Нажмите "Enter", чтобы перейти к содержанию

Стены плача: Недопустимое название

Содержание

Стена Плача. Достопримечательности — Путеводитель по Средиземноморью

Стена Плача — часть массивной каменной стены вокруг Храмовой горы Старого города Иерусалима, уцелевшей после разрушения Второго Храма римлянами в 70 г. Стена Плача считается считается самым священным местом в иудаизме.

Панорама Западной Стены с Куполом Скалы (слева) и мечетью Аль-Акса (справа) на заднем плане Sheepdog85, GNU 1.2

В течение многих веков является символом веры и надежды многих поколений евреев, местом их паломничества и молитв. Самый ранний источник, увязывающий евреев со Стеной, датируется IV веком. С началом Сионистского движения в начале XX века Стена стала одной из причин трений между еврейским сообществом и мусульманскими религиозными лидерами.

Местоположение и размеры

Обычно под Стеной Плача понимается 57 м открытого фрагмента древней стены, расположенной на западном склоне Храмовой Горы. Этот фрагмент выходит фасадом на большую площадь в Еврейском квартале и отведён для молитвы. Однако в полную свою величину та часть  Стены Плача, которая выступает над землёй, тянется на 488 м, и на большей протяжённости скрыта за жилыми постройками, возведёнными по её длине вдоль всего склона Храмовой Горы.

Другие открытые фрагменты включают в себя южную часть Стены, насчитывающую примерно 80 м, и ещё один, гораздо более короткий, 8-метровый фрагмент, известный, как Малая Стена, расположенный близ Железных Ворот в Мусульманском квартале Старого Города.

Стена была сооружена в 19 г. до н.э. Иродом I для поддержания земляной насыпи, сделанной в период расширения территории Храма. 

Стена Плача (Западная Стена) amanderson2, CC BY 2.0

Полная высота Стены от её основания в районе площади  Стены плача оценивается в 32 м, при этом открытый фрагмент составляет примерно 19 м в высоту. Стена состоит из 45 слоёв камня, 28 из которых находятся над землёй и 17 под землёй. Первые семь видимых слоёв относятся к Иродианскому периоду.

Этот фрагмент стены сложен без скрепляющего раствора из колоссальных гладко обтёсанных камней из известняка мелек (мелеке), добытых, возможно, либо из Пещеры Седекии, расположенной под Мусульманским Кварталом, либо из Рамат Шломо в четырёх километрах к северо-западу от Старого города.

Средняя высота камней 1—1,2 м, длина — 1,5—3 м. Большая их часть весит от двух до шести тонн каждая, а остальные весят ещё больше — включая один экстраординарный, так называемый Западный камень, 13 метров в длину и весом примерно 570 тонн, расположенный в северной части Арки Уилсона.

Остатки Арки Робинсона над раскопанными остатками античной улицы. Brian Jeffery Beggerly, CC BY 2.0

Каждый из этих камней на лицевой стороне окружён слегка выступающими прямоугольными филёнками тонкой резки. Сами филёнки насчитывают от 5 до 20 сантиметров в ширину, в то время как их глубина составляет 1,5 сантиметра.

В иродианский период верхние 10 метров стены составляли 1 метр в ширину и служили второй стеной двойной колоннады плато. Эта верхняя часть была декорирована пилястрами, остатки которых были уничтожены, когда в 628 г. византийцы отвоевали Иерусалим у персов и их еврейских союзников

Самое святое для евреев место

Местом молитвы Стена стала после разрушения Храма, когда евреи начали оплакивают уничтоженную святыню и молить Бога о возрождении Израиля, отсюда и происходит её название — Стена Плача.

Чтение Псалмов у Стены Плача beggs, CC BY 2.0

По окончании Войны за независимость в 1948 г. Храмовая гора вместе с Восточным Иерусалимом перешла под контроль Иордании. До 1967 г. евреи к Стене Плача не допускались.

Во время Шестидневной войны израильские войска заняли Старый город и молитвы у Стены Плача возобновились.

Стена Плача. Мужчины молятся слева, а женщины справа

Стена Плача в течение столетий являлась символом веры и надежды многих поколений евреев.

Возле Стены плача можно найти молящихся в любое время суток. Миллионы туристов со всего мира ежегодно прибывают в Иерусалим, для того чтобы увидеть Стену плача и оставить записку с просьбой к Всевышнему между камней стены.

По традиции, мужчины подходят к Стене Плача слева, а женщины справа. К Стене Плача могут подходить и неевреи, если они соответствующим образом одеты и носят головные уборы (кипу, головной убор, можно получить на время у смотрителей).

Площадь перед Стеной Плача является огромной синагогой под открытым небом.

Площадь Стены Плача. Присяга ЦАХАЛ ChrisYunker, CC BY-SA 2.0

На площади проходят торжественные церемонии в День независимости Израиля и в День освобождения Иерусалима, приносят присягу новобранцы ЦАХАЛ.

Здесь отмечают торжественные события, например, достижение детьми возраста религиозного совершеннолетия (Бар-мицва и Бат-мицва).

Ортодоксальный еврей во время молитвы у Стены Плача beggs, CC BY 2.0

Некоторые приходят к Стене, чтобы читать Книги псалмов, другие вкладывают между камнями листочки с просьбами к Всевышнему. В дни поста, посвященного разрушению Храмов люди, сидя на земле, читают Плач Иеремии и поют траурные мелодии.

Взгляды и противоречия

Христианские

Когда в IV веке Иерусалим перешёл под власть христиан, произошёл «перенос» почитания, — в терминах святости, — от Храмовой Горы и Западной Стены в пользу Храма Гроба Господня.

Папа Франциск у Западной Стены. Tomtom, CC BY-SA 3.0

В наше время поступки некоторых христианских лидеров, включая папу Иоанна Павла II, папу Бенедикта XVI и папу Франциска, которые посетили Стену и даже оставили в её расщелинах молитвенные записки, символизировали возрождение уважения в отношении этого древнего религиозного объекта.

Некоторые крайние Христианские сионисты утверждают, что для того, чтобы заложить основу для Второго Пришествия, необходимо в том числе восстановить Третий Храм. Маленькая группа экстремистов даже выступает за разрушение мусульманского Купола Скалы, дабы ускорить сооружение нового Храма.

Мусульманские

Отрицание права евреев на Стену плача восходит к началу Арабо-израильского конфликта. Вплоть до 1920-х г.г. мусульманским названием Стены было «Эль-Мабка» — «место плача»; в 1920-е годы, по мере роста арабо-еврейских трений по поводу прав на стену, арабы начали именовать её Стеной Аль-Бурак. В 1930-х муфтий Иерусалима Хадж Амин аль-Хусейни выступил с утверждением о том, что Иерусалим — «третья святыня ислама».

Мусульманское утверждение, что участок Стены является дарованием исламу, основывается на двух обстоятельствах. Первым является параллель со Стеной в Исре и Мирадже: некоторые источники определяют Западную Стену, как то место, возле которого пророк Мухаммад привязал своего чудесного крылатого коня Бурака. Это предание впервые упоминается в манускрипте Ибн Фуркаха (1328), в котором утверждается, что Бурак был привязан за Баб аль-Наб — старое название ворот, расположенных в юго-западной стене Харам аль-Шариф, на том самом месте, которое ныне известно, как Аль-Бурак. Другие источники, упоминавшие это предание, датируются XIX веком и включают в себя рассуждение 1840 г., содержащее отказ евреям в праве замостить участок перед Стеной, и карту Иерусалима, составленную Уилсоном (1865), на которой область вокруг Стены Плача называется Хош аль-Бурак.

Вторым обстоятельством является утверждение, что Стена является собственностью Вакфа и частью Благородного святилища.

В декабре 1973 г. король Саудовской Аравии Фейсал заявил, что

«Лишь у мусульман и христиан имеются святые места и права в Иерусалиме». У евреев, по его утверждению, там нет вообще никаких прав. Касательно Западной Стены он сказал следующее: «Для них можно построить другую стену. Они могут молиться возле неё.»

Египетский Министр Вакфов Махмуд Хамди Закзук утверждал, что Западная Стена — это не еврейское святое место. Другой высокопоставленный египетский мусульманский авторитет, муфтий Наср Фрадид Вассел, издал указ, гласящий, что Западная Стена навечно останется дарованием исламу, объяснив это тем, что она является частью западной стены мечети Аль-Акса. Он добавил, что Стена будет принадлежать мусульманам всего мира «до конца света» и что мусульманам религией запрещено называть Стену Бурака Стеной Плача.

Палестинские

В эфире радио «Голос Палестины» 10 октября 1996 года (уже после подписания Соглашений в Осло) Ясир Арафат сказал:

«Давайте начнём со святой Стены Бурак — именно так она называется, а не Стеной Плача».

Назначенный Арафатом муфтий Иерусалима шейх Икрима Саид Сабри считал, что Стена принадлежит исключительно мусульманам; согласно его заявлению, «такой вещи, как Стена Плача, не существует», и это лишь «часть мечети аль-Акса». В 2000 г. он сообщил, что

«Ни один камень из стены Аль-Бурак не имеет какого бы то ни было отношения к иудаизму. Евреи начали молиться возле этой стены лишь в девятнадцатом веке, когда начали развиваться их (национальные) устремления».

Годом позже он заявил:

«В Стене Плача нет ни единого камня, который имел бы отношение к еврейской истории. Евреи не могут законным образом претендовать на эту стену, ни религиозно, ни исторически. Комитет Лиги Наций в 1930 г. рекомендовал разрешить евреям молиться здесь, чтобы они вели себя спокойно. Но он никоим образом не признал, что стена принадлежит им.»

Интервью германскому журналу Die Welt, 17 января 2001»

С подобными заявлениями выступали лидер Северного крыла «Исламского Движения в Израиле» шейх Раад Салах и советник председателя ПНА Махмуда Аббаса по делам Иерусалима Аднан Хусейни.

«Западная Стена — все её разнообразные части, структуры и ворота — являются неотделимой составляющей комплекса аль-Акса… Западная Стена — это часть западной башни аль-Акса, которую израильский истеблишмент лживо и подло называет „Стеной Плача“. Стена — это часть священной мечети аль-Акса.»

— Раад Салах

«Стена Плача является неотъемлемой частью комплекса мечети Аль-Акса, которую „поддерживает“, и носит статус „вакф“, поэтому палестинцы не собираются поступиться правами и на эту святыню.»

— Аднан Хусейни

В 2006 г. д-р Хассан Хадер, основатель Энциклопедии Аль Кудс (арабское название Иерусалима), сообщил палестинскому телевидению, что связь евреев со стеной является «недавней, начавшейся в 16-м веке … а не древней, … такой, как корни связи с нею ислама».

В ноябре 2010 года вспыхнул скандал, связанный с опубликованием Министерством Информации ПНА официального документа, — «исследования Аль-Мутауакил Таха», заместителя министра информации в правительстве ПНА, — отрицавшего права евреев на Стену. В исследовании утверждалось, что

«Стена Аль-Бурак на самом деле является западной стеной Мечети Аль-Акса» и что евреи начали использовать это место для богослужений лишь после выхода в 1917 г. Декларации Бальфура, а также что «евреи не имеют исторических связей со Стеной Плача — священной собственностью мусульман».

Пресс-секретарь правительства Израиля Марк Регев назвал данное «исследование», отрицающее историческую связь евреев с Иерусалимом, подстрекательством.

США

Администрация Обамы «решительно осудила претензию палестинских официальных деятелей о том, что Западная Стена в старом Городе не имеет религиозного значения для евреев и в действительности является мусульманской собственностью». Пресс-секретарь государственного департамента США Филипп Кроули заявил:

«Мы категорически отвергаем эти заявления как противоречащие фактам, бесчувственные и крайне провокационные»

и подчеркнул, что

« … США неоднократно призывали руководство ПНА начать борьбу с попытками делегитимации Израиля, в том числе — с непризнанием исторических связей евреев с Землёй Израиля».
После столь серьёзных заявлений руководство ПНА решило убрать со своего официального сайта результаты «так называемого „исследования“»

Еврейские

Большинство евреев — религиозных и светских — считают Стену важным объектом иудаизма. Среди Харедим есть, однако, такие, которые придерживаются противоположных взглядов. Самыми заметными являются приверженцы секты Сатмарских хасидов, придерживающиеся взглядов, которые отстаивал Рабби Йоэль Тейтельбаум, никогда не приближавшийся к Стене.

Израильские

В своей книге «Войны за святые места» Шмуэль Берковиц указывает, что мусульмане стали присваивать Западной Стене статус святости лишь в течение последних 100 лет. Он делает это предположение исходя из того факта, что официальные путеводители, изданные Вакфом в 1914, 1965 и 1990 годах, не указывают на святость Стены, и статья «аль-Бурак» в Энциклопедии Ислама также не проводит такой связи.

Опрос, проведённый в 2007 г. Иерусалимским Институтом Изучения Израиля показал, что 96% израильских евреев выступают против уступки Израилем прав на Западную Стену. В речи, произнесённой в израильской иешиве Мерказ ха-Рав в День Иерусалима в 2009 г., израильский премьер-министр Биньямин Нетаньяху провозгласил:

«Флаг, реющий над Котелем — это флаг Израиля… Наши святые места, Храмовая Гора — навечно останутся под властью Израиля.»

История Стены плача. История — Путеводитель по Средиземноморью

Возведение , 19 г. до н. э.

Согласно Танаху, Храм Соломона был построен на вершине Храмовой Горы в X в. до н. э. и разрушен вавилонянами в 586 г. до н. э., а Второй Храм завершён и освящён в 516 г. до н. э.

Около 19 г. до н. э. Ирод I (37–4 годы до н. э.) начал широкомасштабный проект расширения Храмовой горы.

В дополнение к реновации и увеличению размеров Храма, он искусственным путём расширил маленькое квази-естественное плато, на котором стояли Первый и Второй Храмы, до обширных размеров Храмовой горы в её нынешнем виде. Это повлекло за собой увеличение размеров огороженного пространства; по периметру этой платформы шла опорная стена, поддерживавшая земляную насыпь, которая была насыпана для увеличения площади Храмовой горы.

Сегодняшняя Западная стена как раз и является частью этой опорной стены.

Для придания стене большей устойчивости против давления земляных масс насыпи, каждый последующий ряд кладки отступает вглубь от предыдущего.

В 2011 г. израильские археологи объявили об обнаружении римских монет, отчеканенных много позже смерти Ирода, под массивными камнями в фундаменте южной части Стены внутри ритуальной ванны, которая предшествовала по времени сооружению обновлённого комплекса Храмовой горы и была заполнена, чтобы обеспечить основу для новых стен. Это указывает на то, что Ирод построил не всю стену, и что к моменту его смерти строительство не было даже близко к завершению. Эти находки подтверждают описание Иосифа Флавия, согласно которым строительные работы были закончены лишь во времена правления царя Агриппы II, правнука Ирода. Согласно общепринятому мнению, Иродом I построено чуть больше половины стены, датируемые концом периода Второго Храма — включая 17 её слоёв, находящихся ниже уровня нынешней площади.

Храм Ирода был разрушен Римской империей, вместе с остальным Иерусалимом в 70 г. н. э., во время Первой Иудейской войны.

Римская империя и возникновение христианства, 100–500 г. н. э.

В первые века новой эры, после подавления римлянами восстания Бар-Кохбы в 135 г. н. э., императорским декретом евреям было запрещено проживать в Иерусалиме.

Имеются некоторые доказательства того, что во II и III веках римские императоры давали им разрешение посещать город для совершения богослужений на Елеонской горе, а иногда и на самой Храмовой горе.

Когда при Константине I империя стала христианской, евреи получили разрешение входить в город лишь один раз в году, на Тиша бе-Ав, дабы возле стены оплакивать утрату Храма и горько сокрушаться о судьбе своего народа.

«Бордосский Пилигрим», написанный в 333 г. н. э., позволяет предположить, что, возможно, это происходило возле продырявленного камня или скалы Мория,

«к которой евреи приходят каждый год и умащают её, сокрушаются о себе со стонами, разрывают свои одеяния, и так уходят».

До наших дней дошли схожие описания, включая таковые Отца церкви Григория Назианзина и Иеронима в его комментарии к Софонии, написанном в 392 г. Христианские источники IV в. отмечают, что евреи сталкивались с огромными трудностями при покупке права молиться возле Западной стены, хотя бы в день Девятого Ава.

В 425 г. н. э. евреи Галилеи написали византийской императрице Элии Евдокии, прося разрешения молиться близ руин Храма. Разрешение было дано и им было официально разрешено вновь селиться в Иерусалиме.

Средние века, 500–1500 гг.

По мере того, как нижние ряды кладки Ирода I покрывались земляными наносами, стена надстраивалась. Следующие четыре слоя были добавлены Омейядами в V в.

Незадолго до начала периода крестовых походов на этом месте стояла синагога. Еврейский паломник Исаак Чело (1334) пишет об арабском царе, отвоевавшем Палестину у христиан. (Возможно, он имеет в виду завоевание Иерусалима Умаром в 637 г.) Халиф дал клятву, что если ему удастся завоевать Иерусалим — он восстановит руины Храма. После своей победы он стал разыскивать руины, но они были скрыты под грудами мусора. К царю приблизился старик, говоря:

«Я скажу тебе, где лежит Храм — но я хочу, чтобы ты поклялся, что оставишь нам Западную стену».

После того как царь дал обещание, ему показали, где лежали погребённые под землёй руины. Царь приказал очистить это место и «построил грандиозную мечеть, и оставил Западную Стену евреям, которые припадали к ней для молитвы.»

Вскоре после осады Иерусалима, в 1193 г., сын и преемник Саладина аль-Афдал выделил прилегающий к стене участок земли в благотворительный фонд (вакуф). Он был назван в честь выдающегося мистика Абу Мадьян Шу’аиба и посвящён марокканским поселенцам, которые там обосновались. Дома были построены на расстоянии всего 4 м от стены.

Рабби Обадия из Бертиноро, писавший в 1488 г., утверждает, что

«Западная Стена, часть которой всё ещё стоит, сделана из огромных, толстых камней — больше любых, какие я видел в зданиях древности в Риме или в других землях».

Оттоманский период, 1517–17 гг.

В 1517 г., при Селиме I турецкая Оттоманская империя отвоевала Иерусалим у мамлюков, владевших им с 1250 г.

Оттоманские турки демонстрировали доброжелательное отношение к евреям, приветливо приняв у себя тысячи еврейских беженцев, недавно (в 1492 г.) изгнанных из Испании Фердинандом II Арагонским и Изабеллой I Кастильской.

Султан Сулейман Великолепный приказал построить вокруг всего города колоссальную крепостную стену — сегодняшнюю стену Старого города.

Существуют различные описания усилий, предпринятых Сулейманом, чтобы определить местонахождение руин Храма. Рабби Элиезер Нахман Пуах (около 1540 г.) сообщает:

«Мне говорили, что во дни Султана Сулеймана местоположение Храма было неизвестно, и Султан обыскал каждый уголок Иерусалима, стремясь найти его. Однажды человек, отвечавший за эту работу, в отчаянии после длительных бесплодных поисков и расспросов, увидел подходящую женщину, несшую на голове корзину мусора и отбросов. Он спросил её: «Что ты несёшь на своей голове?» — и она ответила: «Мусор».

«И куда ты несёшь его?«
«В место такое-то и такое-то».
«Где ты живёшь?»
«В Вифлееме».
«Разве нет мусорной кучи между Вифлеемом и этим местом?»
«Такова наша традиция, что кто бы ни принёс немного мусора на это место — совершает благое дело».

Любопытство чиновника было возбуждено, и он приказал великому числу людей убрать мусор с того места … и святыня открылась взорам. Когда Султан узнал об этом, он возрадовался великой радостью и приказал подмести Синан и окропить это место, а Западную Стену омыть розовой водой…»

Во второй половине XVI в. Сулейман Великолепный дал евреям право совершать молитвы у Западной стены и приказал своему придворному архитектору Мимару Синану построить для них там ораторий.

В 1625 г. учёным, имя которого не сохранилось, были впервые упомянуты организованные молитвы у Стены. Рабби Гедалия из Семитизи, отправившийся в Иерусалим в 1699 г., пишет, что свитки Закона приносились к Стене по случаям общественных волнений и бедствий.

Гравюра, 1850 Rabbi Joseph Schwarz., Public Domain

С течением столетий земля, прилегающая к Стене, стала застраиваться. Публичный доступ к Стене осуществлялся через Марокканский квартал — лабиринт узких переулков. В мае 1840 г. изданный Ибрагимом-пашой фирман запретил евреям пролагать проход перед Стеной. Он также предостерёг их от «повышения там своего голоса и демонстрирования своих книг». Им было, однако, разрешено «наносить к ней визиты, как встарь».

Рабби Иосиф Шварц, писавший в середине 19 века, отмечает:

«Эта стена посещается всеми нашими братьями в каждый праздник и торжество; и большое пространство у её подножия часто заполнено столь плотно, что все не могут поклоняться здесь одновременно. Она также посещается, хотя в меньших количествах, каждым пятничным вечером, а некоторыми почти ежедневно. Магометане не досаждают никому во время этих посещений, ибо у нас есть очень старый фирман константинопольского Султана о том, что доступ не должен нам воспрещаться, хотя Порта получает за эту привилегию специальный налог — который, однако, весьма несуществен.»

К оттоманскому периоду относятся следующие (после Омейядских) 14 слоёв кладки стены (к началу XIX в. над поверхностью земли оставались лишь 5 верхних рядов иродианской кладки). Их добавление приписывается (скорее всего, ошибочно) сэру Моисею Монтефиоре, который якобы в 1866 г. организовал добавление дополнительных слоёв «для создания тени и защиты от дождя всех приходящих молиться близ священных остатков нашего Храма». (Последние, верхние три слоя были положены Муфтием Иерусалима до 1967 г.)

С течением времени рост числа людей, собирающихся в этом месте, привёл к напряжённости в отношениях между еврейскими посетителями, желавшими более лёгкого доступа и большего пространства, и местными жителями, жаловавшимися на шум. Это положило начало попыткам евреев получить право собственности на землю, прилегающую к Стене.

В конце 1830-х гг. богатый еврей по имени Шемария Лурия попытался приобрести дома возле Стены, но потерпел неудачу, как и еврейский мудрец Абдулла из Бомбея, попытавшийся купить Западную стену в 1850-х.

В 1869 г. в Иерусалиме поселился Рабби Гилель Моше Гелбштейн. Он организовал доставку к Стене в ежедневном режиме скамей и столов для организованных им учебных групп и миньяна, который он возглавлял там в течение многих лет. Он также разработал план, которым предполагалось приобретение некоторых из выходящих к Стене дворов, с намерением учреждения трёх синагог — по одной для сефардов, хасидов и фарисеев. Также он попытался возродить древнюю практику «почётного караула», который, согласно Мишне (в Трактате Миддот), был расставлен вокруг Храмовой горы. Он снял дом возле Стены и нанял мужчин, чтобы они несли там караул — а также у различных других ворот вокруг горы. Однако этот порядок просуществовал лишь непродолжительное время, из-за недостатка средств или же сопротивления арабов.

В 1874 г. Мордехай Росанес оплатил повторное мощение примыкающей к Стене дорожки.

В 1877 г. Муфтий Иерусалима принял предложение евреев купить Марокканский квартал, однако распри внутри еврейского сообщества не позволили соглашению реализоваться.

В 1887 г. многообещающая попытка была предпринята бароном Ротшильдом, разработавшим план покупки и разрушения Марокканского квартала «в честь еврейского народа и в ознаменование его заслуг». Предложение о покупке было рассмотрено и одобрено оттоманским губернатором Иерусалима Рауфом Пашой и Муфтием Иерусалима Мохаммедом Тахиром Хуссейни.

Однако даже после того, как от высшей светской и мусульманской религиозной властей было получено разрешение на осуществление проекта, сделка была «положена на полку», после того как власти настояли на том, что после разрушения квартала там не должно осуществляться никакого строительства — что бы ни предполагалось построить; можно было лишь посадить деревья для украшения территории. К тому же, евреи не получили бы полного контроля над нею. Это означало, что у них не было бы полномочий запретить кому бы то ни было использовать площадь для совершения различных действий, — включая проезд на мулах, — что привело бы к нарушению покоя молящихся. Другие сообщения относят неудачу проекта на счёт внутренних разногласий между евреями, относительно того, не повлечёт ли за собой этот план нежелательную реакцию со стороны арабов.

В 1895 г. ивритский лингвист и издатель Рабби Хаим Хиршензон оказался вовлечён в неудавшуюся попытку покупки Западной Стены и потерял все свои активы.

Даже попытки Компания развития земель Палестины приобрести для евреев территорию, прилегающую к Западной стене, перед самым началом Первой мировой войны, так и не принесли плодов.

В течение первых двух месяцев, последовавших за вступлением Оттоманской империи в Первую мировую войну, турецкий губернатор Иерусалима Закей Бей предложил продать евреям Марокканский квартал, состоявший из примерно 25 домов, дабы расширить территорию, доступную им для молитвы. Он запросил плату в 20 тыс. фунтов, которые должны были пойти как на переселение мусульманских семей, так и на разбивку напротив Стены общественного сада.

Однако проживавшие в городе евреи не могли собрать необходимую сумму. Несколькими месяцами позже, в результате давления, оказывавшегося арабами — мусульманами на турецкие власти Иерусалима, евреям было официальным декретом запрещено размещать возле стены скамьи и зажигать свечи. Против этого неприятного поворота в отношениях выступил Хахам Баши, которому удалось добиться отмены запрета.

В 1915 г. появилось сообщение о том, что командующий турецкой армией Джемал Паша закрыл Стену для посещений по санитарным соображениям.

Изданные в связи со Стеной фирманы
ГодКем изданСодержание
около 1560Сулейман ВеликолепныйОфициальное признание права евреев молиться возле Стены.
1840Ибрагим Паша ЕгипетскийЗапрет евреям пролагать проход возле стены. Также предостерегал их от «повышения там голоса и демонстрирования своих книг». Им, однако, было разрешено «наносить к ней визиты, как встарь».
1841*Ибрагим Паша ЕгипетскийТого же содержания и сходный с двумя другими, от 1893 и 1909 г.г.
1889*Абдул Хамид IIО недопущении причинения помех евреям в местах, посещаемых ими с целью поклонения и паломничества, расположенных в местностях, находящихся в ведении Главного Раввината — равно как и при отправлении их ритуалов.
1893*Подтверждает фирман от 1889 г.
1909*Подтверждает фирман от 1889 г.
1911Административный совет ЛивыЗапрет евреям исполнять у Стены некоторые вспомогательные действия.

* Эти фирманы были процитированы еврейскими представителями в Международной Комиссии 1930 г. в качестве доказательства прав на Стену. Мусульманские власти ответили возражением о том, что исторические документы, санкционировавшие еврейское присутствие, были актами толерантности, проявленной мусульманами, которые, совершая таковые, не предоставляли никаких позитивных прав.

Британское правление 1917–48 г.г.

В декабре 1917 г. британские войска под командованием Эдмунда Алленби захватили Иерусалим у турок. Алленби дал обещание, что

«каждая священная постройка, памятник, святое место, святыня, территория, связанная с традицией, пожертвование, завещанная по благочестию собственность или традиционное место молитвы, относящиеся к какой бы то ни было форме трёх религий, будут сохранены и защищены согласно существующим традициям и верованиям тех, для чьей веры они священны».

В 1919 г. сионистский лидер Хаим Вейцман, стремясь дать евреям возможность получить беспрепятственный доступ к их святому месту, обратился к британскому Военному губернатору Иерусалима, полковнику сэру Рональду Сторрсу, с предложением от 75 тыс до 100 тыс  фунтов за приобретение территории у подножия Стены и переселение жителей.

Солдаты Еврейского легиона у Стены плача после взятия Иерусалима, 1917 неизвестен, Public Domain

Сторрс отнёсся к этой идее с большим энтузиазмом, поскольку он надеялся, что часть денег будет потрачена на развитие мусульманского образования. Начавшиеся оптимистично, переговоры сорвались в результате мощной мусульманской оппозиции. Два десятилетия спустя Сторрс писал:

«Принятие этих предложений, будь оно претворено в жизнь, искупило бы годы омерзительных унижений — включая осквернение Стены и мостовой, и беззастенчивый рёв трагикомического арабского оркестра во время еврейской молитвы — достигших кульминации в ужасных вспышках произвола в 1929 г.»

В начале 1920 г. возникли первые еврейско-арабские разногласия по поводу Стены, когда мусульманские власти проводили на её верхних уровнях небольшие ремонтные работы. Евреи, соглашаясь с необходимостью работ, обратились к британцам с прошением о том, чтобы они проводились под надзором недавно сформированного Департамента древностей, поскольку Стена является древней реликвией.

В 1926 г. другая бесплодная попытка была предпринята Сионистским администратором Палестины полковником Ф. Х. Кишем, который замыслил покупку всей прилегающей к Стене территории с целью создания открытого пространства, с местами, на которых могли бы сидеть престарелые молящиеся. В 1928 г. Сионистская организация сообщала, что Верховный комиссар Палестины Джон Ченселор считает, что Западная стена должна перейти под контроль евреев, и удивляется, «почему ни один великий еврейский филантроп ещё не купил её».

Беспорядки 1928 года

В 1922 г. соглашение о статус кво, изданное мандатными властями, наложило запрет на размещение возле Стены скамей или кресел. Последний прецедент подобного запрета имел место в 1915 г., но оттоманский декрет был вскоре отозван (после вмешательства Хахам Баши). В 1928 г. Районный комиссар Иерусалима Эдвард Кейт-Роуч согласился на просьбу арабов о претворении запрета в жизнь. Это привело к размещению у Стены британского офицера, следящего за тем, чтобы там не усаживались евреи. Также евреям не было разрешено разделять пола ширмами (мехицот). В действительности возник гибкий modus vivendi: такие ширмы устанавливались время от времени, когда на молитвы собирались большие количества людей.

Размещение возле Стены Мехицот, подобных этой, в 1928 г. стало катализатором конфронтации между арабами, евреями и властями мандата Juan Reyero, CC BY 2.0

28 сентября 1928 г., в праздник Йом-Кипур, британская полиция прибегла к силе для удаления мехицы, использовавшейся для разделения мужчин и женщин во время молитвы. Женщины, пытавшиеся помешать разборке ширмы, были избиты полицией, применившей куски сломанной деревянной рамы в качестве дубинок. Затем из-под престарелых молящихся были выдернуты кресла. Этот эпизод оказался в центре международных новостей, и по всему миру евреи выступили с осуждением действий британцев.

Верховный раввин ультраортодоксальных евреев Иерусалима издал письмо от имени своего сообщества, Эда Харедит и Агудат Исроэль с резким осуждением осквернения святого места. Различные общественные лидеры призвали ко всеобщей забастовке. Большой митинг состоялся в иешиве Эц Хаим, после которого рассерженная толпа атаковала местный полицейский участок, в котором, по их убеждению, скрывался британский офицер, связанный с провальной акцией.

Комиссар Эдвард Кейт-Роуч описал ширму, как нарушающую оттоманский статус кво, воспрещавший евреям сооружать в зоне Западной стены какие бы то ни было конструкции. Он проинформировал еврейское сообщество о том, что её удаление было осуществлено по его приказу после получения жалобы от Верховного мусульманского совета. Арабов беспокоило, не пытаются ли евреи распространить свои права на Стену, и не намереваются ли посредством этого шага в конечном счёте завладеть мечетью Аль-Акса. Британское правительство издало заявление с объяснением инцидента, возложив ответственность на находившегося возле стены еврейского габбая. В заявлении подчёркивалось, что удаление ширмы было необходимо, однако выражалось сожаление по поводу последовавших за тем событий.

Широкомасштабная арабская кампания протестов против предполагаемых козней евреев с намерением завладеть мечетью Аль-Акса всколыхнула страну; было создано «Общество для защиты мусульманских святых мест». В ответ на эти опасения арабов Еврейский национальный совет заявил в своём обращении:

«Настоящим мы заявляем, настойчиво и искренне, что ни один еврей никогда не помышлял о притязании на права мусульман на их исконные святые места; но и наши арабские братья также должны признать права евреев в отношении тех мест в Палестине, каковые являются святыми для них.»

Совет также потребовал, чтобы британская администрация экспроприировала Стену для евреев.

Начиная с октября 1928 г. Муфтий Хадж Амин Аль-Хусейни организовал серию мер, призванных продемонстрировать эксклюзивность притязаний арабов на Храмовую гору и её окрестности. Он приказал начать новое строительство рядом с Западной стеной и над ней. Британцы дали арабам разрешение переделать прилежащую к Стене постройку в мечеть и добавить минарет. Был назначен муэдзин, для исполнения исламского призыва к молитве и суфийских ритуалов в непосредственной близости от Стены. Евреями, молившимися возле Стены, это было воспринято, как провокация. Евреи протестовали, напряжение нарастало.

Британцами было проведено расследование беспорядков и исследование принципиальной составляющей спора о Западной стене, — а именно, прав молящихся евреев приносить к Стене дополнительные принадлежности. Верховный мусульманский совет предоставил в поддержку своих притязаний документы, датируемые временами турецкого режима. В то же время, повторные обращения к Главному раввинату с требованием указать, какие именно принадлежности были разрешены, так и не получили никакого отклика. Раввинат отказался выполнить требование, мотивируя это тем, что евреи имеют право молиться у стены без ограничений.

Вслед за этим, в ноябре 1928 г., правительство издало Белую книгу под названием «Западная стена, или Стена плача, в Иерусалиме: Меморандум Государственного Секретаря по Колониям», в которой настаивалось на соблюдении статус кво и содержалось предписание о том, что евреи могут приносить только «те аксессуары, которые были разрешены в турецкие времена».

Несколькими месяцами позже Хадж Амин пожаловался Ченселлору на то, что «евреи приносят к стене скамьи и столы в возрастающих количествах, вбивают в неё гвозди и вешают на них лампы».

Палестинские бунты 1929 г.

Летом 1929 г. муфтий распорядился проделать выход в южном конце огибавшей Стену дорожки. Прежний «слепой мешок» превратился в сквозной проход, ведший с Храмовой горы в молитвенную зону возле Стены. Вдоль узкой аллеи стали пасти мулов, часто оставлявших там экскременты. Это, — наряду с другими строительными проектами, ведшимися поблизости, и ограничением доступа к Стене, — привело к тому, что евреи стали направлять британцам протесты; последние остались безучастными.

14 августа 1929 г., после индивидуальных нападений на евреев, молившихся у Стены, 6 000 евреев вышли на демонстрацию в Тель-Авиве, выкрикивая «Стена наша». На следующий день — в еврейский праздник Тиша бе-Ав, 300 молодых людей подняли у Стены сионистский флаг с пением сионистского гимна. На следующий день, 16 августа, организованная толпа из 2 000 арабов-мусульман обрушилась на Западную стену, нанесла ранения габбаю и сожгла молитвенные книги, литургические крепления и записки с просьбами. Бунт распространился на еврейский коммерческий район города, а через несколько дней продолжился Хевронской резнёй.

Международная комиссия 1930 г.

В 1930 г., в ответ на бунты 1929 г., британское правительство назначило комиссию «для определения прав и притязаний мусульман и иудеев в отношении Западной стены, или Стены плача». Лига Наций утвердила комиссию при том условии, что её члены не будут британцами.

Евреи потребовали от Комиссии совершения следующих действий:

  • Зафиксировать признание того утверждаемого с незапамятных времён факта, что Стена плача есть Святое место для евреев — не только для евреев Палестины, но также для евреев всего мира.
  • Распорядиться о предоставлении евреям права доступа к Стене для богослужения и молитв в соответствии с их ритуалом без вмешательства или помех.
  • Распорядиться о позволительности продолжения иудейских служб на условиях благопристойности и соответствия их оформления той священной традиции, которая поддерживается на протяжении многих столетий, без нарушения религиозных прав других конфессий.
  • Распорядиться о том, что издание каких бы то ни было ограничений, какие могут оказаться необходимыми в отношении таковых богослужений и молитв, должно быть доверено Палестинскому Раввинату, который должен, таким образом, восстановить свою полную ответственность в этом вопросе, при несении каковой ответственности он может консультироваться с мировым Раввинатом.
  • Предложить Мандатным властям, — в случае если члены Комиссии одобрят план, — что им надлежит принять необходимые меры к тому, чтобы собственность, ныне занимаемая Вакуфом Мограби, могла быть освобождена, при том что власти Вакфа приняли бы взамен них некие новые здания, которые были бы возведены на каком-то приемлемом участке Иерусалима, так чтобы цели благотворительности, ради которых был принесён в дар Вакуф, могли по-прежнему быть достигнуты.

Комиссия отметила, что «Евреи не претендуют ни на какую собственность на Стену или на мостовую напротив неё (concluding speech of Jewish Counsel, Minutes, page 908).»

Давид Еллин, свидетельствовавший перед Комиссией, заявил:

«Пред вашим судом стоит сегодня народ, лишенный всего, что дорого и свято для него, со дня своего появления в собственной своей земле — могил своих патриархов, могил своих великих царей, могил своих святых пророков и, превыше всего — места, на котором стоял его великолепный Храм. Всё было отобрано у него, и из всех свидетельств его святости один лишь осколок остаётся доныне: одна сторона крохотной части стены, которая с одной своей стороны граничит с территорией его бывшего Храма. Перед этой стеной из голого камня стоит этот народ под открытым небом, в летнюю жару и зимние дожди, и изливает сердце своё Богу своему на небесах.»

Комиссия заключила, что стена, примыкающая мостовая и Марокканский квартал принадлежат исключительно мусульманскому вакфу. Однако евреи имеют право «свободного доступа к Западной Стене для целей богослужения в любое время», при соблюдении некоторых соглашений, ограничивающих перечень объектов, которые можно приносить к Стене, и запрещающих дуть в шофар (что было объявлено противозаконным).

Мусульманам было запрещено прерывать иудейские богослужения посредством провода животных или иными способами.

В апреле 1930 г. Ицхак Оренштейн, занимавший должность раввина Котеля, зафиксировал, что

«Сегодня утром наш учитель, Рабби Йосеф Хаим Зонненфельд, пришёл молиться подле Коселя, и один из присутствовавших там достал маленький стул для Рава, чтобы тот мог отдохнуть на нём несколько мгновений. Однако, не успел Рав сесть, как появился арабский чиновник и выдернул из-под него стул.»

На протяжении 1930-х годов молодые евреи постоянно игнорировали запрет шофара и каждый год по завершении Йом-Кипура дули в него, что приводило к их аресту и судебному преследованию. Обычно они подвергались штрафу или приговаривались к тюремному заключению на срок от 3 до 6 месяцев.

Иорданское правление, 1948–67 гг.

Во время Войны за Независимость Израиля в 1948 г., Старый город вместе со всей Храмовой горой и Стеной был оккупирован Трансиорданией.

Параграф 8 Соглашения о прекращении огня 1949 г. предоставлял израильским евреям доступ к Западной Стене. Однако в течение последующих 19 лет, несмотря на бесчисленные требования со стороны израильских официальных лиц и еврейских групп к ООН и другим международным органам принять меры к тому, чтобы добиться выполнения Соглашения о прекращении огня, Иордания отказывалась соблюдать этот пункт.

Ни израильские арабы, ни израильские евреи не могли посещать свои святые места на иорданских территориях. Исключение было сделано для христиан в части участия в христианских церемониях в Вифлееме.

Британский полицейский пост у входа к Западной Стене, 1933 KLUGER ZOLTAN, Public Domain

Некоторые источники утверждают, что евреи могли посещать стену, только если совершали поездку через Иорданию (что не было доступно израильтянам) и не имели в своих паспортах израильской визы. Там можно было увидеть лишь иорданских солдат и туристов.

Местом, на котором евреи собирались для молитвы, стала превосходящая по высоте точка на горе Сион, с которой можно было видеть Стену. Для тысяч паломников гора, будучи ближайшим к Стене пунктом, находящимся под израильским контролем, стала альтернативным местом проведения традиционной церемонии священнического благословения, которая совершается на Трёх Паломнических Праздниках (Песах, Шавуот и Суккот).

Знак «Пр. Аль Бурак (Стена Плача)»

Во время иорданской оккупации Старого города на камнях древней стены был закреплён указатель на арабском и английском языках. Размещённый на трёхметровой высоте, он был составлен из восьми отдельных керамических плиток, на которых сверху значилось «Аль Бурак» — по-арабски, и снизу «Пр. Аль-Бурак (Стена Плача)» — по-английски.

Когда в июне 1967 г. к стене подошли израильские солдаты, один из них попытался нацарапать на них ивритские буквы.

Jerusalem Post сообщала, что 8 июня Бен-Гурион пришёл к Стене, «с отвращением посмотрел» на указатель: «Это неправильно. Это нужно снять» — и принялся демонтировать его. Этот акт ознаменовал окончательное завоевание Старого города и возможность для евреев снова иметь доступ к святейшим своим местам. 

Израильская юрисдикция (1967 — н.в.)

Во время Шестидневной войны, в ходе боев за Иерусалим, израильские войска заняли Старый город, и весь Иерусалим, включая Западную стену, оказался под контролем Израиля. Ицхак Рабин, пятый премьер-министр Израиля, так описал момент выхода израильских солдат к Стене:

«В Шестидневной войне был один момент, символизировавший великую победу: это тот момент, когда первые парашютисты — под командованием Гура — достигли камней Западной Стены, ощущая всю эмоциональность этого места; никогда не было и не будет другого момента, подобного этому. Никто не режиссировал этот момент. Никто не планировал его заранее. Никто его не готовил, и никто не был к нему готов; это было так, словно всё направлялось Провидением: парашютисты, рыдающие — громко и мучительно — по своим товарищам, павшим на пройденном пути, слова молитвы Кадеш, услышанные камнями Западной Стены после 19 лет молчания, слёзы горя, крики радости, и пение «Атиквы».

Согласно Б. Моррису и Эялю Вейцману, в течение 48 часов после захвата Стены военные, — без формального приказа правительства, — спешно приступили к разрушению всего Марокканского квартала, располагавшегося в 4 м от Стены. Чтобы расчистить место для площади, была снесена мечеть Шейха Эида, построенная поверх медресе Афдилайе (названной по имени аль-Афдала) — одной из трёх или четырёх исламских школ Иерусалима, сохранившихся со времён Саладина.

650 человекам — членам 106 арабских семей — было ночью приказано покинуть свои дома. После того как они отказались выполнить приказ, бульдозеры приступили к разрушению построек, что повлекло за собой жертвы: когда бульдозеры расчищали территорию, одна старая женщина погибла под развалинами.

Согласно Эялю Вейцману, Хаим Герцог, позже ставший шестым президентом Израиля, сыграл большую роль в разрушении этого района:

«Посетив Стену Плача, мы обнаружили примыкающий к ней туалет … мы решили убрать его, а начав с этого, пришли к выводу, что мы могли бы эвакуировать всю зону перед Стеной Плача … историческая возможность, которая никогда не повторится … Мы знали, что в следующую субботу, 14 июня, будет еврейский праздник Шавуот, и что многие захотят прийти, чтобы молиться … к тому времени всё должно было быть завершено».

После воссоединения Иерусалима в 1967 г. сложились и получили широкое распространение традиции, связанные с Западной стеной.

Новая площадь используется для богослужений и публичных собраний. Здесь многие мальчики, достигшие 13-летнего возраста (бар-мицва), впервые вызываются к чтению Торы; приносят присягу новобранцы отборных боевых частей, только что обретшие полноценный статус в Армии обороны Израиля; проводятся торжественные церемонии в День независимости Израиля.

Размещённые здесь активисты Хабада регулярно пропагандируют Кампанию тфилин.

Десятки тысяч евреев стекаются к Стене в еврейские праздники — в особенности в пост Тиша бе-Ав, отмечающий разрушение Храма (в 2007 г. собралось более 100 тыс. человек), и в День освобождения Иерусалима, в который празднуется воссоединение Иерусалима и предание Стены в руки евреев.

Археологи нашли три загадочные комнаты около Стены Плача в Иерусалиме

https://ria.ru/20200521/1571781994.html

Археологи нашли три загадочные комнаты около Стены Плача в Иерусалиме

Археологи нашли три загадочные комнаты около Стены Плача в Иерусалиме

В результате раскопок в нескольких десятках метров от Стены Плача в Иерусалиме израильские археологи обнаружили три помещения времен Римской империи, сообщает… РИА Новости, 21.05.2020

2020-05-21T17:06

2020-05-21T17:06

2020-05-21T17:06

культура

новости культуры

музеи

иерусалим

израиль

/html/head/meta[@name=’og:title’]/@content

/html/head/meta[@name=’og:description’]/@content

https://cdn24.img.ria.ru/images/07e4/05/15/1571780995_0:320:3072:2048_1920x0_80_0_0_42adcecfb23564d3480789775ff1e2af.jpg

МОСКВА, 21 мая – РИА Новости. В результате раскопок в нескольких десятках метров от Стены Плача в Иерусалиме израильские археологи обнаружили три помещения времен Римской империи, сообщает France Info.Их возраст предположительно составляет 1400 лет.Пока точно не установлено, для чего они были предназначены. Украшены они арками, скульптурными изображениями, мозаикой и содержат ниши для масляных ламп. По словам археолога, это могли быть кладовые для священнослужителей или паломников либо кухни и трапезные. «Мы обнаружили здесь кухонную утварь, масляные лампы, а также сосуды для хранения пшеницы, ячменя или оливкового масла», — рассказал археолог. По всей видимости, эти комнаты не имели «непосредственной связи» с Вторым Храмом, разрушенным римлянами в 70-м году н.э., от которого осталась только Западная стена или Стена Плача. Раскопки ведутся с целью создать подземное выставочное пространство, в котором будут представлены материальные предметы разных эпох, обнаруженные в этом священном месте.“Мы собираемся провести масштабные раскопки под Стеной Плача. Наша идея заключается в том, чтобы отделить культовое пространство, где люди молятся, от павильона с археологическими находками под землей для туристов», — пояснил Барак Монникендам-Гивон.

https://ria.ru/20200519/1571661134.html

иерусалим

израиль

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

2020

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

Новости

ru-RU

https://ria.ru/docs/about/copyright.html

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

https://cdn25.img.ria.ru/images/07e4/05/15/1571780995_108:0:2839:2048_1920x0_80_0_0_6d9dff8fccafed7dd3d52a7231664a05.jpg

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

новости культуры, музеи, иерусалим, израиль

МОСКВА, 21 мая – РИА Новости. В результате раскопок в нескольких десятках метров от Стены Плача в Иерусалиме израильские археологи обнаружили три помещения времен Римской империи, сообщает France Info.

Их возраст предположительно составляет 1400 лет.

«В начале мы были сильно разочарованы, поскольку под мозаичным полом наткнулись на скалистый слой и подумали, что ниже следов деятельности человека уже нет, но потом нашли три комнаты, высеченные в скале. Между собой они соединены лестницами», — рассказал Барак Монникендам-Гивон, один из руководителей раскопок в Управлении древностей Израиля.

Пока точно не установлено, для чего они были предназначены. Украшены они арками, скульптурными изображениями, мозаикой и содержат ниши для масляных ламп. По словам археолога, это могли быть кладовые для священнослужителей или паломников либо кухни и трапезные.

«Мы обнаружили здесь кухонную утварь, масляные лампы, а также сосуды для хранения пшеницы, ячменя или оливкового масла», — рассказал археолог.

По всей видимости, эти комнаты не имели «непосредственной связи» с Вторым Храмом, разрушенным римлянами в 70-м году н.э., от которого осталась только Западная стена или Стена Плача.

Раскопки ведутся с целью создать подземное выставочное пространство, в котором будут представлены материальные предметы разных эпох, обнаруженные в этом священном месте.

“Мы собираемся провести масштабные раскопки под Стеной Плача. Наша идея заключается в том, чтобы отделить культовое пространство, где люди молятся, от павильона с археологическими находками под землей для туристов», — пояснил Барак Монникендам-Гивон.

19 мая 2020, 23:13КультураВласти Норвегии разрешили выкопать древний погребальный корабль викингов

Еврейский культурный центр — Статьи

Стена плача Израиль

Стена плача — величайшая святыня иудаизма. Последней, точнее является сам Второй Храм, построенный, как и Первый, на Храмовой горе. Значение этой Стены особое: это все, что осталось от Храма, но в мидраше, (Бэмидбар Рабба 11,2) говорится, что Стену никогда не покидает Шхина — божественное присутствие.

Историческая справка

Стена плача — это фрагмент укреплений Храмовой горы — все, что осталось от разрушения римлянами, возглавляемыми императором Титом, Иерусалима и Второго Храма во время Первой Иудейской войны в 70 году н. э.

Местоположение и история строительства

Обычно Стеной плача считают фрагмент древней стены на западном склоне Храмовой Горы, протяженностью 57 метров, фасад которого выходит на площадь в Еврейском квартале Старого Города в Иерусалиме. Но общая протяженность Стены плача — 488 метров. Просто она в значительной мере закрыта домами, облепившими склон. Есть еще один видимый южный фрагмент стены протяженностью 80 метров, а совсем малюсенький 8-метровый фрагмент (Малая Стена) находится уже в Мусульманском квартале, неподалеку от Дамасских ворот.

В ТаНаХе сказано, что Второй Храм был построен и освящен в 516 году до н э., то есть спустя 50 лет после разрушения вавилонянами Первого Храма, построенного Соломоном. Примерно в 19 до н. э. Ирод Великий положил начало масштабному проекту по расширению Храмовой горы, в процессе которого был увеличена площадь не только самого Храма, но и плато, на котором он находился (естественный рельеф был расширен искусственным способом). Так Храмовая гора обрела свой нынешний облик. По периметру горы проходила опорная стена, поддерживающая насыпь, используемую для увеличения площади горы. Стена Плача и является фрагментом этой опорной стены. Впрочем, Стена так и не была достроена Иродом до конца. В трудах историка Иосифа Флавия говорится, что строительство завершилось лишь при царе Агриппе II — правнуке Ирода.

По прошествии долгого времени после разрушения Храма, Стена надстраивалась. В VII веке н.э., во времена правления династии Омейядов, стена выросла на четыре новых слоя, поскольку нижние ряды кладки Ирода постепенно уходили под землю.

В Оттоманский период появилось еще четырнадцать новых слоев кладки, а в середине XX века — еще три.

К настоящему моменту Стена включает 45 каменных слоев — 28 надземных и 17 подземных. Считается, что семь надземных слоев относятся к периоду правления Ирода.

Происхождение названия

Стена Плача — название с точки зрения еврейской традиции, условное, и идет от арабов. Еврейское название — Котель Маарави (Западная Стена) и просто Котель (стена). То есть если спросить у религиозного еврея в Иерусалиме, где здесь Стена плача, он вряд ли поймет вас.

Арабы же, видящие евреев, молящихся у стены Всевышнему и оплакивающих разрушение Храма, назвали ее el-Mabka, то есть «Место Стенаний» или «Стена плача». От них это вошло и в некоторые другие языки, в том числе в русский и английский.

Современное значение

Стена на протяжении многих веков служит символом веры и надежды многих поколений евреев, центром их паломничества и молитв. Правда, и в новой истории были периоды, когда верующих не подпускали к этой святыне — как это было с 1948 по 1967 годы, когда Восточный Иерусалим вместе со Стеной Плача находились под контролем Иордании.

Помимо всего, на площади у стены отмечают торжественные события — такие как Бар-Мицва у мальчиков и Бат-Мицва у девочек. Здесь же проходят торжественные церемонии в День Независимости и в День Иерусалима, а новобранцы ЦАХАЛ приносят у Стены присягу.

И вместе с тем сюда съезжаются люди со всего света, чтобы положить свои записки. Ежегодно в расщелины между камнями Стены плача вкладывается свыше миллиона таких обращений к Всевышнему. Записки кладутся не только с внешней стороны Стены, но и в ее туннеле, посещение которого возможно только с экскурсиями. Некоторые направляют свои послания издалека и раввину Западной стены Шмуэлю Рабиновичу. В Израиле даже есть специальные сервисы, чтобы передать послание по факсу или Интернету. Поскольку, по иудейскому закону, молитвенные записки не могут быть выброшены, дважды в год осуществляется их захоронение на еврейском кладбище на Масличной горе.

Взгляды различных религиозных конфессий

Они сильно рознятся, что служит в некоторых случаях источников конфликтов.

Иудаистские

Практически все религиозные и светские евреи считают Стену важнейшим центром иудаизма. Но среди ультраортодксов есть исключения специфического плана, например, сатмарские хасиды считают, что святость этого места унижается, из-за того, что израильские власти превратили Стену в туристический объект. Некоторые противоречия существуют и по поводу восхождения на Храмовую гору: если раньше, в середине XX века, преобладала позиция, что евреям туда подниматься нельзя, в последние годы все большую популярность обретает противоположная точка зрения. Но против подъема выступают практически все ультраортодоксы и часть религиозных сионистов. Их мотивация заключается в том, что по законам Торы, на Храмовой горе надо находиться в состоянии полной ритуальной чистоты (а очищаться надо пеплом рыжей коровы), что не представляется выполнимым.

Христианские

Тут все непросто. По утверждениям некоторых исследователей, после перехода Иерусалима в IV веке, под власть христиан, «место почитания» было перенесено ими от Храмовой горы в сторону Храма Гроба Господня. Но в наше время к Стене приходило и приходит и много христиан, среди которых и такие «столпы» христианства, как Папа Иоанн Павел II и Папа Бенедикт XVI. В разные годы они посетили Стену Плача и оставили в ней молитвенные записки. Кстати, то же самое сделали Хиллари Клинтон и Барак Обама.

Есть и христианские сионисты, выступающие за строительство Третьего Храма, чтобы обеспечить Второе Пришествие. Но это уже вне области комментариев.

Мусульманские

Мусульмане всегда отстаивали свои права на Стену плача. В качестве аргументов они приводят утверждением о том, что именно в здесь исламский пророк Мухаммад привязал своего крылатого коня Бурака. Это подкрепляется тем, что наверху, на месте Первого Храма, находится мечеть Куббат ас-Сахра, внутри которой есть выступающий камень, откуда пророк Мухаммед вознесся на небо на том самом коне.

В свое время было и заявление египетского мусульманского авторитета, муфтия Насра Фрадида  Вассела, что Западная Стена останется навечно дарованной  исламу,  потому  как  является частью западной стены мечети Аль-Акса.

Выводы

Стена Плача — это сердце Иерусалима и Израиля. Только не стоит воспринимать ее, как волшебную стену, исполняющую желания. Надо понимать, что вы пришли к чему-то, имеющему отношение к Храму, и обращаться, прежде всего, к Всевышнему. Суть еще в том, что к Храму приходили разные народы, поэтому Стена открыта не только для иудеев. Главное, прийти сюда в надлежащей одежде, и помыть руки перед приближением к Стене. Это место — святое, и находясь здесь, всегда погружаешься в особую атмосферу. Оно тянет к себе, и заставляет приходить еще и еще.

Стена Плача и записки в Иерусалиме (Израиль): фото и история святыни

Знаменитая Стена Плача находится в городе Иерусалим и считается одной из главных святынь иудаизма. Ежедневно сюда приезжают тысячи туристов и паломников со всего мира. Западная Стена у Храмовой Горы в Израиле существует уже более чем 2000 лет и является уцелевшей частью Второго Иерусалимского Храма, разрушенного римлянами в 70 году н. э.

История возникновения Стены Плача

Западная Стена не была пристройкой самого храма. Оставшаяся часть – это единственный фрагмент предместных укреплений Храмовой горы эпохи Ирода Великого.

Храм и Западная Стена были сооружены царем Иродом при помощи хитрости, ведь великое по своим масштабам сооружение в скромной провинции под игом Великого Рима не разрешили бы. Просьбу отправили, а сами в спешном порядке начали постройку. Когда прибыл ответ: «Не начал – не строй, начал – разрушь, закончил – оставь», на горе Храм был достроен.

Датируется строительство – от 37 до 4 г.г. до н. э. В 70 году был разрушен Второй Иерусалимский Храм из-за беспричинной междоусобной войны римским императором Титом. О масштабах храма говорят размеры фрагмента только ограждения: 500*19 метров в высоту.

Сама Стена Плача состоит из больших каменных блоков, которые никак не скреплены между собой, а просто плотно наложены друг на друга.

Почему «Стена Плача»?

Официальное название на иврите звучит как Котэль Маарави, что в переводе на русский означает «Западная Стена».

Откуда произошло название Стена Плача? Прежде всего к этому священному месту приходят верующие, которые оплакивают разрушенный Храм. Также есть другая версия: время от времени на Стене проступают капли воды, напоминающие слезы. Последний раз «слезоточение» на плачущей Стене в Иерусалиме произошло в 1940 году.

Стена Плача в Иерусалиме: как написать записку

Ежедневно Стену Плача посещают тысячи туристов, а также паломники и местные верующие. Кроме молитв, здесь сложилась традиция оставлять записки в Стене со своими желаниями, адресованные Богу. Каждый год таких записок насчитывается более одного миллиона. А раз в полгода их собирают и предают земле на Елеонской (Масленичной) горе.

Часто туристы задают вопрос: как правильно написать записку с желанием в Стену Плача? Не существует особых сводов правил и образцов. Желание должно быть не обыденным, а самым важным для вас – позитивным и созидательным. Подойдя к Стене, люди молятся, благодарят Бога и просят о здоровье и благополучии. После этого вкладывают записку в щель в Стене, хотя очень трудно порой найти там свободное пространство, поэтому подготовьте бумагу для записки минимального размера.

Территория у Западной Стены разделена на две части: левая – мужская, а правая – женская. Мужская часть большая по размеру, здесь дозволено отмечать иудейские праздники, петь и танцевать. Женская часть предназначена только для молитв и записок.

Свод правил и советов перед посещением Плачущей Стены

  • Можно ли посещать Стену Плача в Иерусалиме православным? Побывать здесь и помолиться может каждый, независимо от вероисповедания.
  • Здесь есть свои правила в плане одежды: если у вас будут оголены плечи и локти, не прикрыты колени, то скорее всего к святыне вас не пустят. За этим следят представительницы хасидской общины, так что с собой лучше иметь накидки или платки. У мужчин обязательно должна быть прикрыта голова, а у кого нет головного убора – в корзине при входе можно взять маленькую шапочку – кипу.
  • Перед тем, как приблизиться к Стене Плача, нужно помыть руки. На территории есть бюветы с ковшами – слейте воду сначала на одну руку, затем помойте другую.
  • Возьмите с собой ручку и бумагу или же заранее напишите записку, ведь на входе ничего подобного не продают и чаще всего неподготовленные туристы используют то, что есть под рукой.
  • Чужие записки трогать нельзя. Постарайтесь разместить свой листочек бумаги в щель между каменными блоками, не зацепив при этом других записок.
  • После молитвы, поворачиваться к Стене спиной не желательно. Покидать святое место нужно лицом к нему, то есть пятясь назад несколько метров.
  • Официально посещение Стены Плача бесплатно, но на территории приветствуются пожертвования для нуждающихся.
  • Фотографировать и снимать видео у Стены Плача не запрещено, но только если это не суббота и не иудейский религиозный праздник.

Еще одной важной религиозной достопримечательностью Иерусалима является католический монастырь Успения Богоматери на горе Сион.

Стена Плача | izi.TRAVEL

Стена плача – самое главное место в Иерусалиме, а, возможно, и во всем мире.
Всех – евреев и русских, иудеев и христиан, туристов и паломников – всех тянет к Стене плача, чтобы вложить в щели между ее камнями записочки с желаниями и молитвами.
Западная стена сложена без скрепляющего раствора из рядов гладко обтесанных камней. Для придания стене большей устойчивости каждый последующий ряд кладки отступает от предыдущего вглубь. Общая длина Западной стены – 488 м, однако молитвенная часть, к которой мы сегодня пришли, – лишь 60 м. в длину.
Почему молятся только здесь? Еще пророк Иеремия предсказал, что Иерусалимский храм будет разрушен, но его западная стена сохранится. Может быть, поэтому именно Западная стена всегда привлекала евреев.
Обычай молиться у Западной стены возник примерно в V в. н. э.
И постепенно подпорная стена превратилась в символ связи еврейского народа с его исторической родиной, в место, где евреи стали оплакивать разрушенный Храм. Но нечасто удавалось евреям здесь молиться. И в византийскую эпоху, и в раннюю исламскую – лишь раз в году собирались они у Западной стены, в девятый день месяца Ава, в день, когда были разрушены оба Храма – и Первый, вавилонянами, и Второй, римлянами.
Крестоносцы, взяв Иерусалим, сожгли евреев заживо в одной из синагог и молитвы еврейские прекратились почти на столетие.
В 1187 г. султан Саладдин изгнал крестоносцев из Святого города. Он же вернул сюда еврейскую общину, но о регулярных молитвах у Стены плача еще никто не вспоминает.
Приобретение в еврейскую собственность конкретного участка у Западной стены связано с легендой о султане Селиме, захватившем Иерусалим в 1517 г. и положившем начало 400-летнему турецкому владению Святой землей. Селим лично расчищал площадку перед Западной стеной. Конечно, это легенда. Но в ней доля истины.
При османах площадка перед Стеной плача была меньше нынешней.
И действовали на ней определенные законы. Например, запрещалось ставить перегородку между мужской и женской частью – ведь в любой еврейской религиозной церемонии разделение на мужчин и женщин обязательно! Длина площадки для молящихся евреев около Стены плача равнялась 28 м, ширина – 3,6 м, и общая площадь ее не превышала 100 кв. м – площади средней современной квартиры. Она вмещала очень ограниченное число молящихся, а арабские дети, проживавшие поблизости, развлекались бросанием камней, грязи и мусора на это святое для евреев место и на молящихся. Но евреи не роптали. Дали маленький участок, – но зато навсегда. А то, что тесно, так евреи привыкли к тесноте.
Стена плача – место для молитв с XV в. Причем не только печальных. Евреи оплакивают свои трагедии всегда и повсюду. Здесь же – единственное на земле место, где есть Божественное присутствие. Поэтому и называют евреи эту стену просто Западной, а имя Стена плача постепенно отходит в историю. Подходя к стене, люди особо трепетно молятся, загадывают желания, вкладывают записки между камнями. Все это – попытка контакта с Создателем, который здесь рядом. Читает ли Всевышний записки или нет? Неизвестно. Но многие желания сбываются.
В 50-е гг., когда Старый город принадлежал Иордании, мусульмане придумали, будто пророк Мухаммад, прилетев сюда, привязал к западу от Храмовой горы своего крылатого коня. И когда в 1967 г. израильские солдаты вышли к Стене плача, на ней было написано по-арабски «Эль Бурак» – так звали этого коня. Но легендарный раввин Шломо Горен протрубил в шофар – ритуальный духовой инструмент – и возвестил о том, что древняя еврейская святыня опять в наших руках. С тех пор место, где мы находимся, – главное в Израиле.  
Теперь у Западной стены места для молящихся больше, чем при турках и англичанах.
Здесь приносят присягу солдаты Армии Обороны Израиля.
Мальчики, достигшие 13-летнего возраста (бар-мицва), впервые публично читают Тору.
В День Независимости Израиля и в День Освобождения Иерусалима у Стены проводятся торжественные мероприятия.
Но главное – молитва.

В Иерусалиме у Стены Плача построят вокзал имени Трампа :: Политика :: РБК

В Иерусалиме у Стены Плача будет построен вокзал, названный в честь президента США Дональда Трампа, заявил министр транспорта Израиля Исраэль Кац. Об этом сообщает The Jerusalem Post.

Министерство приняло решение о продлении железнодорожной линии Тель-Авив — Иерусалим до Старого Города и Стены Плача в Иерусалиме. Министр транспорта назвал продление железнодорожной ветки «самым важным национальным проектом». «Западная Стена (Стена Плача. — РБК) — самое священное место для еврейского народа, и я решил назвать станцию, которая будет расположена рядом с ней, именем президента Трампа после его исторического и смелого решения признать Иерусалим столицей государства Израиль», — заявил Кац.

Генассамблея ООН отказалась признать Иерусалим столицей Израиля

Высокоскоростная ветка Тель-Авив — Иерусалим строится с 2001 года и должна дополнить уже существующую железнодорожную магистраль на данном маршруте. Строительство неоднократно останавливалось и замораживалось.

Вход Трампа в Иерусалим: зачем США признали Святой город столицей Израиля

Стена Плача | Определение, история и факты

Стена Плача , на иврите Ха-Котель Ха-Махарави , также называемая Стена плача , в Старом городе Иерусалима, священное место молитв и паломничества еврейского народа. Это только остатки подпорной стены вокруг Храмовой горы, на месте Первого и Второго Храмов в Иерусалиме, состоявшейся быть однозначно свят древних евреев. Первый Храм был разрушен вавилонянами в 587–586 годах до нашей эры, а Второй Храм был разрушен римлянами в 70 году нашей эры.

Стена Плача

Стена Плача, также известная как Стена Плача, в Старом городе Иерусалима.

AbleStock / Jupiterimages

Подлинность Стены Плача подтверждена традициями, историей и археологическими исследованиями; стена датируется примерно II веком до нашей эры, хотя ее верхние части были добавлены позже. Тексты, объясняющие, что стена сохранилась, различаются; один предполагает, что Бог сохранил этот фрагмент для еврейского народа, а другой считает, что Тит оставил его как болезненное напоминание о поражении Иудеи римлянами.

Поскольку стена теперь является частью большей стены, окружающей Мусульманский Купол Скалы и мечеть Аль-Акша, евреи и арабы часто оспаривают контроль над стеной и, зачастую, право доступа к ней. Этот конфликт стал особенно острым после того, как израильское правительство взяло полный контроль над Старым городом после Шестидневной войны в июне 1967 года.

Как видно сегодня, длина Стены Плача составляет около 50 метров (160 футов) в длину. и около 20 метров (60 футов) в высоту; стена, однако, уходит намного глубже в землю.Еврейские религиозные обряды восходят к раннему византийскому периоду и подтверждают раввинскую веру в то, что «божественное присутствие никогда не отходит от Западной стены». Евреи оплакивают разрушение Храма и молятся о его восстановлении, и уже давно существует обычай вставлять листки бумаги с пожеланиями или молитвами в трещины в стене. Термин «Стена Плача» был придуман европейскими путешественниками, ставшими свидетелями скорбных бдений благочестивых евреев перед реликвией.

Получите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту.Подпишись сейчас

Как арабские, так и еврейские источники подтверждают, что после захвата Иерусалима арабами в 638 году евреи привели завоевателей к Священной Скале и Храмовому двору и помогли расчистить завалы.

Осада Иерусалима | Факты и резюме

Осада Иерусалима , (70 г. н. Э.), Военная блокада Иерусалима римлянами во время Первого еврейского восстания. Падение города ознаменовало собой эффективное завершение четырехлетней кампании против еврейского мятежа в Иудее.Римляне разрушили большую часть города, в том числе Второй храм. Большая часть информации об осаде взята из обширных заметок еврейского историка Флавия Иосифа.

Контекст

В 63 г. до н. Э. Римский полководец Помпей захватил Иерусалим. Римляне правили через местного короля-клиента и в значительной степени разрешали свободную религиозную практику в Иудее. Иногда разрыв между монотеистическими и политеистическими религиозными взглядами приводил к столкновениям между евреями и язычниками. Эти трения в сочетании с жестким налогообложением и нежелательным империализмом достигли высшей точки в 66 г. н. Э. В Первом еврейском восстании.Поначалу восстание было успешным: еврейские силы быстро изгнали римлян из Иерусалима, и было сформировано революционное правительство, которое распространило свое влияние на окрестности. В ответ римский император Нерон послал генерала Веспасиана на встречу с еврейскими войсками, и это усилие вытеснило большинство повстанцев в Иерусалим к тому времени, когда Веспасиан был провозглашен императором в 69 году нашей эры.

В апреле 70 г., примерно во время Пасхи, римский полководец Тит осадил Иерусалим.Поскольку это действие совпало с Пасхой, римляне разрешили паломникам войти в город, но отказались позволить им уйти, тем самым стратегически истощив запасы пищи и воды в Иерусалиме. Внутри стен зилоты, воинственная антиримская партия, боролись с другими возникшими еврейскими группировками, что еще больше ослабило сопротивление. Иосиф, еврей, который командовал силами повстанцев, но затем перешел на сторону римлян, попытался договориться об урегулировании, но, поскольку ему не доверяли римляне и презирали мятежники, переговоры ни к чему не привели.Римляне окружили город стеной, чтобы полностью отрезать город от снабжения и тем самым довести евреев до голода.

Иерусалим, осада

Триумфальный парад в Риме еврейских религиозных предметов (семисвечник, стол для хлеба предложения и священные трубы), удаленных после разграбления Иерусалима в 70 г. н. Э .; деталь барельефов из арки Тита, Рим, 81 г. н. э.

Alinari / Art Resource, Нью-Йорк

К августу 70 г. римляне прорвали последнюю оборону и вырезали большую часть оставшегося населения.Они также разрушили Второй Храм. Стена Плача, единственный сохранившийся след Второго Храма, остается местом молитв и паломничества. Во время поста Тиша бе-ав евреи до сих пор оплакивают потерю Храма во второй раз. Рим отпраздновал падение Иерусалима, воздвигнув триумфальную арку Тита.

Стена Плача

Стена Плача, также известная как Стена Плача, в Старом городе Иерусалима.

AbleStock / Jupiterimages Получите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту.Подпишись сейчас Кейт Лонес

Узнайте больше в этих связанных статьях Britannica:

Стена | архитектура | Britannica

Стена , структурный элемент, используемый для разделения или ограждения, а в строительстве — для формирования периферии комнаты или здания. В традиционном каменном строительстве стены выдерживали вес полов и крыш, но современные стальные и железобетонные каркасы, а также тяжелые деревянные и другие каркасные конструкции требуют внешних стен только для укрытия и иногда обходятся без них на первом этаже, чтобы облегчить доступ.

Британская викторина

Викторина о стенах и многом другом

Стены. Каналы. Дайки. Башни. Искусно расположенные груды камней. Если люди построят его достаточно большим и сильным, он войдет в историю. Проверьте, что вы знаете об этой истории, с помощью этой викторины.

Традиционная несущая стена из кирпичной кладки имеет толщину, пропорциональную силам, которым она должна противостоять: собственному весу, статической нагрузке полов и крыш, живой нагрузке людей, а также боковым силам арок, своды и ветер.Такие стены часто толще к основанию, где накапливается максимальная нагрузка. Они могут утолщаться по всей длине или только в определенных точках, где сосредоточена сила; последний метод называется подкреплением.

Двери и окна ослабляют стену и отводят силы, расположенные над ними, на части с обеих сторон, которые должны быть утолщены пропорционально ширине проема. Количество отверстий, которые можно использовать, зависит от прочности кладки и напряжений в стене.Обычно в многоэтажных зданиях окна должны располагаться друг над другом, чтобы массы вертикальных стен непрерывно передавали нагрузки непосредственно на землю.

Расположение стен зависит от типа опоры для полов и крыш. Обычные балочные опоры должны быть соединены со стенами с обоих концов, а их максимальная длина определяет расстояние между несущими стенами. Все типы полов и крыш, кроме купола, легче всего опираются на прямые параллельные стены.

Получите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту.Подпишись сейчас

Ненесущие стены, используемые там, где нагрузки переносятся балками, балками или другими элементами, называются навесными стенами; они прикреплены к элементам каркаса. Можно использовать любой прочный, устойчивый к атмосферным воздействиям материал — стекло, пластик, металлический сплав или дерево, поскольку ненесущие стены свободны от ограничений конструктивных требований.

Стена Плача в Иерусалиме | Туристический Израиль

Стена Плача или «Стена Плача» — самое религиозное место в мире для еврейского народа.Расположенный в Старом городе Иерусалима, это западная опорная стена Храмовой горы. Тысячи людей ежегодно подходят к стене, чтобы посетить и прочитать молитвы. Эти молитвы произносятся или записываются и помещаются в трещины в стене. Стена разделена на две части: одна для мужчин, а другая для женщин. Это одна из главных достопримечательностей любого тура по Старому городу.

О Западной стене

Царь Ирод построил Стену Плача в 20 г. до н. Э. Во время расширения Второго Храма.Когда римляне разрушили храм в 70 г. н.э., опорная стена уцелела. Сотни лет люди молились на небольшом участке стены, который можно было увидеть. В 1967 году, после Шестидневной войны, израильтяне выкопали стену под землей, обнажив еще два уровня. Они также расчистили пространство вокруг стены, чтобы создать площадь Стены Плача, которую посетители видят сегодня.

Это место открыто для всех и является местом проведения различных церемоний, таких как военное вступление в должность и бар-мицвы. Стена Плача бесплатна и открыта круглый год.На площади Стены Плача женщины и мужчины должны быть одеты скромно. Чтобы молиться у стены, женщины должны быть покрыты ногами и плечами. Мужчинам следует покрывать голову.

Исследуйте туннели Западной стены

То, что посетители видят сегодня от Стены Плача, — это лишь малая часть того, что существовало во времена Второго Храма. За годы раскопок археологи обнаружили слои стены под землей. Во время экскурсии посетители могут прогуляться по местам этого оригинального, не отреставрированного места, которое восходит к первому веку нашей эры.E.

Экскурсии проводятся на английском и иврите. В течение августа туры также проводятся на французском языке. Посетителям будет разрешено войти только с билетом, который включает в себя гида. Посетители также могут войти на сайт с частной экскурсией под руководством лицензированного гида.

Часы:

Воскресенье — четверг: 7.00 — вечер

Пятница и накануне фестивалей: 7.00 — 12.00

Цена:

Взрослый: 30

шек.

Студент / солдат / сотрудник службы безопасности: 15 шек.

Дети (5-18) / пожилые люди / инвалиды: 15 шекелей

Бронирование:

Билеты необходимо приобретать заранее.Рекомендуется покупать их за два месяца до визита.

Телефон: 02-927-1333

Интернет: Щелкните здесь

Предложение туристического маршрута по Израилю:

Совместите дневную экскурсию по туннелям Западной стены с утренней экскурсией по Иерусалиму на полдня по Старому городу. Хотите больше идей о том, что посмотреть в этом районе? Ознакомьтесь с другими достопримечательностями еврейского квартала.

Если вы ищете частный тур для себя и своей семьи, найдите здесь некоторые ресурсы: наши маршруты по еврейскому наследию и наши маршруты для бара / бат-мицвы.

История плача или Стена Плача

Стена Плача, также известная как Котел, Стена Плача или Стена Соломона, нижние части которой относятся примерно к первому веку до нашей эры, расположена в Старом квартале Восточного Иерусалима в Израиле. Построенный из толстого корродированного известняка, он составляет около 60 футов (20 метров) в высоту и около 160 футов (50 метров) в длину, хотя большая часть его покрыта другими структурами.

Священное еврейское место

Стена, по мнению набожных евреев, является Западной стеной Второго Иерусалимского Храма (разрушенного римлянами в 70 г. н.э.), единственной сохранившейся постройкой Храма Ирода, построенного во времена Ирода Агриппы (37 г. до н.э. — 4 г. н.э.) в первом веке до нашей эры.Первоначальное местоположение храма оспаривается, что заставляет некоторых арабов оспаривать утверждение о том, что стена принадлежит храму, вместо этого утверждая, что она является частью структуры мечети Аль-Акса на Храмовой горе.

Описание сооружения как Стены Плача происходит от его арабского обозначения как эль-Мабка, или «место плача», часто повторяемое европейскими — и особенно французскими — путешественниками на Святую Землю в 19 веке как «le mur des lamentations». Еврейские богословы верят, что «божественное присутствие никогда не отходит от Западной стены».»

Поклонение стене

Обычай поклоняться Западной Стене зародился в период Средневековья. В 16 веке за стеной и узким двором, где поклонялись люди, находился марокканский квартал 14 века. Османский султан Сулейман Великолепный (1494–1566) выделил этот раздел специально для религиозных обрядов любого рода. В 19 веке османы разрешали еврейским мужчинам и женщинам молиться вместе по пятницам и в высокие святые дни.Они разделились по полу: мужчины стояли неподвижно или сидели отдельно от стены; в то время как женщины передвигались и упирались лбами в стену.

Начиная с 1911 года, евреи-юзеры начали приносить стулья и ширмы, чтобы мужчины и женщины могли поклоняться отдельным монастырям в узком проходе, но османские правители увидели в этом то, чем, вероятно, и было: тонкий край клина для владения, и запретил такое поведение. В 1929 году произошел бунт, когда некоторые евреи попытались построить временный экран.

Современная борьба

Стена Плача — одна из величайших битв между арабами и израильтянами. Евреи и арабы до сих пор спорят, кто контролирует стену и кто имеет к ней доступ, и многие мусульмане утверждают, что Стена Плача не имеет никакого отношения к древнему иудаизму. Если отвлечься от сектантских и идеологических претензий, Стена Плача остается священным местом для евреев и других людей, которые часто молятся — или, возможно, плачут — и иногда пропускают молитвы, написанные на бумаге, сквозь приветливые трещины в стене.В июле 2009 года Алон Нил запустил бесплатную службу, позволяющую людям по всему миру размещать в Твиттере свои молитвы, которые затем переносятся в печатном виде на Стену плача.

Аннексия Израилем стены

После войны 1948 года и захвата арабами еврейского квартала в Иерусалиме евреям, как правило, запрещали молиться у Стены Плача, которая иногда была испорчена политическими плакатами.

Израиль аннексировал арабский Восточный Иерусалим сразу после Шестидневной войны 1967 года и заявил о своей собственности религиозных объектов города.Возмущенные — и опасаясь, что туннель, который израильтяне начали рыть, начиная со Стены Плача и под Храмовой горой, вскоре после окончания войны был разработан, чтобы подорвать фундамент мечети Аль-Акса, третьего священного места ислама после мечетей в Мекке и Медина в Саудовской Аравии — палестинцы и другие мусульмане взбунтовались, вызвав столкновение с израильскими силами, в результате которого пять арабов погибли и сотни были ранены.

В январе 2016 года израильское правительство одобрило первое место, где неортодоксальные евреи обоих полов могут молиться бок о бок, а первое реформаторское молебен для мужчин и женщин состоялось в феврале 2016 года в секции стены, известной как Робинсоновская. Arch.

Источники и дополнительная информация

  • Пория, Янив, Ричард Батлер и Дэвид Эйри. «Туризм, религия и религиозность: священный беспорядок». Текущие проблемы туризма 6.4 (2003): 340–63.
  • Пузоль, Валери. «Женщины стены (Иерусалим, 2016–1880 гг.)». Клио: женщины, пол, история 44,2 (2016): 253–63.
  • Рикка, Симоне. «Наследие, национализм и меняющийся символизм Стены Плача». Архивы социальных наук о религиях 151 (2010): 169–88.
  • Ритмейер, Лин. «Храмовая гора в период Ирода (37 г. до н.э. — 70 г. н.э.)». Библейская история Daily, Общество библейской археологии , 2019
  • Села, Авраам. «Бунты« Стены плача »(1929 г.) как водораздел в палестинском конфликте». Мусульманский мир 84.1–2 (1994): 60–94. DOI: 10.1111 / j.1478-1913.1994.tb03589.x

Стен Плача и Железные Стены: Стена Плача как священный символ в сионистской национальной иконографии Стены Плача и железные стены | Американский исторический обзор

20 сентября 1929 года полковник Фредерик Киш, председатель Палестинской сионистской исполнительной власти, совершил прогулку к Стене Плача в Иерусалиме.«Я не из тех, кого привлекает традиционная практика на этом месте», — написал он в тот день в своем дневнике, и все же «Я простоял там четверть часа в одиночестве». Оглядываясь вокруг, Киш зафиксировал сильное ощущение, что «изменился весь характер окружающей обстановки». 1 На предыдущей неделе произошло самое массовое насилие между арабами и евреями, которое когда-либо знала Палестина, в результате чего погибли 133 еврея и 116 арабов. Он был спровоцирован конфликтом из-за действий и прав у Стены, конфликтом, который ощутимо бурлил уже больше года, а его корни уходят еще глубже.

Беспорядки 1929 года (также известные как беспорядки у Стены Плача или у Стены Плача) вскоре станут решающим поворотным моментом в зарождающемся национальном конфликте между палестинскими арабами и его подающей надежды еврейской национальной общиной — «нулевым часом» в конфликте. как это было названо в недавней книге о насилии. 2 Это был момент становления в кристаллизации палестинского арабского национального движения, в формировании еврейского ишува (догосударственной общины) в Палестине и в развитии многих основных наборов образов и концепций, которые могли бы помочь формировать свою особую марку сионистского национализма.И для евреев, и для арабов в Палестине развитие событий в конце лета 1929 года повлияет не только на их восприятие друг друга, но и на их поведение по отношению друг к другу на будущих этапах эскалации конфликта. 3

Развитие арабо-еврейского конфликта в Палестине было предметом множества непосредственных исследований. Однако есть аспект событий 1929 года, который не был полностью исследован: семиотика эпицентра беспорядков — комплекса Стены Плача — как изменяющегося символа в контексте сионизма как национального движения.Поскольку беспорядки наложили экзистенциальные знаки вопроса на сионистский ишув, изменение идеологических установок — как в преддверии беспорядков, так и после них — повлекло за собой сдвиги в ряде самых фундаментальных строительных блоков сионизма. Резкие изменения в образе Стены в контексте резко меняющейся реальности в Палестине и в отношениях ишува как с арабами, так и с британскими властями предлагают уникальную возможность изучить динамику изменения символа, трансформации и национализации религиозная икона, ее включение в зарождающуюся национальную литургию и ее роль в создании нового чувства национализированной сакральности.Они также предоставляют нам редкую возможность для непосредственного взгляда на линии стыков и пропасти, которые одновременно связывают современное национальное движение и его иконографию и отделяют его от традиционных религиозных образов, от которых это движение стремилось отличить себя, но от которых, в то же время он часто привлекал многие из своих центральных символов и культурных ресурсов.

Иными словами, мы являемся свидетелями того, как современное национальное движение заимствовало «важные элементы из более древнего космического мировоззрения и священной культуры» для переноса «в современную нацию, что помогло сделать нацию объектом всеобщего внимания. почитание и привязанность. 4 В ходе развития современного национализма в революционной Франции, как утверждал Дэвид Белл, «[т] культ нации возник не как замена христианству … Он возник, когда французы пришли к пониманию новой связи между божественной и человеческой сфер, и он имел своей целью переупорядочить последнюю, как раз в тот момент, когда возникли современные концепции «секулярного» ». 5 В не менее революционном проекте сионизма, который был направлен на формирование новой еврейской идентичности, основанной на переработке еврейского физического и образного пространства на Святой Земле, памяти и забвения, священного и мирского, преемственности и разрыва — все сошло на нет. возглавить беспорядки 1929 года.Таким образом, этот момент является уникальным историческим окном, которое позволяет взглянуть на механику того, как отношения между этими кажущимися противоположностями были изменены и сформированы.

При исследовании памяти и mentalités , как советовал Алон Конфино, историк должен остерегаться предположения, что «репрезентация является прозрачным выражением исторического менталитета, социальных и политических ценностей. На самом деле, — предполагает он, — ключевой вопрос не в том, что представлено, а в том, как это представление интерпретируется и воспринимается. 6 Сионистские представления о Западной стене претерпели драматические изменения в контексте многогранной турбулентности в Палестине после Первой мировой войны и достигли крещендо в 1929 году. фокус международного стремления к Святой Земле, это эпизод, который предлагает историку редкую возможность заглянуть в слияние противоречивых представлений, религиозных чувств, усилий по созданию национальной литургии, политических маневров, международной дипломатии и внутренней борьбы между фракциями. национального движения.Все это вместе привело к катапультированию Стены Плача к новому и беспрецедентному статусу общесионистского (и действительно всееврейского) священного символа, который поможет сформировать все еще изменчивый коллективный менталитет в зарождающемся национальном обществе, которым станет Израиль.

В историографии 1929 года наблюдается явная напряженность. С одной стороны, было признание глубоко травмирующего аспекта беспорядков, которые рассматривались как событие, оставившее Палестину и ее еврейский ишув в шрамах и потрясших от ужаса. новое чувство собственной ненадежности.«Действительно, — предположил один историк, — если когда-либо сионистское присутствие в Палестине и находилось под реальной угрозой физического уничтожения, так это в ту мрачную неделю августа 1929 года». 7 Однако удивительно, что стойкое воздействие столь серьезной экзистенциальной угрозы на ишув и на формирование сионистского национализма внутри и за пределами Палестины было представлено в большей части историографии как сравнительно незначительное. Это еще более примечательно по сравнению с тем, что часто описывается как очень значительное впечатление, оставленное на двух других сторонах палестинского треугольника.Для британцев, как написал один историк, это была «первая трещина в [их] решимости поддерживать политику Декларации Бальфура», которой они взяли на себя обязательство не только в этом ключевом письме 1917 года, но и путем включения ее текст мандата на Палестину, который был официально предоставлен Великобритании Лигой Наций в 1922 году. 8 Это был также знаменательный момент, когда давняя мусульманская обеспокоенность по поводу якобы сионистских (или еврейских) проектов на Храмовой горе и других мусульманских святынях сайты объединились, чтобы определить зарождающееся палестинское национальное движение и его особенное слияние религиозных и национальных мотивов, а также укрепить позицию Хаджа Амина аль-Хусейни как религиозно-национального лидера все более воинственного и радикального движения палестинских арабов. 9

И все же в случае еврейского ишува в Палестине ощутимые последствия беспорядков были представлены как не более чем тактические: некоторая инвентаризация, некоторая перестройка политики безопасности и менее чем драматический сдвиг. в позициях, занятых на переговорах как с британскими, так и с арабскими собеседниками. 10 Сама стена, кроме того, предстает на этой картине как в значительной степени случайная для сионистов как во время подготовки к беспорядкам, так и после них. Действительно, «в основном светское» сионистское руководство, согласно другому важному историческому исследованию, «мало заботилось так или иначе о Стене» и было вовлечено в драку только после того, как его перехитрило крайне правое крыло движения (которое в значительной степени само по себе). светские тоже). 11

На самом деле, однако, влияние насилия, вспыхнувшего в конце лета 1929 года, и объединенной политической и религиозной вражды, окружавшей его, на еврейскую общину Палестины и сионизм как национальное движение достигло намного глубже. Действительно, в этот критический момент кристаллизации двух конкурирующих национальных движений в Палестине, вспышка, наряду с зарождающейся иконографией, которая стояла в ее символическом (и слишком материальном) эпицентре, коснулась некоторых из основных камней личности ишува. -image и сионистский проект построения новой еврейской культуры и новой еврейской нации в Палестине.

Начиная с прелюдии к насилию, а затем после него, Котел — название, под которым Стена известна на иврите — стал богатым и вызывающим воспоминания источником меняющегося дискурса и иконографии формирующейся нации, проникнутой давнее противоречие между традиционной сакральностью и якобы светским национализмом. Их сближение в этом конкретном месте в Иерусалиме стало определяющим фактором в самооценке ишува и в его ухудшающихся отношениях с палестинскими арабами.

Напряженность в отношениях как с британцами, так и с арабами в 1929 году также послужила одной из осей в продолжающемся переосмыслении двух давних амбивалентностей, которые были неотъемлемой частью сионистского проекта в Палестине. Первым из них было противоречие в сионистской чувствительности между представлениями о самом сионистском предприятии — и еврейской нации, которое оно должно было породить — как о по своей сути западном или по сути восточном характере. Вторая, связанная с этим напряженность коренится в глубокой амбивалентности сионизма в отношении традиционных еврейских обычаев, образов и образов — амбивалентности, которая, в свою очередь, была связана с меняющимися отношениями между формирующимся национальным центром в Палестине и еврейской диаспорой. 12

Еще одно, в значительной степени незаметное, измерение — это место беспорядков и процессов, которые они помогли породить, в более широком контексте борьбы, которая нарастала с начала девятнадцатого века и которая будет усиливаться на протяжении всего двадцатого века, включая Великие державы, Ватикан, арабский мир и палестинцы. Сионистское вторжение в эту схватку началось, по крайней мере, еще с самого зарождения политического сионизма Теодора Герцля и безуспешных попыток его лидера заручиться поддержкой Ватикана для движения, пообещав, как он это сделал Папе Пию X, что «у нас нет намерений. прикоснуться к Святым Местам, даже издалека », и что они навсегда останутся экстерриториальными. 13 Действительно, как задумал Герцль (по крайней мере, в его беседе с папой), сионистские усилия по завоеванию Палестины касались физической территории как безопасного убежища для евреев, мало заботясь о небесных топографиях. «Мы просим не Иерусалим, — говорил он папе, — а Палестину — только светскую землю». 14

Это различие между земной недвижимостью и священным пространством, однако, будет трудно выдержать. Вопрос о статусе Иерусалима и его святых мест позже станет центральным предметом споров, сначала в зачастую воинственных переговорах, приведших к утверждению британского мандата на Палестину в 1922 году, позже в решении ООН о разделе Палестины в 1947 году и в последующих переговорах между Израилем и христианскими державами (и самим Ватиканом), с одной стороны, и в переговорах между Израилем, арабскими государствами и палестинцами, с другой.Сила этого вопроса не влияет и на формирование современной политической борьбы, и оспариваемые воспоминания и идентичности, которые часто лежат в их корнях, не ослабевают, поскольку более недавняя (и продолжающаяся) история Ближнего Востока по-прежнему ясно показывает.

Стена Плача была местом еврейских молитв, по крайней мере, с раннего средневековья, но именно с растущим интересом европейцев к Востоку и, в частности, к Палестине, в девятнадцатом веке она стала более заметной. как еврейские, так и нееврейские дискурсы и образы.Представления о Котеле — «Еврейском плаче», как его тогда обычно называли, — как евреями, так и неевреями в искусстве и путешествиях XIX века, часто отражают взаимосвязь между образами Востока и восприятием евреев. Поскольку многие европейцы и американцы все больше интересовались Палестиной, а также древними и возобновившимися еврейскими связями с ней, «Место плача» стало символом этой связи.

В одном характерном изображении американский востоковед Эдвард Робинсон рассказал о своем посещении Стены в 1838 году, где он стал свидетелем того, как евреи «молились и оплакивали [] руины [Храма] и падение своей нации».Действительно, сцена там, как он ее описывает, отразила собственное состояние разорения и национального поражения евреев. Робинсон описывает стариков-евреев, которые «преклонились в прахе,… безмятежно плачут о падшей славе своего народа; и осыпают своими слезами землю, которую многие тысячи их предков когда-то увлажняли своей кровью ». 15

Визуальные образы, которые часто сопровождали такие описания и которые становились все более и более повсеместными — например, появлялись на все большем количестве открыток — отражали аналогичные прочтения еврейской ситуации.На рис. 1, открытке, датируемой примерно началом двадцатого века, изображена группа евреев явно восточного вида, сидящих на земле перед Стеной. Два других типичных примера показывают, что большие группы еврейских верующих, в этих случаях в основном женщины, молятся у Стены. (См. Рисунки 2 и 3.) Во всех этих примерах ощущение этого места как одного из руин и руин усиливается человеческими фигурами, чье скорбное поведение и одежда не только отражают общую бедность еврейской общины Иерусалима, но и Похоже, это наводит на мысль о духовной бедности и деградации еврейской нации — народа, для которого характерны слезы скорбящих, а не кровь героев, если заимствовать образы Робинсона.

Рисунок 1

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: Еврейские мужчины у стены на открытке, датированной ок. 1900. Предоставлено Зив Гура.

Рисунок 1

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: Еврейские мужчины у стены на открытке, датированной ок. 1900. Предоставлено Зив Гура.

Рисунок 2

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: Евреи молятся у Стены, 1910. Коллекция фотографий Г. Эрика и Эдит Мэтсон, Отдел эстампов и фотографий Библиотеки Конгресса, Вашингтон, округ Колумбия.C., LC-DIG-matpc-05382 (цифровой файл с оригинальной фотографии).

Рисунок 2

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: Евреи молятся у Стены, 1910. Коллекция фотографий Г. Эрика и Эдит Мэтсон, Отдел эстампов и фотографий Библиотеки Конгресса, Вашингтон, округ Колумбия, LC-DIG-matpc-05382 (цифровой файл с исходной фотографии).

Рисунок 3

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: Еврейские женщины у стены, ок. 1905. Коллекция Национальной фотокомпании, Отдел эстампов и фотографий Библиотеки Конгресса, Вашингтон, округ Колумбия, LC-DIG-npcc-19448 (цифровой файл с оригинала).

Рисунок 3

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: Еврейские женщины у стены, ок. 1905. Коллекция Национальной фотокомпании, Отдел эстампов и фотографий Библиотеки Конгресса, Вашингтон, округ Колумбия.C., LC-DIG-npcc-19448 (цифровой файл из оригинала).

В то время как сам Иерусалим занимал видное место (хотя иногда и неоднозначно) в сионистском искусстве и образах, национальное возрождение чаще вызывается Башней Давида, как в сопоставлении на Рисунке 4 знаменитого взгляда Герцля на фотографии, сделанной на Пятом заседании. Сионистский конгресс в Базеле, Швейцария, теперь нацелился на то, чтобы пионеры поднимались на башню, за которой светит восходящее солнце. В качестве альтернативы, Иерусалим возрождения сионизма может часто изображаться зданиями музея и художественной школы Бецалель, которые широко рассматривались в сионистских кругах как место нового священного, настоящего Третьего Храма и альтернативы традиционным святым местам. . 16 (См. Рисунок 5.) Действительно, Институт Бецалель был провозглашен с момента своего основания в 1906 году как место, откуда «Красота выйдет из Сиона и искусство из Иерусалима», как гласил один заголовок, поскольку он переводил библейские слова пророка Исаии, который провозгласил, что «Тора исходит из Сиона и Слово Господа из Иерусалима» на новый национализированный язык сионизма. 17 Само его название было призвано вызвать квазимессианскую миссию, поскольку музей был назван в честь Бецалеля Бен-Ури, библейского художника и мастера, назначенного Моисеем, который «однажды построил нам храм в пустыне», как Борис Шац, основатель нового музея считал, что он сам сейчас занимается. 18

Рисунок 4

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: Рекламная акция Еврейского национального фонда, широко воспроизводимая, с Теодором Герцлем, смотрящим на пионеров, поднимающихся к Башне Давида.

Рисунок 4

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: Рекламная акция Еврейского национального фонда, широко воспроизводимая, с Теодором Герцлем, смотрящим на пионеров, поднимающихся к Башне Давида.

Рисунок 5

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: Открытка Бецалеля, на которой изображено здание Бецалеля с семиветвевой менорой на крыше.Библейский художник-ремесленник Бецалель Бен-Ури выходит на первый план, когда он наносит последние штрихи на Менору, семиствольный светильник Храма. В верхнем левом углу представлен единственный снимок старого города Иерусалима, снова с Башней Давида в центре внимания и без упоминания о Стене Плача. Предоставлено Центральным сионистским архивом.

Рисунок 5

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: Открытка Бецалеля, на которой изображено здание Бецалеля с семиветвевой менорой на крыше. Библейский художник-ремесленник Бецалель Бен-Ури выходит на первый план, когда он наносит последние штрихи на Менору, семиствольный светильник Храма. В верхнем левом углу представлен единственный снимок старого города Иерусалима, снова с Башней Давида в центре внимания и без упоминания о Стене Плача. Предоставлено Центральным сионистским архивом.

Стена, напротив, в лучшем случае является маргинальной в рамках этой попытки изменить и приспособить Иерусалим к зарождающейся сионистской национальной литургии и к географическим, политическим и религиозным притязаниям сионизма, и сионистские настроения по этому поводу в лучшем случае двойственны.Безусловно, неоднократные сионистские (и склоняемые к сионистам) попытки приобрести двор перед Котелем и другими частями комплекса Стены — начиная, по крайней мере, еще с почти успешной попытки барона Эдмона де в конце девятнадцатого века. Ротшильды — указывают на то, что ему приписывалось определенное непреходящее значение. 19 Однако там, где Стена появляется в ранних сионистских образах и изображениях, кажется, что она представляет не Иерусалим как место национального возрождения, а, скорее, другой Иерусалим сионистского воображения, который Теодор Герцль описал после своего визита туда как « плесневые отложения двух тысяч лет бесчеловечности, нетерпимости и нечистоты »в« зловонных переулках ». 20 Это ясно видно в таких произведениях, как сионистские открытки, воспроизведенные на рисунках 6 и 7.

Рисунок 6

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: Карточка делегата и открытка с Первого сионистского конгресса 1897 года. Предоставлено Центральным сионистским архивом.

Рисунок 6

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: Карточка делегата и открытка с Первого сионистского конгресса 1897 года. Предоставлено Центральным сионистским архивом.

Рисунок 7

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: Открытка со Второго сионистского конгресса, 1898 г. Предоставлено Центральным сионистским архивом.

Рисунок 7

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: Открытка со Второго сионистского конгресса, 1898 г. Предоставлено Центральным сионистским архивом.

Хотя сопоставленные изображения на этих двух открытках могут указывать на некоторую неуловимую связь между искупителем и изгнанником в Палестине, Стена — в противовес искуплению, представленному здоровыми, энергичными сельскохозяйственными колониями — кажется скорее элементом изгнания в Обетованном Земля, чем как часть его обещания. Это ощущение усиливается, если признать общую визуальную структуру, присущую большому количеству сионистских образов, в которой изгнание помещено слева вместе с его забитыми евреями, а искупление в Земле Израиля — справа, как на рисунках 8. и 9.Повторяя эти образы, одна журналистская статья 1910 года, описывающая изменения, происходившие в Иерусалиме в то время, вспоминала разговор с «одним из важных туристов», который упомянул, что видел две основные достопримечательности города: «мертвую Стену Плача и живой Бецалель; воспоминание о прошлом и предвестник будущего ». 21

Рисунок 8

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: Эфраим Моше Лилиен, «Der Jüdische Mai» (Еврейский май). Здесь тоже солнце, восходящее на востоке, кажется, вырисовывает силуэт Башни Давида и других менее узнаваемых сооружений в Иерусалиме. Никакого намека на Котел нет. Предоставлено Центральным сионистским архивом.

Рисунок 8

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: Эфраим Моше Лилиен, «Der Jüdische Mai» (Еврейский май).Здесь тоже солнце, восходящее на востоке, кажется, вырисовывает силуэт Башни Давида и других менее узнаваемых сооружений в Иерусалиме. Никакого намека на Котел нет. Предоставлено Центральным сионистским архивом.

Рисунок 9

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: Ефрем Моше Лилиен, «Пасса» (Пасха).Египет как квинтэссенция , галут, , изгнание. Еврейское слово «Сион» украшает восходящее солнце на Востоке. Предоставлено Центральным сионистским архивом.

Рисунок 9

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: Ефрем Моше Лилиен, «Пасса» (Пасха). Египет как квинтэссенция , галут, , изгнание. Еврейское слово «Сион» украшает восходящее солнце на Востоке.Предоставлено Центральным сионистским архивом.

Безусловно, некоторые различные подходы существовали в сионистском контексте даже на этой ранней стадии, и они помогли бы произвести трансформацию образов, которая последует в последующие десятилетия. Расхождение во взглядах, высказанное Итамаром Бен-Ави, редактором Hashkafa , единственной в Иерусалиме сионистской газеты на иврите до Первой мировой войны, представляет особый интерес, поскольку позже оно станет частью доминирующего сионистского дискурса.Бен-Ави согласился с общим сионистским консенсусом о том, что Котел «стал символом деградации иудаизма… Стеной плача, смерти и грязи». 22 Однако в этом виноват не традиционный иудаизм, чьи обряды и присутствие все еще доминировали на Стене, как это видел Бен-Ави, а скорее равнодушие и малодушие модернизированных и национализированных евреев (его собственные социальные группа), который «ничего не сделал для создания надлежащего окружения» вокруг того, что он назвал (в ранней формулировке) «Стеной героев».«О, герои», — сетовал он,

Хасмонеи и Маккавеи, остатки Тита и Бейтара… все, кто стоял на камнях Западной стены, те, кто пролил свою кровь на алтарь еврейского народа в его войне за существование и за упорство на этой земле — как вы не трясетесь в своих могилах от тяжести греха, который мы согрешили против вас? 23

Другими словами, для Бен-Ави Стена не представляла — или в любом случае не должна — представлять отвергнутое еврейское прошлое разрушения и изгнания, но вместо этого могла служить основой для реабилитированных и возрожденное пригодное для использования сионистское прошлое в отстроенном и восстановленном Иерусалиме.Этот символизм Стены как места возрожденного военного героизма, сформулированный Бен-Ави, позже станет центральным тропом в его воссозданной национальной сакральности, в процессе, в котором сам Бен-Ави будет играть ведущую роль (как редактор в 1920-е годы — газеты правого толка До’ар ха-Йом и англоязычной газеты Palestine Weekly ).

Однако более устоявшийся сионистский подход будет сохраняться даже в 1929 году. Даже тогда, когда Стена претендовала на свое место в качестве центрального символа в меняющейся национальной литургии, обложка альбома Бецалеля сохраняла старую формулу: Стена слева означает скорбный, изгнанный традиционный иудаизм, а обещание возрождения справа, представленное Бецалелем Нового Иерусалима.(См. Рисунок 10.)

Рисунок 10

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: Обложка альбома Bezalel, 1929.

Рисунок 10

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: Обложка альбома Бецалель, 1929 год.

Однако и земля, и это обещание были преобразованы за прошедшие десятилетия рядом драматических событий. Наиболее явно они включали Первую мировую войну, Декларацию Бальфура и появление местного арабского национализма с его растущим страхом и враждебностью к сионизму. Это, в свою очередь, сопровождалось развитием отношений между европейскими державами и внутри еврейского мира. Великобритания вышла из Великой войны, победив в борьбе Европы за географические, политические и религиозные трофеи Османской империи.Однако это была победа, которая оставила британцам практически с самого начала бороться с многочисленными непрекращающимися спорами. С одной стороны, сохранялась напряженность с другими европейскими державами — в первую очередь с Францией и Италией — и с Ватиканом по поводу новых договоренностей, которые должны были быть приняты в отношении христианских святынь. Британское завоевание Иерусалима после стольких столетий могло быть расценено Ватиканом и его органом Osservatore Romano как «победа христианской цивилизации», но этот энтузиазм был смягчен значительной дозой опасений, учитывая тот факт, что победившая христианская власть случайно оказался протестантским. 24 К 1928–1929 гг., Когда эскалация отношений между евреями и мусульманами на месте возведения стены становилась ощутимой, палестинские газеты также были заполнены сообщениями о растущей напряженности между мусульманами и христианами, «беспорядках» между христианскими сектами (и другими). в церквях Рождества и Гроба Господня, а также общие межрелигиозные и межобщинные беспорядки. 25

В этом контексте кипящей межрелигиозной розни, еврейско-мусульманское раздор вокруг Стены и Храмовой горы / Харам а-Шерифа также назревал, поскольку как сионизм, так и возникающее палестинское национальное движение мобилизовались и определились частично через меняющийся сакральный пейзаж Иерусалима.К середине 1920-х годов Стена, или аль-Бурак, как ее называют по-арабски, и угроза, якобы создаваемая еврейскими узорами на самой Храмовой горе, стали центральным компонентом дискурса и образов палестинских арабов. движение. Его новый лидер, Хадж Амин аль-Хусейни, инициировал международную кампанию во всем мусульманском мире, предупредив, что мусульманские святые места, и Харам в частности, находятся под угрозой захвата евреями. 26 Эта кампания оказала по крайней мере три различных эффекта на развитие палестинского национализма: она послужила движущей силой, помогающей национализировать палестинских арабов; это помогло интернационализировать их претензии и сделать саму палестинскую проблему предметом особой озабоченности для большей части арабского и мусульманского мира; и это повысило роль мусульманских символов и достопримечательностей как центральных мобилизующих сил в палестинском национализме.

Параллельно с этим в сионистских кругах происходила национализация Стены. Его ранняя маргинальность в сионистском дискурсе проистекала из того, что воспринималось как его строго традиционный религиозный символизм, который нелегко ассимилировался в зарождающейся национальной литургии (которая рассматривала себя как восстание против этой традиции), а также из фактического владения этим символом православными. и несионистские или даже антисионистские сегменты еврейского населения Палестины, известные как «Старый ишув. 27 Действительно, в качестве иллюстрации этого ортодоксального отношения к символизму Стены, согласно одному источнику, именно там группа ультраконсервативных раввинов Иерусалима собралась в первые дни сионизма, чтобы провести церемонию трубения шофара в в котором они объявили об отлучении от церкви тех евреев, которые хотели создать в городе светские школы. 28

Однако к 1928 году, когда напряженность между евреями и мусульманами нарастала, это была совсем другая стена, отражающая фундаментальные изменения, происходившие в стране, которая теперь обращалась к ней не только в молитвах, но и во все большей степени. гражданских ритуалов и политических демонстраций.Как поясняла колонка в Palestine Weekly в июле того же года, уникальным и значительным преимуществом «переселения еврейского народа на Святую Землю» было то, что «Девятая часть Аба [традиционный день траур по разрушению Храмов]… приобретает характер национального, а не чисто религиозного праздника ». Чтобы отметить новое национальное измерение этого дня, газета сообщила, что «за последние несколько лет Девятая Аба стала… поводом для замечательного зрелища», центральным элементом которого была «торжественная процессия» к Стене.Несмотря на то, что он все еще является «символом разрушенного национализма Детей Израиля», как говорится в отчете, в отличие от более ранних представлений, он был преобразован новым ритуалом в «сцену древней славы, теперь символизирующую национальное возрождение ». 29

Символ и его ритуализация явно подвергались преднамеренной и осознанной трансформации. Ритуал, пишет Дэвид Кертцер, «может быть важен для сил политических изменений только из-за его консервативных свойств.Новые политические системы заимствуют легитимность у старых, взращивая старые ритуальные формы, перенаправленные на новые цели ». 30 На самом деле здесь, кажется, ритуал играет еще более сложную роль. Возможно, в обоих национальных движениях и, конечно, в случае сионизма, оспаривание легитимности и власти происходило не через принятие старых ритуальных форм, которые теперь перенаправлены, а через создание новых, которые в процессе переделывают символ (и site), который стоял в центре как перенаправленных традиционных практик, так и вновь разработанных обрядов.Вместе ритуал, символ и место требовали перераспределения политической власти. Одновременно новые и все же глубоко укоренившиеся в традиционной символике и обрядах на этом месте, эти ритуалы и их переработанный символ станут центральными в формировании нового чувства священного, которое пронизывает сионизм и большую часть еврейской Палестины.

Вскоре после этого Девятого Ава летом 1928 года следующей осенью произошел шум в Йом Кипур, День искупления, когда британская полиция, вызванная мусульманским Вакфом (Исламским трастом), насильно сняла скамейки и перегородку. что еврейские верующие поставили у Стены, и конфликт закипел.Показателем того, в какой степени ритуализация и повторное символизирование Стены проникло в сознание палестинских евреев, еврейская община теперь гудела от требований, чтобы британцы раз и навсегда разрешили вопрос о Стене Плача. Основанием для любого такого поселения, как это требование было сформулировано в резолюции муниципального совета Тель-Авива (города, наиболее идентифицируемого с новой светской еврейской культурой Палестины, в отличие от более традиционалистского Иерусалима), должен быть «Передача стены палестинским евреям. 31 Это была лишь одна из бесчисленных резолюций с похожими формулировками, принятых со всей Палестины и от еврейских общин за рубежом. 32 Незначительные инциденты повторялись в течение следующего года, по мере того как риторика вокруг них разрасталась, мусульмане обвиняли евреев в планах захватить и осквернять Харам а-Шериф и еврейские протесты против мусульманского строительства на этом месте. Правое ревизионистское сионистское молодежное движение Бетар, ревизионистские газеты и Комитет защиты Западной стены во главе с профессором Джозефом Клауснером возглавили кампанию за владение Ишувом Котеля и за усиление центральной роли стены в национальной повестке дня. и в национальной литургии.Параллельно с этим в ноябре 1928 года был создан Комитет защиты благородного Бурака и мусульманских святых мест. Во главе с Хадж Амином аль-Хусейни комитет стремился расширить и углубить кампанию против якобы еврейских замыслов в отношении мусульман. святые места в Палестине. 33

К лету 1929 года призывы евреев овладеть Стеной стали взрывоопасным и повсеместным сплоченным лозунгом, формирующим общественные пространства ишува (в основном посредством дальнейшей ритуализации), а также дипломатические усилия его руководства.На демонстрации около 6000 человек в Тель-Авиве 14 августа был принят ряд резолюций в знак протеста, как они заявили, против «грубого оскорбления наших святых владений и национальных и религиозных чувств». 34 Демонстрация у самой стены на следующий день дала ощутимое выражение смешению традиционной религиозной и современной национальной литургии, когда в кульминации марша был поднят сионистский флаг и пел сионистский гимн.В самом деле, как полусознательно заявил Palestine Weekly во время горячей подготовки к беспорядкам, «мы больше не смотрим на эти прискорбные инциденты только с религиозной точки зрения ». 35 Параллельная национализация религиозного стиля и ритуалов палестинских евреев была осуществлена ​​недавно назначенным главным раввином Авраамом Ицхаком ха-Коэном Куком, объявившим серию постов в рамках всего ишува в ответ на эскалацию инцидентов у Стены. 36 Если несколько десятилетий назад топот в шофар у Стены был маркером разрыва между ортодоксальными и модернизировавшимися евреями, то теперь по всему ишуву (и «светским», лейбористским сионистам) прекращение работы и забастовки объявлялись вместе с трубами. шофар по всей стране. 37 Это случай не только новых ритуалов, заимствующих легитимность из традиционных практик и символов, но и взаимного перетекания новых и старых ритуалов и символизма друг в друга.

Безусловно, большая часть основного руководства ишува и пресса осудили тон правых ревизионистских газет и комитета Клаузнера и (несколько нерешительно) отвергли их смешение национального и сакрального как подстрекательское.В дневниковой записи, сделанной во время разворачивания насилия, Артур Руппин, который занимал ряд видных постов в сионистской организации и был одним из основателей Брит Шалом (группа еврейских интеллектуалов, стремившихся к арабо-еврейскому сосуществованию), отметил, что Девятая демонстрация Ава у Стены была «неразумной». 38 Берл Кацнельсон, один из духовных лидеров скоро ставших гегемонистами лейбористских сионистов, был более едким в своем отрицании «фальсифицированных национальных чувств» и чувств «национального высокомерия, тщеславия и тщеславия», с которыми он По его мнению, сионисты-ревизионисты пытались увести палестинскую еврейскую молодежь от действий, которые он считал истинным сионистским построением. 39 Давид Бен-Гурион был не менее яростен в своем осуждении того, что он назвал «национальным фанатизмом» ревизионистов, его рвение выдавало его собственную смесь религиозного рвения с сионистским националистическим видением. Их тактика, как он обвинял, «бросает тень на моральную чистоту нашего национального движения и искажает искупительную человеческую сущность сионистской идеи». 40

Тем не менее, несмотря на такие опасения, символизм Стены, казалось, становился все более убедительным для сионизма в Палестине в целом, а также для того, как зарождающаяся национальная жизнь ишува теперь была представлена ​​евреям за границей.На самом деле, сколь бы сдержанно они ни говорили о тоне ревизионистских газет и лидеров, основных сионистских органов, включая такие газеты, как центристская Ha’aretz и лейбористская сионистская Davar , отводили значительное пространство и яркие заголовки на первых полосах. к развивающемуся конфликту. И, в конечном итоге, их редакционные статьи — или такие статьи, как написанные ими стихи или публикация общинных забастовок и других акций — не были значительно более компрометирующими по тональности, чем риторика в публикациях правого толка.Заголовки в Ha’aretz неоднократно ссылались на Sha’aruria — «скандал» или «возмущение» — в Котеле или оплакивали «осквернение святости нации». 41 Газета также в полной мере участвовала в создании нового национализированного культа, окружающего Стену, публикуя стихи и другие материалы, посвященные ему. 42 Социалистический сионист Давар использовал аналогичные формулировки в своих заголовках, а его редакционные статьи добавили свой голос к общему ощущению того, что и святое пространство, и священное время были осквернены. 43 Тот же Берл Кацнельсон, который критиковал ревизионистский язык, также написал, что действия Мандатария «вонзили меч в самое сердце целой нации, запятнали и осквернили все, что для нее свято», и потребовал, чтобы сионисты подали прошение о « возвращение Котеля Израилю не остается без внимания ». 44 Журналист и лидер лейбористских сионистов Моше Бейлинсон объяснил, что такое осквернение стало возможным только потому, что территория у стены была бесхозной и заброшенной.Он утверждал, что единственный способ исправить это — сделать евреев «единственными и полными владельцами их главного религиозного, исторического и национального памятника ». Он заключил, что ни один еврей не может удержаться от требования « выкупить Стену и вернуть ее в собственность еврейского народа». 45

Стена теперь появлялась не только как символ, уникально способный мобилизовать все слои сионистского ишува и их сионистских сторонников за границей, но и как общееврейский символ, который мог бы служить мостом между сионистами и несионистами. , потенциальных социалистов-революционеров, аккультурированных американских евреев и ультраортодоксальных хранителей традиций.Конечно, это произошло не без трений. Интересно, что именно у некоторых евреев за рубежом возникает чувство некоторого дискомфорта по поводу нового статуса Стены. Еврейская хроника , в частности, пыталась найти баланс в отношении сионистской позиции, выражая поддержку, а также высказывая оговорки по поводу нового культа Стены, возникающего в сионистской Палестине. Одна передовая статья, поддерживая притязания на права евреев на этом месте, пояснила, что только «из-за неправильного разрешения спора» властями «Стена стала считаться показателем престижа евреев в Палестине.«Мандатарий ошибся, не уважая« подлинный религиозный пыл », который многие евреи связывают со Стеной, даже если« некоторые могут усмотреть в этом отступление от суеверного ». 46

Но резонанс недавно принятого символа оказался слишком сильным для таких оговорок. В конце концов, беспорядки вспыхнули, когда последние штрихи были нанесены на так называемое расширенное Еврейское агентство, в которое были наняты ведущие несионисты, в первую очередь из американской еврейской общины, для поддержки сионистских поселений и другой деятельности. .Тот факт, что это расширение еврейской поддержки сионизма в Палестине совпало с конфликтом из-за стены, возможно, помог предположить эффективность Котела как нового всееврейского символа для поддержки этой широкой еврейской базы. Действительно, в своей книге о беспорядках 1929 года Хиллель Коэн цитирует палестинского аналитика, который утверждал, что еврейские демонстрации и обряды, а также требования, окружающие Стену, были частью попытки «превратить палестино-сионистский конфликт в религиозный спор, чтобы обеспечить интерес и мобилизацию мирового еврейства, и в особенности евреев Соединенных Штатов. 47 Ури Купфершмидт, кроме того, предположил, что расширенное Еврейское агентство могло на самом деле служить моделью для Хаджа Амина аль-Хусейни в его усилиях по созыву Панисламской конференции (которая должна была состояться в 1931 году) в качестве средства за «аналогичную международную поддержку для сбора средств». 48

Безусловно, хотя в диаспоре, возможно, были некоторые оговорки по поводу сионистского принятия Котела, это несомненно свидетельствует о том, что еврейский меморандум в международный комитет по расследованию беспорядков был написан главным образом Сайрусом Адлером, президент Несионистского американского еврейского комитета при содействии ряда видных сионистов из Палестины.Не менее показательны длительные (и в конечном итоге успешные) переговоры, проведенные в тот же период между Ваад леуми — Национальным советом ишува — и руководством ультраортодоксальной и антисионистской партии Агудат Исраэль, которая были нацелены на создание единого фронта в политических действиях, связанных с Котелом. 49

Беспорядки, кроме того, вызвали замысловатый аккорд религиозно-национальных образов. Во-первых, они в значительной степени подорвали сионистскую уверенность в себе, которая возникла после Декларации Бальфура и в годы относительного спокойствия до 1929 года.Теперь возникло острое ощущение, что сионистское предприятие в Палестине балансирует на краю вулкана. Хотя это впечатление можно было использовать для того, чтобы заручиться поддержкой евреев ишува, оно также было обоюдоострым мечом, поскольку могло препятствовать личным инвестициям в то, что можно было рассматривать как бесперспективное предприятие. Образ ненадежности — крик потенциального разрушения — нужно было бы каким-то образом уравновесить утверждением мужества и самоуверенности новых евреев Палестины.Один из способов сделать это — подчеркнуть контраст между героической сионистской позицией, с одной стороны, и трусостью в изгнании православного «старого ишува», с другой. В ортодоксальных городах Цефат и Хеврон, где имели место жестокие расправы, евреи якобы пошли «как овцы на бойню», как писал Моше Бейлинсон в Давар , в то время как молодежь, которая была продуктом сионистской образовательной системы Палестины, « в одночасье стали железными ». 50 Котел теперь был присвоен сионистским «Новым ишувом» — включая многих ранее сопротивлявшихся лейбористских сионистов — и превращен в символ, который будет вызывать переплетение угрозы с героической позицией, разрушения и возрождения.

Слияние этого нового резонанса символизма, подобного Бен-Ави, и тактических соображений как внутренней, так и внешней сионистской политики может помочь объяснить принятие Стены как символа новой национальной сакральности, стоявшей в центре зарождающийся сионистский консенсус. Действительно, в роли председателя Палестинской сионистской исполнительной власти тот же самый Фредерик Киш, который выразил свои личные опасения по поводу «традиционных обрядов», связанных со Стеной, также был ключевой фигурой в зачастую жестких переговорах между сионистами и британцами. по поводу еврейских прав (и обрядов) там.После инцидента у Стены в 1928 году сионистская организация направила в Лигу Наций петицию за авторством Киша, в которой подчеркнула, что вопрос свободы вероисповедания евреев является центральным для соблюдения Мандата и его положения о создании еврейский национальный дом. В петиции утверждается, что этот центральный принцип теряет смысл, если евреи не могут свободно поклоняться по своему усмотрению. В нем сделан вывод, что единственный способ обеспечить палестинским евреям их законные права — это «передать стену или, по крайней мере, очень обширные права на нее» ишуву. 51 С ростом напряженности все большее число сионистов (и, по всей видимости, несионистов), похоже, поняли, что некоторая форма собственности евреев на территорию Стены была необходимым условием для такой свободы и, следовательно, была синусоидальным условием . qua non для того, чтобы дать субстанцию ​​национальному дому. Хотя он отверг призывы некоторых сионистов к полной экспроприации стены и передаче ее еврейской общине, сам Киш активно искал британской поддержки в той или иной форме сионистского приобретения комплекса стены.С одной стороны, он писал в октябре 1928 года в письме сионистской исполнительной власти в Лондоне, что для сионистов было критически важно эффективно противостоять тому, что он назвал «чрезвычайно опасной» мусульманской пропагандой, утверждающей, что «мы стремимся обеспечить фактическое владение Стеной. сама, чтобы делать с ней, что мы хотим ». Подчеркивая, с другой стороны, что квартал Муграби — обедневший жилой район, граничащий со стеной (и, по мнению многих сионистов, ограничивающий) Стену, — не имеет религиозного значения для мусульман, Киш утверждал, что «при доброй воле и активной поддержке со стороны правительства, мусульманские власти могут быть вынуждены согласиться на нашу покупку этих участков в обмен на приобретение другой подходящей площади где-нибудь в Старом городе, с неизбежным добавлением денежной выплаты в пользу населения. Вакф власти. 52

Внутренние политические соображения, кажется, также способствовали более широкому принятию Стены как центрального и согласованного сионистского символа. В этом контексте важно напомнить, что расширение Еврейского агентства само по себе было весьма спорным и оспариваемым шагом, которому яростно противостояли ревизионистская фракция и ее лидер Владимир Жаботинский, который отказался предоставить столь потенциально могущественный голос в палестинских делах другим лицам. -Сионисты. Это противодействие было лишь одним из элементов всеобъемлющей ревизионистской критики сионистского руководства, которое, по их мнению, демонстрирует слишком постепенный подход к достижению сионистских целей и слишком компромиссную позицию по отношению как к британцам, так и к арабам.Это подкреплялось в течение 1920-х годов растущим в народе чувством неудовлетворенности тем, что многие считали неадекватными достижениями сионистского руководства, чьему положению вряд ли помогли раздоры вокруг столь чувствительного объекта, как Котел. «Настоящий скандал у стены, настоящий позор и оскорбление», — как писал Итамар Бен-Ави (теперь с более конкретной институциональной целью, добавленной к общему тону, который он озвучил еще в 1911 году), «… принадлежат сионистам. Исполнительный.» Вину за то, что он считал невыносимым положением Стены, следовало возложить не на британцев и арабов, а на «Бен-Цвисов и Бен-Гурионов» — отсылка к Ицхаку Бен-Цви и Давиду Бен-Гуриону, двум из них. ключевые фигуры в руководстве лейбористов-сионистов и ишувов. 53

Принимая во внимание растущую внутреннюю пропасть в сионистском лагере и угрозу позиции руководства, политическое достижение во все более и более воспламеняющейся проблеме Стены Плача может показаться ценным даже для руководства, временами обеспокоенного недавно приобретенной Стеной. центральное место в зарождающейся национальной литургии. Именно в этом ключе Элиэзер Хуфиен, генеральный директор Англо-Палестинской компании, сионистского банка, писал Кишу в конце 1928 года: «Вы, несомненно, не меньше меня понимаете важность сионистской организации и ее Настоящий исполнитель добился успеха в этом деле, не говоря уже об исторической важности самой вещи.Представьте себе, что значит быть «Искупителем стены»! » 54

Один сразу очевидный сдвиг, связанный с этим процессом, можно найти в визуальных образах Стены и в новом функциональном использовании, для которого она была использована. Теперь, когда он стал предметом международных слушаний и комиссий, изображения Стены — и в особенности фотографии — обрели новую роль в качестве юридического доказательства. При этом как более старые изображения Котеля, относящиеся к девятнадцатому веку, так и вновь созданные изображения приобрели новое содержание и значение.Гравюра с изображением набожных евреев, молящихся о постах у Стены, воспроизведенная в издании на иврите, целью которого является представление и поддержка еврейских утверждений на слушаниях, подписана «Котел примерно пятьдесят лет назад». Это уже не образ мрачного благочестия скорбящего народа перед его древней реликвией, теперь это утверждение древности еврейских обычаев и прав на этом месте. Точно так же «Раздел Котеля», сфотографированный «невинно», как поясняется в подписи, американским христианским посетителем в 1902 году, не просто изображение благочестия еврейских женщин, каким оно было тогда, но стало визуальным свидетельством особого национальное право (разделить верующих мужчин и женщин), которое было в центре спора.Фотография 1905 года, на которой еврейские мужчины молятся у Стены, сидящие на скамьях, служит той же цели. (См. Рисунки 11–13.)

Рисунок 11

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: «Котел около пятидесяти лет назад». Из Мишпат ха-Котел: Дин ве-Хешбон Ваадат ха-Котел ха-Маарави ха-Бейн-Леумит (Тель-Авив, 5691 [1930–1931]). Mishpat ha-Kotel ( The Trial of the Wall ) представил слушателям на иврите протоколы и решения Международной комиссии 1930 года по Стене Плача с точки зрения ишува. Иллюстрации, воспроизведенные в томе, представлены в виде вставок без разбивки на страницы.

Рисунок 11

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: «Котел около пятидесяти лет назад.Из Мишпат ха-Котел: Дин ве-Хешбон Ваадат ха-Котел ха-Маарави ха-Бейн-Леумит (Тель-Авив, 5691 [1930–1931]). Mishpat ha-Kotel ( The Trial of the Wall ) представил слушателям на иврите протоколы и решения Международной комиссии 1930 года по Стене Плача с точки зрения ишува. Иллюстрации, воспроизведенные в томе, представлены в виде вставок без разбивки на страницы.

Рисунок 12

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: «Перегородка в стене». Из Мишпат а-Котель .

Рисунок 12

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: «Перегородка в стене». Из Мишпат а-Котель .

Рисунок 13

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: «Пожилые мужчины, сидящие на скамейках у стены, ок. 1905 г. » Из Мишпат а-Котель .

Рисунок 13

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: «Пожилые мужчины, сидящие на скамейках у стены, ок. 1905 г. » Из Мишпат а-Котель .

Если изображения, сделанные в прошлом, были включены в список доказательств давнего еврейского присутствия и практики, новые фотографии были созданы, чтобы доказать, что строительные работы, проводимые мусульманским Вакфом на Храмовой горе и вокруг нее, были недавними.(См. Рис. 14.) Это беспрецедентное изображение любого нееврейского присутствия у Стены рассматривалось как обоснование центрального утверждения евреев на слушаниях о том, что утверждения мусульман о святости Стены были лишь недавним изобретением и преднамеренной политической провокацией. . «Фотографировать, — пишет Сьюзен Зонтаг, — значит присвоить сфотографированную вещь». 55 Задуманные как доказательство прав евреев на владение Стеной и как доказательство того, что присутствие мусульман было нарушением статус-кво, эти фотографии на самом деле предназначены для того, чтобы напомнить об отсутствии мусульман, придав Стене новую способность отмечать все более четкое разделение между еврейским обществом Палестины и арабским противником-мусульманином.Интересно отметить, что в параллельном развитии, мотивированном убеждением в том, что сионисты или евреи намеревались захватить Храмовую гору / Харам-а-Шериф, образы палестинских арабов, как они развивались в течение 1920-х годов и в преддверии беспорядки, в частности, продемонстрировали противоположную тенденцию: заявления и риторические повороты сионистских деятелей, а также изображения, созданные в различных еврейских кругах, были приняты Высшим мусульманским советом и руководством палестинских арабов, чтобы указать на угрожающее присутствие евреев — семиотический и риторическое вторжение — в мечети и святыни Харама и других мусульманских объектов по всей Палестине. 56 Как для сионизма, так и для палестинского национализма это усиленное внимание к ключевым священным местам было частью всеобъемлющей переосмысления священности земли в целом и ее национализированного освящения. 57

Рисунок 14

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: «Нарушение Статус-кво.Из Мишпат а-Котель .

Рисунок 14

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: «Нарушение статус-кво». Из Мишпат а-Котель .

Темы безопасности и самообороны всегда играли важную роль в еврейском ишуве, и, казалось, они приобрели новую актуальность после беспорядков.Теперь они начали входить и в стандартные образы Стены, где они слились с ее мрачной сакральностью — каждое, в свою очередь, усиливало и усиливало другое. Эта новая амальгама скоро окажется одним из самых устойчивых из новых стереотипов, которые наполнили Котел, и в конечном итоге станет почти синонимом этого. Образцы, которые Бен-Ави вызвал еще в 1911 году, когда он назвал Стену «Стеной героев», теперь стали центральной темой, преодолевая сионистские идеологические разногласия. Сам Бен-Ави часто возвращался к этой теме.Джозеф Клауснер также подхватил это, предупредив мандатарии, что «у евреев тоже есть кулаки». Безусловно, еврейские официальные лица и писатели, такие как он, могли «не призывать к насилию», писал он (возможно, имея в виду именно такой призыв?), Но Британия, тем не менее, должна осознавать, что «любовь ишува к британцам способна на испаряется. » 58 В целом, «укрепление еврейского присутствия в Старом городе», как выразился (лейбористский сионист) Давар , стало в центре внимания, о чем свидетельствует также колонка на первой полосе в Ha’aretz призывает к установлению еврейского «почетного караула» у Стены. 59

Меняющиеся визуальные образы также отразили этот новый акцент с постоянно увеличивающимся присутствием сил безопасности. На фотографии, сделанной вскоре после беспорядков, изображены полицейские, охраняющие «врата крови» — проход между стеной и Храмовой горой, который Вакф открыл в предыдущие месяцы и который облегчил поток разъяренной толпы на эту территорию. роковой день 23 августа. (См. рис. 15.) Как и на фотографии новых стен, построенных Вакфом, на этой фотографии видно присутствие мусульман (хотя и без мусульман), что на самом деле свидетельствует о его собственной незаконности, если не отсутствие.Здесь полиция — первая из сил безопасности, которая позже станет центральным элементом изображения Котела — присутствует, чтобы гарантировать это мусульманское отсутствие. Фотография 1933 года поста британской полиции — теперь прямо за стеной — усиливает эту тему, обобщая присутствие сил безопасности у Стены за пределами конкретного места, где вспыхнуло насилие, которое теперь ассоциируется со Стеной в более общем плане. (См. Рисунок 16.)

Рисунок 15

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: «Врата крови». Из Мишпат а-Котель .

Рисунок 15

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: «Врата крови». Из Мишпат а-Котель .

Рисунок 16

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: Полицейский пост за стеной, 1933 год. Фотография Золтана Клюгера. Предоставлено пресс-службой правительства Израиля, Департаментом фотографии, Национальная коллекция фотографий.

Рисунок 16

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: Полицейский пост за стеной, 1933 год. Фотография Золтана Клюгера.Предоставлено пресс-службой правительства Израиля, Департаментом фотографии, Национальная коллекция фотографий.

В последующие нестабильные десятилетия Стена и ее образы претерпят множество существенных изменений судьбы. Период, наступивший после беспорядков, станет свидетелем новой кристаллизации национальных образов как в сионизме, так и в палестинском национальном движении. Столкновение между этими двумя странами будет продолжать нарастать, что приведет к Великому арабскому восстанию 1936–1939 годов, а затем и к тотальному пожару 1947–1949 годов, который изменит физические, демографические и образные контуры Палестины (а затем Израиль).Между созданием Израиля в 1948 году и войной 1967 года Стена, конечно же, находилась на территории Иордании, и отсутствие доступа к ней со стороны евреев привело к сложному изменению образов, воспоминаний и стремлений, связанных с ней, а также к создание подменных мест национальной сакральности. 60

Однако после 1967 года, с расширением еврейского присутствия и суверенитета на давно оспариваемый комплекс Стены, необходимость в заменах была устранена, и большая часть сложной амбивалентности по отношению к этому месту, казалось бы, снова исчезла.Сочетание в 1967 году прославленной военной победы и покорения святых мест Иерусалима привело бы к повторению темы сил безопасности как центральной к обновленной сакральности Стены, их присутствие в визуальных репрезентациях, переведенных с изображений британских полицейских на современные знакомые изображения еврейских солдат у Стены. Знаменитая фотография Дэвида Рубингера 1967 года, на которой военный раввин Шломо Горен трубит в шофар у вновь захваченной стены, между прочим, подтверждает и в определенном смысле воспроизводит борьбу четырех десятилетий назад, когда евреи имели право трубить в шофар и приносить свитки Торы и скамейка (которую также принесли его сотрудники) на территорию Стены была одним из главных аргументов.(См. Рисунок 17.)

Рисунок 17

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: Главный военный раввин Шломо Горен у Стены в 1967 году. Фотография Дэвида Рубингера. Предоставлено пресс-службой правительства Израиля, Департаментом фотографии, Национальная коллекция фотографий.

Рисунок 17

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: Главный военный раввин Шломо Горен у Стены в 1967 году. Фотография Дэвида Рубингера. Предоставлено пресс-службой правительства Израиля, Департаментом фотографии, Национальная коллекция фотографий.

Возможно, еще более знакомым и, несомненно, более показательным из-за смешения национального мастерства с квазирелигиозной сакральностью является знаменитая фотография Рубингера израильских десантников у Стены, на которой слияние военных и священного достигается благодаря фактически смешивая ошеломленных солдат с самой Стеной.(См. Рис. 18.) Центральная роль этого слияния как основной характеристики Стены и ее изображения впоследствии будет многократно имитироваться — не всегда, конечно, с тем же художественным мастерством. (См. Рисунки 19 и 20.)

Рисунок 18

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: Парашютисты у стены, 1967.Фотография Дэвида Рубингера. Предоставлено пресс-службой правительства Израиля, Департаментом фотографии, Национальная коллекция фотографий.

Рисунок 18

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: Парашютисты у стены, 1967. Фотография Дэвида Рубингера. Предоставлено пресс-службой правительства Израиля, Департаментом фотографии, Национальная коллекция фотографий.

Рисунок 19

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: Солдаты у Западной стены. Фотография Ави Охайона. Предоставлено пресс-службой правительства Израиля, Департаментом фотографии, Национальная коллекция фотографий.

Рисунок 19

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: Солдаты у Западной стены. Фотография Ави Охайона. Предоставлено пресс-службой правительства Израиля, Департаментом фотографии, Национальная коллекция фотографий.

Рисунок 20

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: Магнит на холодильник «Солдаты у стены» — популярный сувенир в сувенирных магазинах Иерусалима.Фотографировал Бен Херцог.

Рисунок 20

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: Магнит на холодильник «Солдаты у стены» — популярный сувенир в сувенирных магазинах Иерусалима. Фотографировал Бен Херцог.

Существует очень мало прецедентов до 1929 г. для этого типа изображений. Особенно интересным исключением является групповой портрет 1919 года солдат еврейской бригады у Стены, стоящих над рядом набожных евреев, которые сидят на земле перед ними и которые в этом контексте выглядят почти как безбилетные пассажиры с одной из старых фотографий.(См. Рисунок 21.) Если здесь эти представители «Старого ишува» кажутся доминирующими среди солдат, на многих более поздних фотографиях они полностью исчезнут, поскольку завоевание Палестины «Новым ишувом» становится все более полным. охватывая не только победу в конфликте с арабами (в будущем), но также присвоение из «Старого ишува» благочестия, символизируемого Стеной.

Рисунок 21

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: Солдаты Еврейской бригады Первой мировой войны у стены, 1919 год. Из Мишпат ха-Котел.

Рисунок 21

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: Солдаты Еврейской бригады Первой мировой войны у стены, 1919 год. Из Мишпат ха-Котел.

Рисунок 22

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: Наум Гутман, Евреи, молящиеся у стены, офорт сухой иглой на бумаге. Предоставлено Художественным музеем Наума Гутмана.

Рисунок 22

Выполнение разрешения правообладателя на показ этого изображения в Интернете запрещает дальнейшее увеличение или копирование.

: Наум Гутман, Евреи, молящиеся у стены, офорт сухой иглой на бумаге. Предоставлено Художественным музеем Наума Гутмана.

Действительно, период сразу после Первой мировой войны, как ретроспективно писал Итамар Бен-Ави, казался действительно преобразующим — «как если бы Котел сдвинулся со своего места в земле» как значение Стены как объекта, как место , изменилось, и по мере того, как демографическое население изменилось, оно начало посещать его в новой форме паломничества.Конечно, можно по-прежнему видеть, как «старики и женщины… плачут, как в былые дни, и оплакивают воображаемые проступки». Однако теперь вокруг них — действительно, «приближаясь к ним до удушья» — появился новый элемент молодых, возвышенных и эротизированных мужчин и женщин, которые источали «решительную военную доблесть иврита, сионизм, изобилующий молодостью — эти гордые новые Маккавеи ». 61 Безусловно, изображения более традиционных евреев у Стены и по сей день вызывают ностальгию по потерянному традиционному миру. 62 Тем не менее, сила Котеля как символа сионизма — и Израиля — создания новой национальной сакральности, неотъемлемо связанной с военной доблестью, стала одной из его наиболее устойчивых черт.

Более того, эта новая сакральность Стены была удалена из когда-то преобладающих романтических представлений о возвращении евреев на Восток. В этом смысле также изменилось его место: восточность фигур Старого ишува, наряду с восточным характером Стены и нации, которую она представляет, теперь приглушена, если не стерта.В связи с растущим чувством отдаленности от арабов после 1929 года самоопределение ишува, которое отражается в его искусстве и иконографии, а также в его социальной и экономической политике, принимает поворот в пользу Запада. В представлениях европейцев и сионистов Стена всегда располагалась — физически и образно — на Востоке. С точки зрения иудейской религии, евреи в молитве обращались к Востоку, лицом к разрушенному Храму, от которого Стена была последним остатком. В современной европейской концепции разделения между Западом и Востоком — в которой еврейский «полуазиатский» ни с чем не укладывается — и в сионистском дискурсе, который часто принимал это понятие, Стена изображалась как часть древнего, экзотического Восток, с которым евреи остались связанными.После 1929 года Восток был удален от него, и он от Востока, даже по названию: это больше не место еврейского «плача» (в конце концов, очень неевропейское поведение), теперь оно становится « Western ». Стена », как перевод ее еврейского названия (Ха-Котел ха-Маарави), становится нормой. В самом деле, одно письмо редактору « Jewish Chronicle » по мере нарастания напряженности явилось явным аргументом в пользу этого изменения имени. «Выражение« Стена Плача »используется только в английском и немецком языках, — говорится в нем, — и сегодня вводит в заблуждение.Местное название — Котел Маарави, — «Западная стена». место, которое было Святой Землей. Послевоенная Палестина в этом смысле играла ведущую роль в качестве точки опоры в более широкой борьбе за саму природу современности, которую во многих случаях представляли Великобритания и евреи вместе. Ватикан — несомненно, один из ведущих противников изменений, которые происходили в ландшафте Святой Земли — часто выражал беспокойство по поводу самого британского мандата (и обязательств, которые он влек за собой для еврейского национального движения), с планами строительства современная инфраструктура — и ее влияние на изменение мест — часто становятся предметом особого внимания.Когда мандатарий приступил к строительству железной дороги на севере страны (чуть ниже горы Кармель), например, Ватикан выразил обеспокоенность тем, что такой элемент современности угрожает «лишить священный характер святых мест». ” 64

«Вопрос о характере места, на котором человек стоит, — пишет Джонатан З. Смит, — это фундаментальный символический и социальный вопрос . Как только человек или культура выразят свое видение своего места, за ним последует целый язык символов и социальных структур. 65 Похоже, именно этот фундаментальный вопрос стоял на кону как для сионизма в Палестине (и, возможно, во всем мире), так и для палестинского арабского национализма. Изменяющийся символизм и значения этих оспариваемых святых мест послужили семиотической синекдохой для национализированной ресакрализации оспариваемой земли в целом. Для сионизма вопрос о месте проживания евреев с самого начала был основным затруднительным положением, и создание и формирование такого места для людей, считавшихся безлюдными, было одной из его основных движущих сил.Специфика места, как утверждал И-Фу Туан, священна по самой своей природе — это место «там, где люди считают его не только своим домом, но и домом их охраняющих духов и богов». 66 Для сионизма, рожденного в бурном столкновении традиционного еврейского общества с современным, и для сионистов, многие из которых пришли в сионизм после смерти традиционного еврейского Бога, Стена должна была стать не только квинтэссенцией еврейского места. должны быть восстановлены, но его «духи и боги» — значения и смысл священного, связанного с ним, — должны были быть воссозданы.Такое воссоздание повлекло за собой участие сионизма в ряде текущих соревнований за это место и его священное значение. Борьба с палестинскими арабами, которую едва ли можно было ожидать всего несколькими годами ранее, борьба за это место и его сакральность с традиционалистским «Старым ишувом», а также настойчивое международное стремление к Святой Земле и ее святости — все это объединилось, чтобы сделать Стену настоящей мощный и запоминающийся сайт сионистской идентичности и его обновленной исторической памяти. Во всех этих контекстах сионистские утверждения и символика стремились выделить зарождающуюся еврейскую нацию как отдельную, очертить четкие линии разделения между ней и мусульманскими, христианскими и традиционными еврейскими представлениями о священном — и оспариваемыми идентичностями, в которых они повернуть, отразить и порождать.«Современная память, — писал Джон Гиллис, — родилась не только из чувства разрыва с прошлым, но и из глубокого осознания противоречивых представлений о прошлом и усилий каждой группы сделать свою версию основой. национальной идентичности ». 67

Исследования основополагающих традиций ишува, как правило, сосредотачиваются на центральной роли таких определяющих нацию мифологий, как героическая позиция изолированного поселения Тель-Хай, древнее восстание Бар-Кохбы и истощение палестинских территорий, зараженных малярией. болота новыми пионерами «иврита» — все это указывает на застенчивый отказ ишува от традиционных еврейских образов и отход от них. 68 В результате такого акцента — в некоторой степени, по-видимому, под влиянием сионистских идеологических заявлений о представлении именно этого нового отклонения — запутанность во взаимоотношениях между сионистской культурой и еврейскими традициями, которую она стремилась отбросить, но с которой она была часто в интенсивном диалоге, временами терялся.

Вместо того, чтобы понимать современность и появление современного национализма как корни безоговорочного, линейного упадка религиозных форм, верований и институтов, кажется более полезным взглянуть на процессы, с помощью которых они часто могут быть преобразованы, а не заменены .Безусловно, национализм, сформировавшийся после деколонизации, часто включал в себя более традиционные религии в качестве неотъемлемых компонентов, и некоторые важные недавние исследования показали, насколько это имело место и в Европе. 69 Переплетенные случаи еврейской и арабской Палестины могут быть здесь поучительными, хотя и не простыми способами, и нам стоит пересмотреть возникновение этих двух конкурирующих национализмов. Например, утверждение Рашида Халиди о том, что упадок религии как средоточия идентичности была одной из сил, породивших современную палестинскую идентичность, и широко распространенное мнение о том, что сионизм представляет собой «секуляризацию» еврейской культуры, требуют более тонких подходов — даже (или, возможно, особенно) в последнем случае, когда сионисты сознательно и открыто выступают против еврейской традиции и традиционной религиозности. 70 В самом деле, современность, в которой национализм рассматривается как неотъемлемый компонент, можно было бы более полезно понимать в этом контексте не как замену утраченного религиозного прошлого, а скорее — по крайней мере частично — как « сдвиг религиозной энергии от номинально религиозных к нерелигиозным социальным институтам на протяжении девятнадцатого и двадцатого веков ». 71 История ресакрализации сионистами Западной стены дает возможность взглянуть на процессы, посредством которых происходит этот сдвиг.

Воспринимаемая до 1920-х годов как слишком традиционно религиозная, чтобы ее можно было легко ассимилировать в национальный этос ишува, Стена с ее новыми образами национальной сакральности и силы, на самом деле стала мощным символом для подающей надежды нации, которая стремилась определить ее национальных границ и определения его составных элементов. В конце концов, к 1929 году в конфликтных отношениях между сионизмом и иудаизмом произошло два события: ишув и диаспора. Расширенное Еврейское агентство, начатое в том же году, означало новые, более тесные отношения между ишувом и евреями из отрицаемого «изгнания».«В то же время все большее количество молодежи ишува, как правило, было незнакомо с еврейской жизнью в диаспоре и безразлично к внутренним конфликтам с еврейской традицией и глубокому двойственному отношению к ней, которые сформировали культурные начинания их родителей». поколение. В некотором смысле именно это растущее расстояние могло дать место новому виду национального символа, который, казалось, сразу вызвал национальное возрождение, формирующееся в Палестине, и связал его с этой отвергнутой традицией.Интересно, было ли это совпадением, что именно Иосиф Клауснер, который еще в 1907 году начал сетовать на растущее расстояние между палестинской молодежью и их еврейскими корнями, также в конце 1920-х годов сыграл ведущую роль в усилиях сделать Котел священным центральным местом в сознании нации. 72 Стена в этом смысле выступает в качестве средоточия напряжения между разрывом и непрерывностью, которое было в самой сердцевине самовосприятия сионизма, а, возможно, также и в его подсознании — тех сфер, которые были просто вне досягаемости для него. собственное понимание себя.«Попытка окончательно порвать со старым социальным порядком, — напоминает нам Пол Коннертон, — наталкивается на своего рода историческое месторождение и угрожает разрушиться на нем». Напряжение между забыванием и воспоминанием, между разрывом и сцеплением, по-видимому, является тем, от которого, пожалуй, не может быть снят ни один акт ритуализации, призванный обозначить новое отклонение. «Попытка установить начало, — продолжает Коннертон, — неумолимо отсылает нас к образцу социальных воспоминаний». 73

Беседы и образы, окружавшие Стену после 1929 года, сделали ее особенно красноречивым и волнующим символом для подающей надежды нации.Это придавало ему ощущение укорененности в ландшафте Палестины, в то же время (по крайней мере, иногда) отделяя его от восточного контекста этого ландшафта. Это дало евреям Палестины основу для кардинально новой позиции в международном восхождении к святым местам, фактически выполняя глубоко укоренившуюся сионистскую цель — занять место евреев в сообществе наций (хотя и в сообществе спорных наций). ). Наконец, он облегчил связь между новыми «евреями» Палестины и, по крайней мере, частью их традиционного прошлого, и выступал в качестве символической оси, которую могли разделять эти «евреи» и их «еврейские» родственники за границей.

Изменение в окрестностях Стены, которое Фредерик Киш отметил, когда он пошел туда после беспорядков, было действительно глубоким, но во многих смыслах оно было вызвано не столько самими событиями, сколько их влиянием на сионизм. и его развивающаяся национальная литургия. Эта многогранная трансформация национальной культуры ишува и ее составных идентичностей была подчеркнута — риторически и визуально одновременно — одним из самых известных художников сионизма и Израиля Нахумом Гутманом.Вспоминая свои дни, когда он был молодым студентом-искусствоведом в Палестине перед Первой мировой войной, Гутман отметил, что как «настоящие сионисты», которые хотели «обновить наши ослабленные чувства», он и его однокурсники стремились рисовать библейские сцены в ярком свете Восток. Он добавил, что они явно не хотели рисовать «мрачных евреев и нищих… у Стены Плача». 74 Отражая трансформацию, которая произошла среди этих «настоящих сионистов», примерно два десятилетия спустя — неудивительно, в 1929 году — Гутман создал ряд работ, изображающих именно этих «мрачных евреев и нищих» у Стены Плача.

© Американская историческая ассоциация, 2015 г. Все права защищены.

Стена Плача — (НЕ самое святое место для евреев)

Что такое Стена Плача?

Если бы вы спросили израильтянина, что такое Стена Плача, он или она, вероятно, ответили бы вам, что это самое священное место в мире для евреев и что оно было частью Второго Храма.

Оба эти убеждения неверны.

Две тысячи лет назад, когда Храм еще стоял, Стена Плача вообще не имела никакого значения.

Так в чем же значение Стены Плача?


Чтобы понять, что такое Стена Плача, вам нужно вернуться на три тысячи лет назад.

Царь Соломон построил Первый Храм. Он стоял на вершине горы Мориа. Это также место, где, согласно Библии, Авраам чуть не принес в жертву своего сына Исаака. Храм простоял четыреста лет, пока вавилоняне не захватили Иерусалим и не разрушили его в 586 г. до н. Э.

Святой Ковчег и Десять Заповедей, которые находились внутри Храма, были разрушены вместе со зданием, а евреи были изгнаны из Земли Израиля.


Жертвоприношение Исаака Караваджо

Семьдесят лет спустя евреям было разрешено вернуться, и именно тогда они построили Второй Храм.
Храм несколько раз реставрировался, пока царь Ирод (правивший с 37 по 4 год до н. Э.) Не решил восстановить его.
У него была проблема: Храм стоял на вершине горы, где было лишь ограниченное пространство.

Царь Ирод, который был известен своими масштабными строительными проектами, решил, что он построит четыре огромных поддерживающих стены вокруг горной вершины и таким образом превратит ее в великолепную платформу.
На этой искусственной платформе он перестроил Храм. Стена Плача на самом деле представляет собой небольшую часть (около одной седьмой) одной из больших несущих стен.
В 70 году нашей эры, во время восстания евреев против римлян, Иерусалим был завоеван, а Храм разрушен.
После восстания евреев не было разрешено подняться на территории Храмовой горы, где стоял храм, и начал молиться рядом с различными частями подпорной стены, которые поддержали его.

Это самая важная вещь, которую нужно понять о Стене Плача: самое святое место для евреев — Храмовая гора, потому что именно там стоял Храм.
Поскольку евреям не разрешалось подниматься туда, сначала из-за римлян, а затем из-за того, что мусульмане построили там Купол Скалы, стены вокруг него приобрели религиозное значение.

За последние 2000 лет евреи молились рядом с различных участков подпорных стен.

Сначала они помолились у южных стен, где был первоначальный вход на саму Храмовую гору.

Затем они молились рядом с Золотыми воротами (или Мерси ворота) в восточном стене, и только в последние 500 лет, что небольшая часть огромной подпорной стены, которую мы называем Западную стену стала настолько важна для евреев , как религиозное место, где они могут вспомнить Храм.

Краткое описание:
1000 г. до н.э. Первый Храм стоит на вершине горы Мориа.

20 г. н.э. — Царь Ирод хочет построить огромный храм, поэтому для создания платформы он строит массивные подпорные стены вокруг горы Мориа.

70 г. н.э. — Римляне разрушают храм, но подпорные стены остаются. В VII веке мусульмане построили Купол Скалы на месте, где стоял храм.Евреям запретили молиться на вершине Храмовой горы, и они начали молиться вокруг подпорных стен.

Сегодня — Сегодня — за последние несколько веков, небольшая часть западной стены подпорной стены стала самым важным местом для евреев, чтобы прийти и помолиться и вспомнить храм.

Стена Плача, Стена Плача или HaKotel?

У Стены Плача есть несколько названий.

Самым известным из них является Стена Плача, так как это западная стена подпорных стен, поддерживающих Храмовую гору.На иврите мы говорим HaKotel, что означает «Стена».

Другое название — Стена Плача, которую впервые использовали мусульмане, когда они увидели, как евреи оплакивают разрушенный храм. Затем это имя было переведено на некоторые европейские языки.

Можно ли посетить Стену Плача и помолиться у нее?

Стена Плача открыта для всех 24 часа в сутки, семь дней в неделю.

Стена Плача — это синагога под открытым небом, поэтому мужчины и женщины разделены.
Кто угодно может подойти к стене, помолиться там или просто взглянуть, но относитесь с уважением к другим (правило, которое полезно использовать в целом :))
С вечера пятницы до вечера субботы вам не разрешается фотографировать или курить по периметру.
Колени и плечи должны быть прикрыты.
Для получения информации о турах по туннелям Стены Плача щелкните здесь.

Если вам нужна дополнительная информация о персонализированных, комплексных, индивидуальных роскошных впечатлениях, напишите моему партнеру Асафу и позвольте нам вывести ваше путешествие в Израиль на новый уровень.Создавайте воспоминания, создавайте узы и создавайте заветные семейные моменты. Давайте начнем ваше путешествие на всю жизнь.

Если вы путешествуете с ограниченным бюджетом, вы также можете приобрести мои буклеты, в которых я записал в основном все, что я говорю о трех моих самых популярных турах: Иерусалим, Тель-Авив и Иудейская пустыня. Я также добавил карты, изображения и графику, которые позволят вам быть вашим собственным гидом. Буклеты продаются только за пределами Израиля, так что закажите сейчас и будьте готовы! Или загрузите в формате PDF или EPUB (электронная книга).

Планируете поездку в Израиль?

Туры, которые стоит взять (и чего нельзя) в Израиле

Путеводитель по особому размещению в Израиле

Будь своим гидом! (С моими буклетами.

Ваш комментарий будет первым

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *