Нажмите "Enter", чтобы перейти к содержанию

Взятие москвы поляками – Польская окупация Москвы. Как это было на самом деле?

Содержание

Польская окупация Москвы. Как это было на самом деле?

В начале 17 века между Речью Посполитой и Русским государством происходило вооруженное столкновение, которое известно в истории как русско-польская война 1609-1618 годов. Одним из главных событий этого периода была двухлетняя оккупация Москвы польскими войсками. Для освобождения русской столицы от захватчиков было собрано Первое народное ополчение, но из-за междоусобиц среди командования действия ополченцев потерпели неудачу. И только в октябре 1612 года Второе ополчение под руководством Дмитрия Пожарского смогло освободить Москву.

Причины, способствующие польской интервенции

Как же случилось, что войска Речи Посполитой смогли практически без боя захватить и оккупировать на два года столицу Русского государства? Дело в том, что Россия в конце 16-начале 17 века переживала нелегкие времена, которые стали называть «Смутное время»: после смерти царя Ивана Грозного на московском престоле то и дело менялись правители, затем власть захватила Семибоярщина, а страну сотрясали крестьянские бунты и войны.

Именно в этот момент правящая верхушка Речи Посполитой совместно с католической церковью предприняла попытку захватить русские территории. Вначале это выглядело как оказание помощи Лжедмитрию I и Лжедмитрию II, а уже при Василие Шуйском началась открытая интервенция с осадой Смоленска, разгромом русской армии в битве у деревни Клушино и походом на Москву. Как раз в этот момент Шуйский был свергнут с престола, и страна оказалась в междуцарствии. Фактически власть принадлежала правительству, состоящему из 7 бояр. Опасаясь народного восстания и пытаясь сохранить свои привилегии, бояре пошли на сделку с польским королем Сигизмундом III. Они пригласили на царский престол его 16-летнего сына – королевича Владислава, правда бояре выдвинули условия о переходе королевича в православную веру и женитьбе на русской.

Вот такое положение сложилось в московской державе осенью 1610 года.

Оккупация Москвы польско-литовским войском

Уже в августе 1610 года Станислав Жолкевский с войском стоял на Ходынском поле под Москвой, куда его оправил Сигизмунд III. Гетман был противником оккупации русской столицы, поскольку прекрасно видел опасность таких действий. Он понимал, что русские бояре согласились отдать трон иноземцу только лишь вследствие безвыходности положения, а также он понимал, что никогда польский королевич не примет православие. Но король настоял на оккупации столицы русской державы.

Чтобы сохранить покой и порядок в столице до прибытия нового государя, войска гетмана Жолкевского вошли в Москву. Причем заняли они её без боя, поскольку бояре сами впустили поляков в город. Это произошло 21 сентября 1610 года. С этого момента власть в Москве фактически сосредоточилась в руках польско-литовского гарнизона под командованием Станислава Жолкевского. В столице было дислоцировано четыре полка, командовали которыми Александр Гонсевский, Александр Зборовский, Мартин Казановский и Людвиг Вайер. Жолкевский, как опытный полководец, так разместил в городе солдат своего гарнизона, что в случае каких-либо неприятностей они легко могли оказать друг другу помощь и поддержку или же отступить и укрыться за мощными кремлевскими стенами. Польские полки были расквартированы в Кремле, в Белом городе, Новодевичьем монастыре и в Китай-городе.

Приблизительно в ноябре 1610 года Жолкевский вынужден был покинуть Москву и уехать в Смоленск, где его ждал король Сигизмунд. Поэтому командование московским гарнизоном принял Александр Гонсевский.

Польские солдаты вели себя в захваченном городе как настоящие оккупанты – постоянно случались стычки с местным населением, происходили драки, насилие и убийства, осквернялись храмы. В марте 1611 года жители Москвы подняли вооруженное восстание против захватчиков. И в это же время к столице подошли отряды Первого народного ополчения. Они успешно штурмовали стены Белого города и валы Земляного города, освободив большую часть Москвы.

Чтобы удержать город, поляки вынуждены были его поджечь, а сами укрылись за стенами Кремля. Таким образом, польский гарнизон оказался запертым в центральных районах города, и перед ними отчетливо встала перспектива голода. Поэтому получение помощи извне приобрело жизненное значение.

Польский гарнизон в осажденном Кремле

Всего польский гарнизон насчитывал около 8000 человек. Но на каждого воина приходилось еще как минимум 3-4 гражданских лица. Это были семьи солдат, прислуга, маркитантки, купцы и те люди, которые пристали к войску по дороге. Поэтому можно смело говорить, что необходимо было содержать не менее 20 тысяч человек.

Первоначально за доставку продовольствия отвечал полк усвяцкого старосты Яна Петра Сапеги. Последний раз запасы в Кремль он доставил в августе 1611 года. После гибели Сапеги сбором провианта занимался литовский гетман Ян Кароль Ходкевич. Но снабжать осажденный город извне становилось все сложнее. В декабре 1611 года в стенах Кремля начался страшный голод: все, что можно было съесть — было съедено, доходило даже до проявления каннибализма. Кое-какие обозы с провиантом смогли прорваться в осажденный город, но это была капля в море. Расправиться с польским гарнизоном помогал не только голод, но и аномальные морозы 1612 года.

Освобождение Москвы

Летом стало понятно, что сопротивление польского гарнизона не имеет смысла. Поэтому польско-литовские отряды стали покидать Москву: в июне ушел полк Зборовского, а следом за ним полк Гонсевского. Командовать оставшимся гарнизоном пришлось Николаю Струсю.

В августе главные силы Второго народного ополчения подошли к Москве, где 1 сентября 1612 года состоялась решающая битва ополченцев во главе с князем Пожарским с польским войском гетмана Ходкевича, который спешил в осажденный Кремль с обозом провианта. Смертельный бой, продолжавшийся 14 часов, закончился отступлением польских воинов. И самое обидное в том, что обоз с провиантом застрял всего лишь в 1800 метрах от Кремля. Судьба осажденного кремлевского гарнизона была решена – 7 ноября он сдался.

Следующий раз польские солдаты придут в Москву ровно через 200 лет – в 1812 году вместе с Наполеоном.

slawomirkonopa.ru

Польско-литовская оккупация Москвы — Howling Pixel

Во время русско-польской войны Смутного времени в продолжение двух лет (с осени 1610 года по осень 1612 года) Московский Кремль был занят польско-литовским гарнизоном под командованием Станислава Жолкневского, содействие которому оказывали русские коллаборационисты во главе с боярином Михаилом Салтыковым.

С марта 1611 года оккупированная поляками и литовцами Москва была осаждена казаками князя Дмитрия Трубецкого. Окончательно освобождена осенью 1612 года Вторым народным ополчением. Дата взятия Китай-города (22 октября по юлианскому календарю) отмечается в современной России как день народного единства, причём отмечается символически[1] 4 ноября, то есть одновременно с празднованием в честь Казанской иконы Божией Матери.

Жолкевский в Москве

После того, как царские войска были разгромлены при Клушине и Семибоярщина согласилась возвести на русский престол королевича Владислава, для поддержания порядка в столице до прибытия нового главы государства в октябре-ноябре 1610 года в Москву без боя вошли польско-литовские войска Станислава Жолкевского. С начала августа Жолкевский стоял лагерем на Хорошевских лугах и Ходынском поле. В город он вошёл под нажимом короля, хотя сам был против оккупации русской столицы

[2].

В конце 1610 года в Москве и Новодевичьем монастыре дислоцировалось около 6000 бойцов хоругвей панцирных и гусарских, 800 пехотинцев иноземного строя, 400 гайдуков — всего четыре полка во главе с Александром Гонсевским, Мартином Казановским, Александром Зборовским и Людвигом Вейхером. На каждого солдата приходилось по трое гражданских из числа приставших к ним по дороге на Москву «тушинцев», прислуги и маркитанток[2].

Жолкевский разместил солдат по Москве таким образом, чтобы в случае нападения они могли прийти друг к другу на помощь либо отступить в Кремль. Значительная часть гарнизона разместилась к западу от кремлёвской стены у реки Неглинной. Для поддержания порядка был учреждён трибунал, в котором русскую сторону представляли Григорий Ромодановский и Иван Стрешнев, а польско-литовскую — Александр Корычиньский и поручик Малыньский

[2].

Когда в ноябре Жолкевский поехал в Смоленск на совещание с Сигизмундом III, он забрал с собой свои полки. Несколько подразделений были оставлены в Новодевичьем монастыре, чтобы контролировать дороги на Можайск и Волоколамск. Остальных гетман разместил ближе к осаждённому Смоленску — в Верее и Можайске.

Осада Москвы казаками

В марте 1611 года в связи с формированием Первого народного ополчения командир польского-литовского гарнизона Гонсевский спровоцировал уличные бои, в ходе которых сгорела большая часть Москвы. Заранее сломив сопротивление горожан, Гонсевский рассчитывал минимизировать поддержку Первому ополчению.

Ополченцы в апреле и начале мая штурмом взяли валы Земляного города и стены Белого города, освободив большую часть территории Москвы (более 95 %), после чего заперли интервентов за Китайгородской и Кремлёвской стенами. Казаки князя Д. Т. Трубецкого фактически взяли кремлёвский гарнизон в осаду.

Вместе с поляками в осаждённом Кремле сидели члены Семибоярщины, а также будущий царь Михаил Фёдорович Романов с матерью[3].

Голод и людоедство

Провизию для гарнизона собирал в Подмосковье полк Яна Петра Сапеги. В кормление польско-литовскому войску были выделены «стации» (области) к северо-востоку от Москвы. По свидетельству мемуариста Самуила Маскевича, «что кому понравилось, и у наибольшего боярина жена ли, дочь ли, брали их силой»[4]. После гибели Сапеги в сентябре 1611 году сложную задачу сбора провианта взял на себя Ян Кароль Ходкевич, гетман великий литовский.

Вся первая половина 1612 года выдалась аномально холодной. Не получая жалования, многие солдаты гарнизона составили конфедерацию и покинули русскую столицу. В городе начался голод. Спекулянты из Подмосковья сбывали в городе хлеб по 30-кратной цене. Хорунжий Будзило пишет, что москвичи особенно страдали от недостатка водки

[5].

В конце 1611 года до Кремля добрались возы с провиантом, собранным Самуилом Корецким. В январе 1612 года в Москву смог прорваться полк Будзилы. Он подвёз съестные припасы, которые на время облегчили положение с продовольствием. Подоспевшие позднее венгерские пехотинцы Феликса Невяровского не привезли продуктов и своим присутствием только ускорили возвращение бескормицы. Несколько возов зерна подвёз 25 июля Якуб Бобовский, но это была капля в море.

Авраамий Палицын утверждает, что после вступления в Кремль казаки Трубецкого «обретошя много тщанов и наполов плоти человеческиа солены и под стропами много трупу человеческого»

[6].

Осень 1612 года

Видя бесполезность сопротивления, польско-литовские соединения стали покидать город. Наиболее боеспособный полк Зборовского ушёл к Смоленску в начале июня 1612 года. До конца лета за ним последовал и Гонсевский со всеми ветеранами Клушинского сражения[7]. Вместе с собой отступавшие увезли остатки кремлёвской казны. Во главе гарнизона Гонсевским был оставлен Николай Струсь.

В первых числах осени вернулся из похода по верхневолжским землям Ходкевич с 400 возами провианта. В ходе кровопролитных боев 1-3 сентября 1612 года он приблизился к осаждённому Кремлю на 1800 метров, но, потеряв за 2 дня боев полторы тысячи воинов, был вынужден отступить. После этого судьба осаждённых была предрешена.

Казаки Трубецкого в начале ноября[8] установили контроль над Китай-городом, после чего Струсь открыл переговоры об условиях сдачи. Кремлёвский гарнизон капитулировал 7 ноября. Хотя побеждённых обещали «в здравии оставить и в уважении иметь», после сдачи Кремля произошла резня его защитников: «Казаки ж весь ево полк побиша, немногие осташа»

[9].

Судьба пленных

До Деулинского перемирия 1619 года и последовавшего за ним размена пленными захваченных в Кремле поляков и литвинов поселили в Ярославле, Балахне, Нижнем Новгороде и других верхневолжских городах. Пленных в Галиче и Унже полностью истребили. В Нижнем Новгороде за Будзилу со товарищи вступилась мать князя Пожарского, после чего их поместили «в темнице, в коей сидели они недель девятнадцать, темной весьма, худой и смрадной»[5].

См. также

Примечания

  1. ↑ см. перевод дат с юлианского календаря
  2. 1 2 3 Бохун Т. История польского гарнизона в Москве.
  3. ↑ А. В. Захаревич. Русские цари. Феникс, 2009. Стр. 127.
  4. Maskiewicz S. Dyjariusz Samuela Maskiewicza: Początek swój bierze od roku 1594 w lata po sobie idące // Moskwa w rękach Polaków: Pamiętniki dowódców i oficerów garnizonu polskiego w Moskwie w latach 1610—1612. — Liszki, 1995. — S. 175—176.
  5. 1 2 Budziłło J. Wojna moskiewska wzniecona i prowadzona z okazji fałszywych Dymitrów od 1603 do 1612 r. — Wrocław, 1995. — S. 136—138, 167.
  6. Сказание Авраамия Палицына. — М.: Изд-во Академии наук СССР, 1955. — С. 228.
  7. Скрынников Р. Г. На страже московских рубежей. — М., 1986.
  8. ↑ Различные источники датируют это событие 1, 2, 3 или 4 ноября.
  9. ↑ Новый летописец // Полное собрание русских летописей. — Т. XIV. — М., 1965. — С. 127.

Литература

  • Флоря Б. Н. Польско-литовская интервенция в России и русское общество / Б. Н. Флоря; Рос. акад. наук, Ин-т славяноведения. — М. : Индрик, 2005 (ППП Тип. Наука). — 415 с. — ISBN 5-85759-303-4.
История Нижнего Новгорода

Нижний Новгород был основан князем Юрием Всеволодовичем в 1221 году. Его жители, под предводительством старосты Кузьмы Минина и князя Дмитрия Пожарского, собрали ополчение для освобождения Москвы от польских захватчиков в 1611 году. Город был главным международным торговым центром России с 1817 года. В советский период был переименован в Горький, в честь писателя Максима Горького, и являлся закрытым индустриальным городом Советского Союза. Во время Великой Отечественной войны, на протяжении трёх лет, подвергался бомбардировкам со стороны немецкой авиации, из-за чего его промышленная часть оказалась практически разрушена. За год до распада Советского Союза город был переименован обратно в Нижний Новгород. В современной России город стал политическим и административным центром Приволжского федерального округа и взял курс на развитие туризма.

Новодевичий монастырь

Новоде́вичий Богородице-Смоленский монасты́рь — православный женский монастырь в Москве, на Девичьем поле в излучине Москвы-реки, близ Лужников, в самом конце исторической Пречистенки (в настоящее время Большой Пироговской улицы).

Основан великим князем Василием III 13 мая 1524 года — в честь Смоленской иконы Божией Матери «Одигитрия» — главной святыни Смоленска, в благодарность за овладение Смоленском в 1514 году. На протяжении первых двух столетий своего существования служил местом заточения царственных особ женского пола.

Архитектурный ансамбль монастыря, сложившийся в XVI—XVII веках, с тех пор не претерпел существенных изменений. В качестве исключительного по сохранности образца московского барокко поставлен под охрану ЮНЕСКО и объявлен достоянием всего человечества.

Действующий монастырь находится в совместном ведении Русской православной церкви и Государственного исторического музея. С 2010 года здесь действует церковный музей Московской епархии.

В монастыре находится резиденция митрополита Крутицкого и Коломенского Ювеналия, который с 1977 года управляет Московской областной епархией.

Русско-польская война (1609—1618)

Русско-польская война 1609—1618 годов, известная также как Польско-литовская интервенция — вооружённый конфликт между Россией и Речью Посполитой, в ходе которого польско-литовские войска на два года (с 1610 по 1612) оккупировали Московский Кремль. Одно из основных событий Смутного времени.

Польские магнаты вторгались в Россию первоначально под предлогом оказания помощи Лжедмитрию I и Лжедмитрию II (в 1605 и 1607—1609 годах), а потом с прямо высказанной целью покорить Русское царство. Официально Речь Посполитая в лице короля Сигизмунда III вступила в войну после заключения царём Василием Шуйским союза с враждебным полякам Шведским королевством (см. Выборгский трактат 1609 года). Царское войско было разгромлено в Клушинском сражении, польско-литовское войско овладело Москвой, пленило Шуйского и попыталось посадить на его место королевича Владислава.

В 1612 году Второе народное ополчение освободило Москву от интервентов, однако война полыхала до 1618 года, когда польские и казацкие формирования разорили южные области русского государства и без успеха осаждали Москву. Война завершилась подписанием Деулинского перемирия, по которому к Речи Посполитой отошли Смоленская, Стародубская и Черниговская земли.

Семибоярщина

Семибоя́рщина — принятое историками название правительства русского государства из семи бояр периода 1610—1613 гг.

Поражение войск Василия Шуйского и приглашенных им по Выборгскому договору союзных шведских войск Якоба Делагарди, понесённое от войск Речи Посполитой под Клушино (24 июня (4 июля) 1610 года), окончательно подорвало шаткий авторитет «боярского царя», однако победители не спешили захватывать Москву. Боярская дума избрала Владислава IV царём, но он не принял православие и не прибыл на венчание на царствование.

This page is based on a Wikipedia article written by authors (here).
Text is available under the CC BY-SA 3.0 license; additional terms may apply.
Images, videos and audio are available under their respective licenses.

howlingpixel.com

Польско-литовская оккупация (1610–12). История — Путеводитель по Москве

С марта 1611 г. оккупированная поляками и литовцами Москва была осаждена казаками князя Дмитрия Трубецкого.

Окончательно освобождена осенью 1612 г. Вторым народным ополчением.

Дата взятия Китай-города (4 ноября) отмечается в современной России как день народного единства.

Жолкевский в Москве

После того, как царские войска были разгромлены при Клушине и Семибоярщина согласилась возвести на русский престол королевича Владислава, для поддержания порядка в столице до прибытия нового главы государства в октябре-ноябре 1610 г. в Москву без боя вошли польско-литовские войска Станислава Жолкевского. С начала августа Жолкевский стоял лагерем на Хорошевских лугах и Ходынском поле. В город он вошёл под нажимом короля, хотя сам был против оккупации русской столицы.

В конце 1610 г. в Москве и Новодевичьем монастыре дислоцировалось около 6000 бойцов хоругвей панцирных и гусарских, 800 пехотинцев иноземного строя, 400 гайдуков — всего четыре полка во главе с Александром Гонсевским, Мартином Казановским, Людовиком Вейером и Александром Зборовским. На каждого солдата приходилось по трое гражданских из числа приставших к ним по дороге на Москву «тушинцев», прислуги, женщин лёгкого поведения.

Жолкевский разместил войска по Москве таким образом, чтобы в случае нападения они могли прийти друг к другу на помощь либо ретироваться в Кремль. Значительная часть гарнизона разместилась к западу от кремлёвской стены у реки Неглинной. Для поддержания порядка был учреждён трибунал, в котором русскую сторону представляли Григорий Ромодановский и Иван Стрешнев, а польско-литовскую — Александр Корычиньский и поручик Малыньский.

Когда в ноябре Жолкевский поехал в Смоленск на совещание с Сигизмундом III, он забрал с собой свои полки. Несколько подразделений были оставлены в Новодевичьем монастыре, чтобы контролировать дороги на Можайск и Волоколамск. Остальных гетман разместил ближе к осаждённому Смоленску — в Верее и Можайске.

Осада Москвы казаками

В марте 1611 г. в связи с формированием Первого народного ополчения командир польского-литовского гарнизона Гонсевский спровоцировал уличные бои, в ходе которых сгорела большая часть Москвы. Заранее сломив сопротивление горожан, Гонсевский рассчитывал минимизировать поддержку Первому ополчению.

Ополченцы в апреле и начале мая штурмом взяли валы Земляного города и стены Белого города, освободив большую часть территории Москвы (более 95%), после чего заперли интервентов за Китайгородской и Кремлёвской стенами. Казаки князя Д. Т. Трубецкого фактически взяли кремлёвский гарнизон в осаду.

Вместе с поляками в осаждённом Кремле сидели члены Семибоярщины, а также будущий царь Михаил Фёдорович Романов с матерью.

Голод и людоедство

Провизию для гарнизона собирал в Подмосковье полк Яна Петра Сапеги. В кормление польско-литовскому войску были выделены «стации» (области) к северо-востоку от Москвы. По свидетельству мемуариста Самуила Маскевича, «что кому понравилось, и у наибольшего боярина жена ли, дочь ли, брали их силой». После гибели Сапеги в сентябре 1611 г. сложную задачу сбора провианта взял на себя Ян Кароль Ходкевич, гетман великий литовский.

Вся первая половина 1612 г. выдалась аномально холодной. Не получая жалования, многие солдаты гарнизона составили конфедерацию и покинули русскую столицу. В городе начался голод. Спекулянты из Подмосковья сбывали в городе хлеб по 30-кратной цене. Хорунжий Будзило пишет, что от недостатка водки особенно страдали москвичи.

Изгнание польско-литовских интервентов из Кремля   Ernest Lissner (1874-1941), Public Domain

В конце 1611 г. до Кремля добрались возы с провиантом, собранным Самуилом Корецким. В январе 1612 г. в Москву смог прорваться полк Будзилы. Он подвёз съестные припасы, которые на время облегчили положение с продовольствием. Подоспевшие позднее венгерские пехотинцы Феликса Невяровского не привезли продуктов и своим присутствием только ускорили возвращение бескормицы. Несколько возов зерна подвёз 25 июля Якуб Бобовский, но это была капля в море.

Авраамий Палицын пишет, что после вступления в Кремль казаки Трубецкого

«обретошя много тщанов и наполов плоти человеческиа солены и под стропами много трупу человеческого».

Осень 1612 года

Видя бесполезность сопротивления, польско-литовские соединения стали покидать город. Наиболее боеспособный полк Зборовского ушёл к Смоленску в начале июня 1612 г.

До конца лета за ним последовал и Гонсевский со всеми ветеранами Клушинского сражения. Вместе с собой отступавшие увезли остатки кремлёвской казны. Во главе гарнизона Гонсевским был оставлен Николай Струсь.

В первых числах осени вернулся из похода по верхневолжским землям Ходкевич с 400 возами провианта. В ходе кровопролитных боев 1-3 сентября 1612 г. он приблизился к осаждённому Кремлю на 1800 м, но, потеряв за 2 дня боев 1500 воинов, был вынужден отступить. После этого судьба осаждённых была предрешена.

Казаки Трубецкого в начале ноября установили контроль над Китай-городом, после чего Струсь открыл переговоры об условиях сдачи. Кремлёвский гарнизон капитулировал 7 ноября.

Хотя побеждённых обещали «в здравии оставить и в уважении иметь», после сдачи Кремля произошла резня его защитников:

«Казаки ж весь ево полк побиша, немногие осташа».

Судьба пленных

До Деулинского перемирия 1619 г. и последовавшего за ним размена пленными захваченных в Кремле поляков и литвинов поселили в Ярославле, Балахне, Нижнем Новгороде и других верхневолжских городах.

Пленных в Галиче и Унже полностью истребили. В Нижнем Новгороде за Будзилу со товарищи вступилась мать князя Пожарского, после чего их поместили «в темнице, в коей сидели они недель девятнадцать, темной весьма, худой и смрадной».

moscow.drugiegoroda.ru

Узнай Москву в событиях

Московская битва 1612 — эпизод Смутного времени (период в истории России с 1598 по 1613 год), в ходе которого польско-литовское войско великого гетмана литовского Ходкевича безуспешно пыталось деблокировать Кремль, в котором заперся польско-литовский гарнизон.
Во время русско-польской войны Смутного времени в продолжение двух лет (с осени 1610 года по осень 1612 года) Московский Кремль был занят польско-литовским гарнизоном под командованием Александра Гонсевского.
С марта 1611 года оккупированная поляками и литовцами Москва была осаждена казаками князя Дмитрия Трубецкого.
Земляно́й го́род — историческая местность Москвы внутри несохранившихся крепостных стен Земляного города (ныне Садового кольца), но вне Кремля, Китай-города и Белого города (ныне бульваров).
Это была четвёртая после стен Кремля, Китай-города и Белого города крепостная стена Москвы.
Численность войск Второго ополчения не превышала 7-8 тысяч человек. Основу войска составляли пешие и конные казачьи сотни, численностью около 4000 человек и 1000 стрельцов. Остальная часть войска формировалась из дворянского и крестьянского ополчения. Из дворян наиболее хорошо вооружены были представители Смоленска, Дорогобужа и Вязьмы. Летописи специально отмечают: «А смоляном поляки и литвы грубны искони вечные неприятел, что жили с ними поблизку и бои с ними бывали частые и литву на боех побивали». Из крестьян, мещан и простых казаков, только нижегородские ополченцы были хорошо одеты и вооружены. Остальные «мнозии ж от казатцкову чину и всякие черные люди не имущие… токмо едину пищаль да пороховницу у себя имущие», «ови убо боси, инии же нази».
Отдельную военную силу составлял отряд князя Дмитрия Трубецкого, состоявший из 2 500 казаков. Этот отряд был остатками Первого ополчения.
Главными воеводами Второго ополчения были князь Дмитрий Пожарский, Кузьма Минин, князь Иван Андреевич Хованский-Большой и князь Дмитрий Пожарский-Лопата. Из всех воевод только князь Хованский имел к этому моменту значительный военный опыт, князь Дмитрий Пожарский не имел опыта командования крупными военными силами, а князь Лопата-Пожарский до участия в ополчении воеводой ни разу не был.
Отношения лидеров Второго ополчения с князем Трубецким отличались взаимным недоверием. Ещё при подходе к Москве, вожди ополчения опасались казаков Трубецкого и не знали, пойдет князь на союз или нет.
Незадолго до битвы войска князей Пожарского и Трубецкого принесли взаимные присяги. Казаки и дворяне князя Трубецкого поклялись «против врагов наших польских и литовских людей стояти». Ополченцы Минина и Пожарского в ответ «обещевахуся все, что помереть за дом православную християнскую веру»
Земское ополчение стало вдоль Белогородской стены до Алексеевской башни на Москве-реке. Главное ядро его было у Арбатских ворот: там стояли Минин и Пожарский. Заложив стан, ратные люди стали окапывать его рвом. Казаки занимали восточную и южную часть Белого города и Замоскворечья, которое все было изрыто рвами, в которых должна была сидеть казацкая пехота.
22 августа (1 сентября) 1612 года русские увидели идущее с западной стороны литовское войско. Это был литовский гетман Ян Кароль Ходкевич со свежими силами. Общая численность войск гетмана Ходкевича составляла около 12 тысяч человек. Основу составляли около 8 000 казаков. Остальная часть войска была разбита по нескольким отрядам: около 1 400 человек в трёх отрядах, несколько сотен человек в 15 хоругвях в одном отряде, один отряд из нескольких сотен человек и личный отряд гетмана, численностью около 2 000 человек. Отдельно стоял гарнизон Кремля в 3 000 человек, с которым гетман Ходкевич поддерживал связь и старался координировать действия[2]. Пехота гетмана была немногочисленна, насчитывая 1 500 человек: 800 человек в отряде полковника Феликса Невяровского, 400 человек венгерских наёмников Граевского, 100 человек в отряде князя Самуила Корецкого, 200 человек немецких наёмников в отряде самого гетмана[3]. Из литовско-польского  командования выделялись сам гетман Ходкевич, успевший зарекомендовать себя талантливым военачальником, и командир казаков Александр Зборовский. Остальные командиры польско-литовских войск, включая командиров кремлёвского гарнизона хмельницкого старосту Николая Струся и мозырского хорунжего Иосифа Будило, имели значительный боевой опыт, но особыми талантами не выделялись.
За Ходкевичем тянулись огромные ряды нескольких сотен возов с набранными запасами, которые нужно было провести польскому гарнизону в Кремль и Китай-город. Ходкевич стал переправляться через Москву-реку у Девичьего поля. Часть литовцев успела переправиться через реку, сбив московскую конницу, которая стерегла переправу. В то же время осажденные в Кремле поляки сделали вылазку, и земское московское войско очутилось среди двух огней; казаки Трубецкого не хотели помогать ему. Но дело поправилось и без них. Воины Ходкевича погнали московских людей до Тверских ворот. Тогда, с одной стороны, московский стрельцы отбили вылазку польского гарнизона и заставили его уйти обратно в Кремль, а с другой – из-за печей и церквей разрушенного Земляного города русские так начали поражать выстрелами литовское войско Ходкевича, что оно повернуло назад за Москву-реку. Гетман стал у Донского монастыря.
Следующий день прошел без боя. 24 августа, на рассвете, Ходкевич решился со всем своим войском пробиться через Замоскворечье и, во что бы то ни стало, доставить осажденным привезенные запасы. Путь был труден, по причине развалин и множества прорытых рвов. Конные должны были спешиться; на возах медленно везли запасы, расчищая путь. Казаки Ходкевича успели выгнать казаков московских изо рвов. Ходкевич настиг их на Пятницкой улице, и здесь завязался ожесточенный бой. Между тем, Минин, взяв с собой три сотни дворян, ударил на две литовские роты, оставленные в тылу, и смял их. В полдень московские казаки у церкви Св. Клемента отбили литовцев, отрезали и захватили из их обоза 400 возов с запасами. Тогда Ходкевич увидел, что цель, для которой он прибыл в Москву, не достигнута: продовольствие гарнизону он доставить не может. Он приказал спасать остаток возов и ушел к Воробьевым горам. Поражение, нанесенное ему, было так велико, что у него оставалось только 400 коней. Ходкевич с трудом сообщил осажденным, что он уходит набирать запасы снова, и обещал вернуться через три недели. 28 августа Ходкевич ушел.
После победы над литовским войском, Пожарский с Трубецким помирились и договорились вести осаду сообща, съезжаясь для совещаний на Неглинной, на Трубе. Казаки все еще не ладили с земскими людьми, однако действовали заодно с ними против поляков с еще большей злобою к последним. Кремль и Китай-город были осаждены со всех сторон. Русские устроили туры и палили с них из своих пушек.
15 сентября Пожарский, минуя Струся, отправил к полковникам Стравинскому и Будзиле письмо: убеждал осажденных сдаться, обещал отпустить весь гарнизон в отечество невредимым. На это великодушное предложение польские предводители написали Пожарскому надменный ответ, в котором восхваляли мужество и доблести поляков, называли московский народ самым подлейшим на свете, и грозили жестокой карой Пожарскому и его товарищам. Осажденные были еще убеждены, что гетман вернется, но проходили недели – гетмана не было. Запасы их приходили к концу. 6 октября они послали двух воинов известить гетмана, что если пройдет еще неделя, то им придется умереть с голоду. Все было напрасно. В середине октября голод достиг ужасающих размеров. Осажденные переели лошадей, собак, кошек, мышей, грызли ремни, выкапывали из земли гнилые трупы и пожирали. От такого рода пищи смертность увеличилась. Живые стали бросаться на живых, резали друг друга и пожирали.
22 октября Трубецкой ударил на Китай-город. Голодные поляки были не в состоянии защищать его, покинули и ушли в Кремль. Первое, что увидели русские в Китай-городе, были чаны, наполненные человечьим мясом. Поляки, потерявшие Китай-город, выгнали из Кремля русских женщин и детей. Казаки зашумели, что надо ограбить боярынь, но земские люди спасли их от ярости казаков и отвели в свой стан. Тогда в Китай-город торжественно внесли икону Казанской Божьей Матери и дали обет построить церковь, которая позже действительно была построена и до сих пор существует на Кремлёвской площади напротив Никольский ворот. В память этого дня 22 октября установлен праздник Казанской Богоматери, до сих пор соблюдаемый православной русской церковью.
Поляки стали просить Пожарского о пощаде, умоляя оставить осажденным жизнь. Оба русских предводителя дали обещание, что ни один пленный не погибнет от меча. 24 октября поляки отворяли кремлевские ворота, выходящие на Неглинную (ныне Троицкие). Сначала выпустили русских людей, бояр, дворян, купцов, сидевших в осаде. Вид выпущенных русских возбуждал сострадание.
25 октября все кремлевские ворота были открыты. Русские войска входили в Кремль, предшествуемые крестным ходом, впереди которого шел архимандрит Дионисий. Поляки побросали оружие. Их погнали в русский стан. Все имущество пленных сдали в казну, и Минин раздавал его казакам в виде награды.
Эта битва стала поворотным событием Смутного времени. По словам польского хрониста XVII века Кобержицкого: «Поляки понесли такую значительную потерю, что её ничем уже нельзя было вознаградить. Колесо фортуны повернулось — надежда завладеть целым Московским государством рушилась невозвратно.»

Источники
1. Н.И. Костомаров «Становление Российского государства. Русская история в жизнеописаниях ее главнейших деятелей» — М.: ОАО «ОЛМА Медиа Групп», 2014. -448 с., ил. 2. Бибиков Г. Н. «Бои русского народного ополчения с польскими интервентами 22-24 августа 1612 г. под Москвой» — Исторические записки. М., 1950. Т. 32. С. 173—197


Автор статьи

Горбань Максимилиан Владимирович, ГБОУ Школа № 904, 3 «З»

um.mos.ru

Польско-литовская оккупация Москвы — это… Что такое Польско-литовская оккупация Москвы?

Польская карта Москвы (1612)

Во время русско-польской войны Смутного времени в продолжение двух лет (с осени 1610 по осень 1612) Московский Кремль был занят польско-литовским гарнизоном под командованием Александра Гонсевского, содействие которому оказывали русские коллаборационисты во главе с боярином Михаилом Салтыковым.

С марта 1611 года оккупированная поляками и литовцами Москва была осаждена казаками князя Дмитрия Трубецкого. Окончательно освобождена осенью 1612 года Вторым народным ополчением. Дата взятия Китай-города (4 ноября) отмечается в современной России как день народного единства.

Жолкевский в Москве

Станислав Жолкевский

После того, как царские войска были разгромлены при Клушине и Семибоярщина согласилась возвести на русский престол королевича Владислава, для поддержания порядка в столице до прибытия нового главы государства в октябре-ноябре 1610 года в Москву без боя вошли польско-литовские войска Станислава Жолкевского. С начала августа Жолкевский стоял лагерем на Хорошевских лугах и Ходынском поле. В город он вошёл под нажимом короля, хотя сам был против оккупации русской столицы[1].

В конце 1610 года в Москве и Новодевичьем монастыре дислоцировалось около 6000 бойцов хоругвей панцирных и гусарских, 800 пехотинцев иноземного строя, 400 гайдуков — всего четыре полка во главе с Александром Гонсевским, Мартином Казановским, Людовиком Вейером и Александром Зборовским. На каждого солдата приходилось по трое гражданских из числа приставших к ним по дороге на Москву «тушинцев», прислуги, женщин лёгкого поведения[1].

Жолкевский разместил войска по Москве таким образом, чтобы в случае нападения они могли прийти друг к другу на помощь либо ретироваться в Кремль. Значительная часть гарнизона разместилась к западу от кремлёвской стены у реки Неглинной. Для поддержания порядка был учреждён трибунал, в котором русскую сторону представляли Григорий Ромодановский и Иван Стрешнев, а польско-литовскую — Александр Корычиньский и поручик Малыньский[1].

Когда в ноябре Жолкевский поехал в Смоленск на совещание с Сигизмундом III, он забрал с собой свои полки. Несколько подразделений были оставлены в Новодевичьем монастыре, чтобы контролировать дороги на Можайск и Волоколамск. Остальных гетман разместил ближе к осаждённому Смоленску — в Верее и Можайске.

Осада Москвы казаками

Основная статья: Московское восстание (1611)

В марте 1611 года в связи с формированием Первого народного ополчения командир польского-литовского гарнизона Гонсевский спровоцировал уличные бои, в ходе которых сгорела большая часть Москвы. Заранее сломив сопротивление горожан, Гонсевский рассчитывал минимизировать поддержку Первому ополчению.

Ополченцы в апреле и начале мая штурмом взяли валы Земляного города и стены Белого города, освободив большую часть территории Москвы (более 95%), после чего заперли интервентов за Китайгородской и Кремлёвской стенами. Казаки князя Д. Т. Трубецкого фактически взяли кремлёвский гарнизон в осаду.

Вместе с поляками в осаждённом Кремле сидели члены Семибоярщины, а также будущий царь Михаил Фёдорович Романов с матерью[2].

Голод и людоедство

Изгнание польско-литовских интервентов из Кремля

Провизию для гарнизона собирал в Подмосковье полк Яна Петра Сапеги. В кормление польско-литовскому войску были выделены «стации» (области) к северо-востоку от Москвы. По свидетельству мемуариста Самуила Маскевича, «что кому понравилось, и у наибольшего боярина жена ли, дочь ли, брали их силой»[3]. После гибели Сапеги в сентябре 1611 году сложную задачу сбора провианта взял на себя Ян Кароль Ходкевич, гетман великий литовский.

Вся первая половина 1612 года выдалась аномально холодной. Не получая жалования, многие солдаты гарнизона составили конфедерацию и покинули русскую столицу. В городе начался голод. Спекулянты из Подмосковья сбывали в городе хлеб по 30-кратной цене. Хорунжий Будзило пишет, что от недостатка водки особенно страдали москвичи[4].

В конце 1611 года до Кремля добрались возы с провиантом, собранным Самуилом Корецким. В январе 1612 года в Москву смог прорваться полк Будзилы. Он подвёз съестные припасы, которые на время облегчили положение с продовольствием. Подоспевшие позднее венгерские пехотинцы Феликса Невяровского не привезли продуктов и своим присутствием только ускорили возвращение бескормицы. Несколько возов зерна подвёз 25 июля Якуб Бобовский, но это была капля в море.

Авраамий Палицын пишет, что после вступления в Кремль казаки Трубецкого «обретошя много тщанов и наполов плоти человеческиа солены и под стропами много трупу человеческого»[5].

Осень 1612 года

Видя бесполезность сопротивления, польско-литовские соединения стали покидать город. Наиболее боеспособный полк Зборовского ушёл к Смоленску в начале июня 1612 года. До конца лета за ним последовал и Гонсевский со всеми ветеранами Клушинского сражения[6]. Вместе с собой отступавшие увезли остатки кремлёвской казны. Во главе гарнизона Гонсевским был оставлен Николай Струсь.

В первых числах осени вернулся из похода по верхневолжским землям Ходкевич с 400 возами провианта. В ходе кровопролитных боев 1-3 сентября 1612 года он приблизился к осаждённому Кремлю на 1800 метров, но, потеряв за 2 дня боев полторы тысячи воинов, был вынужден отступить. После этого судьба осаждённых была предрешена.

Казаки Трубецкого в начале ноября[7] установили контроль над Китай-городом, после чего Струсь открыл переговоры об условиях сдачи. Кремлёвский гарнизон капитулировал 7 ноября. Хотя побеждённых обещали «в здравии оставить и в уважении иметь», после сдачи Кремля произошла резня его защитников: «Казаки ж весь ево полк побиша, немногие осташа»[8].

Судьба пленных

Поляки в русском плену

Основная статья: Польско-литовские пленные в России (1612-1619)

До Деулинского перемирия 1619 года и последовавшего за ним размена пленными захваченных в Кремле поляков и литвинов поселили в Ярославле, Балахне, Нижнем Новгороде и других верхневолжских городах. Пленных в Галиче и Унже полностью истребили. В Нижнем Новгороде за Будзилу со товарищи вступилась мать князя Пожарского, после чего их поместили «в темнице, в коей сидели они недель девятнадцать, темной весьма, худой и смрадной»[4].

См. также

Примечания

  1. 1 2 3 Бохун Т. История польского гарнизона в Москве.
  2. А. В. Захаревич. Русские цари. Феникс, 2009. Стр. 127.
  3. Maskiewicz S. Dyjariusz Samuela Maskiewicza: Początek swój bierze od roku 1594 w lata po sobie idące // Moskwa w rękach Polaków: Pamiętniki dowódców i oficerów garnizonu polskiego w Moskwie w latach 1610—1612. — Liszki, 1995. — S. 175—176.
  4. 1 2 Budziłło J. Wojna moskiewska wzniecona i prowadzona z okazji fałszywych Dymitrów od 1603 do 1612 r. — Wrocław, 1995. — S. 136—138, 167.
  5. Сказание Авраамия Палицына. — М.: Изд-во Академии наук СССР, 1955. — С. 228.
  6. Скрынников Р. Г. На страже московских рубежей. — М., 1986.
  7. Различные источники датируют это событие 1, 2, 3 или 4 ноября.
  8. Новый летописец // Полное собрание русских летописей. — Т. XIV. — М., 1965. — С. 127.

dic.academic.ru

Кремлевские людоеды. Как польские интервенты в 1612 покидали Москву | История | Общество

События, что имели место в начале ноября 1612 года можно смело назвать одними из самых важных в отечественной истории. Сравнить это можно лишь с 9 мая 1945 года. День Победы Русского Народа — все слова с заглавных букв. С той только разницей, что в 1612 г. штурмом пришлось брать не столицу врага, а свою собственную.

Под одной идеей

То, что именно это событие решили праздновать как День народного единства, вполне объяснимо. В конце концов, победа над польско-литовскими оккупантами и окончание Смуты ощущалось как что-то важное, быть может, даже важнейшее, на протяжении всей последующей истории. Чему свидетельством опера Михаила Глинки «Жизнь за царя», повествующая о делах тех лет. И первый отечественный исторический роман, который так и называется: «Юрий Милославский, или Русские в 1612 году». Его автор, Михаил Загоскин, выбором темы не заморачивался, справедливо полагая, что правильно выбранная историческая канва — залог удачи. И не прогадал: «Роман имел немедленный и громкий успех, и около ста лет оставался заслуженно популярным».

Объяснимо и удачно даже название праздника. То, что в 1612 г. происходило у стен Кремля, и чуть ранее, во время сбора ополчения князем Дмитрием Пожарским и резником Кузьмой Мининым, иначе как высшим проявлением единства назвать нельзя.

Дело в том, что центром сбора ополчения был Нижний Новгород. Призывы на борьбу против интервентов рассылались в Вологду и Соль Вычегодскую. А также в Казань, Чебоксары и Цивильск. То, что на призыв отстоять Москву откликнулся Север Руси, неудивительно. Но то, что ратников и денежную помощь прислали также татары, черемисы, мордва и чуваши, дорогого стоит. Как минимум — признания того, что национальная политика русских царей в завоёванных Иваном Грозным областях была не просто правильной, а образцовой. Ведь ещё жива была память о том, что совсем недавно, каких-то 60 лет назад, та же Казань была сильным и независимым государством. А тут вместо того, чтобы, пользуясь слабостью центральной власти, немедленно возродиться на политической карте, эти народы выходят на битву с целью освобождения русской столицы. Многие из них, будучи мусульманами, нимало не оскорблялись тем, что Кузьма Минин призывал «постоять за чистую и непорочную Христову веру». Это не то чтобы пропускали мимо ушей. Просто другой призыв того же Минина казался им более важным: «Утвердитися на единении на помочь Московскому государству». 

Словом, всё в этом празднике хорошо и правильно. Серьёзные вопросы вызывает только дата: 4 ноября. Потому что в этот день была одержана победа важная, но не окончательная. Стремительной атакой в общем направлении от «Детского мира» к ГУМу русские войска прорвали оборону Китай-города там, где Никольская улица переходит в Лубянскую площадь. И развили успех далее: до самой Красной площади.

Съесть соседа

Подробности того, что наши увидели во взятом Китай-городе, — самый настоящий шок-контент. О том, как жили и чем питались польско-литовско-украинские интервенты в осаждённой крепости, лучше прочих рассказывает непосредственный участник событий, польский полковник белорусского происхождения Юзеф Будзило: «Пехотный поручик Трусковский съел двоих своих сыновей; один гайдук тоже съел своего сына, другой съел свою мать; один товарищ съел своего слугу; словом, отец сына, сын отца не щадил; господин не был уверен в слуге, слуга в господине; кто кого мог, кто был здоровее другого, тот того и ел… Об умершем родственнике или товарище, если кто другой съедал таковаго, судились, как о наследстве, и доказывали, что его съесть следовало ближайшему родственнику, а не кому другому».

В общем, эти мемуары Будзило, написанные после его освобождения из русского плена в 1619 году, призваны показать читателям всю бездну ужаса, в котором оказались «храбрые европейцы», осаждаемые «московитскими варварами». Нехитрый расклад — полякам достаётся сочувствие, на русских ложится вина: дескать, довели.

Однако есть показания другого участника той осады. Келарь Троице-Сергиевой Лавры Авраамий Палицын, участвовавший в ополчении Пожарского и Минина, пишет несколько иначе. Вот что, согласно его словам, обнаружили русские, ворвавшись 4 ноября в Китай-город: «И обрeтошя много тщанов (чанов) и наполов плоти человeческиа солены и под стропами (под стропилами, на чердаках) много трупу человeческаго». То есть человеческое мясо не просто съедалось. Его заготавливали впрок: солили в чанах, коптили на кострах и вялили под стропилами, явно не отказывая себе в разнообразии меню.

Из этого можно понять, что взятие Китай-города — только начало. Значительная часть интервентов засела в самом Кремле, обладая неплохим запасом человечины и, в принципе, готовая вести осмысленные боевые действия. 

Другое дело, что силы были неравны. Если ещё за месяц до штурма Китай-города поляки на предложение сдаться ответили нагло и заносчиво, — «Русские не могут воевать, поскольку мужеством подобны ослу и омерзели перед Богом» — то теперь сдались практически моментально. На обсуждение условий сдачи хватило двух дней. На третий день остатки войск интервентов покинули Кремль. На московскую землю полетели польские знамёна…

www.aif.ru

Оккупация Москвы поляками Википедия

Польская карта Москвы (1612)

Во время русско-польской войны Смутного времени в продолжение двух лет (с осени 1610 года по осень 1612 года) Московский Кремль был занят польско-литовским гарнизоном под командованием Станислава Жолкневского, содействие которому оказывали русские коллаборационисты во главе с боярином Михаилом Салтыковым.

С марта 1611 года оккупированная поляками и литовцами Москва была осаждена казаками князя Дмитрия Трубецкого. Окончательно освобождена осенью 1612 года Вторым народным ополчением. Дата взятия Китай-города (22 октября по юлианскому календарю) отмечается в современной России как день народного единства, причём отмечается символически[1] 4 ноября, то есть одновременно с празднованием в честь Казанской иконы Божией Матери.

Жолкевский в Москве

Станислав Жолкевский

После того, как царские войска были разгромлены при Клушине и Семибоярщина согласилась возвести на русский престол королевича Владислава, для поддержания порядка в столице до прибытия нового главы государства в октябре-ноябре 1610 года в Москву без боя вошли польско-литовские войска Станислава Жолкевского. С начала августа Жолкевский стоял лагерем на Хорошевских лугах и Ходынском поле. В город он вошёл под нажимом короля, хотя сам был против оккупации русской столицы[2].

В конце 1610 года в Москве и Новодевичьем монастыре дислоцировалось около 6000 бойцов хоругвей панцирных и гусарских, 800 пехотинцев иноземного строя, 400 гайдуков — всего четыре полка во главе с Александром Гонсевским, Мартином Казановским, Александром Зборовским и Людвигом Вейхером. На каждого солдата приходилось по трое гражданских из числа приставших к ним по дороге на Москву «тушинцев», прислуги и маркитанток[2].

Жолкевский разместил солдат по Москве таким образом, чтобы в случае нападения они могли прийти друг к другу на помощь либо отступить в Кремль. Значительная часть гарнизона разместилась к западу от кремлёвской стены у реки Неглинной. Для поддержания порядка был учреждён трибунал, в котором русскую сторону представляли Григорий Ромодановский и Иван Стрешнев, а польско-литовскую — Александр Корычиньский и поручик Малыньский[2].

Когда в ноябре Жолкевский поехал в Смоленск на совещание с Сигизмундом III, он забрал с собой свои полки. Несколько подразделений были оставлены в Новодевичьем монастыре, чтобы контролировать дороги на Можайск и Волоколамск. Остальных гетман разместил ближе к осаждённому Смоленску — в Верее и Можайске.

Осада Москвы казаками

В марте 1611 года в связи с формированием Первого народного ополчения командир польского-литовского гарнизона Гонсевский спровоцировал уличные бои, в ходе которых сгорела большая часть Москвы. Заранее сломив сопротивление горожан, Гонсевский рассчитывал минимизировать поддержку Первому ополчению.

Ополченцы в апреле и начале мая штурмом взяли валы Земляного города и стены Белого города, освободив большую часть территории Москвы (более 95 %), после чего заперли интервентов за Китайгородской и Кремлёвской стенами. Казаки князя Д. Т. Трубецкого фактически взяли кремлёвский гарнизон в осаду.

Вместе с поляками в осаждённом Кремле сидели члены Семибоярщины, а также будущий царь Михаил Фёдорович Романов с матерью[3].

Голод и людоедство

Изгнание польско-литовских интервентов из Кремля

Провизию для гарнизона собирал в Подмосковье полк Яна Петра Сапеги. В кормление польско-литовскому войску были выделены «стации» (области) к северо-востоку от Москвы. По свидетельству мемуариста Самуила Маскевича, «что кому понравилось, и у наибольшего боярина жена ли, дочь ли, брали их силой»[4]. После гибели Сапеги в сентябре 1611 году сложную задачу сбора провианта взял на себя Ян Кароль Ходкевич, гетман великий литовский.

Вся первая половина 1612 года выдалась аномально холодной. Не получая жалования, многие солдаты гарнизона составили конфедерацию и покинули русскую столицу. В городе начался голод. Спекулянты из Подмосковья сбывали в городе хлеб по 30-кратной цене. Хорунжий Будзило пишет, что москвичи особенно страдали от недостатка водки[5].

В конце 1611 года до Кремля добрались возы с провиантом, собранным Самуилом Корецким. В январе 1612 года в Москву смог прорваться полк Будзилы. Он подвёз съестные припасы, которые на время облегчили положение с продовольствием. Подоспевшие позднее венгерские пехотинцы Феликса Невяровского не привезли продуктов и своим присутствием только ускорили возвращение бескормицы. Несколько возов зерна подвёз 25 июля Якуб Бобовский, но это была капля в море.

Авраамий Палицын утверждает, что после вступления в Кремль казаки Трубецкого «обретошя много тщанов и наполов плоти человеческиа солены и под стропами много трупу человеческого»[6].

Осень 1612 года

Видя бесполезность сопротивления, польско-литовские соединения стали покидать город. Наиболее боеспособный полк Зборовского ушёл к Смоленску в начале июня 1612 года. До конца лета за ним последовал и Гонсевский со всеми ветеранами Клушинского сражения[7]. Вместе с собой отступавшие увезли остатки кремлёвской казны. Во главе гарнизона Гонсевским был оставлен Николай Струсь.

В первых числах осени вернулся из похода по верхневолжским землям Ходкевич с 400 возами провианта. В ходе кровопролитных боев 1-3 сентября 1612 года он приблизился к осаждённому Кремлю на 1800 метров, но, потеряв за 2 дня боев полторы тысячи воинов, был вынужден отступить. После этого судьба осаждённых была предрешена.

Казаки Трубецкого в начале ноября[8] установили контроль над Китай-городом, после чего Струсь открыл переговоры об условиях сдачи. Кремлёвский гарнизон капитулировал 7 ноября. Хотя побеждённых обещали «в здравии оставить и в уважении иметь», после сдачи Кремля произошла резня его защитников: «Казаки ж весь ево полк побиша, немногие осташа»[9].

Судьба пленных

Поляки в русском плену

До Деулинского перемирия 1619 года и последовавшего за ним размена пленными захваченных в Кремле поляков и литвинов поселили в Ярославле, Балахне, Нижнем Новгороде и других верхневолжских городах. Пленных в Галиче и Унже полностью истребили. В Нижнем Новгороде за Будзилу со товарищи вступилась мать князя Пожарского, после чего их поместили «в темнице, в коей сидели они недель девятнадцать, темной весьма, худой и смрадной»[5].

См. также

Примечания

  1. ↑ см. перевод дат с юлианского календаря
  2. 1 2 3 Бохун Т. История польского гарнизона в Москве.
  3. ↑ А. В. Захаревич. Русские цари. Феникс, 2009. Стр. 127.
  4. Maskiewicz S. Dyjariusz Samuela Maskiewicza: Początek swój bierze od roku 1594 w lata po sobie idące // Moskwa w rękach Polaków: Pamiętniki dowódców i oficerów garnizonu polskiego w Moskwie w latach 1610—1612. — Liszki, 1995. — S. 175—176.
  5. 1 2 Budziłło J. Wojna moskiewska wzniecona i prowadzona z okazji fałszywych Dymitrów od 1603 do 1612 r. — Wrocław, 1995. — S. 136—138, 167.
  6. Сказание Авраамия Палицына. — М.: Изд-во Академии наук СССР, 1955. — С. 228.
  7. Скрынников Р. Г. На страже московских рубежей. — М., 1986.
  8. ↑ Различные источники датируют это событие 1, 2, 3 или 4 ноября.
  9. ↑ Новый летописец // Полное собрание русских летописей. — Т. XIV. — М., 1965. — С. 127.

Литература

  • Флоря Б. Н. Польско-литовская интервенция в России и русское общество / Б. Н. Флоря; Рос. акад. наук, Ин-т славяноведения. — М. : Индрик, 2005 (ППП Тип. Наука). — 415 с. — ISBN 5-85759-303-4.

wikiredia.ru

Ваш комментарий будет первым

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *