахметов― Да.

В. Дымарский― … нашего основного рассказчика Максима Кузахметова, петербургского историка. Меня зовут Виталий Дымарский. Ну, что, Максим? Тогда 54-й год. Осада Севастополя?

М. Кузахметов― Да. Вот главное событие, наверное, Крымской войны – это почти годовая героическая осада Севастополя и в сопровождении… Ну, вот в нашем рассказе называем всё это НРЗБ, всё, что произошло дальше. Тысячи погибших солдат, погибших часто действительно на передовой, не сдавшихся, не сбежавшись, не покинувших свои позиции. Но всё это они расплачивались за бездарность командования. И, ну, личную ответственность, конечно же, несет главный герой нашего повествования – Николай I, который всё это допустил, потому что ещё раз возвращаясь вот ко всем этим драматическим событиям, Россия находится в полной дипломатической изоляции. У нас вообще нет союзников. Трудно представить, как Николай I сумел добиться такого уникального положения, но вот Россия осталась одна… одна против фактически всей Европы, что тоже невероятно. Тут вот недавно в одной из полемик усомнились люди, что разве такое может быть, чтобы Англия и Франция впервые объединили свои армии. А это действительно вот только Николай I сумел достичь невероятного. Мы же не имеем общих границ на с Францией, ни с Англией, и тем не менее, ну, если считать там эпохи 3-го крестового похода, впервые английская и французская армии действуют заодно. То есть это как надо было постараться, как надо было всё это организовать да еще и на своей территории, чтобы все эти европейские ведущие армии, ведущие два флота прибыли в Чёрное море, высадились там в Крыму, тут, конечно, потрясающее достижение. Ну, в кавычках достижение Николая I. Вот Севастополь наконец-таки в осаде. И то это ж нам ещё сколько везёт. Это вообще война характерна чем? Как мы уже говорили, бездарность на бездарности. Если вот высшее российское командование не блещет талантами, то и командование союзников и английское, и французское точно так же это всё… несмотря на то, что у власти во Франции Наполеон III, но, конечно, до Наполеона I, до Бонапарта там далеко всем. Ну, и вот что у Николая I? Севастополь в осаде. У вас огромная армия, а пользы от неё, получается, никакой. Почему? Потому, что, например, из-за этой вот… из-за этих провалов дипломатических нам приходится держать колоссальные силы около Петербурга, а то вдруг они и здесь высадят большую армию. Огромную армию приходится держать против Австрии. Ну, это вот всё там в районе Балкан, южнее, потому что вдруг Австрия вступит в войну. И все наши достижения, вся наша вот Бессарабия, район Дуная, всё это пойдет прахом. Хотя уже пришлось покинуть русским войскам Валахию, то есть, ну, вот современную Румынию. Ну, и флот – тоже вот печальная история, гордость вроде бы петровской эпохи, а против парового оказался бесполезным. Это же одно из драматических решений при самом… при самой начале… при самом начале осады Севастополя значительную часть флота пришлось просто затопить. Самое вот бесполезное использование флота. Затопить, чтобы не смогли войти в бухту севастопольскую вражеские корабли. Ну, и вот тоже не могу не упомянуть, у Николая I был, как можно сказать, последний козырь, совершенно уникальный… То есть вот поссорились с Англией, с Францией. Ну, ладно. Ладно, Австрия – предательница неблагодарная. Остальные страны вроде бы поменьше, но тем не менее на Швецию тоже не можем мы рассчитывать. Ну, тем более всё это далеко. Но у нас же есть в друзьях Пруссия, которая невероятно усилилась, у которой одна из сильнейших европейских армий. Но и это ещё это не всё. Ведь жена Николая I Александра Фёдоровна, она сестра прусского короля. Это же какой тоже у нас потенциальный ресурс. Зачем он тогда иначе на ней женился? У него же шурин – командующий одной из сильнейших армий в Европе. И забегая недалеко вперёд, пройдет всего несколько лет, ну, там чуть больше 10 лет, правда, Николай I до этого уже не дожил, и Франция, которая в Крымскую войну несла основные потери, и главный контингент был французский, вот эта Франция была разгромлена, практически уничтожена прусской армией. Но это уже следующая франко-прусская война. И Пруссия воевала против Франции в одиночку. И ведь катастрофа уникальна. Не просто французская армия была разгромлена, а тот самый Наполеон III, один из главных инициаторов войны против России попал в плен. Ну, там потом парижская коммуна, совсем другие события. Империя… Монархия во всяком случае во Франции навсегда уже ушла в прошлое. А вот Николай I немножко не дожил. И вот наш такой потенциальный союзник и тоже не пригодился. Не смог Николай I не договориться со своим шурином, ни как-то использовать его могущественную армию, ну, хотя бы серьёзно нейтралитета добиться, потому что Пруссия тоже занимает двусмысленную позицию, тоже намекает, что надо бы вступить в переговоры, тоже вот почему-то пруссакам, у которых… Ну, им-то казалось бы что? Ну, какие у них там-то интересы на Балканах? Вот тоже, видите ли, не одобряют политику Николая I. А еще Николай I как человек, как мы уже говорили, своеобразный деспот и монарх, он тоже страшно зол на прусского короля. За что? За то, что тот ввел себя в Пруссии Конституцию ещё в 1850 году. Ну, как вот с таким королем можно иметь серьезное дело? Чем вот занимался Фридрих Вильгельм IV, ну, кроме того, что вот он обустраивал свое государственное управление, двухпалатный парламент. Причём это же как любая Конституция, введенная сверху, она как будто бы в интересах монарха. Там же высокий имущественный ценз. Там фактически назначаются депутаты с соизволения монарха. Ну, какое-никакое, а это всё-таки представительство. Это хоть какое-то подобие парламента, будущего рейхстага. А Николай I в принципе не согласен ни с кем делиться своей властью. Ну, поэтому как вот ему с этим Вильгельма IV договариваться? Который, кстати, потратил большие силы на строительство… Вот чем он хотел возвеличить свой род? Гогенцоллернбург, прекраснейший замок в Швабии построил. Вот если бы Николай I чём-то подобном бы занимался, у него тоже были свои ресурсы. Ну, Эрмитаж здесь в Петербурге вот при нём как будто бы открыл двери. Но хотелось ещё как-то своё имперское величие военными победами подтвердить. Ну, и тут вот всё, конечно же, пошло прахом, к сожалению. В общем, получается, что Николай I даже вот такую потенциальную возможность, ну, хотя бы чтобы Пруссия там чем-то… демонстрацию какую-то против Австрии несговорчивой устроила. Ведь еще раз мы уже упоминали про то, что Пруссия разгромила Францию в одиночку, а до этого она и Австрию разгромила тоже. Вот потом и возвышение Германской империи-то началось. Но это уже был следующий германский император Вильгельм I, точнее король, который стал императором. А императором он, кстати, стал, что тоже невероятно, в Версале была провозглашена Германская империя. Вот как Франция была унижена. И Николай I вполне мог до этого дожить. Он же умер, не перешагнув порог 60-летия как и многие Романовы. В общем, такая печальная история. А пока что да, 1854 год и Николай I в войне против всей Европы в полной изоляции. Не как вот его предок Петр I, который специальное же посольство организовал. Оно так и называлось – да? – Великое посольство, чтоб найти союзников против Турции, не дай бог, одним против них воевать, а в итоге нашел себе союзников для войны против Швеции в Германии, кстати. Да? Вот Август Сильный, саксонский король. Но тут вот Николай I, ещё раз повторюсь потому, что это невероятное стечение обстоятельств, чтобы вот так вот со всеми перессориться при всём при том, что у него такое количество родни среди немцев, но так их же и называют до сих пор в западной Европе «немецкая династия», если у каждого из русских правителей жена из Германии, то понятное дело, что он по крови уже практически немец. А Николай II-то уже был…

В. Дымарский― Ну, я Вам хочу сказать, что у него… у Николая I хорошие ученики. Мы сегодня умудряемся рассориться со всей Европой.

М. Кузахметов― Ну, вот я все эти – да, – аналогии вот только хотел сказать, что мы очень близки к этому. И без конца вот эта же победная риторика звучит. То есть вот тоже чтобы ещё понять эту атмосферу в Петербурге, несмотря даже… уже после поражения при Альме, ужасного поражения, нелепого, уже Севастополь в осаде, уже воюем со всей Европой, а в Петербурге, ну, там же тихо и спокойно, высшая знать, образованнейшие, казалось бы, люди, не какие-то дремучие крестьяне, вот сохранились письма. Люди пишут, вот так хорошо, что вот все они сразу к нам прибыли. Сейчас мы за один раз с ними со всеми разделаемся, поставим их всех на место и поймут, с кем связались. То есть, ну, полнейшая слепота и непонимание. Всё вот живём событиями 1815 года, когда Париж был наш и победами над проклятыми революционерами в Венгрии. Ну, теперь-то уж кто там еще посмеет против нас пикнуть. И вот происходит… Опять-таки возвращаясь в 1854 год, вот это невероятное поражение при Альме, это всё тоже удивительная бездарность Меньшикова. Боевой офицер. Он несколько десятков лет уже в армии. Он же воевал, как мы рассказывали, еще в войну 812-го года. Ну, уж такой-то человек всё должен был знать. Ну, ладно, он проводил там дипломатию. Тоже вот кого отправили? Тоже вот опять-таки аналогия всегда невероятная. Чем должен заниматься дипломат? Они же должны вроде бы налаживать отношения с другими странами, стравливать их как-то друг с другом, добиваться каких-то уступок для нашего отечества. А это примерно как и сейчас. У нас и сейчас такая же дипломатия: нахамить всем, кому можно, со всеми перепортить отношения. Вот мы, мол, какие! Вот у нас вот такая своеобразная гордость. А потом глава государства почему-то должен ещё и извинятся за какую-нибудь Марию Захарову. И ничего. И никого не уволили, в отставку не отправили. Так и Меньшиков провалил переговоры с Турцией, нахамил там турецкому султану, добился войны, а теперь он командующий, теперь он при этой Альме никаких распоряжений предварительных, никакой рекогносцировки. Уж как-нибудь так супостата одолеем, шапками закидаем. Потом вот поражение. Потом надо отходить в Севастополь. Севастополь он покидает. Заветы Кутузова. Мы армию должны сберечь. И происходит… Ну, как тоже вот цепочка вот этих случайностей. Союзники не преследуют. Ну, англо-французы. Ну, потому, что они, во-первых, не верят, что у русских тут крошечная армия в Крыму, что они до сих пор не привели сюда подкреплений, что Севастополь совершенно не защищен. Просто страшно. У них у самих нет карты Крыма. Как вот они тоже к этой войне готовились? И действуют страшно медленно. А потом подойдя к Севастополе, тратят кучу времени на то, чтобы обойти его. Ну, они прибывают с севера. Но север почему-то не атакуют, боятся, что там сильные укрепления, не понимая, что их там вообще нет. Ну, там еще рельеф такой гористый. Не всё сразу видно. Тратят много времени на то, чтобы обойти, обложить город с юга, где тоже укреплений серьёзных со стороны суши нет. И дальше начинают подготовку к осаде. Сравнительно не быстро. Никто не хочет идти в лобовой штурм, нести огромные потери. И они дарят вот эти драгоценные недели, а потом уже и месяцы русским на то, чтобы у Николая I появилась счастливая возможность привести наконец-таки в Крым свои основные силы, сбросить в море этих проклятых интервентов и добиться новой выдающейся победы. Но не происходит ничего. Это, правда, невероятная история. У Николая I в запасе оказался целый год, который он, кстати, даже не пережил после всех этих унижений. И по сути Николай I… Это же, ну, примерно как и сейчас. Все принципиальные решения принимает в стране один человек. Ну, вот тогда Николай I. Никто не смеет ему перечить. Вокруг всё вот царедворцы. Ваше Величество, что изволите? И он, вот его тоже такая своеобразная бездарность, не способен был принять никакого решения. Не оставить, например, Крым, – да? – видя невозможность его защищать, не отправить туда какие-нибудь серьезные силы, гвардию там свою разлюбимую, несмотря на то, что идти пришлось бы два месяца, но это за… этот запас времени по сути, ещё раз повторюсь, удивительным образом у Николая I был.
А события пока что развивались следующим образом. 9 сентября 1854 года тоже, как мы упомянули, происходит драматическое событие очередное – затоплен в бухте Севастополя не весь, но значительная часть русского флота, не вступив в сражение. И вот до сих пор ведутся споры, оправдано это было или неоправданно. Например, Корнилов считал, что всё равно надо было выводить флот, дать бой там союзникам. Мало ли бы там как ещё обернулось. Бывало, что и парусники против пароходов успешно воевали. Дождаться там попутного ветра… Ну, вот Нахимов считал, что нет, уж лучше затопить. В общем, как бы то ни было… Меньшиков, кстати, это решение поддержал. Флот затоплен. Но тем не менее еще проходит несколько дней прежде, чем союзники начинают даже не штурм, они боятся начинать этот штурм, а подготовку к осаде, чтобы провести бомбардировку и либо склонить гарнизон капитуляции, либо его там, ну, просто разбомбить, уничтожить. И всё это тоже так затянулось. И вот тоже драма. Вроде бы у нас в Крыму ушедшая из Севастополя основная армия, но оставшаяся недалеко. Союзники, кстати, побережье бояться покидать. Они внутрь Крыма так ни разу… дальше, чем на несколько километров-то и не отходили. Всё по побережью.

В. Дымарский― Ну, да. Это могло ловушкой просто оказаться. Это…

М. Кузахметов― Им страшно. Ну, они не могут поверить…

В. Дымарский― Конечно.

М. Кузахметов― … что там никакого сопротивления не будет. Разведки вообще никакой у союзников нет. Это тоже всё вот невероятно. Диверсий никаких там никто не устраивает. Но им же нужно обеспечить доставку продовольствия, подкреплений. В Севастополь-то они не могут войти. И они сравнительно легко захватывают Балаклаву, чтобы там устроить основную базу, а потом уже со стороны Балаклавы к солдатам, которые ведут осадные работы, уже всё подвозить. И тоже ведь никакого сопротивления серьёзного им оказать никто не смог. Кстати, балаклава же тоже нарицательное слово не только у нас в русском языке. Это вот оттуда же произошло. Вот шапочка такая с прорезями для глаз, потому что тоже сейчас-то трудно в это поверить, но союзники так страдали от крымских холодов, в Крыму англичане и французы терпели такие бедствия, что пришлось вот дополнительно там утепляться, одежду новую придумывать. В общем, союзники начинают строить укрепления для осады. И параллельно всё то же самое начинается в Севастополе. В Севастополе сложился уникальный триумвират: три генерала нашли общий язык. Да, действительно выдающееся офицеры Корнилов, Нахимов и Истомин. Никакой между ними ненормальной соревновательности. Никто ни на кого не ябедничает. Все легко друг другу уступают, находят взаимопонимание. Но ещё Тотлебен прибыл. Выдающийся тоже инженер, фортификатор. И начинается вот эта вот невероятная война на истощение, некое вот преддверие Первой мировой войны. Если бы там хоть кто-то был разумный и понимал, что вот эта вот война ресурсов в будущем бессмысленная, если этих ресурсов нет, какого количества смертей удалось бы избежать. Ну, там, кстати, блокады-то сплошной не было у Севастополя, и подкрепления хоть небольшие подходили. А поначалу всё равно всё это нелепо. Это опять-таки все таланты Корнилова, таланты Истомина, который из флотский экипажей, из моряков делают полноценный пехотный гарнизон. Ну, тоже невероятно. Но тут считается, что моряки всё-таки не пехота. У них там совершенно другие были взаимоотношения с офицерами. И, в общем, только 5 октября прошла первая такая серьёзная бомбардировка Севастополя, и в тот же день убит Корнилов. Ещё раз тоже вот какая история невероятная. Там же вообще все генералы легко идут в атаки, поднимаются на бастионы. Никто нигде в бункере не отслеживается. Ну, правда, вот Николай I что-то не прибыл в Крым к действующей армии, чтобы ободрить. А у нас же свежи воспоминания – да? – о 1812 годе. Ну, мало ли там как у Наполеона очень удачно…

В. Дымарский― Ну, да. Москву сдали, но зато мы…

М. Кузахметов― … а сейчас вот там как похолодает, уже октябрь, а потом ноябрь, ну, и всё. Они там сами все эти англичане и французы от наших диких крымских холодов-то и… Почему мы так подробно рассказываем? Вообще это для Европы эта война стала ключевым событием в середине ХIХ века. Это у нас она как-то редко упоминается, ну, как отдельные подвиги – да? – какого-нибудь матроса Кошки. А так вот, ну, что там? Чем гордиться? Проиграли против всей Европы бездарно. На Николая I свалили. Ну, и ладно.

В. Дымарский― Вы знаете, у нас сейчас… Мы должны сейчас будем сделать небольшой перерыв на новости. Но перед тем, как сделать перерыв я просто хочу один маленький эпизод рассказать из сегодняшнего дня. В 14-м году после известных событий в Крыму в журнал «Дилетант» позвонил… коллеги из другого журнала исторического и предложили совместно сделать такой сборник «Крымские войны». Но это выглядело красиво, вот вообще рассказать о всех крымских войнах. Ну, я так начал с ними разговаривать, расспрашиваю. Я говорю: «Как будем писать о Крымской войне?», — имея в виду вот эту, которую мы сейчас рассказываем, середина ХIХ века. Они говорят, ну, так, говорят, как? Ну, описываем Крымскую войну. Я говорю: «Вот мы же её проиграли». Они говорят: «Как проиграли?» Говорят: «А мы считали, что мы все выиграли». У нас до сих пор – да? – как это… как нам преподают и преподносят историю. У нас только славные страницы. У нас только должны быть победы. Поэтому в сознании сегодняшних людей, наших современников, и эта Крымская война тоже победоносная, потому что иначе быть не может. Это то, что…

М. Кузахметов― Конечно. Как мы отстояли…

В. Дымарский― Да. То, что вы рассказывали как раз про настроения там в Петербурге и так далее, – да? – что, ну, как? Выиграли. И выиграли. Вот должны выиграть. Проиграть мы ничего не можем. Правда, ещё… Можно ещё про японскую войну. Еще мы поговорим в будущем, наверное. Ну, хорошо. Мы сейчас сделаем перерыв на новости, после которого продолжим программу «Всё так плюс».

**********

В. Дымарский― Ещё раз добрый вечер! Мы продолжаем программу «Всё так плюс». Говорим мы сегодня о Крымской войне как основном событии, событии, к сожалению, со знаком минус правления Николая I, Николая Павловича. Вот я просто перед перерывом рассказал эпизод о том, как мы… у нас журналу «Дилетант» не удалось совместный проект реализовать с одними нашими коллегами, не буду называть их, которые удивились и не знали, что Россия проиграла Крымскую войну. И когда они это узнали, они от проекта… Раз проиграли, нет, ну, тогда мы ничего делать не будем. Тогда об этом рассказывать не надо. Вот так мы и живём в такой истории. Да.

М. Кузахметов― А мы близки… Мы близки к тому, что сейчас какая-нибудь комиссия по фальсификации истории объявит эту войну победоносной…

В. Дымарский― Или Следственный комитет, в котором…

М. Кузахметов― … поражение в Крымской войне. Крым отстояли. Нам расскажут по федеральным каналам, что у нас хотели захватить этот Крым проклятые Париж и Лондон, а мы его отстояли. Да? Вот. И…

В. Дымарский― Ну, да. А, по-моему, уже появлялась, что мы это вовсе… совсем… совсем и не проиграли. Да, да, да. Ну, хорошо. Давайте всё-таки пойдём дальше.

М. Кузахметов― Да.

В. Дымарский― Я напоминаю, что мы вот в том моменте не очень приятном этой войны. Это осада Севастополя. И я так понимаю, это еще 54-й год и…

М. Кузахметов― Да, да, да.

В. Дымарский― … одна за другой попытки русских войск прорвать эту осаду. И от… И от…

М. Кузахметов― Ну, вот 1-е вроде бы правильное решение, что раз союзники используют под Балаклавой как главную свою базу, так надо этого Балаклаву у них отбить. Заранее же об этом почему-то тоже не позаботились. Ну, вот вся эта печальная история, что готовились к войне и оказались не готовы. Не верили, что в Крыму высадятся. Мы про это рассказывали. А когда высадились, не помешали этой высадке. Ну, так вот, ну, тут Меньшиков вроде бы понимает, тогда надо отбить у англо-французов Балаклаву, тогда они останутся в такой своеобразной изоляции. Вообще англичане, французы действительно этого страшно боятся. И вот последовало в середине октября это знаменитое Балаклавское сражение, знаменитое в западной Европе и в первую очередь в Англии, потому что для англичан балаклава – это тоже слово нарицательное. Ну, как? Это их подвиг, потому что вдали от родины, черт-те где, в государстве, карт которого не было у командующего Реглана. А Реглан, он, кстати, сражался, как мы уже рассказывали, еще в свое время против Наполеона I, при Ватерлоо был. Но тут у него и в России, правда, много таких НРЗБ. Так вот там два…

В. Дымарский― Это тот самый Реглан, который дал название вот модели – да? – одежды.

М. Кузахметов― Да, да. Ну, я хотел отдельно про это рассказать, какие там появились…

В. Дымарский― Ну, да.

М. Кузахметов― … новые слова. Так вот. А здесь два эпизода. Это вошедший в историю, тоже многие, наверное, нашим радиослушателям знакомое словосочетание «тонкая красная линия». Это вот значит, последний рубеж обороны, который, ну, вот… никак вот нельзя отдаться врагу, надо вот стоять насмерть, потому что после него всё. Это откуда взялось выражение? Это придумал вообще корреспондент газеты «Таймс», военный репортер, который там оказался. Рассел, который в подзорную трубу с холма наблюдал, как вот русские штурмуют. И вот последний рубеж у англичан, пока не подошли французские подкрепления, – это шотландские стрелки, которые по регламенту должны строиться как минимум в четыре ряда, но фронт широкий, их мало. По приказу командующего они строятся всего лишь в два человека шеренги. И сверху всё это… Ну, все в красных мундирах английских знаменитых. Сверху всё это выглядит как тонкая красная линия. И вот ощетинившись штыками, они отбивают атаку казаков. Потом подходит французское подкрепление. Вот этот вот…

В. Дымарский― Есть даже… есть картина такая, по-моему. Да? Есть картина такая.

М. Кузахметов― Да, да. Там много картин в Англии. И фильмы про это целые есть. И есть…

В. Дымарский― Картина, я имею в виду живописная картина «Тонкая красная линия». Так и называется.

М. Кузахметов― Да, да, да. Всё это вот такой знаменитый эпизод. А второй в какой-то степени еще более знаменитый эпизод – это атака легкой бригады. Тоже эпизод у нас немножко в тени, может быть, там только для специалистов. А для Англии стихотворение об этом эпизоде в школьную программу входит уже давным-давно. То есть там всё это цепочка нелепых событий, когда кавалеристам отдается приказ отбросить наступающих русских. Но какой-то непонятный приказ. Непонятно, куда идти в атаку. И так получилось, что кавалерийский отряд примерно из 600 человек скачет по долине. Надо поскакать около 3 километров. Справа и слева на холмах русские стрелки и артиллеристы. То есть под убийственным перекрестным огнем отправляется в атаку, не рассуждая, не переспрашивая, а почему. А почему на погибель? А зачем? И вот для англичан это предмет и боли, и гордости в тоже время. Вот такая уникальная дисциплина. А раз конница, то это значит, цвет аристократии, лучшая часть армии. А ещё тоже вот яркие всё это эпизоды Крымской войны. Ведь как прибывают английские аристократы? Кто-то на своей яхте приплыл и, кстати, отправлялся туда на ночь, а потом днем снова прибывал к действующим войскам. Кто-то – с любимой собакой охотничий. Кто-то – с сигарой в зубах или там с трубкой в атаку. Вот мы, мол, какие! Как ничего не боимся! Но теперь там тропические потери А так это бессмысленная по сути оказалось Но вот в английской истории всё это такой вот яркий выдающийся эпизод, которым вот в Англии гордятся. Ну, как я уже упомянул там, ладно стихотворение, несколько фильмов существует. У нас, кстати, вот полноценного фильма о Крымской-то войне и вовсе нет. Есть про генерала Нахимова, но там всё немножко своеобразно преподносятся. И тоже вот еще любопытный эпизод, возвращаясь к предыдущим нашим программам, ведь в этом сражении Балаклавском русскими войсками командовал генерал по фамилии Липранди. А нам это фамилия чем знакома? Ведь это родной брат того самого Липранди, который в угоду Николаю I сфабриковал жуткое дело петрашевцев. Сам вот его придумал, сам его расписал, спровоцировал, из-за чего…

В. Дымарский― Мы говорили об этом пару программ назад. Да. Так что можно найти.

М. Кузахметов― … Достоевский. Вот и два родных брата. Причем тоже… Липранди, он же тоже боевой офицер, воевал еще войну 1812 года. Человек личной беспримерной храбрости. Павел Липранди. Потому, что провокаторами занимался его брат Иван Липранди. Так вот и он даже современникам нравился как офицер-гуманист, потому что за время командования им полками, ну, там в основном, правда, всё это в гвардии были, он ни одного из нижних чинов не подверг телесному наказанию. Казалось бы. И в тоже время вот, ну, не гений. Не получается вот подготовиться к сражению так, чтобы оперативно управлять своими войсками. Всё вот расчет на то, что одной решительной атакой опрокинем врага, обратим его в бегство, и победа наша. А если сражение затягивается, то вот тут у каждого из русских командиров какая-то личная драма, не знают, что дальше делать. Следует приказ либо об отступлении, либо отправляют почему-то солдат также вот в бой и никаких маневров. Ну, в общем, и здесь вот вроде бы русские сходу захватили редуты, которые, кстати, защищали турки. И после этого туркам уже англо-французы не доверяли. А дальше, ну, вот отправили там в атаку тоже русскую кавалерию тот же Липранди, они там отогнали защитников, а потом вернулись. Мы свою задачу выполнили. Преследовать дальше не стали. Инициативы никакой не получается. Или не было предусмотрено там в диспозиции, что там… какие могут быть варианты действий. И в итоге из-за того, что всё это затянулось, всё это сражение, успели подойти к англичанам, которых в это время около Балаклавы было мало, французские подкрепления. Ну, и позиции соответственно смогли удержать. Русских смогли заставить отступить. И вот эта атака на Балаклаву по сути провалилась. Балаклава как важнейшая база снабжения осаждающих около Севастополя оказалась в руках союзников. И всё то, что можно было решить одним решительным сражением провалилось. Причём вообще тоже вот любопытно. Там же постоянно наращивали силы или союзники, которые подводили подкрепления, и русские войска. Ну, вот чтоб изначально добиться превосходства серьёзного, концентрации, не делал никто. Все равно бездарно. Особенно тут удивительно, конечно, про наших соотечественников, потому что… Ну, как вот защищает, например, Липранди? Вот эта атака на Балаклаву, ведь она привела к тому, что союзники испугались сходу идти на штурм Севастополя. Если вот мы так вот смогли, передвигая резервы, отбить атаку на Балаклаву, так и нас ведь соответственно при штурме Севастополя просто всех переубивают, наших солдат. Значит, надо еще более ответственно подготовиться. И в очередной раз отложили решительный штурм. Ну, в общем, война затягивается. Наши…

В. Дымарский― А подкрепление не приходит, кстати. Да? Пока ещё.

М. Кузахметов― Ну, приходит или не приходит, не… Приходят. Но просто это всё несерьёзно. Это ж не Наполеон, который может легко из Булонского леса перебросить совершенно неожиданно почти за тысячу километров всю свою армию, бросить против Пруссии. Ничего подобного не происходит. Всё хочется какими-то отделаться… Опять-таки командующие никакой инициативы проявить не могут. Это, может быть, на свой страх и риск Паскевич там перебрасывает из неопределённых, кстати, распоряжений Николая I полки или дивизии с балканского театра боевых действий, но попутно идет мобилизация. Ну, они подходят. Но по сути всё, что происходит дальше вот весь этот год…

В. Дымарский― Но при этом мы держим огромную армию в Польше, большую армию естественно вокруг Петербурга, большую армию…

М. Кузахметов― Почти 30 тысяч человек.

В. Дымарский― Большую армию в Бессарабии.

М. Кузахметов― Да! Но Бессарабия близко. Ладно, Петербург там, идти 2 месяца. Но хотя б 300 тысяч человек. Но это уже там ещё ближе к 1855 году, потому что было страшно. Там слухи по Петербургу тоже ходят невероятные. Разведки никакой нет. После всех вот этих поражений в Петербург вдруг распространяются слухи, что сейчас Франция пришлёт полумиллионную армию против нас, и нам всем конец тогда. Сейчас как вот высадятся они…

В. Дымарский― А пришло… Пришло, по-моему, 10 тысяч или что-то…

М. Кузахметов― Ну, в общем, ручеек подкреплений, получается, идёт…

В. Дымарский― Ну, да.

М. Кузахметов― … в Севастополь. Страшно туда отправить 100-тысячный корпус, который мог бы, может быть, хотя бы победить не умом, а числом, ну, или там неисчислимостью. Ну, в общем, следует еще одно сражение так называемое Инкерманское. Опять-таки всё это командует Меньшиков. Причём тут вот, ну, вроде бы наконец-таки он добился явного численного превосходства, но это всё деблокировать соответственно Севастополь, раз Балаклава не получилась, ну, значит, надо помочь осаждённому Севастополю, помешать союзником начать его штурм. И тут вот Меньшиков в отличие от сражения при Альме, вот он вроде бы подготовил план, кто, когда должен где выступать. У него там одну из решающих атака должен был проводить генерал Соймонов. Тоже вот это боевой генерал, который воевал в своё время ещё с Наполеоном. Там на месте прорыва у этого генерала Соймонова 15 тысяч солдат против отряда из 2 700 англичан. Казалось бы, вот одна решительная атака и… Это же всё тоже осаждающие… Ой… Англо-французы должны вести осаду Севастополя, откуда может быть, кстати, вылазка, одновременно снаружи как будто бы их… их атакуют русские части Меньшикова. То есть они сами могут оказаться под перекрестным огнем. Но следует вот тоже совершенно невероятное. Этот Соймонов, которого ни в чем не упрекнуть, тоже идёт впереди своих солдат и гибнет практически в самом начале сражения. Но его отряд крупный остается без командира, причем погибли и остальные генералы, которые были в его колонне вот этой из 15 тысяч солдат. А англичане удивительным образом, тоже не оценив, какие силы против них действуют, наоборот идут в контратаку. И дальше, соответственно оставшись без командира, русские солдаты останавливаются в нерешительности и начинают отступать. Ну, может быть, не бегство там. Но командования нет. Меньшиков там тоже в дали. Распоряжений никаких нет. И русские солдаты нерешительно отходят против в несколько раз противостоящих им сил англичан. Точно так же захлебнулась атака генерала Павлова, хотя у него тоже было двукратное преимущество на его участке. А потом ещё подходит подкрепление французов, ну, и вся эта вроде бы хорошо спланированная, подготовленная атака кончается ничем. Тем более что отряд генерала Горчакова, который должен был тоже отвлечь силы англо-французов еще на одном участке сражения, ну, как мог отвлекал. Ну, вот что ставят в заслугу Горчакову, зато всего лишь 15 убитых у него, потому что он как… издалека так постреливал, никому на помощь не пришел. Меньшиков никаких распоряжений не отдал. Ну, и вот очередное безобразное поражение вот это Инкерманское. Конечно же, и впоследствии всё это валили на бездарность Меньшикова, на бездарность Горчакова, на бессмысленное храбрение Соймонова, который сам пошел впереди, был тут же убит и оставил своих солдат без командиров. Но опять-таки, а союзники в это время не побоялись отправить срочно, ну, это вот генерал Боске, Пьер Боске снять откуда-то там около 10 тысяч солдат французских…

В. Дымарский― Французское подкрепление подошло.

М. Кузахметов― Да. Французское подкрепление. То есть кто действует смело и проявляет инициативу, а кто-то беспомощен. Ну, и получается, что у русских еще и огромные потери во время отступления, потому что они же отходят тоже дисциплинированно. Лучше бы они, может быть, побежали бы с поля боя. Нет, они там по командам там. Начинаем отступать. Медленно двигаются. И в это время их фактически расстреливают картечью. Ну, там любой выстрел картечи с близкого расстояния – это сотни убитых практически сразу, когда вот звучит сигнал к отходу. А всё это, кстати, в 11 часов утра всё уже завершилось. Но сам Меньшиков, кстати, тоже в этом сражении был ранен. То есть никто не боялся, не отсиживался там в нескольких километрах в избе как там в своё время Кутузов. Ну, и вот наконец и в Петербурге, ну, вот уже после Ингерманла… Инкерманского сражения приходит хоть какое-то вот осознание, что всё не так просто, что вот не получается вот так вот легко разделаться с супостатами, с врагами. И вот тут-то и начинают уже эти страшные слухи распространяться, что сейчас они ещё у нас около Петербурга огромную армию высадят. Сейчас вот ещё и австрийцы со своей гигантской армией дорогу нам переведут. Ну, и опять-таки что вот Николай I? Это ж не Наполеон, чтобы разбить их поодиночке или, упреждая там, начать марш на Вену. Ничего подобного-то не происходит. Зато Меньшиков погружается в депрессию, теряет веру. А Меньшиков, ну, потомок – да? – того самого знаменитого светлейшего князя, тоже князь Меньшиков, он же поначалу настолько вот был уверен в победе, это ж он слал Николаю I такие храбрые реляции, да не о чем бояться. Ну, а единственное вот достижение всей этой бойни при Инкермане, что союзники в очередной раз просто откладывают штурм. Ну, и вот почему вся эта вот осада затянулась. Более того это уже ноябрь. Это уже начинается… начинаются шторма на Черном море. И вот опять-таки подарок Николаю I, потому что 14 ноября разразился такой жестокий шторм, что союзники потеряли 53 корабля.

В. Дымарский― Если не морозы, то шторм нам помог тогда.

М. Кузахметов― … на нашей стороне. Вот счастье-то какое.

В. Дымарский― Да уж.

М. Кузахметов― То есть ни в одном морском сражении в ту эпоху союзники не потеряли столько кораблей. Там и до этого были всякие недоразумения. То корабль сядет на мель, союзников корабль около Одессы. Ну, вот то шторм, холера там. И тем не менее, ну, опять вот когда командование, русское командование я имею в виду, не способно к какой-то инициативе, к какому-то серьезному маневру, в общем, ничем этим и не смогли воспользоваться.

В. Дымарский― Больше 50 кораблей погибло.

М. Кузахметов― Да! Да!

В. Дымарский― Потеряли союзники. Да.

М. Кузахметов― … во время шторма. Ну, пусть там половина транспортники, но всё равно всё это очень важно. Причём там же погибли, кстати, во время шторма, например, корабль, который вёз зимнее обмундирование. Это же тоже столько вот жизней можно было бы спасти. Или корабль, который вёз там медикаменты. Это всё драматично для союзников складывается.

В. Дымарский― Ну, да. тем более еще зима наступает. И тем не менее. Да?

М. Кузахметов― Ну, конечно. Тем более что все упрямы, что Наполеон III, что Николай I. Никто не готов никому уступать. Ни в какие переговоры там соответственно никто не собирается вступать. Зато все командующие просят подкреплений без конца, что вот сейчас ещё опасно, ну, этого союзники, – да? – идти на штурм, нужно ты ещё больше подкреплений, а то видите, как вот опять-таки нас русские пытались штурмовать, а принесли огромный урон. Чтоб мы такой же урон не понесли, значит, надо еще более мощную бомбардировку Севастополя с одной стороны. А с другой стороны нам ещё нужно больше подкреплений. И вот в начале 1855-го прибывает очередное подкрепление в виде турецкого.

В. Дымарский― То есть фактически вот до февраля 55-го года всю зиму, в общем-то, все стояли на местах. Там особенно никаких событий не происходило.

М. Кузахметов― Бомбардировки Севастополя проходили практически ежедневно. В Севастополе… Ну, когда вот начались бомбардировки…

В. Дымарский― Обстрелы, можно скорее…

М. Кузахметов― … агрессивнее. Обстрелы. Да. Либо добиться капитуляции, либо там их всех перебить. Но тем не менее в Севастополь тоже идёт ручеек подкреплений. И как мы рассказывали, разрушенные укрепления за день русские за ночь умудряются восстанавливать. Тем более что камней вокруг полно. Героизм исключительный у солдат. Никаких паникерских настроений. Будем сражаться до конца. Вот там же сохранились офицерские воспоминания. В конце концов там уже… там же Лев Толстой оказался среди младших офицеров, которые вот в своих «Севастопольских рассказах» оставил достаточно яркую картину всех этих событий. Никаких пораженческих настроений. Никто там не скулит и не воет: мы все умрём. Наоборот, там же зимой перебежчики начинаются. Причём перебежчики чьи? Замученные этими дикими крымскими холодами англичане или французы, ну, и турки в том числе перебегают к нам, рассказывают…

В. Дымарский― Ну, я вам хочу сказать, что Толстой-то это всегда немножко приукрашивал события, так же как…

М. Кузахметов― Художественная литература. Да. Не без этого.

В. Дымарский― Так же как он приукрасил, в общем-то, войну 12-го года.

М. Кузахметов― Ну, позднее. Начал-то он вот войну именно с «Севастопольских рассказов», я считаю более честных. И ничего такого не придумывал про дубину народной войны.

В. Дымарский― Да, да.

М. Кузахметов― Писал вот достаточно…

В. Дымарский― Это правда.

М. Кузахметов― … откровенно. Это потом решил, что воевать ни с кем не надо. Вся победа, она в сердце русского солдата, в его душе, в глубине. Поэтому Кутузов ничем и не командовал, потому что всё это было бессмысленно. Тут он как раз-таки не так рассуждал. Мы еще расскажем, как он откликнулся в стихотворении: гладко было на бумаге да забыли про овраги. Ну, так вот здесь Меньшиков, узнав о том, что высадились 20 тысяч турок в Евпатории, думает, ну, уж с турками-то мы точно справимся. Уж сейчас-то мы одним ударом сбросим их в море как не раз это делал, например, Суворов. Ну, уж с ними-то точно мы должны одержать победу. Следует короткое сражение. И ничего не получается.

В. Дымарский― Это Вы имеете в виду вот освобождение Евпатории?

М. Кузахметов― Попытка. Да. Попытка освободить хотя бы Евпаторию, потому что побережье практически целиком уже в руках союзников. Они используют наши бухты, наши порты в своих целях. И ничего не получается. Не получается и турок опрокинуть. То есть русские опять-таки во время штурма не могут захватить укрепления турецкие уже и отступают. Тут уже Меньшиков, которого, кстати, Николай I до последнего держал командующим, ободрял своими письмами. Тут уже Меньшиков совсем сдулся, потерял веру в победу. Ну, и назначен новый командующий. Ну, казалось бы, при таком ассортименте, который был у Николая I, ну, Паскевич, например. Да? Человек, который ни одного сражения не проиграл. В самом Севастополе хоть они и моряки, но уже доказали свои таланты. Там правда к этому времени почти все погибли. Кого назначает Николай I? Горчакова. Самого, наверное, бесполезного из всех генералов. Самого нерешительного. Самого беспомощного. Которой оправдывался всегда как? Что сначала надо добиться серьезного превосходства, преимущества в силах, сосредоточить, а без этого не надо атаковать, солдат надо беречь. Это опять-таки вся эта история, беречь надо армию. Ну, и тут вот Николай I начинает уже резко сдавать. В общем, не за горами его смерть. Мы можем, забегая вперед, рассказать, что Николай I от всех этих несчастий и ударов судьбы умер в разгаре Крымской войны. Мы потом отдельно будем рассказывать про его смерть. А Крымска война продолжилась. А сейчас вот начало 1855 года. Приходят очередные неутешительные известия. И вот очередной там тоже удар для Николая I такой политический, дипломатический: пребывают в Крым 15 тысяч итальянских солдат. Это вот то, что мы рассказывали, Сардинское королевство. Ну, не совсем они сардинцы. Да? Соответственно это Пьемонт, север Италии. Это вот Турин. И почему вдруг итальянцы прибыли? Потому, что им… Это вот победа французской дипломатии, да? Потому, что Наполеон III пообещал, что если нам поможете в Крыму, я вот королю Виктора Эммануилу, сардинскому королю, помогу присоединить к своим владениям Венецию, Ломбардию, ну, север Италии, да вообще, наверное, помогу наконец-таки всем этим разрозненным итальянским государствам объединиться под властью одного короля. Что тут такого? Почему… Почему бы не пообещать? Кстати, слова своего не сдержал, хотя позднее Италия все-таки объединилась. А Николай I… Ну, что вот ему-то стоило пообещать сардинскому королю хоть что? Раз сардинский король этот Виктор Эммануил ищет поддержку среди европейских крупных держав своих амбициозных планах за счёт австрийцев там увеличить свои владения. И Наполеон III не боится ссориться с австрийцами, а Николай I боится. Ну, то есть там вообще, конечно, никакой продуманной дипломатии не происходит. Ну, в общем, прибывают очередные подкрепления к союзникам самые невероятные, какие только могли быть. Казалось бы, ну, что там итальянцам-то делать в этом Крыму? Когда-то там были генуэзские крепости, но сейчас-то чего? Всё уже изменилось. Ну, и, возможно, этот… это известие и добило Николая I, потому что 2 марта 1855 года в Петербурге Николай I умирает. Анонсируем, что мы потом все подробности этого печального события расскажем отдельно. А война-то продолжается, несмотря на то, что на престол вступил следующий герой нашего рассказа Александра II, старший сын Николая I. Но ситуация вообще-то патовая, потому что к весне соответственно союзники готовят все-таки решительный штурм и взятие Севастополя. Это ж тоже невероятно, вся Европа сражается за один-единственный город с неисчислимый потерями с обеих сторон. Союзники довели, кстати, к весне 1855 года свои силы в Крыму до 170 тысяч человек. Ну, Россия соответственно там ручейком, там небольшой речкой подкреплений тоже доводит силы в Крыму, ну, в степном Крыму, потому что за побережье сложно бороться, примерно до такой же численности. А в самом Севастополе продолжается вот тоже месяцами отчаянная вот эта вот борьба земляная, ее так называли, когда чтобы приблизить свои осадные орудия к Севастополю там змейками такие окопы, чтобы быть недосягаемыми для вражеских стрелков, тоже старинная такая вся осадная история со времен средневекопья… Средневековья. Терпеливо копаются траншеи, приближаются и приближаются. Вообще все основные боевые действия в Севастополе ведутся около Малахова кургана. Тоже известный – да? – топоним. Это высота над Севастополем господствующая, в чьих она руках соответственно…

В. Дымарский― Ну, это такой… Да, это такой ключ к городу фактически.

М. Кузахметов― Ключ к городу. И вот эти земляные работы на изнеможение ведутся вот месяцами, получается. Тоже фантастическая история. То есть получается, союзники, в общем, и зиму пережили. Мы забыли упомянуть, ведь на каком-то этапе в конце осени ещё 1854 года Николай I, разозлившись на все неудачи, так и говорил, ну, ничего, на моей стороне еще генерал январь, генерал февраль. Там ещё посмотрим. Видали мы, что с французами происходит, когда начинает падать снег. Но ничего не произошло, потому что французы никуда не… не уехали. Да и англичане. Только подкрепления привозили. Да ещё теперь и итальянцы оказались на их стороне. И вот очередная там драма, в марте гибнет генерал Истомин, а в июне убит генерал Нахимов. И Севастополе остается без своих командиров к лету 1855 года.

В. Дымарский― Ну, что? Мы тогда сейчас вот завершаем эту программу. У нас же не закончилась Крымская война. По ходу дела у нас сменился император. Но, конечно, и Крымской войне и новому уж тем более императору Александру II мы посвятим еще достаточно много времени в нашей программе. Поэтому мы пока прощаемся до следующей субботы, до следующей программы «Всё так плюс». Максим Кузахметов и Виталий Дымарский. До встречи!

М. Кузахметов― До свидания!

Осада Севастополя (1854). Холст, масло, 33х73

В октябре 1853 года началась Крымская война. Весной 1854 года боевые действия приблизились к берегам Крыма. Турецкие, французские и английские военные корабли вели бомбардировку прибрежных городов и поселков.
По понятным причинам события этой войны нашли особый отклик в душе художника. Айвазовский несколько раз посетил Севастополь, следил за развитием событий, делал зарисовки, писал акварели. В конце мая художник открыл выставку своих произведений в Севастополе. Она получила горячий прием в городе, охваченном войной.
По свидетельствам современников, залы выставки с утра до вечера были заполнены солдатами, матросами, горожанами. Сам Айвазовский был там и, вслушиваясь в толки, исправлял ошибки. Многое из того, что связано с Крымской войной (1853-1856) и особенно с участием в ней черноморского флота, было изображено великим маринистом.
Из серии картин созданных художником непосредственно во время Крымской войны в Феодосийской картинной галерее хранится небольших размеров холст «Осада Севастополя».
Это эпизод из жизни осажденного города. Картина написана под непосредственным впечатлением посещения Севастополя, изображает панораму города от Северной стороны до Херсонесского маяка и, дальше в открытое море.
Все в городе изображено с документальной точностью: наиболее крупные дома, береговые батареи, корабельная слободка. За городом на холмах идет бой. О военных действиях напоминают многочисленные взрывы, дым от которых рассеялся в небе, мачты затопленных кораблей в Северную бухту, да фигуры воинов.
Горизонт закрыт клубами орудийного дыма. Английская эскадра стоит у Херсонесского маяка. На переднем плане, на Северной стороне, изображена группа пленных французов под конвоем казаков. Город занимает незначительную часть дальнего плана композиции
Ювелирно, как на миниатюре, выписаны отдельные строения. Справа огромное необозримое горное пространство, слева – уходящее за горизонт море. Город освещен лучами заходящего солнца. Светлое небо – в легких облаках. Художник, стремясь усилить впечатление грозной битвы, изображает ее в тихий ясный летний вечер.
Много раз в течение жизни И.К. Айвазовский изображал парусные боевые корабли, но плавать на них ему больше не довелось. Когда в 1854 году художник приехал в осажденный Севастополь, он увидел над водой только верхушки мачт кораблей Черноморского флота, преградивших своими корпусами вход в Севастопольскую бухту.
Многие героические вехи истории русского флота отразил художник в своем творчестве. Фактически в своих батальных картинах Айвазовский запечатлел летопись русского военно-морского флота с момента его основания в тех эффектных и несколько приподнятых образах, которые были вообще свойственны его творчеству.

Осада Севастополя: ужасные условия в британском лагере — архив, 1855 г. | Крым

Осада Севастополя (известного в то время на английском языке как Севастополь) длилась с октября 1854 года по сентябрь 1855 года, во время Крымской войны.

Лагерь перед Севастополем

9 января
Сейчас обычное дело — видеть рядового, возвращающегося с дежурства в окопах и на дальних пикетах, без обуви и ужасно страдающего от холода.Происходит это так: —

Когда мужчины идут на дежурство на ночь, снег тает от солнечного тепла, их ботинки становятся очень мокрыми; Ночной мороз замораживает кожу, и бедняги срезают сапоги, чтобы облегчить агонию, вызванную твердостью кожи, давящей на их нежные ноги. В надежде избежать этой трудности было выпущено несколько пар турецких длинных сапог, но их недостаточно для использования в самых общих условиях.

11 января
Погода снова резкая и морозная.Снег почти сошел. Бедствия, которые испытывают наши войска в некоторых случаях, ужасны. Палатки из-за того, что они так долго использовались, во многих случаях совершенно бесполезны — разорваны и без каких-либо средств закрепления дверного проема. В них люди сбиваются в кучу, как свиньи, и в сырую погоду они не намного чище. Иначе и быть не может. Палатки не водонепроницаемые, и дождь идет не только через дыры, но и через брезент. После ночного дождя, если, как это часто бывает, до утра наступит мороз, можно догадаться о невзгодах и дискомфорте жителей.Заявление по заявке делается на палатки, но ответ «нет в магазине».

Трудно сказать, счастливы ли мужчины на работе или вне ее. Дорога сейчас хуже, чем когда-либо — из-за мороза она либо очень скользкая, либо очень грязная. На дороге еще можно увидеть лошадей и мулов; где они падают, там они умирают. Но поскольку сейчас прибывает еще несколько человек, следует надеяться, что с бедными животными не придется так усердно работать. Такова система, стоящая во главе нашего комиссариата, что когда животные прибывают, у них нет парковых седел, с которыми можно было бы работать.На Босфоре собрано огромное количество буйволов, собранных для нашего комиссариата, и их немедленно отправляют.

Турецкие войска перед Севастополем находятся в крайне плачевном состоянии. Осман-паша, их командир, говорит, что из 2160, составляющих его пять батальонов, 1090 больных; из оставшихся 120 — офицеры, а 520 заняты уходом за больными, добычей топлива, приготовлением пищи и другими необходимыми обязанностями; так что осталось меньше 500. Он потерял 938 человек из 3000 — свою изначальную силу.Вы можете догадаться, что его армия здесь не особо поможет.

Солдаты 8-го гусарского полка собираются вокруг котлов, пока повар разливает еду в миску, Крым, 1855 год. Фотография: Роджер Фентон / Алами. Фото:

12 января. момент за гранью воображения. Больные люди лежат в палатках, незащищенных от непогоды, и между ними и небом остается только кусок холста. Вот реплика военного врача 2-го дивизиона.Доктор Маршалл в письме к доктору Холлу пишет: «Прошу вас сообщить, что гангрена стоп, вызванная сильным холодом, становится частым явлением среди мужчин; Пять случаев произошло прошлой ночью (5 января) только в 55-м полку. Я с сожалением должен сказать, что многие мужчины в этом подразделении еще не получили теплой одежды, и во многих случаях у мужчин есть только одно одеяло ».

Прискорбный результат воздействия погоды очевиден, и я боюсь, что сегодня холод еще сильнее, чем когда-либо.В полдень градусник стоял на отметке 16 футов, ветер пронизывающий с севера. Больные больше всего нуждаются в приюте, так как лежат в беспомощном состоянии, но для них еще не построили хижину. Примерно четыре тысячи человек постоянно подвергаются таким действиям в среднем по всему лагерю, и их становится практически невозможно переправить в Балаклаву. Слишком холодно; они погибнут от разоблачения.

Не проходит и дня, когда больные прибывают в Балаклаву, и один или два человека не умирают в пути.Противник продолжает вести огонь из батареи, воздвигнутой на верховьях Инкермана, чтобы раздражать наши войска на заставе и лагере второй дивизии; но мы отводим наши форпосты днем, наступая на них ночью, и нашим людям еще не нанесен серьезный ущерб.

Это отредактированный отрывок. Подробнее об осаде.

Осада Севастополя с помощью новой 32-фунтовой батареи над левой атакой Пикет Хаус / М.А. Биддульф Капитан. Р.А. del. ; E. Walker lith. ; День и сын, Литр.Королеве.

Библиотека Конгресса не владеет правами на материалы в своих коллекциях. Таким образом, он не лицензирует и не взимает плату за разрешение на использование таких материалов и не может предоставить или отказать в разрешении на публикацию или иное распространение материала.

В конечном счете, исследователь обязан оценить авторские права или другие ограничения на использование и получить разрешение от третьих лиц, когда это необходимо, перед публикацией или иным распространением материалов, найденных в фондах Библиотеки.

Для получения информации о воспроизведении, публикации и цитировании материалов из этой коллекции, а также о доступе к оригинальным элементам см .: Коллекция Popular Graphic Arts Collection — Информация о правах и ограничениях

  • Консультации по правам человека : Нет известных ограничений на публикацию в США. Использование в других странах может быть ограничено законами других стран. Для получения общей информации см. «Авторские права и другие ограничения… «https://www.loc.gov/rr/print/195_copr.html
  • Номер репродукции : LC-DIG-pga-05908 (цифровой файл из оригинала) LC-USZC4-10269 (прозрачная цветная пленка для копирования) LC-USZ62-17333 (ч / б пленка, копия негр.)
  • Телефонный номер : PGA — Day & Son — Осада Севастополя … (размер B) [P&P]
  • Консультации по доступу : —

Получение копий

Если изображение отображается, вы можете скачать его самостоятельно.(Некоторые изображения отображаются только в виде эскизов вне Библиотеке Конгресса США по соображениям прав человека, но у вас есть доступ к изображениям большего размера на сайт.)

Кроме того, вы можете приобрести копии различных типов через Услуги копирования Библиотеки Конгресса.

  1. Если отображается цифровое изображение: Качество цифрового изображения частично зависит от того, был ли он сделан из оригинала или промежуточного звена, такого как копия негатива или прозрачность.Если вышеприведенное поле «Номер воспроизведения» включает номер воспроизведения, который начинается с LC-DIG …, то есть цифровое изображение, сделанное прямо с оригинала и имеет достаточное разрешение для большинства публикационных целей.
  2. Если есть информация, указанная в поле «Номер репродукции» выше: Вы можете использовать номер репродукции, чтобы купить копию в Duplication Services. Это будет составлен из источника, указанного в скобках после номера.

    Если указаны только черно-белые («черно-белые») источники, и вы хотите, чтобы копия показывала цвет или оттенок (если они есть на оригинале), вы обычно можете приобрести качественную копию оригинал в цвете, указав номер телефона, указанный выше, и включив каталог запись («Об этом элементе») с вашим запросом.

  3. Если в поле «Номер репродукции» выше нет информации: Как правило, вы можете приобрести качественную копию через Службу тиражирования.Укажите номер телефона перечисленных выше, и включите запись каталога («Об этом элементе») в свой запрос.

Прайс-листы, контактная информация и формы заказа доступны на Веб-сайт службы дублирования.

Доступ к оригиналам

Выполните следующие действия, чтобы определить, нужно ли вам заполнять квитанцию ​​о звонках в Распечатках. и Читальный зал фотографий для просмотра оригинала (ов). В некоторых случаях суррогат (замещающее изображение) доступны, часто в виде цифрового изображения, копии или микрофильма.

  1. Товар оцифрован? (Уменьшенное (маленькое) изображение будет видно слева.)

    • Да, товар оцифрован. Пожалуйста, используйте цифровое изображение вместо того, чтобы запрашивать оригинал. Все изображения могут быть просматривать в большом размере, когда вы находитесь в любом читальном зале Библиотеки Конгресса. В некоторых случаях доступны только эскизы (маленькие) изображения, когда вы находитесь за пределами библиотеки Конгресс, потому что права на товар ограничены или права на него не оценивались. ограничения.
      В качестве меры по сохранности мы, как правило, не обслуживаем оригинальный товар, когда цифровое изображение доступен. Если у вас есть веская причина посмотреть оригинал, проконсультируйтесь со ссылкой библиотекарь. (Иногда оригинал слишком хрупкий, чтобы его можно было использовать. Например, стекло и пленочные фотографические негативы особенно подвержены повреждению. Их также легче увидеть в Интернете, где они представлены в виде положительных изображений.)
    • Нет, товар не оцифрован. Перейдите к # 2.
  2. Указывают ли вышеприведенные поля с рекомендациями по доступу или Номер вызова, что существует нецифровой суррогат, типа микрофильмов или копий?

    • Да, существует еще один суррогат. Справочный персонал может направить вас к этому суррогат.
    • Нет, другого суррогата не существует. Перейдите к # 3.
  3. Если вы не видите миниатюру или ссылку на другого суррогата, заполните бланк звонка. Читальный зал эстампов и фотографий. Во многих случаях оригиналы могут быть доставлены в течение нескольких минут. Другие материалы требуют записи на более позднее в тот же день или в будущем. Справочный персонал может посоветуют вам как заполнить квитанцию ​​о звонках, так и когда товар может быть подан.

Чтобы связаться со справочным персоналом в Зале эстампов и фотографий, воспользуйтесь нашей Спросите библиотекаря или позвоните в читальный зал с 8:30 до 5:00 по телефону 202-707-6394 и нажмите 3.

Книг о перьях и мечах: Осада Севастополя 1854 — 1855 гг.

Крымская война, самая разрушительная и смертоносная война девятнадцатого века, была предметом бесчисленных книг, но историк Энтони Доусон собрал удивительную коллекцию ранее неизвестных и неопубликованных материалов, включая многочисленные письма и частные журналы.Многие неиспользованные французские источники раскрывают аспекты боевых действий в Крыму, которые никогда ранее не освещались.

Отчеты демонстрируют страдания солдат во время дикой зимы и разрушения, вызванные холерой и дизентерией, в результате которых погибло более 16 000 британских солдат и 75 000 французов. Хотя есть наглядные свидетельства из первых рук тех, кто сражался на склонах Альмы, в долине смерти в Балаклаве и в тумане Инкермана, в книге основное внимание уделяется осаде; великие артиллерийские обстрелы, штурм Редана и Мамелона и крупнейшая искусственная дыра в истории до того времени, когда русские взорвали оборону, которую они не могли удержать, со своими людьми внутри.

Осада Севастополя также впервые подчеркивает четвертое крупное сражение в Крыму, битву на Черной в августе 1855 года, последнюю крупную попытку русских прорвать осаду. Это сражение, в котором участвовали преимущественно французы, никогда раньше не рассматривалось в англоязычных книгах.

Как показано в

Военное наследие, май 2018 г.

На мой взгляд, книга стоит своей обложки только из-за того, что в ней говорится об Альме, но она также показывает, что французская администрация в первую зиму была не так хороша, как нам сказали.Возможно, они были не такими плохими, как мы, но у них тоже были огромные трудности. Я горячо рекомендую его как важную книгу для всех, кто интересуется Крымской войной.

Крымское военное общество

Автор уже выпустил ряд успешных книг, освещающих аспекты Крымской войны. Эта новая книга является частью популярной книги «Голоса из прошлого — много рекомендую».

Полный обзор читайте здесь.

Пожарный

Серия «Голоса из прошлого» — один из самых увлекательных из всех исторических проектов. В этой увлекательной книге впервые слышны голоса людей, участвовавших в войне в Крыму. Интересный и интригующий материал.

Книги ежемесячно

Об Энтони Доусоне

Энтони Доусон — историк и археолог с более чем десятилетним опытом работы в музеях и историческом наследии. Он работал в Музее Манчестерского полка и Музее науки и промышленности в Манчестере, где находится старейшая в мире пассажирская железнодорожная станция.Он работает железнодорожным волонтером в S&IM и NRM, работает пожарным на уникальной копии «Планеты Роберта Стивенсона». Выпускник Университета Брэдфорда и аспирант Университета Лидса, Энтони также является членом Исторического общества железных дорог и каналов и Общества Ньюкомен. Он также писал о Крымской войне, в том числе о нападении легкой бригады (Письма из легкой бригады, Pen & Sword, 2014).

Другие названия серии…

Другие заголовки в Frontline Books …

КРЫМСКАЯ ВОЙНА 1853 — 1856 — ОСАДА СЕВАСТОПОЛЯ 1854

xxxxx Из начало Крымской войны, захват российской военно-морской базы Севастополя была главная цель союзников — Британия, Франция и Османская империя. В сентябре 1854 г. русские попытались помешать союзникам достичь город битвы на реке Алма.Когда это не удалось, и Союзники осадили военно-морскую базу, затем попытались, безуспешно, чтобы снять осаду Балаклавскими сражениями и Инкерман. Но хотя союзным войскам удалось окружить Севастополь в октябре 1854 г. взять город не удалось. почти год из-за некомпетентности их командиров и упорное сопротивление русского гарнизона. В конце концов Французы сумели захватить форт Мамелон и Малахов Линия обороны на юге — восточнее города.Затем продолжительное бомбардировка базы и победа французов в битве при Черная фактически положила конец сопротивлению русских. Город был захвачен в сентябре 1855 г., но русские согласились на мирное урегулирование только после Австрии угрожал присоединиться к войне против них. Как мы увидим, Парижский мирный договор завершил свою работу в марте 1856 г., но критика ведения войны не выдержала критики. на, сосредоточенный вокруг низкого качества военного руководства и практически полное отсутствие медицинской помощи больным и раненым.В Великобритании, это привело к реорганизации военного медперсонала. услуги, начатые медсестрой Флоренс Найтингейл в 1855 году и продолженные после нее war- служба времени.

xxxxx С самого начала Крымской войны премьер целью союзников был захват Севастополя, военно-морская база на юге полуострова, которая была штаб военно-морского флота России и родина русских флот.Как мы видели, это было в сентябре 1854 года, когда англо-французские войска высадились в Евпатория, наступила на Севастополь. К северу от города, однако он столкнулся с русской армией и был вынужден в Битва на реке Алма. Союзники в конечном итоге заставили русских бегства, но они не смогли без промедления преследовать врага, и когда они прибыли в Севастополь, оборона была введена место, и они были вынуждены осадить город.

xxxxx Два основные сражения, которые произошли позже в том же году, Сражения Балаклавы и Инкермана были попытками русских сломать союзническую мертвую хватку на Севастополе. Они оба потерпели неудачу, но тем временем, однако, союзники столкнулись с большими трудностями. в прорыве обороны города. Их строки не полностью окружить военно-морскую базу, и, таким образом, русские смогли отправить в припасах и подкреплении.Кроме того, под присмотром их главного инженера полковника Эдуарда Тодлебена, городского укрепления были существенно усилены. С начала 1855 года Сардиния — Пьемонт вступил в войну против России, и это добавило 10 000 военнослужащих к делу союзников — , что в сумме 60 000 — 90 187, но, несмотря на бомбардировку с суши и моря, Русский гарнизон в Севастополе продолжал держаться .

xxxxx Между тем невзгоды союзных войск окружение города ухудшилось с наступлением зимы в Ноябрь 1854 г. Командиры почти не позаботились о эти суровые условия и, кроме того, был серьезный недостаток транспорта для доставки продовольствия. В результате мужчины пережили месяцы почти голодной смерти, и многие умерли от болезней и выдержка.Фактически, это было не раньше июня 1855 года. что французам удалось захватить окраинный форт Мамелон и захватить рубеж Малахова, главный оборонительный комплекс в юг — восточнее города. Этот прорыв — прорыв, за которым следует продолжительная бомбардировка базы и победа французов в битве под Черной — последняя попытка русских снять осаду — фактически положено прекращение сопротивления русских.8 сентября, после штурм продолжался три дня, город пал. Русские потопили свои кораблей в гавани, взорвали их укрепления и сделали их бегство, оставив своих раненых. За исключением нескольких стычек, война закончилась.

xxxxxРусские наконец приняли проект мирных предложений в Новый год, но согласились на эти условия только после того, как Австрия пригрозил вступить против них в войну.Как мы увидим, Договор Париж завершил свою работу в марте 1856 года, но критика ведения войны продолжалась. Мужество и стойкость войск по обе стороны конфликт был признан, но стратегическое и тактическое поведение войны вызвали вопросы о качестве военных лидерство, особенно в вопросах командования, логистики и поставлять.И в союзном лагере тоже были глубокие опасения по поводу понесенные убытки, в основном из-за болезней и практически полное отсутствие медицинской помощи больным и раненым. В Британия, как мы увидим, это привело к полной реорганизации военная медсестра по инициативе медсестры Флоренс Найтингейл в 1855 г. и продолжила службу после войны — в Скутари.

xxxxx Между прочим, боевые действия в Крымской войне были почти исключительно на полуостров, но второстепенные операции были осуществляется в Балтийском море и на Кавказе, где Россияне одержали ряд побед над турками. ……

xxxxx …… В 1856 г., незадолго до В конце Крымской войны королева Виктория учредила Крест Виктории, самый высокий награда за проявленную храбрость в присутствии врага.Первоначально бронзовая медаль была отлита из трофейных русских орудий. после падения Севастополя. Изготовлен в виде мальтийского креста. а малиновой лентой изображен лев на короне и медведи слова «За доблесть». Было награждено всего около 1400 крестов. с момента его основания, и среди первых получателей было шесть солдаты, сражавшиеся в битве на реке Алма. В 1902 г. постановил, что награда может быть вручена посмертно.Георгиевский крест, аналогичный награда для гражданских лиц была учреждена королем Георгом VI в начало Второй мировой войны. ……

xxxxx …… Английский промышленник Уильям Армстронг (1810- 1900), который разработал весьма успешный гидравлический кран в 1840-х годах обратился к производству вооружение после Крымской войны. Изучение трудности опыт в перемещении тяжелых полевых орудий во время конфликта, он разработал артиллерийское орудие (Пушка Армстронга), которое было легче двигаться, был намного точнее и имел большую дальность.Эти доработки принесли ему рыцарское звание в 1859 году, и пистолет был продан. обеим сторонам, когда разразилась Гражданская война в США, два года позже. ……

xxxxx …… Великий русский писатель Лев Толстой, известный своими романы Война и мир и Анна Каренина, некоторое время служила в Крымской войне, а в 1856 г. произвел три сказки об осаде Севастополя.

Улов осетровых 1942: Осада Севастополя

Людвиг Генрих Дайк

К концу октября 1941 года армии Третьего рейха проникли глубоко в западную часть Советской России. Ленинград находился в осаде, и танковые части достигли 40 миль от Москвы. Шестая немецкая армия в составе группы армий «Юг» фельдмаршала Герда фон Рундштедта заняла Харьков, а 1-я танковая армия нанесла удар на Ростов.
[text_ad]

На южном фланге Рундштет одиннадцатая армия генерала от инфантерии Эриха фон Манштейна прорвала мощную советскую оборону на Перекопском перешейке.10-дневная ожесточенная битва за перешеек собрала 100 000 советских военнопленных и открыла двери в Крым.

Советский Союз займитесь Севастополем

На протяжении веков несметное количество народов воевали и поселились в Крыму. Приходили и уходили древние греки, скифы, готы и татары. Теперь захватчиками стали немцы Третьего рейха, чей фюрер планировал превратить Крым в чисто немецкую колонию. С главной базой советского Черноморского флота в Севастополе и в пределах досягаемости Кавказа и румынских нефтяных месторождений Крым имел стратегическое значение как для нацистов, так и для Советов.

Войска Оси развернулись веером на восток в сторону Керченского полуострова и на юг в сторону Севастополя. Остановить немцев в открытых степях было невозможно. К 16 ноября весь Крым, кроме Севастополя, оказался в их руках. Там Советский Военный Совет решил сделать последний бой.

Во время Крымской войны 1854-1855 годов Севастополь бросил вызов британцам, французам, туркам и сардинцам в течение невероятных 345 дней, прежде чем сдаться. Советы были полны решимости сделать лучше.Мастер блицкрига, мобильности и открытого поля боя, Манштейн должен был пройти испытание в одной из самых жестоких осад в истории войн.

Орудия Черноморского флота и трещины Морские пехотинцы усилили советское сопротивление. Защитники контратаковали и отбросили разведывательные атаки 54-го корпуса генерала Эрика Хансена. В одном из инцидентов политрук (политрук) и пять черноморских моряков бросились со своими последними гранатами в немецкие танки, чтобы остановить прорыв в город.Героизм «пяти севастопольских моряков» запомнился во многих песнях и стихотворениях.

Начинается штурм Севастополя

Было ясно, что ничто иное, как полномасштабный штурм 11-й армии, может рассчитывать на захват города. Только его естественная защита гарантировала, что борьба за город будет тяжелой. Город стоял на северной стороне треугольного полуострова, который выходил на запад в Черное море. Сразу к северу от Севастополя лежала Северная бухта, а скалистые лесные холмы и овраги охраняли город и весь полуостров с востока и юга.

Сильные дожди и пересеченная местность задержали полное развертывание войск на месяц, поэтому атака началась только 17 декабря. Сначала советская оборона, казалось, рушилась, но затем она стала твердой как скала. В бой вступили новые дивизии, а офицеры, комиссары и НКВД, советская государственная полиция, «подняли» боевой дух. Проливные ливни и ненастная погода еще больше утомили немецких солдат, у многих из которых была только летняя форма.

Немецкий солдат подставляет себя под советский огонь, пытаясь продвинуться вперед.Его товарищи продолжают прятаться за ограниченным укрытием небольшой насыпи.

Бои под Севастополем продолжались до Нового года, когда 11-я армия достигла пяти миль от северной окраины города. В этот решающий момент Манштейн был вынужден переключить свое внимание на северо-восток. Неожиданная морская контратака советских войск вытеснила немцев с Керченского полуострова и угрожала тылам его армии.

В Севастополе было чувство эйфории; наверняка скоро будет освобожден весь Крым! Несмотря на периодические воздушные налеты и обстрелы, люди выходили из укрытий и пещер, чтобы восстановить разрушенный город.Их надежды не оправдались, когда наступление советских войск зашло в тупик, продолжавшийся всю русскую зиму.

В середине мая 1942 года Манштейн, получивший звание генерал-полковника, отвоевал Керченский полуостров, уничтожив две советские армии ценой всего 7 500 потерь немцев. Севастопольцы снова скрылись в своих подземных убежищах. Они работали в две смены на оружейных заводах и начали эвакуировать детей и стариков. Последняя попытка Советов предотвратить решительное наступление немцев на Севастополь провалилась.

С наступлением весны приближалось время колоссального летнего наступления Гитлера в 1942 году под кодовым названием «Операция« Синий »». Гитлер планировал двухстороннюю атаку: захват Сталинграда на Волге и продвижение вглубь богатого нефтью Кавказа. Перед Блю необходимо было окончательно захватить Севастополь — занозу на южном фланге немецкой армии. Неспособность сделать это означало, что значительные немецкие силы останутся взаперти, чтобы окунуться в город.

Немцы планируют второй штурм; Севастополь усиливает оборону

Верховное командование решило повторно направить 11-ю армию Манштейна для второго штурма, возможно, самой сильной крепости в мире.По словам офицера американской разведки, это был «крепкий орешек». Практически все 180 000 гражданского населения неустанно трудились над тем, чтобы защита была еще более устрашающей, чем в ноябре прошлого года. Они взорвали бункеры, артиллерийские и минометные позиции прямо в скалу, натянули колючую проволоку, вырыли противотанковые рвы и заложили море мин не только перед укрепленными полосами, но и прямо внутри них. Три оборонительные линии города были 10 миль глубиной с 220 милями окопов.

Под землей, мирные жители работали в ужасных условиях, чтобы сделать все возможное, чтобы помочь защитникам наверху. Швейные бригады ремонтировали поврежденную военную одежду. Правда Корреспондент Борис Воетехов описал сцену, в которой старуха работает бок о бок с красивой молодой женщиной. Остальной рукой старуха работала на штамповочном станке, вторую потеряв в результате взрыва бомбы. Молодая женщина кормила ребенка грудью, одновременно работая на скучном станке. Другие отлили снаряды и отремонтировали бесчисленное количество орудий, а только в ноябре и декабре изготовили около 20 000 ручных гранат и 32 000 противопехотных мин.

Многочисленные замаскированные опорные пункты контролировали восточные холмы, в то время как огромные морские орудия крепости Максим Горький II на мысе Феолент доминировали на южном побережье полуострова. Самые слабые естественные препятствия находились к северу от бухты Северная, но здесь возникли гигантские форты. Немцы назвали их Волгой, Сибирским, Лениным, Сталиным, Молотовым и Максимом Горьким. Правильное советское обозначение было числовым, например, батарея № 30 имени Максима Горького.

немецких пехотных снарядов во время операции «Стёрфанг».В результате интенсивных обстрелов с обеих сторон город и сельская местность пострадали от месяцев жестоких боев.

Для обеспечения обороны Севастополя Отдельная морская армия генерала Ивана Ю. Петрова выставила семь стрелковых дивизий, одну пешую кавалерийскую дивизию, две стрелковые и три военно-морские бригады, два полка морской пехоты, два танковых батальона и различные более мелкие соединения. Еще 10 артиллерийских полков, два минометных дивизиона и противотанковый полк дали Петрову 106 тысяч солдат на передовой, 600 орудий и 2000 минометов.Они были снабжены и усилены Черноморским флотом вице-адмирала Филиппа Октябрьского, включая десятки тысяч военно-морских сил для управления фортами и орудиями, и множество комсомольцев , мальчиков и девочек-подростков из Коммунистического союза молодежи.

Октябрьский полностью отвечал за оборону Севастополя, а Петров был командующим сухопутными войсками. Их главной слабостью было отсутствие поддержки со стороны советских ВВС, которые выставили жалкие 60 старых самолетов в Крыму.

Женщины играли важную роль в советских вооруженных силах не только в качестве медицинского персонала и радистов, но и в качестве зенитчиков, танкистов и снайперов. Севастополь не стал исключением, в нем участвовали знаменитая пулеметчица Нина Онилова, разведчик Мария Байда и снайпер Людмила Павличенко. Ветеран Одессы, Павличенко воевала в Севастополе, пока не была ранена и эвакуирована. Она закончила войну самой результативной женщиной-снайпером всех времен, убив 309 человек, включая 78 вражеских снайперов.

Огромные силы одиннадцатой армии

Одиннадцатая армия Манштейна состояла примерно из 203 000 немецких и румынских войск. Однако после Керченского сражения группа армий Юг (теперь под командованием фельдмаршала Федора фон Бока) реквизировала свою единственную танковую дивизию, 22-ю, в то время как его преимущественно румынский 42-й корпус использовался для защиты Керченского полуострова, чтобы предотвратить повторение советской атаки. там. В результате у Манштейна осталось семь немецких дивизий, каждая на 20 процентов больше, чем советская дивизия, и первоначально две румынские дивизии, 18-я пехотная дивизия (ID) и 1-я горнострелковая дивизия (MD) румынского горнострелкового корпуса.Кроме того, 13 июня из Керчи прибыл 4-й румынский дивизионный дивизион для усиления 54-го корпуса.

После провала в декабре прошлого года Манштейн пришел к выводу, что ему требуется больше и более тяжелая артиллерия, поэтому он собрал 121 батарею из 1300 орудий и 720 минометов. самая большая концентрация артиллерийских орудий, когда-либо применявшихся немцами на войне. Они включали 190-мм орудие; 305-мм и 350-мм минометы; и 150-мм, 210-мм, 280-мм и даже 320-мм ракетные установки типа Nebelwerfer и Wurfrahmen, прозванные русскими «Мычание корова», ответ Рейха на ракеты «Катюша», получившие прозвище «орган Сталина».

Ничто, однако, по сравнению с немецкими супертяжеловесами, минометами «Гамма», «Один» или «Карл» и «Тор», и самым тяжелым орудием Второй мировой войны «Дора». «Гамма» выпустила 427-мм снаряды в одну тонну на расстояние почти девять миль. На обслуживание «Гаммы» ушло 235 человек. Тор и Один были еще больше, их разрушительные 2,5-тонные 615-миллиметровые бомбы ударили, как молот тезки скандинавского бога грома, и взорвали даже самые толстые бетонные сооружения.

И все же Гамма, Один и Тор были детенышами по сравнению с титанической Дорой, также известной как Тяжелый Густав.Первоначально предназначенная для уничтожения легендарной линии Мажино, потребовалось 60 железнодорожных вагонов, чтобы доставить ее компоненты в Крым. После сборки Дора была 141 фут в длину, 23 фута в ширину и 38 футов в высоту при весе 1329 тонн! Защищенная двумя зенитными батальонами, Дора находилась в 19 милях к северо-востоку от Севастополя на двойных железнодорожных путях. Для ее операции потребовалось 1500 человек, один полковник и один генерал-майор. 107-футовый 800-миллиметровый ствол Доры стрелял пятитонными осколочно-фугасными или семитонными бронебойными снарядами на расстояние 29 или 24 миль соответственно.Во время осады она выпустила от 40 до 50 снарядов по Севастополю, один из которых прошел через воду и 100 футов скал, чтобы измельчить советский склад боеприпасов под бухтой Северная.

Люфтваффе генерал-полковник барон Вольфрам фон Рихтгофен, племянник легендарного Красного Барона, дал дополнительную огневую мощь, используя 600 самолетов Fliegerkorps VIII, включая семь бомбардировочных групп. Для борьбы с советским флотом имелись также небольшой Fliegerführer Süd (Южное командование авиации) оберста Вольфганга фон Вильда и немецкая и итальянская военно-морские флотилии.Бронетанковая сила Манштейна включала дистанционно управляемые миниатюрные танки «Голиаф», которые были разработаны для доставки взрывчатых веществ в оборону противника, и несколько дивизионов штурмовых орудий Sturmgeschütz .

По сути, танк с неподвижной пушкой вместо вращающейся башни, Sturmgeschütz , или Stug, занимал видное место в Севастополе. Конюшни обычно приводились на позицию ночью и маскировались для максимальной неожиданности. Используемые в сосредоточении, они продвигались вместе с прикрывающей пехотой или непосредственно за ней, их огонь с близкого расстояния выбивал орудия поддержки противника.Первые версии несли 75-мм короткоствольные орудия, способные поражать слабые цели, но в начале 1942 года появились Stugs с длинноствольными 75-мм противотанковыми орудиями L / 43.

Операция

Störfang (Улов осетровых)

Вес немецкой атаки 54-м корпусом Хансена будет на севере. Несмотря на чрезвычайно тяжелую советскую оборону, местность была наиболее благоприятной для наземных атак, а также для артиллерийской и авиационной поддержки. Вторичная атака будет произведена через холмистый юго-восточный сектор 30-м корпусом под командованием лейтенанта Ф.Генерал Максим Фреттер-Пико. Никакой крупной атаки с востока не планировалось из-за чрезвычайно пересеченной и лесистой местности. Здесь румынский горный корпус должен был сковать врага, а затем помочь немецким флангам.

2 июня грохот немецкой артиллерии возвестил о начале операции Störfang («Улов осетровых»), последнего штурма крепости Севастополь. В течение пяти дней и ночей немецкие орудия и бомбардировщики безжалостно обстреливали советские позиции в качестве прелюдии к наземному наступлению.Восьмой воздушный корпус быстро установил господство в воздухе и, невзирая на сильную зенитную артиллерию, в период со 2 по 6 июня совершил более 3000 бомбардировок. Оглушительный оркестр минометных бомб, кричащие «Штуки», металлические кольца 88-мм зенитной артиллерии и потрясающие снаряды гигантской Гаммы. , Тор и Дора лопнули кровеносные сосуды, посеяли ужас и разбили бетон.

Усталый немецкий солдат позирует на камеру во время перерыва в боевых действиях.

На следующий день после открытия огня Манштейн покинул командный пункт 30-го корпуса, небольшой дворец в мавританском стиле, расположенный на скале над побережьем Черного моря, и сел на итальянский торпедный катер.Он лично хотел проверить, какая часть прибрежной дороги, главного пути снабжения 30-го корпуса, видна с моря и угрожает орудиям Черноморского флота. Около Ялты идиллический фон белых загородных домов среди зеленых садов и голубого неба внезапно прервался, когда «без предупреждения с неба в нас посыпались пулеметные и пушечные снаряды», — вспоминал Манштейн. Два советских истребителя вылетели из-под солнца и обстреляли палубу, в результате чего семь человек были убиты или ранены, а лодка загорелась.Героический молодой итальянский капитан нырнул в море, доплыл до берега и вернулся на помощь на хорватской моторной лодке.

Манштейн избежал бедствия невредимым и вскоре вернулся на командный пункт 11-й армии в татарском селе Юхары Каралес. Он провел бесконечные часы, наблюдая за скалами наверху, в тех же горах, где его германские предки-готы когда-то построили свои цитадели. Расположение, примерно между 54-м корпусом на севере и румынским горным корпусом на юге, открывало панорамный вид на все поле боя.Рядом с Манштейном были его начальник оперативного отдела полковник Буссе и дежурный офицер Пепо Шпехт. Ослепленный бомбардировкой, Шпехт заметил: «Фантастический фейерверк!» Бусс кивнул, но добавил: «Я не уверен, что мы пробьем достаточно большие бреши в этих укреплениях».

Когда рассвет 7 июня окрасил небо в красный цвет, огонь немецкой артиллерии перерос в бушующую бурю. Южнее прикрытия Бельбекской долины, примерно от Камышлы до Черного моря, 54-й корпус атаковал 24-ю, 50-ю, 22-ю и 132-ю пехотные дивизии.Пехота атаковала советские позиции сквозь облака пыли и дыма. Штурмовые отряды и саперы шли впереди, используя в качестве прикрытия пробоины. Кусачки и торпеды типа «бангалор» расчищали путь через колючую проволоку. Перед ними стояло 172-е удостоверение личности генерала Ласкина.

«Снаряды свистели над головой и разрывались со всех сторон», — писал Ласкин. «На всех наших позициях бушевал огненный вихрь. В воздух взлетели огромные комья земли и вырванные с корнем деревья. Огромное темно-серое облако дыма и пыли поднималось все выше и выше и, наконец, затмило солнце.На моем участке немцы превосходили нас численностью от одного до девяти человек и от одного до десяти по артиллерии, не говоря уже о танках, потому что у нас их не было ».

Несмотря на яростную атаку немцев, пессимизм Буссе подтвердился. В безопасности с позиций твердой скалы Советы выпустили свою артиллерию. «Русская артиллерия и бронетанковые укрепления оживают повсюду, весь горизонт — это огромная вспышка орудий», — с отвращением заметил Рихтгофен, обозревавший поле боя со своего наблюдательного самолета «Шторч».

Немецкая пехота атаковала с обычной бравадой, но Советы заставили ее сражаться за каждый ярд. После оптимистичного старта продвижение замедлилось до черепашьего темпа.

Очевидец вспоминал: «В бешеном темпе атака мчится вниз по склону, через долину и на другую сторону, мимо минных полей, через растяжки и проволочные заграждения, которые уже были прорезаны инженерами. Роты, взводы и группы одна за другой продвигались вперед в сине-сером пороховом дыму и густой пыли.Медленный путь через густые кусты. Большевики прячутся в своих бесчисленных ямах, давайте пройдем и нападем на нас с тыла. Несколько раз мелкие и крупные пехотные части полностью отрезаны. Но связь всегда восстанавливается, и тогда это не очень хорошо для закрытых Советов ».

8-го числа слабая советская контратака 79-й бригады полковника Потапова была отброшена, но быстро продвинуться на советские позиции не удалось. Когда дела пошли тяжело, немецкая пехота обратилась к люфтваффе, но Рихтгофен уже заставлял своих людей работать на пределе своих возможностей.Восьмой воздушный корпус совершал 1000 вылетов ковровых бомбардировок в день, пока нехватка топлива и бомб не вынудили Рихтгофена сконцентрироваться на бомбардировке колоннами высокоприоритетных целей.

«Кричащий спуск« Штук »и свист падающих бомб, казалось, заставили даже природу затаить дыхание. Штурмующие войска, подвергшиеся безжалостному зною палящего солнца, остановились на несколько секунд, которые, должно быть, показались защитникам вечностью. Однако наша работа в Севастополе предъявляла самые высокие требования к людям и материалам.«Двенадцать, четырнадцать и даже до восемнадцати самолето-вылетов ежедневно совершались отдельными экипажами», — писал генерал Люфтваффе Вернер Баумбах.

Немецкие ручные гранаты и дымовые баллончики упорно выбивали Советский Союз из замаскированных огневых ям. Немецкая 88-мм зенитная артиллерийская установка оказалась бесценной при взламывании дотов в упор. Тем не менее, к 12 июня 22-й дивизион как раз подошел к месту, где предыдущее зимнее наступление было остановлено. Только за первые пять дней потери немцев составили 10300 человек.Если дела не пойдут на поправку, Гитлер пригрозил превратить операцию в обычную осаду.

Немцы продвигаются вперед

К ужасу Советов, состояние немцев быстро улучшилось 13 июня. Не только были достигнуты ограниченные успехи по всему северу, но и сверхтяжелые осадные орудия взорвали башню на Форт Сталин. Немецкие орудия образовали воронки глубиной 15 футов.

16-й пехотный полк 22-го ополчения штурмовал форт. Дважды до этого — в декабре прошлого года и четырьмя днями ранее — оборона Сталинского форта бросила им вызов.На одном участке противотанковое ружье попало прямо в иллюминатор дота и убило 30 человек. 10 оставшихся членов коммунистической партии использовали трупы своих товарищей как мешки с песком и продолжали сражаться. Огнеметы изрыгали огонь, сопровождаемый взрывами картофельных гранат, но оставшиеся Советы держались до тех пор, пока их политработник не застрелился. Когда последние четыре советских солдата выбрались из-под завалов, тяжело раненый немецкий солдат заметил: «Это не так уж плохо, у нас есть сталинский форт». В ходе боя два атакующих батальона 16-го пехотного полка потеряли всех своих офицеров.

Большое немецкое осадное орудие нацелено на цель в глубине Севастополя. Немцы использовали несколько гигантских орудий, пытаясь ослабить оборону русских.

Немцы продолжали наступление, несмотря на изнуряющую жару и кошмарную сцену. Черные облака мух, дыма и пепла плыли над вонючими гнилостными трупами. Временами дым и зловоние становились настолько невыносимыми, что обе стороны носили противогазы.

Битва за Максима Горького

Впереди мощные 12-дюймовые бронированные батареи современного Максима Горького, построенные в 1934 году, контролировали всю северную линию.50-тонные стволы стреляли на расстояние 28 миль. 17-го «Штука» прямым попаданием взорвала восточную башню. Залпы из 350-мм немецких минометов позаботились о другом орудии. 12-футовые снаряды Röchlings, которые они стреляли, врезались в бетон или скалу, прежде чем взорваться. Горький был ранен, но не мертв. Последнее из его четырех огромных морских орудий продолжало изрыгать разрушительный огонь по атакующей немецкой пехоте. Битва за крепость затмила битву за Форт Сталин.

Задачей 213-го пехотного полка 73-го пехотного полка (часть резерва корпуса) было нанести Горькому смертельный удар.Командир полка, уже отличившийся под Керчи, возглавил атаку во главе своих людей. Правый фланг немецкого полка был остановлен отчаянной контратакой советских войск, но левый и центральный фланги отступили. В течение трех четвертей часа Штуки обстреливали крепость своими бомбами, после чего последовал мощный артиллерийский обстрел и дымовая завеса. Над крепостью образовалось гигантское облако, в котором почти вся жизнь исчезла. Немецкие инженеры преодолели последние 300 футов с небольшим сопротивлением и взорвали последнюю пушку.

Орудия Горького были заглушены, но битва за крепость была далека от завершения. Бетонная конструкция длиной 300 ярдов и шириной 40 ярдов была трехэтажной в глубину. Крыша была толщиной от трех до четырех ярдов, а стены — от двух до трех ярдов. У форта были собственные подземные воды и источники энергии, полевой госпиталь, столовая, инженерные мастерские, а также различные арсеналы и боевые станции.

Для разрушения толстого бетона потребовалось две взрывные работы. Советы ответили на требования о сдаче, выплюнув огонь из всех щелей и отверстий.Группы Советов даже совершали вылазки из вентиляционных шахт и секретных выходов.

Внутри драка переходила из одного коридора и комнаты в другой. Стальные двери были распахнуты, и внутрь забросали ручные гранаты, когда саперы врезались в стены. Рассеивающийся дым обнажил груды советских мертвецов. Очень часто картина прерывалась пулеметным огнем. Немцы все приближались к командному центру. Согласно советским источникам, немцы даже прибегли к просверливанию дыры в стальной двери и закачке внутрь ядовитого газа.

Командир батареи повел группу людей в отчаянную попытку к бегству из канализационной ямы. Большинство его людей было убито, а остальные отправлены в плен. Оставшимся советским защитникам было приказано сражаться до последнего. Их последние два сообщения, отправленные в Севастопольский штаб, касались:

«Нас осталось 46 человек. Немцы бьют наши бронедвери и призывают нас сдаться. Мы открыли смотровой люк, чтобы дважды выстрелить по ним.

«Нас осталось двадцать шесть.Мы готовимся взорвать себя. Прощание.

Из 1000 защитников в плен попали только 50 человек. Число убитых и раненых немцев было одинаково велико.

Падение Максима Горького было показателем немецких успехов на всем протяжении северной линии. На востоке саксы 31-го полка 24-го полка захватили три форта, а 22-й полк продвинулся к югу от форта Сталин. 65-й ​​пехотный полк с помощью штурмового дивизиона овладел фортом Сибирь, а 16-й пехотный полк овладел фортами Волга и Урал.Двумя днями позже 22-я дивизия первой вышла на Северную бухту.

Хотя Севастополь был окружен грозным кольцом обороны, попытки немцев перерезать линии снабжения привели к тому, что русские стали постепенно испытывать недостаток в припасах, необходимых для ведения войны.

Южнее, 30-й корпус присоединился к атаке 11 июня. Впереди, на вершинах гор и в ущельях, Советы держали цепочку укрытых и укрепленных опорных пунктов. За ними и на полпути к городу вырисовывались еще более грозные Сапунские высоты.

Атаку здесь инициировал 72-й ID. После тяжелых боев немцы взяли Северный Нос, Часовенную гору и Руин-Хилл. Барьер был открыт для 1-го румынского ПМ генерала Константина Василиу-Ракану, который, в свою очередь, захватил позицию Сахарной Головы. 170-я дивизия, сначала оставленная в резерве, заняла Камары, а 18-го ее 72-й разведывательный отряд занял Орлиный окунь перед линией Сапуна. Оттуда он повернул на север к Федюкиным высотам. 28-я легкая дивизия (LD) медленно продвигалась по крутым холмам к востоку от Балаклавы, которые были в руках немцев с предыдущей осени.Солдаты дивизии столкнулись с упорным сопротивлением у Головастика, Киновари, Роуз-Хилла и виноградников.

На северном фронте вся ярость немецкой артиллерии и люфтваффе поддержала атаки 24-го ИД на форты полуострова у входа в Северную бухту, где доминировал старый, но все еще сильный Северный форт. Слева от него 22-й ИД ухватился за скалы над бухтой Северная. Здесь Советы держались в глубоких галереях снабжения, вбитых в скалу. У первого из них советский комиссар внутри взорвал каземат, похоронив оккупантов и убив отряд немецких инженеров.Немецкое штурмовое орудие, стрелявшее в упор, взорвало другие казематы. Толпы измученных солдат и мирных жителей вышли после того, как их комиссары покончили жизнь самоубийством.

Между тем 50-й ИД продвинулся к восточной оконечности Северной бухты, взяв высоты Гайтаны. Его оборона была прорвана немецкими штурмовыми орудиями, советский 25-й полк отступил к станции Инкерман. Слева от 50-го опознавательного полка 4-й румынский солдат генерала Георгия Манолиу и 18-й румынский опознаватель Раду Балдеску сражались через лесистые холмы к юго-востоку от Гайтани.К вечеру 27-го советская 8-я бригада морской пехоты была вытеснена с холма Сахарная Головка.

По другую сторону бухты Северная город и гавань подвергались безжалостным атакам 8-го авиационного корпуса, чьи фугасные и зажигательные бомбы поражали здания и батареи. Облака дыма от пылающего города достигли высоты 5000 футов и простирались почти на сотню миль. 24 июня Штукас атаковал собравшуюся в Круглом заливе делегацию советской авиации, убив 48 человек, среди которых были советские генерал-майоры Ф.Коробков, Н.А.Остряков.

Немцы охотятся за кровью советского: его военно-морской линией снабжения

Источником жизненной силы оказавшихся в тяжелом положении Советов была их военно-морская линия снабжения. В июне Черноморский флот доставил более 24 тысяч подкреплений, 15 тысяч тонн грузов и эвакуировал 25 тысяч раненых. Чтобы оказать такую ​​помощь, советские корабли выдержали мучительную атаку Оси. Гнев люфтваффе препятствовал высадке в дневное время, но ночью, когда, в свою очередь, было меньше опасности со стороны советских самолетов и военных кораблей, существовала опасность немецких и итальянских торпедных катеров (МТБ), вооруженных моторных лодок и итальянских сверхмалых подводных лодок.Южное воздушное командование оказало большую помощь флотилии Оси, выполнив разведку, сбрасывая ракетницы и обстреливая советские военные корабли.

Октябрьский в ответ приказал бомбить с воздуха военно-морскую базу Оси в Ялте. Он также послал для атаки порта легкие военные корабли. 19 июня в ходе самой страшной советской атаки были потоплены две сверхмалые подводные лодки и серьезно поврежден МТБ. Но общие военно-морские потери Оси были поверхностными и мало что сделали, чтобы ослабить затягивающуюся петлю Оси вокруг советской линии снабжения.

Abkhazia , российский лайнер класса люкс, переоборудованный в транспорт, затонул в гавани после своего 16-го рейса в Севастополь. Пикирующие бомбардировщики потопили лайнер Georgia с видом на гавань. Ее солдатам и матросам удалось доплыть до берега, но 500 тонн снарядов последовали за ней на дно моря. 18 июня Белосток был последним транспортным средством, прибывшим в Севастополь. На следующий день он уступил место немецким торпедным катерам.

Советские подводные лодки, военные корабли и самолеты продолжали опасные миссии по перевозке людей и припасов и платили ту же цену, что и транспортные корабли.Подводная лодка СЧ-214 была потоплена 20 июня. Эсминцы Безупречный и Ташкент вышли из Новороссийска 26 июня. Безупречный пал жертвой пикировщиков, но Ташкент отразил атаки с воздуха и уклонился от миноносцев, чтобы добраться до Севастополя. Пережив более 40 рейсов снабжения и 96 воздушных атак, он был последним военным кораблем, достигшим гавани Севастополя.

Севастопольцы, трудящиеся в подземном убежище, освещенном голыми лампочками, работают сверхурочно, чтобы помочь обороне.

Ташкент принял более 2000 раненых и беженцев, прежде чем совершить свой последний рейс обратно в Новороссийск ночью 27 июня. В течение четырех часов он отбивался от немецких пикирующих бомбардировщиков, сбив два вражеских самолета. Его корпус был сильно поврежден, эсминец был доставлен в безопасную гавань спасательными кораблями. К сожалению, четыре дня спустя доблестный Ташкент был потоплен в гавани рейдом Штука.

Истощение советских запасов привело к быстрому истощению запасов боеприпасов.Местная военная промышленность не могла удовлетворить потребности войск. Не выдержав огня, советские солдаты отразили нападение немцев штыковыми зарядами. В отчаянной попытке исправить ситуацию советские водолазы выдержали дождь немецких бомбардировок, чтобы забрать 39 тонн боеприпасов с Georgia .

К 26 июня 11-я армия захватила практически все внешнее кольцо обороны Севастополя. 54-й корпус стоял перед бухтой Северная и вздымающимися с его южного берега ядовитыми скалами.На юг от внутреннего края бухты находились Инкерманские высоты, где находился еще один старый, но крепкий форт, и главное препятствие 30-го корпуса — Сапунские высоты.

Наглый план Манштейна по атаке через Северную бухту

Манштейн придумал дерзкий план атаковать 54-й корпус прямо через Северную бухту. Его подчиненные командиры недоверчиво покачали головами: как штурмовые катера могли перебраться через залив под вражеским огнем, когда солдаты пробивались через овраги, которые были единственными выходами с берега?

Манштейн признал, что в идеале вес наступления должен быть перенесен на 30-й корпус на юге.Это займет дни для войск и недели для тяжелой артиллерии. Манштейн, проводивший почти все свои дни в посещении офицеров от корпуса до батальона, а также наблюдательных постов, прекрасно понимал, что его измученные солдаты будут приветствовать любую такую ​​передышку. Многие полки насчитывали до нескольких сотен человек в каждом. Он напомнил, что одна рота вышла из строя, остались только один офицер и восемь человек.

Однако любое прекращение атаки дало бы противнику время отыграться. Кроме того, в связи с приближающейся операцией «Синий» Верховное командование планировало вывести 8-й воздушный корпус из Крыма.В последнем уже произошла смена командования. Неохотному Рихтгофену было приказано отправиться в Курск для подготовки будущего штаба 8-го авиационного корпуса; его место в Севастополе занял полковник. Таким образом, не было времени терять зря. Одиннадцатая армия без колебаний продолжит наступление.

28 июня 54-й корпус возобновил наступление, 50-й корпус штурмовал позиции Инкермана. В скалах над старым фортом были огромные пещеры со свалками боеприпасов и тысячами беженцев и раненых солдат.Внезапно земля затряслась, как от землетрясения. Чтобы боеприпасы не попали в руки немцев, фанатичные комиссары взорвали пещеры и приговорили себя и всех, кто находился внутри, к смерти.

В ночь с 28 на 28 декабря напряженность охватила штурмовые расчеты, готовившиеся к переходу через бухту Северная. Чтобы отвлечь советские войска от залива, итальянские МТБ и армейские штурмовые катера осуществили симулятивную посадку возле мыса Феолент, которая полностью обманула Советский Союз. Восьмой воздушный корпус безжалостно обстреливал город, чтобы заглушить любой шум на северном берегу.Немецкая артиллерия была готова открыть огонь по южному берегу, как только русские заметили, что они атакованы.

В час ночи, под покровом темноты и толстой дымовой завесой, гренадеры первой волны 22-го и 24-го полков спустили свои лодки в воду и промчались через 1000 ярдов Северной бухты. Не было произведено ни единого выстрела, пока немцы не достигли берега противника, не выпрыгнули из своих лодок и не встретили удивленных советских войск из 79-й пехотной бригады своими автоматами MP-40.Вспышки ответных советских орудий осветили все южные скалы. Немецкая артиллерия ответила с северного берега, сведя к минимуму потери от последующих штурмовых волн.

С рассветом над горизонтом артиллерийский огонь 30-го корпуса и дальнобойная батарея 54-го корпуса накрыли оборону противника на Сапунских высотах. Обстрел производил впечатление неминуемой атаки по всему фронту. Вместо этого 170-й ПД нанес удар по ограниченному участку со стороны Федюкиных высот.Дивизия прорвала оборону противника при поддержке танков «Голиаф» 300-го танкового батальона, прямого огня зенитного полка и «Стагов».

Вслед за 170-м полком, 28-я легкая дивизия и 72-я пехотная дивизия были переброшены в прорванную линию врага. «После успешного перехода через залив, падения высот Инкермана и прорыва 30-м корпусом позиций Сапуна судьба Севастополя была решена», — отметил Манштейн о продвижении Германии к 29-му числу.

На редкой фотографии российских солдат в бою эти пехотинцы занимают огневые позиции на окраине Севастополя.

Закрывшись накануне на скалах над заливом, 54-й корпус защитил форт Малахов от остатков советской 79-й бригады и прорвал последнее кольцо обороны города. Примерно в то же время 72-й ID выбил советские войска с позиций Сапуна. Хотя Петров бросил остатки советской 25-й пехотной бригады, 9-й пехотной бригады и 142-й пехотной бригады на помощь оборонявшейся 386-й пехотной бригаде, они не смогли остановить наступление немцев. На соседнем участке 8-я бригада была практически уничтожена.

28-й ЛД воевал за советскую батарею на Английском кладбище. Здесь среди разрушенных мраморных памятников Крымской войны бушевала зловещая битва. Новые трупы присоединились к погибшим во время старой войны, могилы которых были разорваны артобстрелами. 72-й ID тем временем продвигался вдоль южного побережья, захватывая холм Windmill Hill и главную дорогу в город. 4-й румынский MD продолжил успех, захватив позиции Балаклавы с тыла и посадив 10 000 пленных.

Все советские оборонительные кольца были разрушены, а разрушенный город остался в руках разбитых частей.С начала битвы люфтваффе сбросили несколько миллионов пропагандистских листовок на защитников с просьбой сдаться. Но плохо снабжаемые и голодающие советские солдаты отказывались сдаваться. Действительно, из-за того, что отступать было некуда и безрадостная перспектива немецкого заключения, у них не было другого выбора. Манштейн знал, что они заставят немцев платить кровью за каждый квартал и за каждый дом. Чтобы избежать увеличения и без того высоких потерь немцев, он планировал задушить город массированной артиллерией и воздушными заграждениями до тех пор, пока Советы не станут просто неспособны к сопротивлению.

Советы наконец-то эвакуируют Севастополь

30 июня зенитные орудия, артиллерия, бомбардировщики и истребители безжалостно обстреляли город. Утомленные наземные и летные экипажи люфтваффе совершили еще 1218 самолето-пролетов, сбросив 1192 тонны бомб. Толпы горожан бежали на запад через завалы, огонь и клубы черного дыма, чтобы ютиться в пещерах в ожидании транспорта и возможного спасения из обреченного Крыма. Ставка решила эвакуировать Севастополь. В ту же ночь Октябрьский, Петров и другие высокопоставленные чиновники покинули город на подводной лодке.Петров пошел неохотно, и его пришлось отговаривать от попытки самоубийства.

Генерал-майор Василий Новиков был оставлен для проведения какой-то арьергардной операции. Он собрал, какие пехотные части мог. Город был потерян, и десятки тысяч мирных жителей и раненых солдат устремились к пляжам Херсонесского полуострова, где осталась советская батарея. Новиков попытался установить линию обороны через полуостров. Он старался изо всех сил, но конец был лишь вопросом времени. Немецкая артиллерия и люфтваффе бушевали по всей территории, нанося удары по советским позициям на Херсонесе.Это было слишком. Это длилось слишком долго.

Группа русских солдат покоится на груде развалин на разрушенных улицах Стевастополя после тяжелого, но успешного боя. Август 1942 г. Севастополь, Россия.

Многие защитники наконец взломали. «Они бежали с обезумевшими глазами, в рваных и шлепающих туниках; Панические, сбитые с толку, несчастные, напуганные люди. Они лихорадочно хватались за любые средства передвижения, какие только могли, — плоты, резиновые поплавки, автомобильные шины — и бросались в море », — написал один наблюдатель.

Черноморский флот не пытался спасти несчастных мирных жителей и войска, оказавшиеся в ловушке на мысе Херсонес. Флот был просто слишком опустошен потерями, понесенными в последние недели, чтобы рисковать атаками флотилии Оси, Люфтваффе или немецких тяжелых орудий, которые теперь безнаказанно обстреливали территорию. 2 июля немецкие бомбардировщики даже совершили налет на кавказские базы флота, серьезно повредив многие крупные суда. Единственной помощью, оказавшейся на мысе, были героические усилия рыбацких лодок и других небольших судов, которые ночью спасли небольшое количество людей.

Бездействие Черноморского флота оставалось предметом спора для Петрова. Никакими добрыми словами он сообщил Октябрьскому, что многие защитники были брошены из-за плохой организации Черноморского флота. В результате имя Петрова было исключено из выступлений и писем Октябрьского о героической обороне Севастополя. Точно так же мало упоминалось о брошенных немцами.

1 июля, после 249 дней осады, немцы наконец взяли то, что осталось от Севастополя.В других местах боевые действия продолжались. 72-й ИД захватил Максима Горького II у мыса Феолент на южном берегу. Остальные немецкие дивизии двинулись к мысу Херсонес, где Новиков продержался еще несколько дней, пока у него не закончились пайки и боеприпасы. Отчаянные толпы Советов пытались вырваться наружу. Взявшись за руки, женщины и девушки из коммунистической молодежи вели их вперед, они маршировали под смертельный град ожидающих пулеметов MG-42.

Последние сражались в пещерах на берегу мыса.Виктор Гурин, сержант 2-го класса, дожил до того, чтобы рассказать об этом: «На берегу и в воде лежали тысячи трупов. Немецкие снайперы подкрались к нашим сгоревшим грузовикам на выгодную позицию и меткими выстрелами убивали наших офицеров. 2 июля мы все еще цеплялись за узкую полосу берега и продолжали бой. В тот день мы отбили десять атак ».

Немцы взяли Севастополь под свой контроль 1 июля 1942 года после того, как сильные бомбардировки превратили город в груду развалин.

Тридцать тысяч советских солдат сдались 4 июля, всего было захвачено 90 000 пленных, 467 орудий, 758 минометов и 155 противотанковых орудий. Еще две советские армии были разбиты, и около 50 000 врагов были убиты на поле боя. Включая мирных жителей, советские потери составили около 250 000 человек за всю осаду. Из жалких 30 000 мирных жителей, оставшихся после окончания осады, две трети подверглись депортации или казни. Сопротивление в Херсонесе полностью прекратилось до 9 июля.

Разрозненные группы солдат бежали в горы, откуда продолжали партизанские действия против захватчиков.Это было окончено. Вскоре после этого обрадованный Гитлер поздравил Манштейна с победой и повысил его до фельдмаршала. Его солдатская доблесть была отмечена специальным крымским щитом, который носился на верхнем левом рукаве формы крымских ветеранов.

Дорогостоящая победа немцев

Несмотря на усилия Манштейна пощадить свою пехоту и сокрушить защитников сокрушительной бомбардировкой, официальные потери 11-й армии составили 4 337 убитых, 1591 пропавших без вести и 18 183 раненых.Фактические потери были, вероятно, намного выше, до 75 000 человек. Кроме того, они израсходовали 46,7 тысячи тонн боеприпасов и 20 тысяч тонн бомб. За один месяц 8-й авиационный корпус сбросил на Севастополь больше бомб, чем люфтваффе сбросило на Британию за всю воздушную войну 1941 года.

Советы наконец были вытеснены из Крыма. Потрепанный Черноморский флот больше не представлял угрозы для операций Оси в этом районе и был вынужден действовать с меньших баз на Кавказском побережье. Обнулялась и опасность нападения советской авиации на румынские месторождения нефти из Крыма.В качестве политического воздействия контроль Оси над Черным морем вынудил Турцию дважды подумать, прежде чем присоединиться к союзникам.

На снимке города с воздуха клубы дыма и облака скал поднимаются над Севастополем во время немецкой бомбардировки.

11-я армия была теперь в прекрасной позиции, чтобы присоединиться к наступлению на Кавказ, перейдя Керченский пролив на Кубань. Оттуда он мог перехватывать войска противника, отступающие к Кавказу из нижнего бассейна Дона до наступления немецкой группы армий «А», или, по крайней мере, служить в качестве резервных сил.Это не должно было быть. К досаде Манштейна, 11-я армия получила приказ двигаться на север, к угрожаемому участку вокруг Ленинграда. Кто знает, чем могла бы закончиться Сталинградская битва, если бы Манштейн и его ветеранская армия остались на южном театре военных действий?

Если немцы справедливо считали взятие Севастополя героическим подвигом своей пехоты, то и Советы справедливо прославляли свою оборону. Пятьдесят тысяч медалей награждены военнослужащими Советской Армии и Военно-Морского Флота, МВД, гражданами, защищавшими город.

Российская пропаганда превратила потерю Севастополя в великую моральную победу и унесла жизни 300 000 немцев. Севастополь стал одним из четырех городов-героев Советского Союза, наряду с Одессой, Ленинградом и Сталинградом. Город оставался под немецкой оккупацией до освобождения Советами 9 мая 1944 года, когда немцы использовали вдвое больше артиллерийских орудий, чем в 1942 году.

Автор Людвиг Дайк проживает в Ричмонде, Британская Колумбия. Он провел обширное исследование Восточного фронта Второй мировой войны и написал несколько статей на эту тему.

1856 Большая античная литографическая карта Делафилда Осада Севастополя Крым — Классические изображения

  • Заголовок : Севастополь и его окрестности с указанием российской обороны, подходов и других атак союзных армий во время осады 1854-55 гг. Из отчета генерала Ниля, начальника французского инж. подготовлен к докладу майора Делафилда об искусстве войны в Европе в 1854 г., 55 и 56
  • Дата: 1856
  • Состояние: (A) Очень хорошее состояние
  • Ссылка:
  • Размер: 41 x 29 дюймов (1.040 м x 735 мм)

Описание:
Издана большая редкая старинная литографическая карта оборонительных сооружений города Севастополя на Крымском полуострове на берегу Черного моря во время Крымской войны и осады Севастополя в 1854-55 гг. офицер американской армии майор Ричард Делафилд в его отчете 1856 г. военному министру Джефферсону Дэвису, Отчет об искусстве войны в Европе в 1854, 1855 и 1856 гг. Литография была выполнена Bowen & Co из Филадельфии.Очень редкая карта в состоянии VG.
Удивительная очень большая литографическая карта с высокой детализацией, иллюстрирующая российскую оборону города Севастополя и позиции атаки британских, французских и турецких атакующих позиций.

Общие определения:
Толщина и качество бумаги: — Плотная и устойчивая
Цвет бумаги: — Беловатый
Возраст цвета карты: —
Используемые цвета: —
Внешний вид общих цветов: —
Размер бумаги: — 41 x 29 дюймов ( 1,040 м x 735 мм)
Размер пластины: — 41 дюйм x 29 дюймов (1.040 м x 735 мм)
Поля: — мин. 1/2 дюйма (12 мм)

Дефекты:
Поля: — Нет
Площадь пластины: — Небольшой ремонт вдоль левого сгиба, складки в исходном состоянии
Verso: — Несколько складок укреплены архивной лентой

Справочная информация:
Осада Севастополя (1854–1855)
Осада Севастополя (во время осады Севастополя) длилась с октября 1854 года по сентябрь 1855 года, во время Крымской войны. Союзники (французы, османы и англичане) высадились в Евпатории 14 сентября 1854 года, намереваясь совершить триумфальный марш к Севастополю, столице Крыма, с 50 000 человек.56-километровый траверс занял год боев с русскими. Основными сражениями на этом пути были Алма (сентябрь 1854 г.), Балаклава (октябрь 1854 г.), Инкерман (ноябрь 1854 г.), Черная (август 1855 г.), Редан (сентябрь 1855 г.) и, наконец, Севастополь (сентябрь 1855 г.). Во время осады союзный флот провел шесть бомбардировок столицы 17 октября 1854 года; 9 апреля, 6 июня, 17 июня, 17 августа и 5 сентября 1855 года.
Севастополь — одна из классических осад всех времен. Город Севастополь был домом Черноморского флота Царской обороны, который угрожал Средиземному морю.Русская полевая армия отступила прежде, чем союзники смогли ее окружить. Осада стала кульминацией борьбы за стратегический российский порт в 1854–1855 годах и стала финальным эпизодом Крымской войны.
В викторианскую эпоху эти битвы неоднократно увековечивались. Осада Севастополя стала сюжетом крымского солдата Льва Толстого, защищающего Севастополь, и сюжетом первого российского художественного фильма «Оборона Севастополя». Балаклавская битва прославилась благодаря поэме Альфреда, лорда Теннисондефенсесса «Оборона легкой бригады» и картине Роберта Гиббдефенсесс «Тонкая красная линия».Панораму самой осады написал Франц Рубо.

Делафилд, Ричард, генерал-майор 1798–1873 гг.
Делафилд был офицером армии Соединенных Штатов в течение 52 лет. Он служил суперинтендантом Военной академии США в течение 12 лет. В начале Гражданской войны в США полковник Делафилд помогал экипировать и отправлять добровольцев из Нью-Йорка в армию Союза. Он также командовал обороной гавани Нью-Йорка с 1861 по апрель 1864 года. 22 апреля 1864 года он получил звание бригадного генерала регулярной армии Соединенных Штатов и начальника инженерных войск.8 марта 1866 г. президент Эндрю Джонсон выдвинул Делафилда для назначения на звание генерал-майора регулярной армии с 13 марта 1865 г., и Сенат Соединенных Штатов подтвердил назначение 4 мая 1866 г. 14 июля 1866 года он ушел из армии США 8 августа 1866 года. Позже он служил в двух комиссиях, связанных с благоустройством Бостонской гавани и маяков. Он также служил регентом Смитсоновского института.
Делафилд служил помощником инженера при строительстве оборонительных сооружений Хэмптон-Роудс с 1819–1824 годов и отвечал за укрепления и исследования в районе дельты реки Миссисипи в 1824–1832 годах.Руководя ремонтными работами на Камберленд-роуд к востоку от реки Огайо, он спроектировал и построил мост Данлэпс-Крик в Браунсвилле, штат Пенсильвания, первый чугунный мост с трубчатой ​​аркой в ​​Соединенных Штатах. Получив в июле 1838 года звание майора инженеров, он был назначен суперинтендантом Военной академии после пожара 1838 года и проработал до 1845 года. Он спроектировал новые здания и новую кадетскую форму, на которой впервые были изображены знаки отличия замка. Он руководил строительством береговой обороны гавани Нью-Йорка с 1846 по 1855 год.
В начале 1855 года Делафилд был назначен военным министром Джефферсоном Дэвисом главой офицерского совета, позже названного Комиссией Делафилда, и отправлен в Европу для изучения европейских вооруженных сил. В совет входили капитан Джордж Б. Макклеллан и майор Альфред Мордехай. Они инспектировали состояние вооруженных сил в Великобритании, Германии, Австрийской империи, Франции, Бельгии и России и были военными наблюдателями во время Крымской войны. После своего возвращения в апреле 1856 года Делафилд представил отчет, который позже был опубликован Конгрессом в виде книги «Отчет об искусстве войны в Европе в 1854, 1855 и 1856 годах».Книга была закрыта во время Гражданской войны в США из-за опасений, что она будет поучительной для инженеров Конфедерации, поскольку она содержала множество чертежей и описаний военных укреплений.
Делафилд снова служил суперинтендантом Военной академии в 1856-1861 годах. В январе 1861 года его сменил капитан Пьер Г. Т. Борегар, который был уволен вскоре после того, как штат Луизиана, где родился Борегарс, вышел из состава Союза, а Делафилд вернулся в качестве суперинтенданта до 1 марта 1861 года.В начале гражданской войны он консультировал губернатора Нью-Йорка Эдвина Д. Моргана при создании добровольческих сил. Затем, в 1861–1864 годах, он был назначен ответственным за оборону гавани Нью-Йорка, включая Губернаторский остров и форт в Сэнди-Хук. 19 мая 1864 года он был назначен бригадным генералом после замены Джозефа Гилберта Тоттена, который умер 22 апреля 1864 года на посту начальника инженеров Инженерного корпуса армии США. Инженеры военного ведомства до выхода на пенсию 8 августа 1866 г.8 марта 1866 года президент Эндрю Джонсон выдвинул Делафилда для назначения на звание генерал-майора регулярной армии США с 13 марта 1865 года, и Сенат Соединенных Штатов подтвердил это назначение 4 мая 1866 года. и подтвердил это из-за технических особенностей 14 июля 1866 года. После выхода на пенсию Делафилд служил регентом Смитсоновского института и членом совета Lighthouse. Он умер в Вашингтоне, округ Колумбия, 5 ноября 1873 года.
Ямайские и английские медсестры, лечившие раненых во время этих сражений, пользовались большой известностью, в первую очередь Мэри Сикол и Флоренс Найтингейл.

Панорама Оборона Севастополя 1854-55. Оборона Севастополя 1854-55 Панорама 360

Севастополь (украинский: Севастополь, русский: Севастополь, крымскотатарский: Aqyar) (см. Произношение ниже) — портовый город в Украине, расположенный на черноморском побережье полуострова Крым. Население — 342 451 человек (2001 год) [1]. Город, ранее являвшийся базой Черноморского флота СССР, теперь является украинской военно-морской базой, которую совместно используют ВМС Украины и ВМФ России.Уникальное географическое положение и условия навигации портов города делают Севастополь стратегически важным военно-морским пунктом. Это также популярный морской курорт и туристическое направление, в основном для посетителей из стран Содружества Независимых Государств (СНГ). Торговое и судостроительное значение порта Севастополя растет после распада Советского Союза, несмотря на то, что трудности, возникающие из-за совместного военного контроля над его гаванями и пирсами.Севастополь также является важным центром исследований морской биологии. В частности, изучение и дрессировка дельфинов ведется в городе с конца Второй мировой войны. Впервые это была секретная военно-морская программа по использованию животных для специальных подводных операций. История Севастополь вместе с Кронштадтом и Гибралтаром является одной из самых известных военно-морских цитаделей в Европе. Он был основан в 1783 году Григорием Потемкиным, когда Россия аннексировала Крымский полуостров. Он стал важной военно-морской базой, а затем и торговым портом.В 1797 году указом императора Павла I военная крепость была переименована в Ахтиар. Наконец, 29 апреля (10 мая) 1826 года городу было возвращено имя Севастополь. Музей-панорама Севастополя Одним из наиболее заметных событий, связанных с городом, является осада Севастополя (1854–1855), осуществленная британскими, французскими, сардинскими и турецкими войсками во время Крымской войны, которая длилась 11 месяцев. Несмотря на все усилия, русская армия была вынуждена покинуть опорный пункт и эвакуироваться по понтонному мосту на северный берег залива.Русским пришлось потопить весь свой флот, чтобы не допустить его попадания в руки врага и одновременно заблокировать вход западных кораблей в залив. Когда вражеские войска вошли в Севастополь, они столкнулись с руинами некогда славного города. Панорама осады, созданной Францем Рубо и восстановленной после ее разрушения в 1942 году, размещена в специально построенном круглом здании в городе. На нем изображена ситуация в разгар осады 18 июня 1855 года.Памятник Эдуарду Тотлебену в Севастополе (1909 г.). Во время Второй мировой войны Севастополь выдержал бомбардировку немцев в 1941–1942 гг., Во время осады Оси, которая длилась 250 дней, прежде чем она упала в июле 1942 г. Город был переименован в «Теодориххафен» в 1942 г. Он был освобожден Красной Армией 9 мая 1944 года, а годом позже был удостоен звания «Город-герой». В 1957 году город Балаклава был включен в состав Севастополя. В советское время Севастополь стал так называемым «городом-героем». закрытый город ». Это означало, что все нерезиденты должны были обращаться к властям за разрешением на временное посещение города.Он подчинялся непосредственно центральным властям РСФСР, а не местной области, а позже (после 1978 г.) украинской администрации. 10 июля 1993 г. российский парламент принял постановление, провозгласившее Севастополь «федеральным российским городом». В то время многие сторонники тогдашнего президента Ельцина перестали принимать участие в работе парламента. В мае 1997 года Россия и Украина подписали договор «О мире и дружбе», исключающий территориальные претензии Москвы к Украине. Как и в остальной части Крыма, русский язык остается преобладающим языком в городе, хотя после обретения Украиной независимости были предприняты некоторые попытки украинизации, которые не имели большого успеха.Украинские власти, назначаемые правительством, сохраняют формальный контроль над жизнью Севастополя (например, в сфере налогообложения и гражданской полиции) и стараются избегать конфронтации с командованием базы на Черном море и пророссийскими группами. Несколько лет назад городской совет, в котором доминируют коммунисты, отклонил ссуду ЕБРР на ремонт плохой канализационной системы Севастополя, заявив, что проект был направлен на усиление зависимости города от правительства Украины и Запада. Молодежная политическая организация WE, выступающая за Россию. гражданство для жителей Севастополя, опубликованный в опросе 2004 г., в котором утверждалось, что «72% севастопольцев поддерживают идею независимого статуса Крыма… Кроме того, 95% респондентов поддерживают постоянное пребывание Черноморского флота России в Севастополе даже после 2017 года, когда истекает срок соответствующего соглашения между Россией и Украиной. Также 100% опрошенных высказываются за соответствие права двойного гражданства — русского и украинского — гражданам Севастополя. Хотя примечательно, что в случае получения российского гражданства только 16% севастопольцев готовы отказаться от украинского.Список достопримечательностей Херсонесский национальный археологический заповедник Музей-панорама (Героическая оборона Севастополя во время Крымской войны) Малахов курган (Курган) с его Белой башней Владимирский собор (Владимирский собор) на Центральном холме Памятник затонувшим кораблям на Морском бульваре Музей Черноморского флота России Штурм Сапун-горы 7 мая 1944 года, Музей диорамы (Вторая мировая война) Братское (коммунальное) военное кладбище Демография Население собственно Севастополя составляет 342 451 человек (2001 г.), что делает его 15-м по величине городом Украины. и самый большой в Крыму.В городской агломерации проживает 961 885 человек (2008 г.). По данным Всеукраинской переписи населения 2001 года, этнические группы Севастополя включают русских (71,6%), украинцев (22,4%), белорусов (1,6%), татар (0,7%), крымских татар (0,5%), армян (0,3%). ), Евреи (0,3%), молдаване (0,2%) и азербайджанцы (0,2%).

Ваш комментарий будет первым

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *